Вернутся к фанфику
Глава 1. "Элизиум"
6 июля 2025, 10:42 По тёмно-красному лакированному дереву по кругу быстро и хаотично метался белый шарик, звонко ударяясь о края рулетки. Вокруг мужчины в чёрных костюмах, затаив дыхание, наблюдали за его движениями. Кто-то нервно кусал губы, кто-то заламывал пальцы под столом, кто-то сжимал бока чуть крепче, чем обычно. Джазовая музыка сливалась с атмосферой азарта. Приглушённые лампы, имитирующие свечи, разливали мягкий бежевый свет, который ложился на бархатные покрытия стульев, создавая иллюзию уюта, насыщенного роскошью. Воздух здесь пах не деньгами — властью. Властью, пропитанной сигарным дымом, терпким ароматом коньяка и духами, недоступными большинству.
Звяканье жетонов, звуки щелчков рулетки и шуршание карт формировали мелодию, поднимающую настроение, создающую интригу и предвкушения. Каждый вечер за столами шепчутся и рассказываются истории, происходит обмен слухами и информацией. Здесь за каждым жестом, за каждым смешком может скрываться угроза. А иногда слова значили меньше, чем молчание. Наблюдательный человек и тот, кто знает собравшуюся публику сможет это распознать. Сделки заключаются шёпотом, иногда взглядом, а иногда прикосновением к тонкому конверту.
Особое меню только для избранных. Для тех, кто знает о нём и сможет заплатить. Официанты двигались беззвучно, как тени, подавая напитки тем, кто решает судьбу преступного города — Н109 Зоны. Иногда на их подносах были не только бокалы, но и флешки, иногда пули, аккуратно завёрнутые в салфетку. Здесь каждый знает, кто есть кто.
«Элизиум» живёт на пульсе тайн, на ритме обмана, на запахе большого предательства. И пока в обычные вечера фишки звенели о зелёное сукно, под суетой рулетки, за сверкающими бокалами рождались и умирали предатели.
За барной стойкой скучала девушка с вьющимися каштановыми волосами. Она пила виски, наблюдая за происходящим с равнодушием. В её глазах была скука. Деньги текли рекой, а ей было всё равно. Барменша за стойкой протирала чистый бокал.
— Скучно, — бросила Эйслин, стуча ногтём по бокалу. — «Элизиум» был ареной. Сегодня же просто цирк.
Она опустошила содержимое своего бокала.
— Зато выручка будет хорошей, — ответила барменша, разглядывая одного из посетителей сквозь стекло начищенного бокала для вина. Энни узнала несколько занимательных моментов из жизни пришедших сюда людей.
Все гости были разными со своими историями, характерами, амбициями и тревогами. Например, парень, которого она рассматривала через бокал, сидел у дальнего стола за покером в компании своих «коллег». Он отличался от тех, кто сидел рядом. Дорогой костюм, на его лице застыла полуулыбка, иногда рукав пиджака приоткрывал дорогие часы. Казалось бы, типичный клиент. Если не наблюдать за ним дольше одного вечера. Он уже был здесь ранее. И Энни его помнила.
Совсем скоро он отправиться на опасное задание. Весь вечер он был напряжён и не мог расслабиться. Он пил умеренно, чтобы оставить себе ясность ума и с утра не страдать от сильного похмелья. Хотя обычно он предпочитал водку с энергетиком. Когда Энни выходила покурить, то услышала, как его коллега желал ему удачи, и сочувствующе хлопал по плечу. Она подслушала их разговор ещё немного, они говорили на тему личной жизни, но в разговоре присутствовали намёки на то, что парень был напряжён из-за работы, и что ему поставили сложную и опасную задачу. Но, когда коллега ушёл, он набрал чей-то номер в телефоне, и Энни услышала очень интересную беседу, продолжая изображать из себя простую обслугу, которая просто курит и переписывается в телефоне. Ей оставалось только сложить два и два, чтобы в голове образовалась целостная картинка из тех обрывков мозаики, которые она собирала почти две недели.
Энни любила собирать крупицы информации. Отделять правду от лжи, разглядывать посетителей и подслушивать их разговоры. Именно этим она и привлекла Эйслин, когда та нанимала её на работу. Энни знала всё. Кто с кем спит. Кто кого хочет убрать. Кто смеётся фальшиво. И кто заказывает виски, когда обычно предпочитает газировку. Все опасались Эйслин и не замечали её работников.
