Вернутся к фанфику

Глава 2

18 июля 2025, 18:53
      После бури деревня ожила, и закатное алое солнце, возродившись, окрасило улицы. Люди поправляли сломанные навесы и черепичные крыши, вытаскивали мебель и цветочные горшки на террасы, выметали песок из дворов.       Сайно медленно шёл по улице. После душного помещения, выделенного для изучения разящих смертью улик, головная боль только усилилась. Рассчитывая остановиться в той же таверне, что и всегда, он планировал сразу отправиться в номер и лечь спать. Но по-настоящему ему хотелось в тишину пустыни. Там юноша был свой. Он мог выследить кого угодно, словно пустыня была как на раскрытой ладони, выдавая свои секреты. От него было не скрыться никому. Сайно — негласный хозяин золотых песков. И как же льстило ему это прозвище.       В таверне было немноголюдно. Короткий диалог с барменом, хорошо ему знакомым, и пока его номер приводят в порядок, чтобы сам генерал махаматра остался доволен, Сайно был усажен за излюбленным столиком со стаканом крепкого напитка и колодой дорогих его сердцу карт. Единственная слабость сурового генерала. Так он отдыхал, если это можно назвать отдыхом. Стратегия, план, опережение противника, а главное — удача. Не так много аспектов в жизни, где можно положиться на удачу.       За столом каким-то невероятным образом начала собираться компания таких же, как он, картёжников. Всех он знал уже давно. С ними можно быть просто игроком, без регалий.       — А что Харим? Неужто попал на стаю скорпов? И ведь неделю назад хвастался, что сорвал куш в священном призыве семерых! — поделился один из игроков.       — Удача отвернулась? — подхватил Онур — местный флорист.       — Для расследования у меня есть рабочие часы, там хватает времени, чтобы узнавать, с кем он играл и вёл дела, а сейчас у меня отдых, — безразличным тоном заявил генерал.       — Эх, не тот у вас, матр, подход, — буркнул Стефан. Вечно худой, курящий табак гончар. — Наоборот, надо сюда ходить и наблюдать. Вон, его товарищи у окна. С ними якшался. Они тут давно трутся. Неместные, и живут не в деревне.       — Вот как, завтра ими займусь. Сегодня я покорюсь удаче и напьюсь вина.       — Смотри, сбегут, — предостерёг ботаник.       — И то верно. А ты за ними приглядывай, и они не сбегут! — Стефан хлопнул товарища по спине. — Так и станешь одним из матров, будешь на госслужбе у мудрецов, зазнаешься, — его смех разнёсся по залу.       Стефан был лёгким в общении и довольно открытым парнем. Своим появлением в Аарау он вызвал переполох. Кто поедет в пески из края Гидро Архонта? В здравом уме никто. А он, с виду строгий и чопорный, быстро стал своим, оказавшись простым и искренним. Дети знали его щедрость — у каждого в доме были фигурки диковинных животных, подаренные просто так. Женщины вставали в очередь за расписной утварью. А мужчины находили в нём надежного помощника, не чурающегося тяжёлой работы. За карточным столом ему равных не было. Ну разве что сам Сайно.       А Онур стал первым, кто поддержал осевшего в сумерской пустыне фонтейнца.       Они дополняли друг друга, постоянно подшучивали между собой, не осторожничая с темами. Иногда Сайно казалось, что вот-вот обмен колкостями перерастёт в скандал, но парни будто знали точку кипения друг друга и вовремя останавливались.       Расследование не отпускало. Не помогали ни карты, ни атмосфера отдыха под скромный аккомпанемент местных музыкантов. Но новые зацепки были кстати. И об этом стоило благодарить своих партнёров по игре. Так просто выяснить, не привлекая внимания, с кем контактировал Харим, было подарком. Осталось подобраться к загадочным чужакам.       Время текло, и таверна с закатом стала наполняться жизнью. Люди заходили в зал, занимали места, а жители деревни перестали походить на наказанных бурей страдальцев. Улыбаясь, те раздавали приветствия всем завсегдатаям и рассаживались по группам со своими интересами.       