Вернутся к фанфику
Часть 13
27 июля 2025, 19:14Ген вновь погрузился в бездну кошмара, и на этот раз он оказался в ещё более мрачном мире. Он остался один в пустой квартире, где больше не витал аромат домашней пищи, никто не ждал его с учёбы или работы, а привычная семейная атмосфера исчезла, как утренний туман. Теперь здесь царили лишь холод и безысходность. Ген потерял того, кто не только спас ему жизнь, но и относился к нему, как к родному сыну.
На нём был чёрный костюм. Среди незнакомых лиц он безучастно наблюдал, как гроб опускают в сырой, промозглый грунт, как комья земли безжалостно засыпают его.
Слёзы давно иссякли. Ген уже выплакал их все. Теперь не осталось никого. Почти никого.
После погребения, Кенджи подозвал Гена. Вблизи, словно протягивая эстафету памяти, он вложил в его ладонь пистолет-зажигалку.
— От Шефа. Думаю, он хотел бы, чтобы она осталась у тебя.
Ген принял холодный металл, узнавая ту самую зажигалку, с которой Шеф курил, глядя на город с высоты своего балкона, словно владыка, обозревающий свои владения.
— Спасибо, — слова сорвались с губ Гена, как опавший лист, не выражая ничего, кроме формальной благодарности.
Кенджи притянул его к себе, обнимая крепко, по-отечески.
— Знаешь, Шеф всегда грезил о сыне, ты был словно воплощение этой мечты, — произнес он, отстраняясь, чтобы увидеть реакцию Гена. В его глазах застыл немой вопрос.
— Он тебе не говорил?
— Нет. Что он рассказывал?
— Давным-давно, когда юность бурлила в наших венах, мы были частью банды, промышляли торговлей смертью, — Кенджи извлек из пачки сигарету, зажав ее между губами. — Тогда Шеф встретил Моэко, — щелчок зажигалки, и огонь жадно впился в кончик сигареты. — Она была из Сукебан. Их любовь вспыхнула, как порох, они стали мужем и женой, но боги не дали им детей, — Кенджи замолчал, выпуская дым через сомкнутые губы, словно выдыхая вместе с ним боль прошлого. — Оказалось, Шеф бесплоден. А Моэко… она погибла. Во время перестрелки, взрыва, адского танца пуль. Она умерла у него на руках, словно сломанная кукла, — голос Кенджи дрогнул, уносясь в бездну воспоминаний. — После этого Шеф сломался, ушел из банды, погрузился в пучину отчаяния. Ох, как же нам было тяжело. Он топил горе в саке, а я пытался вытащить его из этого омута. Благодаря пяти годам агонии, он вырвался из цепких лап депрессии, но в банду так и не вернулся. Я не смел его заставлять, понимая, что возвращение в логово, где смертью жены обагрилось каждое воспоминание, станет новой пыткой.
— Это всё из-за меня, — прохрипел Ген, голос его звучал как похоронный звон. — Это я вас всех подставил, из-за меня Шеф ушёл в вечность… — Слёзы, словно предатели, хлынули из глаз, оставляя мокрые дорожки на щеках. Кенджи заключил его в объятия, стараясь унять бурю отчаяния.
— Тише, тише, не кори себя. Ты не виноват. Если бы Шеф был здесь, он бы…
— Но его нет! И никогда не будет! — взревел Ген, его голос разорвал тишину, словно удар грома.
Кенджи пронзила острая боль воспоминаний. Он вспомнил, как так же, словом и делом, пытался утешить Шефа, и как тот в ответ, словно отмахиваясь от назойливой мухи, отвесил ему оплеуху. "Мир жесток, Кенджи, и сострадание здесь — лишь слабость, одетая в лохмотья."
— Ген, — начал мужчина, и голос его хрипел, словно старая шарманка. — Что бы там ни случилось, вместе мы выдержим. Если бы только можно было вырвать сердца этим выродкам!
Дальше Ген не слышал. В голове его разверзся ураган мыслей, роящихся и зудящих, словно стая бешеных мух, не дающих покоя. Кенджи, видя, что Ген вот-вот утонет в пучине отчаяния, решил довезти его до дома, словно нести хрупкий сосуд, наполненный болью.