Эйслин фыркнула и указала на свой бокал наманекюренным в коричневый цвет указательным пальцем, призывая сотрудницу подлить ещё виски.
— Она всегда хорошая, но сегодня моё казино не выполняет основную функцию.
— Тогда почему я до сих пор получаю копейки, как официантка в придорожной забегаловке? — усмехнулась Энни.
— О-о-о…
Глаза Эйслин сверкнули, и она сделала глоток виски, не отводя взгляда от платиновой блондинки с удлинённым карэ и зелёными глазами в чёрно-белой униформе работницы. На правом запястье у неё была тонкая цепочка с флешкой, похожей на украшение. Это был ключ к серверам, на которые она закидывала копии с камер.
— Я хочу прибавку! — добавила Энни, кладя руки на барную стойку. Это должно было быть требованием, и несмотря на то, что в её голосе присутствовали нотки уверенности, страх взбесить Эйслин и потерять это место, всё равно присутствовал.
— Прибавку, хах? — усмехнулась она. Её голос был мягким, игривым, уверенным, как у кошки, заманивающей жертву. Эйслин поправила закрученную каштановую прядь у виска, и посмотрела на дальний конец длинной барной стойки. — Если хочешь прибавку, то попробуй уговорить того посетителя выпить что-нибудь розовенькое и сладенькое. То, что предпочитают женщины.
Она кивнула в сторону мужчины с пепельными волосами и чертовски дорогой одежде, с закрученными рукавами чёрной рубашки. «Да чтоб её» — подумала Энни, сверля взглядом своё задание. От одного его вида прошибал озноб. Он проиграл в казино сумму с шестью нулями, и теперь с ленивым выражением лица попивал виски со льдом, листая что-то в ленте на экране телефона. «Из всех посетителей она выбрала именно Сайласа».
Низы общества Н109 Зоны знали, кто такой Сайлас, но мало кто видел его лицо. Поскольку в этом казино развлекались те, кто сможет спокойно потратить большую сумму, Энни знала, как он выглядит. И сегодня он здесь, лениво листает ленту новостей в своём телефоне. Его присутствие давило, ведь рядом с Сайласом лучше помалкивать. Большинство посетителей сегодня являлись его подчинёнными, которых хозяин вывел «погулять». Стоило ему войти в казино в начале вечера, как сразу же появлялся налёт страха и уважения. Он двигался уверенно, привлекая внимание и формируя в воздухе напряжение. Сайлас не просто заходил в помещение, он заполнял собой пространство.
В красных глазах отражалась небрежная расслабленность, но движения выдавали сосредоточенность. Поворот головы; то, как он откидывается на спинку стула; взмах руки; момент, когда он переводит взгляд на кого-нибудь — говорили о том, что у него всё было под контролем.
Губы Эйслин растянулись в хитрой ухмылке, и она с издевательской манерой приподняла бровь, когда столкнулась с неуверенным взглядом Энни. Они обе знали, что это задание было почти невыполнимо. Но вызов брошен.
Энни прикусила нижнюю губу, ещё раз кинула опасливый взгляд на скучающего Сайласа, взяла бокал с толстым дном, предназначенный для виски. Плеснула туда не очень дорогой сорт, ведь ей вычтут из зарплаты, оценила: хватит ли ей этой дозы, чтобы убаюкать инстинкт самосохранения, добавила ещё и залпом выпила содержимое под насмешливый взгляд Эйслин.
«Ледяная водка в данной ситуации подошла бы лучше» — подумала Энни, кривясь от вкуса. Она сделала глубокий вдох и шумно выдохнула. Затем поправила свою чёрную жилетку и пошла к нему. Каждый шаг отдавался в её ушах звонким стуком небольших каблуков. У неё было ощущение, что она идёт на гильотину.
Сайлас с небрежной медлительностью крутил своими пальцами бокал, и лёд тихо ударялся о стеклянные стенки, словно отбивал отчёт до её полного краха. Тук. Тук. Тук. Лёд квадратной формы соприкасался друг с другом, соединяясь с ударами сердца в груди Энни. Его ледяной взгляд не отрывался от экрана телефона, но казалось, что он всё видит.
