Вернутся к фанфику

Часть 17

6 августа 2025, 20:08
Следующей целью Сенку была Америка — страна кукурузы, колыбели Facebook, McDonald's и прочих привычных атрибутов современности. Но и это путешествие началось со шторма, причем не только природного, но и в отношениях между Рюсуем и, кто бы мог подумать, Сенку. Прознав о разгоревшейся ссоре, Ген и Укё заглянули в каюту. Друг напротив друга, словно два непримиримых соперника, стояли Сенку и Рюсуй. В их глазах сверкали молнии, а слова, словно стрелы, летели в цель, пытаясь доказать свою правоту и низвергнуть чужую. Как же им решить, кто прав, и найти наилучший выход из сложившейся ситуации? Покер – это игра, где азарт и расчет сплетаются в захватывающем танце, требующем не только хладнокровной стратегии, но и ловкости рук, способной обмануть даже самый зоркий глаз. Ген вскинул бровь, когда Рюсуй, словно тень, скользнул к нему и увел в сторону. Зная, на чьем поле они собирались сыграть, Ген предположил, что Рюсуй явился просить о помощи. — Ген, ты самый ловкий игрок, каких я знаю. Тебе не раз удавалось обвести вокруг пальца целые толпы. — Обмануть? Это слишком громко сказано. Может, ты имел в виду «переиграть»? – проворковал Ген с лукавой улыбкой, игравшей в уголках губ. — Да, именно, переиграть, — отозвался Рюсуй с таким же лисьим прищуром. — Встань под мои знамена, стань моим личным шулером, — предложил Рюсуй и, как истинный аристократ, склонился в полупоклоне, протягивая руку вперед, а другую пряча за спиной. — И какая мне выгода быть всего лишь твоим шулером? — Проси у меня все, что душе угодно. Ген на миг задумался, взгляд его стал серьезным. Он искренне желал Уке счастья, и, поскольку Рюсуй был самым достойным претендентом на это счастье, Ген решил рискнуть. — Что ж, я согласен стать твоим шулером, но лишь при одном условии. — И каком же? — Будь добр к Уке. Относись к нему с трепетом и любовью, — твердо произнес Ген. Рюсуй одарил его понимающей улыбкой и выпрямился. Затем, щелкнув пальцами, произнес: — Ха-ха, это самое легкое, о чем ты мог меня попросить. Хорошо, я выполню твое условие без тени корысти, — с искренней теплотой ответил Рюсуй. Ген улыбнулся в ответ, предвкушая весьма увлекательную игру. Бросив взгляд на колоду карт, парень лукаво улыбнулся. В комнату вошел Сенку в расстегнутой рубашке. В руках Ген держал его пиджак. — О, Сенку-чан, ты выглядишь восхитительно, — сладко пропел Ген. Он протянул пиджак Сенку, помогая ему облачиться в него и разглаживая несуществующие складки. — Тебе очень идет этот костюмчик, ты в нем чертовски эффектен, — промурлыкал Ген, вызвав у Сенку легкий озноб. Сенку сдержал себя, не выдав ни единой эмоции. Поспешно выскользнув из комнаты, он столкнулся с Рюсуем, но, не обронив ни слова, направился в главный зал. Ген рассматривал себя в зеркале, облаченный в фиолетовый пиджак, рубашку и брюки. Давно он не примерял классический костюм, но что-то цепляло взгляд, словно фальшивая нота в безупречной мелодии. Эта идеально застегнутая рубашка и выглаженная ткань делали образ до оскомины скучным. Как-никак, Ген – главный шулер в команде Рюсуя, и ему надлежало выглядеть соответственно, с огоньком в глазах и чертовщинкой во внешности. Расстегнув пиджак, Ген вольно отпустил первые две пуговицы рубашки, растрепав воротник по обе стороны, обнажая соблазнительную линию ключиц. Затем, застегнув пиджак на одну пуговицу, парень слегка взъерошил волосы, придав им вид нарочитой небрежности, и аккуратно пригладил их. Теперь в его облике чувствовался вызов и азарт, теперь он был готов к игре. Услышав шаги, Ген обернулся. Перед ним, словно сошедший с гравюры, стоял Рюсуй в безупречном костюме. Ген невольно представил, как бы дополнила этот образ золотая цепь и перстень, но, увы, в этом мире золото было непозволительной роскошью. — Ну