Вернутся к фанфику
Часть 4
5 июля 2025, 00:38Мне не страшно в заварушке убивать десяток разбойников, но страшно выглядеть нелепо в обычном платье. Хотя может антиванская мода отличается от Ферелдена?
Я спускалась следом за Фенрисом по трапу, прикидывая, куда нам идти искать таверну с ночлегом.
– Ладно - резко выдохнула я, собравшись с мыслями, - Посмотрим сначала, что предлагает нам Тревизо. Я слышала, что в Антиве есть прекрасный напиток — кофе.
Эльф замедлил шаг, чтобы поравняться со мной.
– Кофе? - повторил он притворно задумчиво. - Горькая бурда, которую пьют вместо нормального вина? Да, конечно, почему бы и нет.
В его глазах — неподдельный интерес. Платье и кофе.
Мы вышли на оживлённую набережную Тревизо, где запахи моря смешались с ароматами специй, жареной рыбы, вина и... да, этого самого кофе. Я словила себя на том, что непроизвольно напрягаюсь в толпе, но присутствие эльфа рядом помогло мне расслабиться.
Мой взгляд зацепился за небольшую лавку с тканями, где на деревянном манекене было выставлено что-то тёмно-синее, с серебряной вышивкой. Не пышное, не нелепое, но... элегантное. Опасное.
И резко отвернулась, дабы никто не заметил моего любопытства. Местная мода действительно отличается от Ферелдена или той же Вольной Марки. Без пышных юбок и довольно откровенные наряды. Это не удивительно, ведь в Антиве довольно жаркий климат, и с пышными юбками девушка будет истекать потом от каждого движения.
– Фенрис. Найдёшь пока таверну на ночлег и вино? Я закуплю фрукты, - весело подмигнула я эльфу и поцеловала его в щеку на прощание, - Встретимся на берегу.
Он не успел мне ответить, как я убежала, растворившись в толпе и оставив его стоять с глупой полуулыбкой на лице и подозрительным взглядом.
А я еще больше углубилась в лабиринт улочек Тревизо, петляя между ними, поглощая взглядом всё, что мне предлагала Антива. Одна из лавочек привлекла моё внимание изобилием разноцветных фруктов, где вежливая эльфийка восхваляла каждый из своих товаров. Набрав у неё целую корзину, я расплатилась, вонзая по дороге зубы в сочную мякоть персика.
– Ох ты ж…,- воскликнула я, а сок начал стекать по моему подбородку, - Создатель, как же вкусно.
Сделав некий крюк в переулках, я вернулась к тому месту, где увидела сине-серебристое нечто, и нерешительно встала, разглядывая выставленные полотна.
– Вам помочь, signorina? - спросила очаровательная женщина со слегка смуглой кожей и пышными темными волосами, по всей видимости — владелица лавки.
– Здравствуйте...дело в том, что я сама не знаю, что ищу, - грустно вздохнула я и скользнула снова взглядом по выставленному образцу платья.
– Оooo, mi cara, оно идеально подойдёт к вашим глазам!, - промурлыкала эта обольстительница, - Смелее, смелее! Давайте примерим его!
И меня взяли за руку, плавно отводя в маленький шатёр.
Платье хорошо село по моей фигуре и было не слишком дорогим (по крайней мере, сильно мы не обеднели). Портная ворковала надо мной полчаса, поправляя все видные только ей недочёты. А как она хвалила мое закаленное в бою тело и мышцы, что я смутилась.
Ведь в Ферелдене девушка должна быть хрупкой, скромной и невинной, как твердила мне мать. А здесь меня сравнивали с ловкими женщинами-убийцами, Воронами.
Открытые плечи платья и декольте довольно смущали. Но то, что оно было длинным, облегающим и не стесняло движений за счет огромных вырезов на бёдрах — меня это подкупило.
Расплатившись с портной, я приобрела кожаные ремни в следующей лавке, прицепив их к бёдрам, где спрятала кинжалы — перестраховаться не помешает.
Сапоги сменились удобными босоножками, серебряные ленты которых обвивали мне икры.
Рынок пах различными специями, свежей едой и кофе.