Вернувшись домой, он первым делом потянулся к бутылке виски и налил рюмку, из которой обычно пил Шеф. Поднеся её к губам, Ген одним глотком осушил её. Алкоголь обжёг горло, но ему было всё равно. Перевернув рюмку, парень разделся и рухнул на кровать.
Его мир рухнул. Три года он жил, как в сказке, и теперь это время словно испарилось.
"Чёрт меня дёрнул обокрасть именно его. Если бы не я, Шеф был бы жив. Это я во всём виноват. Это моя вина…"
Ген открыл глаза. Солнечный свет ярко ударил в лицо, но он не чувствовал тепла.
Парень вспомнил слова дяди. В его голове созрела идея. Он покончит с этим проклятым мафиози. За Шефа. Ради него.
***
Ген, словно пробудившийся от векового сна, резко сел на полу. Сонные глаза его, затуманенные пеленой, протёр он неловко, а зевок вырвался, прикрытый ладонью. — Ты наконец проснулся, спящая красавица? — прозвучал голос Сенку, насмешливый и острый, словно бритва. Улыбка скользнула по его губам, змеиным ядом искрясь. "Что за чертовщина?" — промелькнуло в голове у Гена. Сегодняшний Сенку был фонтаном энергии, искрящимся безумием, в отличие от привычного спокойствия. Увидев вопросительный взгляд, Сенку, словно заговорщик, продолжил: — Это шутка, всего лишь шутка. Хватай свой завтрак, стряхни остатки дрёмы, и за работу, нам ещё пистолет по твоему плану собирать и квадрокоптер — выпалил он, вскочив на ноги и направившись к Касеки, словно к маяку, зовущему в пучину дел. Ген был словно очарован, вновь ощутив в руках пистолет. Пальцы ласкали холодный металл, пробуждая воспоминания о прошлом. Он и не подозревал, как истосковался по этому ощущению. По ощущению, когда увесистое оружие послушно лежит в ладони, готовое в любой момент изрыгнуть смертоносный огонь. — Воспоминания? — спросил Сенку, приблизившись к Гену сбоку. — Да, просто вспомнил старые сделки, — небрежно ответил Ген. Он положил пистолет на столик. — Были времена, прибыльный бизнес, к слову. — Тебе виднее. Ладно, пошли, будем нашу команду возвращать к жизни. Думаю, Укё ты будешь рад увидеть, — Сенку улыбнулся, приглашая парня взглядом. Ген усмехнулся и спрятал руки в широкие рукава хаори. Закончив с облачением Укё, Ген вылил на него оживляющую жидкость. Уке прищурился, когда яркие солнечные лучи коснулись его глаз. — Привет, Укё, с возвращением, — мягко улыбнулся Ген. — Ген! — воскликнул парень. Укё поднялся и заключил Гена в крепкие объятия. — Господи, я так за тебя переживал! — отстранившись, он заметил поблескивающий пистолет на столе. — Это… то, о чем я думаю? — Да, это пистолет. — Откуда Сенку знает, как собирать пистолет? — Это не он, а я. — Ты?! Откуда? — Я продавал оружие. Когда все это закончится, я тебе все расскажу, хорошо? Время пришло тебе узнать обо мне, мы ведь уже не чужие друг другу люди, — Ген тепло улыбнулся Укё. "Пока я был в камне, с ним явно что-то произошло", — подумал Укё, и ответ пришел почти мгновенно. Сенку подозвал к себе Гена. Они оба склонились над листом бумаги. Ген что-то указывал пальцем, а Сенку смотрел на него с… нежностью? Уке еще никогда не видел такого взгляда от Сенку. От кого угодно, но не от Сенку. Когда Ген закончил объяснять, парни замерли, устремив друг на друга взгляды, полные искренней нежности. Казалось, никто, кроме Уке, этого не замечал. Сенку, услышав зов Касеки, обернулся, собираясь крикнуть в ответ: "Сейчас!" Затем Сенку бросил что-то небрежное, вроде: "Я ненадолго", и словно тень, скользнул прочь. Ген коротко кивнул и, стараясь не выдать волнения, направился к