как я тебе? — спросил Ген, одаривая Рюсуя обворожительной улыбкой. — Более чем эффектно, — с той же лукавой улыбкой ответил Рюсуй. — Готов к триумфу? — Всегда! Меньше всего Ген ожидал, что его одолеют при помощи наблюдательности, теории вероятности и статистики. Это задело его самолюбие, но он, как опытный игрок, сохранял невозмутимое выражение лица. Злило его не поражение как таковое, а осознание того, что он утратил свою хватку. Раньше никто не мог его переиграть, а тут… школьник и горилла-девица оставили его в дураках. Ему было необходимо знать, где он допустил промах. Приподняв брови, Ген облокотился на стол, закинул ногу на ногу и, подперев голову рукой, нарочито сладким голосом произнес: — Сенку-чан, позволь полюбопытствовать, что же меня выдало? — Что тебя выдало? — переспросил Сенку с торжествующей усмешкой. — Абсолютно всё. Я изначально предполагал, что ты будешь мухлевать, и, как видишь, не ошибся. А Кохаку, с её-то зрением, моментально раскусила твои махинации. Ах да, и в колоде не хватало одной карты. Джокера. Улыбка Гена стала ещё шире. Он признал своё поражение. Недооценил этих двоих, посчитав их простаками. Эта легкомысленность сыграла с ним злую шутку. Теперь его договор с Рюсуем был расторгнут. — Хм, вот как значит… Что ж, благодарю за игру, Сенку-чан, — сказал Ген, поднимаясь из-за стола. — И кстати, загляни в свой внутренний карман пиджака, — бросил он с хитрой ухмылкой и покинул комнату. Сенку сунул руку во внутренний карман и нащупал что-то. Достав это, он усмехнулся. Это был джокер. — Каков же хитрец, — прошептал Сенку. Войдя в комнату, Ген сбросил пиджак. Расстегивая пуговицы рубашки, он услышал, как в комнату проскользнул Рюсуй. По едва слышному вздоху Ген понял – блондин расстроен. — Не думал, что они нас обыграют, — тихо начал Рюсуй. — Я сам в шоке. Надо же, попались неопытным игрокам, — с досадой произнес Ген. — И наш договор теперь разрушен, — мимоходом упомянул он. — Разрушен? С чего ты вдруг взял? — Ну, я же не выиграл. — И что? Наш договор был о том, чтобы ты стал моим гулером, о победе и речи не было. — Правда? Это значит, всё в силе? — Конечно. Да и без этого договора я бы все равно выполнил твою просьбу, — проговорил Рюсуй, поворачиваясь к Гену. В его карих глазах плескалась искренняя нежность и любовь. — Я люблю Укё, и хочу, чтобы он был счастлив, и я сделаю все для этого счастья, — с теплой улыбкой добавил он. Взгляд Рюсуя скользнул вниз, к груди Гена. Внимание привлек шрам, словно след от острого клинка. Лицо Рюсуя помрачнело. — Что это у тебя на груди? — Это? — Ген коснулся шрама кончиками пальцев. — Да так, забудь, — отрезал он, не желая ворошить прошлое. Рюсуй же понял всё без слов и не стал настаивать. После игры Гена обуяла нестерпимая жажда. Сменив игровую маску на привычную одежду, он встретился с Цукасой. Тот, словно сбросив воинские доспехи, облачился в простую рубашку. Жестом пригласив старшего к стойке, Цукаса словно открыл дверь в мир забвения. Ген, с печальной улыбкой, принял приглашение, присаживаясь рядом. Франсуа, словно жонглер эмоциями, разлила по бокалам искрящийся алкогольный коктейль. — Эта игра была до странного захватывающей, – задумчиво произнес Цукаса. – Но одного я понять не в силах – как ты умудрился уступить Сенку? — Да я и сам в недоумении. Видно, давненько я не брал в руки карты, хватка ослабла, – с ноткой самоиронии ответил Ген. — Возможно, – согласился Цукаса, кивнув. – А сколько всего раз ты играл в покер? — Ох, много, и не сосчитать, – Ген сделал внушительный глоток коктейля, словно пытаясь утолить не только жажду. – И на телевидении, и… в жизни. — В жизни? – в глазах Цукасы мелькнуло удивление. "Упс, проговорился. Мне нельзя пить, но, впрочем, какая теперь разница?" — Да, и в жизни доводилось играть. Пару