О нём ходит много слухов, они окружают его, как туман. Густой, липкий и утаивающий суть. Одни говорят, что он бессмертен; другие утверждают, что он вампир, который питается то кровью девственниц, то молодых подростков. Третьи же считают, что Сайлас демон и заключая с ним сделку, ты продаёшь душу. Эти слухи распространяются среди низкого слоя населения Н109 Зоны, средний класс просто утверждает, что Сайлас монстр и с ним лучше никогда не связываться. Высший класс скажет, что он редкостный ублюдок и мудак. Одни мечтают занять его место, другие отомстить, третьи отстранить, чтобы место главы Н109 Зоны занял кто-нибудь более сговорчивый. Есть ещё четвёртый тип людей — те, кто хочет работать на него. Ведь под его тенью находиться выгодно, хоть и не безопасно. Говорят, что чтобы попасть под мощное крыло Сайласа необходимо пройти отбор, схожий с игрой на выживание. В общем, у Энни не было подходящих причин, чтобы подходить к Сайласу. До сегодняшнего вечера.
Сайлас сделал глоток, когда Энни встала напротив него, но он даже не обратил на неё своё внимание. Его большой палец продолжал листать ленту, а на лице было отражение полнейшей скуки. Энни почувствовала себя неуютно рядом с ним. Ощутила себя маленькой букашкой, ползающей рядом с отдыхающем хищником, который мог одной лапой раздавить её. «Прекрасно. Кажется, Эйслин всё-таки решила проверить, насколько хорошо я умею умирать за зарплату» — подумала Энни, переминаясь с ноги на ногу и посмотрела на Эйслин. Та усмехнулась и приподняв свой бокал, отсалютовала ей, развлекаясь подобным зрелищем. «Веселится, блин».
Этим поручением она хотела поставить наглую сотрудницу на место. Но не предполагала, что, приняв вызов, Энни теперь не отступит. Она тихо кашлянула и уже была готова предложить ему женский коктейль, как Сайлас с ленью пододвинул, тонким указательным пальцем, почти опустевший бокал с виски в её сторону. Он по-прежнему смотрел в экран своего телефона. И в глубине души Энни предпочитала, чтобы он и вовсе на неё не посмотрел.
— И поменяй лёд, — сказал он. Его голос был низкий, бархатный и обволакивающий. Он тянул гласные буквы и говорил с небрежной медлительностью, словно он никуда не спешит, и время подчиняется ему одному.
Вся настоящая информация о нём обрывочная, но если сложить эту мозаику, то вырисовывается вполне чёткая картинка. Он не любит ложь, не любит слабаков, любит решительных и уверенных. И очень любит играть в угодайку. Правда, угадывать должен не он, а тот, кто напротив него. Чтобы его оппонент стоял и гадал: сегодня ли его последний день в жизни ли нет? А ещё он любит выгодные сделки.
Впечатлить Сайласа — всё равно, что впечатлить богача, который попробовал всё на свете и теперь живёт в скуке.
— У меня к вам предложение. Сделка, даже.
Он нехотя оторвался от экрана телефона и перевёл на неё свои алые глаза. В этом жесте было такое спокойствие, что наводило тревогу. Спокойствие хищника, который не голоден, но не откажется от перекуса. Энни мысленно пообещала себе больше никогда не соглашаться на прибавку таким способом. И ей оставалось надеяться, что хищник не любит барменов и официанток.
У неё появилось ощущение, будто температура тела резко поднялась, а щёк коснулось что-то душное и жаркое. Сайлас был довольно привлекательным, кроме алых глаз, которые отражали всего несколько эмоций: уверенность, скуку и надменность, словно ему принадлежит весь мир.
У него был узкий подбородок, прямой длинный нос с едва заметной горбинкой, идеально очерченные пухлые губы и лисьи глаза. Сайлас был высоким и широкоплечим, вырез его чёрной рубашки приоткрывал торчащие бугорки ключиц.
В обычной жизни такой мужчина заставил бы её нервничать ещё сильнее, и она не смогла бы вымолвить ни слова. Но сейчас перед ней сидел не красивый мужчина, а потенциальная прибавка к зарплате. Это было значительно важнее.
— Ты новенькая? — спросил Сайлас, рассматривая её лишь для того, чтобы заставить смутиться, а потом забыть, как и любую обслугу.
«Не думай о том, что он красивый. Думай о деньгах» — мысленно напомнила она себе.
