more than love

*** Она улыбалась всегда искренне и смеялась, как в последний раз. Любила бегать от меня и валяться в мягкой траве, а я лишь протягивал ей руку. Она всегда так очаровательно морщилась, когда я прерывал подобные лежания. С ней было легко и уютно, будто маленький домик, далеко-далеко от людского эволюционного мира. Когда сидели на скамейке, она всегда болтала ногами, словно ребёнок и это было мило. Её улыбкой можно заменить солнце, ведь сама она и была им. Болтала ни о чем. Показывала мне звезды, что были рассыпаны на ночном небе. Я видел её самую счастливую, в тот момент она цвела, будто сакура весной. И я наслаждался ей, впитывал в себя каждую частичку её эмоций. Раскрыла мне своё любимое тайное место, что находилось далеко от людей. До него было долговато добираться, но она безумно его любила, я видел это в её глазах. Я видел в её глазах космос или даже отдельную вселенную и она была прекрасна. Облокачивалась на перила и говорила, что приходит сюда практически всегда, это место даёт возможность подумать о чём-то сокровенном. Однажды, мы не смогли встретиться, у меня были дела и она не возражала, у неё тоже были свои. Когда дела были окончены, я почему-то решил придти на то место, которое она мне не так давно показала. Не знаю почему я пошёл туда, мне просто хотелось. Когда я подошёл, облокотился на перила, то увидел её на пристани. В тот момент она не выглядела одинокой. Она выглядела истощённой. Звезды в этом месте были хорошо видны и сегодня они блестели больше прежнего, а водная гладь озера была такой спокойной, такой же, как она. Это место слишком подходило ей. Она сидела, смотря куда-то вдаль, куда-то далеко за горизонт. Она положила руки сзади себя и откинула голову назад. Клянусь, она выглядела так волшебно и сказочно. Будто бы я застал чудо, которое появляется в определённое время, а потом быстро пропадает. Тихая, спокойная музыка играла из её телефона. И она уже не выглядела той, что была минутами раннее, сейчас она выглядела блаженно и расслабленно. Будто бы всё тяготы жизни, мгновенно упали с её плеч. Любила мелкий дождь и ходить без зонта. Бегать босиком и не любила болеть. Она словно боролась со злом внутри себя сама. Мне так хотелось в тот ночной день коснуться её. Совсем немного и аккуратно, чтобы запечатлеть её вид в моей голове навсегда. Я не хотел, чтобы она исчезала с моих глаз и памяти. Кроссовки лежали где-то в стороне. В эти мгновения, она будто впитывала энергетику этого места, чтобы найти силы улыбаться завтра. Любила поездки на поезде и любила сочинять истории. Иногда, мне казалось, что она была слишком светлой для этого мира. Хотела каждому на этом свете помочь. Встречала рассвет с таким воодушевлённым выражением лица, будто она проживает последний день, последнюю ночь. Она обожала слушать музыку всей душой, куда бы не шла, всегда была в наушниках. И у неё не было много знакомых, совсем нет. Но она ценила каждого, кто ценил её. После прочтения или просмотра жанра "романтики" в ней всё ещё теплилась надежда на хорошее будущее. Надежда, что однажды и с ней случится подобное. И не важно, что до этого она утопала в слезах, чтобы почувствовать тепло, ласку, заботу и любовь. То, чего ей не хватало. Никогда не хватало. И мне так хотелось дать ей это. Дать ей целый мир в руки, положить легонько и сказать, что это для неё одной. Она никогда не считала себя хорошим человеком. Хотела спрашивать каждого, кто знает её хоть чуточку, какая она. Ей надо было понять "настоящую" себя. Какая она была. Чтобы больше не теряться в маскараде бессмысленных масок и сцен. Сдерживала слезы, когда рассказывала что-то сокровенное, что-то, что ломало её изнутри и разъедало подобно кислоте. И у неё получалось, она лишь улыбалась. Но видели ли люди в её глазах вселенскую грусть? Такую грусть, из которой будто и не выбраться никогда. Будто и останешься лежать здесь. На самом дне черноты. Совсем одна. Со своими чертями в голове. И погружаясь в сон, ей не снится ничего хорошего или вовсе ничего не снится. А ей так хотелось, хотя бы ещё раз увидеть сон похожий на сказку, где она действительно счастлива, где она больше не переживает из-за прошлого. Где она любит