раз, правда, чуть жизнью не поплатился, так как имел глупость мухлевать с сомнительными личностями, – признался Ген, наблюдая, как тень тревоги скользнула по лицу собеседника. — И тебе не было страшно? — Нет. У меня, так сказать, был свой личный телохранитель, – уклончиво ответил Ген. — Знаешь, ты самый загадочный человек на этом корабле, – с таинственной улыбкой произнес Цукаса. Ген лишь тихо рассмеялся в ответ. — Да, наверное, так и есть. Сенку, наблюдая за этой идиллической картиной – за милой беседой, за улыбками, которыми обменивались двое, – не мог сдержать волну раздражения. Брови его все сильнее сдвигались к переносице. А когда Цукаса нежно убрал непослушную прядь волос, упавшую на лицо Гена, чаша его терпения переполнилась. Попрощавшись с Хромом под предлогом усталости, Сенку поспешил вниз, в свою каюту. Он рухнул на кровать, погружаясь в мучительные размышления. Почему его так снедает ревность? Цукаса вроде бы не делал ничего предосудительного, верно? Ну, допустим, он убрал прядь волос, мешавшую Гену. Допустим, он просто мило ему улыбается. Допустим, что еще до отплытия он притянул Гена к себе за талию и чуть не поцеловал. Пустяки. Ведь все так поступают, не правда ли? Каждая мысль об этом лишь сильнее разжигала огонь ревности в его душе. С каждой минутой Сенку все сильнее терзала тоска от осознания: сейчас на его месте мог быть Цукаса. Шум на палубе стихал, уступая место тишине. Все давно погрузились в объятия Морфея, кроме троих. Сенку не мог уснуть, рой мыслей бушевал в его голове. Решив развеяться, он покинул каюту и направился к лестнице. Открыв дверь, он вышел на палубу. Тихие голоса доносились из-за стены. Сенку осторожно подошел к краю и увидел, как Ген и Цукаса, сидя на полу, ведут непринужденную беседу. Судя по заплетающейся речи, оба были изрядно пьяны. Парни тихо смеялись, стараясь не разбудить команду. — И ты только представь мое лицо в тот момент! – хохотал Цукаса, обращаясь к Гену. — Да, это было просто нечто, – вторил Ген, давясь от смеха. — Забавно, правда? — Что именно? — Как все изменилось. Всего год назад мы жили в пещере, а теперь рассекаем волны на корабле. — Да, его гений поражает, – согласился Цукаса. Заметив отблеск восхищения в синих глазах Гена и легкий румянец на щеках, он усмехнулся. — Знакомый взгляд. Он тебе нравится? — Что? Я… эм, – запнулся Ген. Но сердце не обманешь. — Да, нравится. Просто… он дал мне то, чего не могли дать другие. — И что же? — Возможность верить в будущее. За все мои двадцать лет это смогли сделать только два человека: Сенку и мой приемный отец. — Ты приемный? — Да. Мои настоящие родители эксплуатировали меня ради денег, а папа позволил мне верить в будущее, которого у меня никогда не было, – признался Ген, чувствуя, как сердце сжимается от боли. — Поэтому я так ценю Сенку. — И поэтому ты меня предал? — Да, – честно ответил Ген. — Думаю, на твоем месте я поступил бы так же, – улыбнулся Цукаса, вызвав ответную улыбку у Гена. Сенку стоял за стеной, внимая откровенному монологу. Сердце защемило от осознания собственной значимости в жизни Гена. Щеки вспыхнули румянцем, а на губах заиграла улыбка. Все тревоги вмиг отступили. Сенку понимал, что никто не сможет заменить его Гену, что Ген ценит его и… любит. — Уже довольно поздно, думаю, пора спать, – предложил Цукаса. — Да, я тоже так думаю, – согласился Ген. Услышав это, Сенку поспешно спустился в свою и Гена каюту. Забравшись в кровать, он притворился спящим. Услышав шаги, сердце замерло в груди. В комнату вошел Ген. Скинув хаори и оставшись в одной майке и штанах, он забрался на верхнюю полку и улегся. Выдохнув, Сенку почувствовал, как глаза закрываются, и сонливость овладевает им. Он уснул с умиротворением в душе и мягкой улыбкой на губах.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!