— Нет, — ответила Энни. — Вы просто раньше не смотрели, — на её лице появилась полуулыбка. — Вы когда-нибудь задумывались над тем, — она облокотилась на стойку, её голос понизился и стал заговорщицким.
— Сколько информации просачивается между глотками бурбона и затяжками у входа или на лестничной клетке?
— Задумывался. Но предпочитаю, чтобы за этим следили другие.
— Вот и зря. Ваши «другие» недавно кое-что прозевали.
Сайлас не двинулся, только его взгляд стал острее и его плечи лишь слегка напряглись. Энни поняла, что заинтересовала его. Виски наконец-то подействовало, инстинкт самосохранения помахал ручкой, уступая место азарту, а также желанию доказать Эйслин, что перед Энни не бывает невыполнимых задач.
— Что ты хочешь взамен? — спросил Сайлас.
Энни поставила перед ним коктейльный бокал на высокой ножке, в котором обычно подавали мартини или делали коктейль для женщин. Под пристальным взглядом Сайласа она налила водки, затем цитрусовый ликёр, смешала кокосовый, ванильный и сахарный сироп. Затем сливки. Она добавила клубнички, немного мяты и коктейльная вишня, на край бокала, как украшение. Женственный. Против всех его вкусов.
— Моя начальница считает, что вы никогда не согласитесь на что-то с розочками. Я, разумеется, поспорила на прибавку к зарплате. Решила, что вы не настолько предсказуемы.
— Ты многое о себе вообразила. Думаешь, я соглашусь на это ради сомнительной информации от простой барменши? — он посмотрел на коктейль и снова на неё. — Но даже если информация окажется стоящей… ты мне расскажешь это… потому что?
— Потому что мне надоела моя мизерная ставка.
— Или ты просто хочешь заставить меня опозориться перед моими людьми, а вся твоя «информация» — ложь.
— Ни капли. Мне нужна прибавка. Вам моя информация может показаться полезной. А розовый коктейль просто делает сделку интереснее.
— Значит, ты предлагаешь мне сделку вслепую?
— Не совсем. Я предлагаю угадать: стоит ли информация этого коктейля.
Большим и указательным пальцем Сайлас обхватил ножку бокала и слегка покрутил его.
— Тот, кто раньше приходил в дешёвом костюме, сейчас сидит в одежде подороже, — начала Энни, чтобы кинуть ему наживку. — На руке у него новые брендовые часы. А ещё он предпочитал водку с энергетиком, а сегодня пригубил бурбон. Вы подняли ему зарплату?
— Кто? — спросил Сайлас.
— Коктейль, — она кивнула в сторону бокала с розовой жидкостью.
— Ты до сих пор дышишь, — он впился своими глазами в её. Холодок пробежал по её позвоночнику и колени пошатнулись. — Значит, моё условие: твоя жизнь за информацию.
В Н109 Зоне легко умереть, а вот выжить крайне сложно. Выживают осторожные, но продвигаются уверенные и дерзкие. Энни всегда была здесь осторожна. И раз Сайлас стал её условием…что ж, как хозяин Н109 Зоны он любит уверенных и дерзких.
— Как жаль, — она притворно вздохнула. — Что я унесу эту информацию с собой в могилу. Вы могли бы просто предотвратить крах своей операции, просто выпив предложенный мной коктейль. Но вместо этого… Что ж.
Он пальцем поманил её к себе и её тело само подчинилось ему. Это было что-то новенькое для неё. На Энни словно оказался невидимый ошейник, а в его руке поводок. Эта игра на самой грани. Будоражащий танец на остром лезвии. Сайлас схватил её за горло своими длинными пальцами и её грудь прижалась к барной стойке. Под ней звякнул шейкер и упал на пол.
Про него говорили: безжалостен, опасен. Ничего человеческого. Она слушала, верила и думала, что никогда не столкнётся с ним лицом к лицу. Сайлас птица высокого полёта, а она мошка, которую он никогда не заметит. А теперь стояла и не могла дышать. В его руках её жизнь.
Между ними настала тишина. Короткая, прерываемая ударами сердца в её ушах. В её глазах удивление. Его взгляд близко. Даже слишком.