себя. Она устала от кошмаров и от чёрного экрана перед глазами. Но лучше чёрный экран, чем снова испытывать страх и разбитость после очередного разъедания её кожу воспоминания. Даже если на часах уже 6 утра, а она не спала-это всё было совершенно не важно, зная, что сегодня она снова отвлечется, снова не будет думать о плохом. Не будет думать о том, сколько боли ей принесли. И она совсем не считает свою боль-вселенской проблемой, наоборот. Она считает, что её проблемы совсем ничего и совсем не имеют значения. Ведь у кого-то бывают ситуации жизни хуже. Ведь по её мнению, её друзьям хуже, чем ей самой. И за каждого человека, которого она считает другом, она отдаст всё последнее. Она отдаст всю себя, даже зная, что разобьётся, даже зная, что привяжется. Пусть и снова будет внушать себе «не привязывалась ни к кому» . Пусть снова будет внушать, что следующий рассвет за окном облегчит её грусть. Пусть снова будет внушать, что всё изменится. Даже если ничего не изменится. Абсолютно ничего. Некоторые, всё также продолжат ставить её на второе место. Некоторые, всё также будут считать её никем и не слушать её. Я видел в её глазах вселенную. И она бескрайняя. Она была готова на любую шалость и глупость. Хотела осуществить каждую не существенную мечту. Ей было бы всё равно, если её назовут сумасшедшей. Ей будет всё равно, пока будут плеваться в её сторону. Но она никогда не посмела бы кому-то плеваться в близких для неё людей. Я видел огонь в её глазах, видел ярость и злость, что была готова буквально убить человека собственными руками. И она всё ещё умещала все в себе:вселенскую грусть и вселенскую любовь, сидя на пристани и заворожено смотря всё также куда-то за горизонт. Будто там есть ещё что-то. Что-то, что скрывается от наших глаз и лишь она одна могла разглядеть. Она никогда бы не посмела высказать всю накопленную годами боль, видя, что человеку тоже плохо. Она никогда не осудит, кем и кто бы ты не был. И я честно признаюсь вновь: я никогда не видел таких людей. И ведь правда. Миллионы и миллиарды людей населяют планету, но ведь в каждом есть своё. Каждый отличается. Даже если мы носим одинаковую одежду-не значило, что мы все одинаковы под ней. Слушала разных исполнителей. Могла расслабляться под классику классику и кричать под рок. Она пыталась, как могла. Слушала, как могла. Поддерживала, как могла. Держала злость и обиду, как могла. Держала слёзы, как могла. Но со временем всё треснет же? Треснет, как лёд в жару. Треснет, как каменная стена под натиском тяжелого предмета. Я всегда слушал её, никогда не перебивал. Веселился вместе с ней, словно последний день, но. Но я никогда её не видел такой откровенной. Она говорила на том пирсе без слов. Нет, она даже не плакала. Лишь смотрела. Смотрела и улыбалась. Даже зная, что никого рядом нет, не перед кем натягивать улыбку. Она всё равно улыбалась. Дарила свою солнечную улыбку мрачному и тёмному небу, которое пыталось осветить полная луна. Я видел блеск в её глазах. И видел какой она может быть: непредсказуемой и безбашенной. Видел по её взгляду. Которые пережили не мало. Которые почти сломались и больше не хотели видеть свет. Но всё ещё щурясь и ругаясь от слишком яркого солнца, она улыбалась. Она смеялась, сама не зная почему. Может ей так хотелось? Её тяжело понять. Тяжело понять её мотивы и характер. Тяжело понять почему она сама ставит крест на себе, хоть и в шутку. Тяжело понять почему каждый раз занавешивает окна ночными шторами, чтобы солнечные лучи утра не пробирались к ней в комнату. Сложно понять почему она любила быть одна. И почему ненавидела одиночество. Тяжело было понять, что творится у неё в голове. Любила фруктовые жвачки и зелёный чай. Она любила не спать ночью и спать днём. Она любила каждого близкого ей человека всем сердцем и была готова отдать себя каждому, без остатка, лишь бы они были счастливы. Только кто из них готов отдать себя ей? Хотя бы частичку? Она не знает. Она ненавидела свои слёзы. Ненавидела свободу, слабость и слабохарактерность. Ненавидела свою доброту к каждому. Ненавидела сопливые песни, но порой плакала под них ночами. Лишь бы никто не видел её слез, лишь бы никто не видел, что она переживает. Лишь