Укё. — Что между вами произошло? – Укё прищурился, словно охотник, выслеживающий добычу. — В каком смысле? – Ген попытался изобразить невинность, но взгляд выдавал его с головой. — Что это было? Эта искра… Вы с Сенку смотрели друг на друга так, словно делились самой сокровенной тайной, так смотрят только влюбленные. Что между вами? — Да ничего, – отрезал Ген, стараясь звучать убедительно. — Точно? – Укё кокетливо вскинул бровь, явно не веря ни единому слову. — Да, да, точно, – повторил Ген, чувствуя, как щеки предательски начинают гореть. Укё, однако, был неумолим, и одного взгляда было достаточно, чтобы разгадать тайну. — Ну… мы поговорили, о вещи, которая меня тревожила. И Сенку разделил эту тревогу со мной. Вот и все. — Все? А может, вы делали что-то… более страстное? – Укё игриво взмахнул руками в воздухе, намекая на нечто большее, и Ген тут же залился краской, словно пойманный с поличным. — Ой, да иди ты! – Ген слегка толкнул друга в бок, пытаясь скрыть смущение. — Да ладно тебе, Ген. Мы же взрослые люди, – сквозь смех проговорил Укё, не упуская ни одной детали в реакции собеседника. Ген замер, словно пораженный молнией, и лицо его вмиг утратило краски. Зловещая тень дурного предчувствия вновь накрыла его. Укё, заметив столь резкую перемену, приблизился, обеспокоенно вопрошая: — Ген, что с тобой? Все в порядке? — Да, просто нехорошее предчувствие, — отрезал Ген, всем сердцем надеясь на ошибку, но увы… В пещеру ворвалась рыдающая Амариллис, принося с собой весть о случившемся. Укё бросил взгляд на суровое лицо Гена. За спиной Амариллис, словно тень, маячил Моза. Поймав на себе взгляд, Ген понял: снова его очередь. Ему предстояло переманить этого упыря на сторону науки. "Этот тип падок на смазливых девиц. Что ж, с такими мерзавцами я умею ладить. Прикинусь девушкой, навешаю лапши на уши – и дело в шляпе." — Послушай, Моза, а что, если скорешиться с царством науки? Разве это не здорово? — промурлыкал Ген нарочито женским голосом. — Ты ведь силён, можешь свергнуть Ибару и занять его место. Мы поможем тебе в этом, в обмен на окаменяющее устройство. В любом случае ты в выигрыше. Ну как, Моза? — закончил Ген, кокетливо хлопая длинными ресницами, щедро дарованными генетикой. Моза приблизился и, грубо приподняв его подбородок двумя пальцами, прорычал: — Хм, заманчивое предложение, котенок. Но где гарантии, что вы не предадите меня? Слово "котёнок", брошенное в адрес Гена, заставило Сенку нахмуриться. Оно зловещим эхом прокатилось в его голове. — Ты прав, нам нет доверия, но для начала взгляни на это, – Ген отступил назад, высвобождаясь из хватки Мозы. Ген вновь продемонстрировал свои фокусы, и Моза, как и все аборигены этого каменного мира, поверил в его магию. — У нас есть птица, подвластная только нам. Мы колдуны и можем помочь тебе завоевать и дворец, и гарем… да хоть весь остров, что скажешь? Мужчина пристально оглядел остальных. — Хм, перебить вас всех, или Ибару? Что же выбрать? – Моза вперил взгляд в Гена. "Ха, этот подонок специально нас запугивает, разумеется, он выберет убить Ибару и забрать себе весь остров". Но никто не ожидал, что Моза резко притянет Гена за талию и снова заключит его подбородок в захват. — Не поможешь ли мне с выбором, котёнок? Чем теснее Моза прижимался к Гену, тем сильнее в Сенку закипала ярость. — Думаю, разумнее присоединиться к нам, – промурлыкал Ген, ничуть не смущаясь близости. — Ты сам представь. Целый остров в твоём распоряжении, гарем красавиц для тебя, и мы всегда