И ей вдруг понравилась эта грубость в сочетании с его пальцами на её шее. Её сердце забилось в бешенном ритме, а в руках появилась дрожь, но совсем не от страха. Красивый мужчина, жёсткая хватка. Между ног появилось томление и Энни захотелось сжать их. Именно этого ей и не хватало — обнаружить в себе странные вкусы.
Ей страшно, но она не хотела отступать. Ей страшно и это будоражит, она чувствует себя живой. Они смотрели друг другу в глаза, не отводя взгляда. И ей на секунду показалось, что его правый глаз засиял. Это был выбор, ставка на чёрное. Начало конца.
Подушечки пальцев Сайласа впивались в её кожу, но ладонь не давила на горло, чтобы ей хватало кислорода. Он сжимал её шею, напоминая о том, что с лёгкостью может оборвать её жизнь. Никто даже не обращал внимание на них, продолжая играть с госпожой Фортуной.
Энни уловила запах его парфюма. Сайлас пах чем-то тёплым, немного пряным, с нотками коньяка и дубового дерева. Головокружительный и очень дорогой запах. Запах, который проникает внутрь, обволакивает и погружает в эйфорию. Похожий на очень сладкий дурман.
— Ты либо глупая, либо слишком уверена в себе, что тоже намекает на наличие глупости. Либо ты ищешь смерти. Что из этого?
Её колени подрагивали, но она держалась, не опуская взгляд и не убегая от опасности.
— Ничего из перечисленного. Я всего лишь хочу выполнить условие для повышения зарплаты. И нам обоим не посчастливилось, что условием было продать вам этот дурацкий коктейль.
Он со скукой во взгляде изучал её лицо, выискивая ложь. И в итоге отпустил. Энни потёрла шею, надеясь, что отметины от его пальцев быстро пройдут. Ведь иначе, каждый раз, когда она будет смотреть в зеркало, то будет вспоминать это и желать ещё. А потом бить себя по щекам за это желание.
— Значит твоя работодательница не слишком желает давать тебе прибавку или хочет наконец-то избавиться от тебя.
Угроза исчезла, но воздух всё ещё казался натянутым.
— Она просто думала, что я буду подлизываться, пытаясь продать коктейль. Но не ожидала, что я прибегну к такому методу.
— А тебе не страшно быть такой дерзкой?
— А вам не скучно быть таким спокойным?
Сайлас хмыкнул. Она не перешла черту, но прошлась по самому краю, не теряя достоинства. Он положил подбородок в свою ладонь. Её дерзость, вызванная небольшим опьянением, его развлекала.
— За твой счёт.
— Глава Оникайнуса не способен оплатить какой-то коктейль и предпочитает его пить за счёт бедной сотрудницы заведения? — вот эта наглость была лишней, она знала это, но всё равно сказала. Энни уже было не остановить после того, как она прошлась по грани. — Я надеюсь вы сегодня не все деньги проиграли?
— За наглость нужно платить, котёнок.
Он взял бокал, поднёс его к губам. И сделал маленький глоток, продолжая смотреть на неё. Лёгкий розовый след остался на кромке стекла. Сайлас поморщился, но не от вкуса. А от того факта, что он сделал это. По её правилам.
И хотя внутренне Энни ликовала, она не подала вида.
— Две недели назад, — сказала девушка. — Первый раз я увидела название склада в телефоне у парня, который вечно стоит у выхода с сигаретой и «разговаривает с мамой». Потом был вечер, когда один мужчина напился и трепался про «неплохой куш», который вот-вот попадёт в «хорошие руки». Он был уверен, что его никто не слышит, а потом проблевался на барную стойку. Позже была фраза в разговоре двух парней за столом в ВИП зоне. Один говорил: «на следующей неделе груз сменит маршрут, но всё равно дойдёт». Слишком уверенно. И, самое интересное, они не знали, кто я. Далее незначительные фразы, обрывки в разговорах по телефону, которые позволили мне сделать один интересный вывод. Та сделка, что намечается в южной стране, по продаже модифицированных протоядер, — она говорила так спокойно, словно читала сводку новостей. — Она ведь под руководством некоего Милнера. Он собирается саботировать сделку, выдав информацию о перевозке некоему Райану Скиннеру, который работает в отделе по борьбе с контрабандой. Ещё в аэропорту груз должны арестовать, а затем, по сделке между Милнером и Скиннером, эти протоядра «пропадут» и отправятся на чёрный аукцион. Прибыль пополам. Но…
— Но? — спросил Сайлас, делая ещё один глоток розового коктейля под её пристальным взглядом и не отрывая своих глаз от её.