бы не видели её боль у неё в глазах. Поэтому, она пытается выплакать всё ночами в одиночестве, а днём быть весёлой и радоваться мелочам. Она хотела быть любимой, хотела чтобы её обнимали, но подавляла в себе это каждый раз. Подавляла в себе каждый раз обиды, сидящие внутри неё, обиды её внутреннего ребенка. Я хотел бы видеть её разной. Хотел бы быть рядом, но меня не было с ней тогда, в её переломный момент. В момент, когда она треснула, как глыба льда помещённая в кипяток. Я хотел бы обнимать её одинокими ночами, но она не позволяла. Она не позволяет себе быть слабой в глазах других. В своих глазах она всегда была такой, но не в моих. Адреналин давал ей подзарядку, возможно, это могло бы стать для неё наркотиком, на который она бы с радостью подсела, лишь бы не ощущать себя отвратительно. Отвратительно до боли по всему телу. До кровоточащих ран на теле. Но днём она всегда улыбалась, шутила и любила. Бывали дни, когда она была не в настроении, но это было не то, не совсем то, что она ощущает оставаясь один на один. Хоть и в большинстве случаев именно так она себя ощущала среди них. Лишней и запасной. "Иногда, верёвка хочет порваться. Иногда, свет пытается ускользнуть. Иногда, мы бываем прижаты к стене. Иногда, мир хочет видеть тебя на коленях." Её глаза неприятно щипали каждый раз, когда вспоминала тот день. Одинокие и такие холодные слёзы текли и охлаждали горячую кожу. Извечный вопрос: почему всё так? На который никто не найдёт ответ. И я тоже не мог дать ей ответов, которые она так желала услышать. Можно лишь придумать свой. На свой вкус, фантазии, мысли и в принципе, усмотрение. С каждой пролитой слезой, она каждый раз умирала где-то внутри. И каждый раз с головной болью, проваливалась в глубокий кошмарный сон. Сон, под названием жизнь. Терялась в пустой оболочке себя и уже не искала выхода. А я..я лишь был рядом. Я лишь крепко держал её за руку, не давая ей утонуть ещё больше в пучине своих мыслей. Я лишь дарил ей улыбку, а она дарила мне свою в ответ. Такую яркую и очаровательную. Такую мягкую и приятную. А я лишь мог стоять рядом и наблюдать. Она не хотела моей жалости, она ясно давала мне понять это. Она хотела лишь тепла и крепких объятий. На душе у неё так пусто и ей так больно. Так плохо. Она так устала и на её единственный вопрос «почему» никто никогда не отвечал. Никогда не ответит. Тебе плохо и больно внутри, слезы льются ручьём и ты просто не понимаешь откуда столько усталости. Откуда столько всего? Голова её кружилась, лучше бы ложилась спать. Сон стал для неё надеждой. Я так хотел сделать её счастливой, только бы она позволила, только бы не боялась, что обожжётся. Будь моя воля, я бы каждую секунду своей жизни посвятил ей. Каждое слово и каждую фразу, я бы отдал всего себя ей. Я был рядом, но может быть недостаточно. Может быть я упустил что-то. Может быть на том пирсе она что-то уже решила для себя? Может быть она подвела точку в своей истории? Я не мог. Не мог упустить её. Но упустил тогда, когда лишь решил не тревожить и наблюдать за ней издалека. Почему её жизнь сложилась именно так? Почему жизнь не дала ей больше света в её жизни? Почему не дала мне подарить ей другую жизнь? Совсем не важно сколько мы были знакомы с ней, но если интересно то, около 2-х лет где-то, может и больше, я не считал. В этом не было смысла, весь смысл буквально терялся, когда я находился рядом с ней и дарил солнечную улыбку, и прекрасное настроение. Я дарил ей вкусности и всякие безделушки. Она хранила каждую из них и относилась очень бережно. А я хранил её. В своем сердце. Иногда мне кажется, что я никогда еë не забуду и ведь правда, она сидит не только в моей памяти, но и глубоко внутри. После того дня мы также продолжали регулярно видеться и проводить время вместе. Но всему приходит конец? Почему когда меня не было рядом, она была совершенно другой? Да, она была будто из другого измерения, будто бы её специально послали сюда и хотел бы я, чтобы именно для меня. Но когда я видел её одну, то выглядела она так, будто бы умираем где-то внутри, трещит по швам. Каждый совместный день я старался зашить обратно порванные раны, но они расходились вновь оставаясь она в одиночестве. Почему