будем рядом. Всё это ты получишь, только если закорешишься с царством науки, – закончил Ген. Моза улыбнулся, отпустил Гена, но продолжал держать его за талию, словно опасаясь побега. — Что ж, хорошо. Я согласен. Я отдам вам окаменяющее орудие и помогу избавиться от Ибары, взамен на… неё, – Моза хитро оглядел каждого. Ген не ожидал такого поворота. — Я хочу взять её в жёны. "Опа, а вот это в планы не входило. Но, если мне придётся выйти за него ради Сенку и его цели, то…" Моза повернулся к Гену, нависая над ним. — Ну что, котёнок, согласна ли ты стать моей женой? — Так, погоди, так не пойдёт, – начал Сенку, подходя к Мозе. Мужчина бросил на него недовольный взгляд, и по крепко сжатому в кулаке копью Ген понял, что тот готов напасть. Ген не мог этого допустить. Он обнял Мозу, положив руки ему на грудь. — Да, я согласна, я стану твоей женой, – промурлыкал Ген, но его лицо не выражало нежности. Он смотрел на Сенку, предостерегая его. Ген покачал головой и беззвучно произнес: "Не надо". Сенку заметил это и остановился. Как бы ему ни хотелось отдавать Гена, другого выхода не оставалось. Сквозь стиснутые зубы он процедил «Идёт» и пожал руку Мозе. — Завтра утром я приду за тобой, — сказал Моза. — Буду ждать с нетерпением, — приторно сладко пропел Ген, выдавливая улыбку. Когда Моза скрылся из виду, улыбка тут же увяла, словно сорванный цветок, и он повернулся к остальным. — Какая мерзость, — прошипел Ген, сбрасывая личину милой девушки. Ген подошёл к остальным, и его тут же окружила галдящая толпа. Только Сенку остался в стороне, неподвижный и словно померкший. Ген заметил тень печали в его глазах, но решил пока не тревожить. Когда лагерь погрузился в сон, в предвкушении грядущего дня, Ген нашёл Сенку. Тот, как и ожидалось, бодрствовал, сидя у одинокого костра. Ген опустился рядом. — Чего не спишь? – тихо спросил он. — Тревожно, – отозвался Ген, не поднимая глаз. — Это понятно. — Мне тревожно за тебя, Сенку. — За меня? – удивился тот. — Ты помрачнел. Не из-за Мозы ли? — Да, просто… я не хочу, чтобы ты уходил, – признался Сенку, прислоняясь головой к холодному камню. В его взгляде плескалась неприкрытая грусть. — Мало ли что этот маньяк на стероидах может с тобой сделать. — Ты волнуешься за меня? Как мило, – улыбнулся Ген, наблюдая, как краска заливает лицо Сенку. — Но если честно, не переживай. Он меня не тронет. — Откуда такая уверенность? — Ты плохо меня знаешь, Сенку. С такими выродками, как он, я умею общаться. Я таких, как он, столько раз обводил вокруг пальца, так что не беспокойся, я буду в порядке. — Как ты это делаешь? Он тебя откровенно лапал, а ты ничего не делал. — Это всё ради науки, Сенку. Разве ты так не говорил? — Но ради науки не стоит так рисковать. — Это всё ради тебя, – выпалил Ген, ошеломив Сенку настолько, что тот на мгновение потерял дар речи. — Я сделал это только ради тебя. Он бы перебил нас всех, мне пришлось. Сенку отвёл взгляд, словно пряча смятение. — Ну, а если он сделает тебе больно? "Уж кто и сделает ему больно, так это я сам…" – пронеслось в голове у Гена. — Это будет уже вторичная проблема. Со мной точно всё будет в порядке. Ложись спать, завтра много работы, – мягко сказал Ген. Сенку, с ноющим сердцем, заставил себя закрыть глаза. Ген же, оставшись один, почувствовал, как к щекам приливает жар. Такого он точно не ожидал от Сенку. Но, успокоившись, парень лёг спать, в голове роились мысли о том, что ждёт его завтра.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!