От этого вида у Энни появился ком в горле, который она попыталась сглотнуть, но не получилось. «Всё, что делает Сайлас кажется таким завораживающим или мне просто виски в голову ударило? И я не помню, чтобы в казино было так жарко» — подумала она.
— Но Райан Скиннер, — продолжила Энни с налётом хрипотцы в голосе, — сотрудничает с одной корпорацией, занимающейся экспериментами по внедрению протоядер в человеческое тело. Так что конфискованный груз отправится прямо к ним.
— У тебя неплохая память. Даже чересчур.
— Это плохо?
— Это значит, что ты слишком много знаешь.
— Неужели этой сделкой я подписала себе приговор? — спросила Энни, приподняв бровь.
— Зависит от того, как посмотреть, — усмехнулся Сайлас, откинувшись на спинку барного стула. — Если ты ошибаешься, то я убью тебя, не вставая с места.
— Тогда закажите что-нибудь ещё, чтобы точно не вставать.
Сайлас усмехнулся, с любопытством смотря на неё, и Энни вновь почувствовала себя неловко. У неё появилось почти зудящее желание поправить прядь волос, жилетку, рукав рубашки — всё, что угодно, лишь бы занять руки и сделать вид, что этот взгляд её ничуть не смущает. Желая отвлечься, Энни резко повернула голову и посмотрела на Эйслин. Та была восхищена и недовольна одновременно. Хотелось показать ей язык.
— Энни, — позвала её Эйслин. — Подлей ещё виски.
И Энни тут же пошла к ней. С каждым шагом, когда она отдалялась от Сайласа, ей казалось, что она вдыхает прохладный, свежий воздух и вновь слышит звуки казино: голос крупье, зовущий на очередной круг; звон бокалов; голоса посетителей, но стук её собственного сердца всё равно барабанил в ушах. А внутри Энни всё ликовало. Она только что заставила Сайласа выпить женский розовый коктейль.
Она. Уговорила. Сайласа.
Хотелось расхохотаться, вскинуть руки и объявить об этом всему казино. Но Энни лишь довольно улыбнулась, направляясь к Эйслин.
— Чёрт побери, Энни! Он выпил! — прошептала Эйслин, когда Энни подошла к ней и достала бутылку виски. — А я думала у тебя не хватит смелости, чтобы навязать ему это розовенькое нечто. После этого ты мне нравишься и нет одновременно.
— С твоей стороны было очень мило отправить меня с этим поручением к нему, — ответила Энни, наливая в бокал Эйслин виски. — Поэтому с твоего позволения, я сегодня напьюсь.
Эйслин хохотнула, махнув рукой.
— Разрешаю. Ты только что сделала невозможное.
Она посмотрела на Сайласа, который спокойно допил розовый коктейль и усмехнулась.
— А теперь иди, хочу посмотреть ещё немного на это шоу.
Энни вопросительно приподняла бровь и слегка пьяная Эйслин жестом отправила её к нему. Энни закатила глаза, но спорить не стала. Её начальница уже откровенно наслаждалась представлением и спорить было бессмысленно. Энни снова обернулась к Сайласу. Тот всё ещё сидел на месте совершенно невозмутимый. Мягкий свет хрустальных ламп над ним отбрасывал тени на его лицо.
Ну вот. Опять к нему.
Странно, но на этот раз ей уже не было страшно, скорее неловко. Слишком красивый и слишком спокойный. И Энни почему-то очень хорошо помнила ощущение его пальцев на своей шее, и страх был совсем не причём. Она мысленно выругалась. Кажется, с её вкусами действительно что-то было не так. Тяжело вздохнув, она вновь направилась к нему.
— Вам понравился коктейль? — спросила Энни, встав напротив Сайласа.
Он взглянул на неё с усмешкой, слегка наклонив голову набок.
— Не скажу, что влюбился, но он заставил задуматься. Не в этом ли был замысел?
Энни лишь кивнула в ответ.
— У этого напитка есть название? — спросил Сайлас, держа между пальцами тонкую ножку бокала.
— Пока нет.
— Тогда назови его… «Ошибка».
— Или… «Возможность», — ответила она, не моргая.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!