она не сказала мне как ей плохо? Почему не попросила меня не уходить? Мы не были парой, но часто обнимались и всегда держались за руки. Однажды я поцеловал её, а после она так мило смущалась и так сладко улыбалась. Мы всё ещё не были парой, но нужны ли были эти слова? Нужно ли было произносить их вслух? Я держал её руки так аккуратно, ведь боялся, что держа сильнее, она просто рассыпится в них и ничего не останется. Целовал каждую родинку на её теле, на ней они смотрелись слишком прекрасно, будто бы тысячи звёзд упали на её плечи, ключицы, руки. И наша жизнь могла бы сложиться по-другому:мы могли бы переехать в будущем куда-нибудь, жить вместе. Утром я приносил бы ей завтрак в постель, говорил сотни комплиментов в день и никогда не расставался с ней. Так почему же жизнь так несправедлива? Прошедший Новый год мы встретили прекрасно. Наряжали вместе ёлку, бесились, готовили печенье, пока на фоне играли новогодние песни, что предвещали хорошее настроение и будущее. Которое теперь не наступит. Ни для неё, ни для меня. Мы могли спать вместе в обнимку, а в сочельник поцеловались. Существует ли любовь на земле? Что вообще люди знают о любви? О той бескорыстной любви, когда ты готов жизнь просто так отдать за неё, только бы видеть её, только бы ощущать её ладонь в своей, её губы на своих. Нужно ли что-то ещё? Моё сердце сжимается и разжимается с бешенной скоростью, когда она такая счастливая и радостная носится по дому от меня, когда она так громко смеётся. Я не знаю наступит ли наше совместное завтра, но я всегда мечтал об этом. Дано ли всем мечтам сбыться? Кажется, сама жизнь и судьба просто смеялись надо мной, когда планировали свой злостный план. Нам было по восемнадцать и завтра не наступит для нас обоих. Сначала для неё, а после для меня. Я больше не смогу держать её руку в своей, дарить подарки, дарить улыбку, смех. Я больше ничего не смогу сделать для неё. Не в этой жизни. Тот случай на пирсе был год назад и только сейчас я понял. Понял, что ещё тогда она всё решила для себя. Решила избавиться от тяжкого груза, что несла изо дня в день, но всё ещё улыбаясь в самую мрачную погоду и дождь. Сейчас я так разбит. Моё сердце будто бы больше не стучит, прямо как и её. Я так боялся этого, так боялся. Я не смог подарить ей счастливое завтра. Я больше не поцелую ни одну родинку на её теле. Я больше не сделаю её счастливой. Мне так больно. Прямо сейчас так больно. Она забрала моё сердце с собой куда-то далеко, туда где, возможно, жизнь её станет лучше. Мои глаза уже не хотят выполнять свои изначальные функции, они болят от постоянных слез. Но они застилают их снова, когда я вижу её в белом одеянии в этом громоздком гробу. Мне тяжело дышать, будто бы весь воздух просто выкачали за пару секунд и я начинаю задыхаться. Почему она не сказала мне раньше? Как мне теперь жить? Безусловно, жизнь не заканчивается. Думаю, она не хотела, чтобы я закончил её также рано, как и она. Думаю, она желала мне всего самого лучшего. Изо дня в день моё сердце будто гнеëт изнутри и я ничего не могу поделать с этим, я слишком бессилен. Я продолжу жить, но мне будет больно. Будет больно, ведь я больше никогда не увижу её. Буду учиться и работать, но от воспоминаний, что мы создали, никуда не деться, от них не убежать. Уже прошло десять лет, но оно всё ещё болит. Я простил её ещё тогда. Я просто не мог не простить её. И я очень надеюсь, что она не чувствует вину за то, что сделала. За то, что закончила свою жизнь тогда, десять лет назад, на высоком заброшенном здании. Когда-нибудь и я уйду отсюда, куда-нибудь, где есть она. Где больше нет боли и есть свет. И если бы я знал, что она больше не увидит завтра, то сказал бы как люблю её. Но нам никогда не нужны были слова, чтобы понять, что мы чувствуем. Даже словами никогда не передашь то, что происходило между нами. Ведь, это было Больше, чем любовь In a foreign place, The saving grace was the feeling, That it was a heart that he was stealing The eyes are bright He couldn't wait to get away. And I hope you're holding Hands by New Year's Eve They made it far too easy to believe That true romance can't be achieved These days You are the only ones who know.