К монотонному звучанию флейты и нескольких струнных добавилась ещё пара музыкальных инструментов, оживив однообразную мелодию. Онур отложил карты, раскрывая все свои секретные ходы и прерывая игру. Он наспех пригладил волосы, которые лохматил всё это время, перебирая пальцами пряди от волнения. Стефан, тоже не глядя, сложил карты и убрал сигареты.       — Ну что это за… — было как начал Сайно ругаться на товарища, но Онур повернулся и шикнул, заставляя замолкнуть.       — Сейчас увидишь. Она богиня! С самой Селестии.       Сайно прошёлся взглядом по залу. Не только за их столом была суета. Вся таверна готовилась к чему-то.       — Он влюблен в неё. Только ради её танцев сюда ходит, а ещё ей семена цветочков таскает, — чуть наклонившись к Сайно, доверительно, но не скрываясь, проговорил Стефан.       — Кто бы говорил! Не ты ли ей делаешь горшки для этих цветочков? — съязвил Онур.       Стефан усмехнулся. Затем пояснил, снова наклонившись к матре:       — Она здесь совсем недавно выступает, столько слухов ходит. Но ты сейчас сам всё увидишь.       Разбуженное любопытство заставило Сайно подобраться. Он выпрямился на стуле, мгновенно переходя из расслабленного состояния в рабочее. Загадочная «она» взбудоражила всю таверну. Чувство предвкушения от раскрытия тайны бодрило до мурашек на загривке.       На сцене появилась девушка — матра видел её вполоборота. В руках у неё были два огромных веера из золотых перьев. Она держала их перед собой. На девушке был наряд из алого шёлка, который невесомой вуалью колыхался при каждом её жесте. Костюм из расшитого бисером топа и юбки, обнажающей бёдра, гармонично смотрелся на стройном теле. Её светлая кожа казалась совершенно не свойственной жительницам пустыни. Перья прикрывали танцовщицу так, что разглядеть её полностью было невозможно, и Сайно, поддавшись импульсу, наклонился вперёд. Теперь он видел, что её обнажённая кожа покрыта мелкими частичками золота. Девушка плавно двигалась в такт музыке, играя с веерами и словно зачаровывая всех вокруг. Она напоминала тот самый закат, где солнце прячется в золотом песке, давая волю Детям Темноты, чтобы прожить свой цикл из потребностей. И сейчас на неё смотрели такие же существа, в которых просыпалась другая, своя потребность. Интерес. Желание. Похоть. Но её будто не касалось их порочное безумие. Она танцевала увлечённо и самозабвенно, словно поклонялась только одному богу музыки. Вот она подкинула один веер и, кружась, поймала всполохи алого и золотого. Казалось, что танцовщица укрощала минувшую бурю под простые звуки флейты и колокольчиков.       Генерал поймал себя на мысли, что смотрит, не отрываясь и практически не дыша. Как и его партнеры по игре.              Ясмин.       Так вот ты какой, секрет мудреца.       Аль-Хайтам его удивил.       Ясмин, отбросив один веер, вышла в зал, продолжая танцевать. Возле каких-то столиков она задерживалась, двигаясь чуть дольше, где-то показывала несложный трюк, демонстрируя гибкость и ловкость. И везде на неё смотрели неотрывно: мужчины с желанием и благоговением, а женщины с завистью и восхищением.       Музыка стихла. Слегка запыхавшаяся девушка выпрямилась и поклонилась под перелив монеток на костюме и колокольчиков на браслетах. Она улыбнулась, когда мужчина за столиком у бара сказал ей пару слов, но поспешила отойти в сторону. Бармен передал ей огромный букет цветов, среди них были цветы из Фонтейна и Ли Юэ.       — А ты говоришь «горшки, семена»! Видел, какой букет?! — подал голос Стефан. — У неё хватает ухажёров.       — Как её зовут? — словно между прочим спросил Сайно.       — Ясмин, — мечтательно протянул Онур, провожая девушку взглядом за сцену. — Она ни с кем не встречается и на знаки внимания не отвечает. Призрак пустыни. Богиня стреди людей.       — Ага, ждёт, когда ты осмелишься подойти, — не унимаясь, подтрунивал Стефан.       Сайно наблюдал за перепалкой своих товарищей молча. Какая-то часть его разума логично раскладывала по полочкам их диалог, вычленяя самое важное. Ясмин популярна. Никто не подозревает, что её покровитель сам Великий Мудрец. Она притягивает внимание мужчин, но сама неприступна. А вот тут уже включается вторая часть, которая при знакомстве с опаской записала девушку в тех, кто продает любовь за деньги. Для него это было чуждо. Но танцевала она прекрасно.       И пока он размышлял, девушка вышла на сцену в совершенно другом костюме для следующего номера. Снова зал затих. И с первыми звуками какого-то странного инструмента она начала свой новый танец. Сейчас на ней был голубой полупрозрачный шёлк, похожий на небо, пронзённое солнечными лучами. Золото волос, смешанное с золотом украшений, красота рук, ставшие ещё более яркими глаза. Это всё завораживало. Девушка сразу спустилась в зал и стала танцевать между столиками. Генерал понял, почему Онур назвал её призраком. Она была лёгкой, эфемерной, ускользающей. За ней следила сотня глаз, а она без робости купалась в их внимании.       Один гость не сдержался и схватил Ясмин тонкое запястье, но она легко высвободилась, пригрозив ему пальчиком. Игриво, но действенно. Обомлевший и слегка пристыженный мужчина сел на место. Девушка же, словно лёгкая птичка, упорхнула на другой конец зала. «Оторвать бы руку этому грубияну», — пронеслось в голове Сайно. Он смутился, но, скорее, от своей реакции на чужой поступок и слишком поспешную, обжигающую мысль. Сейчас дело было даже не в задании. Просто в таверне собралось слишком много людей, не знающих элементарного правила: нельзя трогать то, что тебе не принадлежит. Да и как вообще может принадлежать человек? Она свободна. Она двигалась легко и уверенно, не касаясь препятствий, а ловко обходя их.       Вот девушка подошла к столику, где Сайно расположился с партнёрами по игре. Побледневший Онур начал вставать с места, но Ясмин посадила его, слегка надавив на плечо. Он сел, и, не отрываясь, посмотрел на неё. Она обошла столик и ловко развернулась возле генерала, обдавая его ароматом жасмина. Неожиданно он поймал её взгляд, пока девушка продолжала танцевать. Движение рук, лёгкий наклон головы, позволяющий падать с плеча реке волос, блеск в глазах из-под опущенных ресниц — только для него. Она смотрела ему в глаза без страха и робости, а затем, подмигнув, улыбнулась и направилась на сцену.       Так на него не смотрел никто. Он привык к другому. К опаске и предубеждению. К оглядке, подобранным словам и боязни рассердить. Вызвать гнев и получить наказание. А она? Что это было?       Стоило ей подняться на сцену, как музыка стихла. Несколько секунд тишины, и зал взорвался аплодисментами. Девушка поклонилась, затем поднесла ладонь к губам и отправила воздушный поцелуй зрителям. А потом также проворно скрылась за плотной шторой, игравшей роль театрального занавеса.       Зал не утихал от обсуждений. Теперь стало ясно, что её танец не похож на танцы пустынников, не похож на красочные танцы Нилу из театра Зубаир. Она особенная, неповторимая. А её красота словно не из этого мира. Она действительно красива. В каком-то смысле Ясмин, как природа, была чем-то сильным, независимым, мощным. Возможно, такой она была только в его глазах. Давно он не чувствовал такого интереса к человеку, тем более к женщине.       — У неё такие нежные руки… — промямлил Онур, заботливо поглаживая своё плечо.       — Ты теперь совсем перестанешь купаться? — Стефан с порозовевшими щеками всё так же пытался подшутить над другом.       — Ты просто завидуешь!       — Я так понимаю, сегодня уже мы не поиграем, — дружеская перепалка начала раздражать.       — Дружище, какие игры? Она тут самый обсуждаемый феномен. Вот тебе загадки для расследования. Вокруг неё столько сплетен, только успевай выискивать правду. Онур вон, вообще растаял. Прокляла что ли? — не удержался от новой колкости гончар.       — Благословила, — отозвался флорист.       Сайно покачал головой. Надо будет узнать о слухах про Ясмин, но не сейчас. Сейчас хватит и его пристального внимания. Появились опасения, что его интерес уже заметили.       — Пойду спать. Завтра ещё заниматься делом этого Харима, — матра встал и, прихватив карты в буковом футляре, попрощался с компаньонами, которые так и остались наедине с початой бутылкой вина.       Он поднялся на второй этаж в свою комнату, где сразу прошагал к окну. Тесно. Ему душно после стольких ночей, проведённых под куполом неба с россыпью звёзд. Улики, что удалось собрать, не давали пока полной картины, но он ждал каких-то пояснений Ясмин, которая настаивала, что он должен посетить таверну. Он посетил, и к вопросам про убитого прибавились загадки самой девушки.       Воздух был чистый и свежий. Песчаное бедствие принесло не только разрушение, но и аромат оазисов, которым затянуло всё ущелье. Джунгли и цветы. Интересно, что за столько лет он ни разу не встречал, чтобы в пустыне Сумеру был шторм с ливнями, словно Архонт обходила вниманием эти засушливые земли. А может, дело в том, что на эти места у неё особые планы.       Шорох сбоку отвлёк его от мыслей, которые не утихали в его голове, но хотя бы сменили русло. Привыкшие к темноте глаза уже заметили движение возле окна соседней комнаты. Фигура двигалась медленно. Одним резким движением генерал схватил злоумышленника и затащил в комнату, с силой ударяя об пол и приставляя кинжал к горлу. Рефлексы работают сами. Всё быстро и чётко.       Человек в коротком тёмном плаще с капюшоном простонал уже знакомым голосом. Капюшон слетел ещё во время броска на пол, и Сайно узнал пряди волос. Он узнал, а вот рефлексы нет, поэтому сейчас он возвышался над девушкой, придавливая коленями её руки к полу, а у горла держал клинок. Глаза Ясмин были круглыми от шока и, наверное, боли, потому что ртом она хватала воздух. В комнату постучали.       — Господин Сайно, у вас всё в порядке? — раздался тревожный голос хозяина номеров из-за двери. Да уж, грохот слышали во всей гостинице.       — Всё в порядке. Я просто уронил копьё, — ответил матра быстро, не сводя глаз с замершей Ясмин. Он поморщился, осознав, что именно произнёс вслух.       Уронил? Копьё? Бред.       — Осторожнее, господин Сайно. Доброй ночи.       — Доброй ночи.       Что? Это он сказал? Снова не то. Какой кошмар!       — Слезайте с меня уже, — требовательно прошипела Ясмин. Чуть хриплый голос заставил генерала устыдиться ещё сильнее. Он поднялся одним движением и отошёл в сторону, ближе к окну. Девушка села и повела плечом. — Ай… Ну вот, как мне теперь двигаться?       — Прости. Я не знал, что это ты, — поторопился оправдаться Сайно.       — Ну а как мне ещё незаметно попасть в комнату к такому известному человеку? Не могу же я постучать в дверь? Да и вы, господин известный генерал, не додумались зайти в гримёрку. Хотя, это-то, наверное, и правильно, — она потёрла ушибленное плечо. — Ну вот кто знал, что вы меня убить захотите?       — Я думал, это шпион, — снова попытался оправдывался юноша, всё больше мрачнея.       — Хорош шпион, который кряхтит и молится, карабкаясь по подоконнику, — пробубнила Ясмин.       Попытка опереться на руку и встать не увенчалась успехом. Снова айкнув, она села и отряхнула ладони. А он всё не знал, куда деть свои. Ирония. Какое-то время назад он хотел оторвать руку негодяю, что тронул танцовщицу без разрешения.       — В зале вы видели всех посетителей? — спросила так и оставшаяся сидеть на полу девушка.       — Да.       — Из них были четверо пустынников, переодетые в рабочих, но это чужаки. Один предприниматель из Сумеру, который мне подарил букет, он их и нанял. За ними стоит присмотреть. Сам купец заявляется раз в неделю. Харим встречался с ним. Мне кажется, это он скупает книги. Один из твоих партнёров, Стефан, должен купцу крупную денежную сумму. Вероятно, именно поэтому Стефан сегодня был такой понурый. Скорее всего, в обмен на долг он за тобой шпионит, — она замолчала и снова подняла руку. Немного скривившись, протянула её ладонью вниз в сторону Сайно. Он не сразу понял, что она от него хочет. Матра потерял способность думать одновременно о нескольких вещах. Тем более за один вечер она выдала ему больше информации, чем он ожидал. Может, действительно, профессиональная шпионка? — Сама я не встану, — прокомментировала она, всё ещё ожидая от него помощи.       — Ах, да, — он осторожно обхватил её ладонь и помог встать. Мягкость её руки и его грубые, шершавые ладони. Такой контраст. Влажность воздуха после бури и аромат жасмина окутали его пьянящим сочетанием. Хотелось вдохнуть ещё глубже.       — Ну вот, обычные руки. А говорят, что у Генерала Махаматра Сайно волчьи лапы, — произнесла она как бы между прочим и спрятала свои ладони под плащ. — Прям было страшно, что человек с лапами может неожиданно облапать! — она засмеялась своей же шутке, затем быстро приняла серьёзный вид. — Простите, иногда я говорю, не подумав о последствиях, — Ясмин ещё пару раз усмирила улыбку и продолжила. — У меня завтра выходной, а вот в субботу я обещала сумерцу приватный танец. Буду танцевать только для него. Ничего лишнего, просто танец, комната номер 2. Там есть тайный ход из кладовки и полость за гобеленом. Вы будете наблюдать за всем оттуда и сможете услышать всё, что он мне расскажет. Если я должна что-то узнать, то завтра оставьте мне список вопросов, я постараюсь из него добыть ответы. Нас двоих ему не облапошить, — она снова хихикнула, издавая вовсе не женственный звук задушенного смеха.       Сайно поднял бровь, удивляясь тому, что нежнейшая богиня в шелках шутит, посмеиваясь на манер диких кабанчиков. Она его удивила… Более чем. Остаётся надеяться, что это не последствия удара об пол.       — Так, я завязываю, — она глубоко вдохнула и выдохнула. — У вас есть ко мне вопросы?       «Сотня. Может две», — подумал он.       — Где я могу тебя найти?       — В южной части деревни, в тени скалы есть домик с синей крышей и верандой, я там живу. Только прошу, не попадайтесь на глаза моим соседям. Если что, ключ под горшком с падисарой. Просто зайдите и ждите меня внутри. Я буду знать, что вы там, если увижу сдвинутый горшок. Договорились?       — Нет. Слишком заметно, — возразил Сайно.       Ясмин задумалась. Глядя в одну точку, она закусила губу. Он молча ждал её идею. Это казалось таким важным — дать ей время. Ждать. Обычно он никого не ждёт и знает всё наперёд. А тут…       — За домом, прям на скалу выходит окно ванной. Я его оставлю открытым. Может так? Но вопросы занесите днём. И положите у входа. Ну или куда лапы дотянутся.       — Договорились, — кивнул он.       Девушка вздохнула с облегчением. Ей было важно получить его одобрение. Или ему так показалось.       — Мне пора. Эх, придётся опять через окно. Как же я это не люблю, — проворчала она и села на подоконник, перекинув ноги на сторону улицы. Там было пустынно. Ясмин перелезла на дерево и спустилась по стволу, на секунду скрывшись в редких листьях. Затем он увидел её силуэт, удаляющийся в сторону домов.       — Облапать… — он засмеялся, словно стесняясь в своей улыбки. — Это же надо придумать.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!