Завершив все покупки, я собралась с мыслями и двинулась к берегу, с корзинкой фруктов в руках и походным мешком. Будь, что будет. Если ему не понравится — отправлю в бездну это платье, сожгу и никогда больше не надену.
Со стойкостью ферелденского рыцаря я пришла в назначенное место, гордо вздернув подбородок.
Фенрис уже бродил по берегу с двумя бутылками антиванского вина. В черной пиратской рубашке и такого же цвета штанах его стройная фигура выглядела просто потрясающе, и я засмотрелась на него, пока солёный ветер играл с белыми волосами, полностью открывая лицо эльфа. Солнце начинало клониться к закату, окрашивая море в золотые и алые тона, а серебряная вышивка моего платья мерцала в лучах заката.
– Я порву это демоново платье, если тебе не нравится…, - мой голос дрожал, но руки были готовы в любой момент выполнить угрозу.
– Venhedis…,- вырвалось у него на тевине, прежде чем я успеваю сдержаться.
Я застыла. Полностью. Абсолютно. Даже дыхание замерло. Эльф подошел ближе, а я слегка нервно поправила непривычный наряд, но подбородок держала гордо, не опуская взгляда.
– Похоже, мне теперь действительно придётся придумать что-то особенное…, - сказал Фенрис, наконец находя дар речи.
Я хмыкнула.
– Может ты найдешь слова получше? Или может мне его снять прямо сейчас? , - я начала вертеться перед ним, рассматривая себя со всех сторон.
– Ты... ,- его голос звучал хрипло, почти неузнаваемо, - ...ты выглядишь…
– Как?
– Как шторм, закованный в шёлк. Как…, - он резко оборвал фразу, но в глазах то, что не передать словами. Не потому что их нет, наоборот, их слишком много. Вся преданность и ярость, от которых моё сердце начинало биться чаще.
Увидев его взгляд, я чуть смягчилась и расслабилась, опустившись рядом на песок. Он присел следом, не сводя с меня взгляда.
Вино стояло нетронутое — кажется, мы совсем о нём забыли.
Эльф несмело протянул руку, и я ощутила тёплую кожу его пальцев, скользящих по серебряной вышивке на моём плече.
Фенрис наклонился назад, на песок, и достал одну из бутылок. Но не для того, чтобы пить — чтобы занять дрожащие руки.
– Не смей рвать это платье, - сказал он тихо, но твёрдо, - Потому что если ты сейчас исчезнешь, чтобы переодеться... я, возможно, никогда не найду в себе смелости сказать тебе то, что должен.
Я снова замерла, боясь пошевелиться.
И под шум прибоя, под мерцание первых звёзд, Фенрис начал говорить.
О том, что я — его якорь. Его клинок. Его единственный шанс на что-то большее. Слова выходили неровными, обрывистыми, но они — настоящие, и пронзили меня глубже любого клинка. Так же, как и слеза, которую я не успела скрыть, и внезапно схватила его за руку.
– Вот видишь, - он тихо засмеялся, - Я же предупреждал, что запнусь.
Но во мне нет ни капли смеха. Теплота и нежность наполняли меня доверху.
Слова сорвались с моих уст, подобные его клятве.
– Ты — моя жизнь, Фенрис. И пусть Создатель и Святая Андрасте будут здесь свидетелями. Пока любовь живёт в моём сердце, я буду с тобой.
Зрачки в его глазах расширились, и я мельком увидела, как лириумные линии вспыхнули в ответ на мои слова — не от боли, а от чего-то более мощного, более чистого.
– Мариан…, - он хрипло произнёс моё имя и схватил меня за руки, прижимая их к своей груди, где сердце билось так сильно, что я могла почувствовать его через рубашку, - Я люблю тебя, Мариан Хоук. И ничто не встанет между нами, - его голос надорвался, и я поняла, что мы не можем больше говорить.
Он наклонился, чтобы поцеловать меня, моё платье шуршало, а песок осыпался с его плеч... но мне плевать. В платье или без. С кинжалами или без.
Я поцеловала его в ответ — нежно, но с такой страстью, будто пыталась передать всё, что не могла выразить словами. Когда отстранилась, лоб прижала к его лбу, дыхание неровное.
Закрыла глаза, вдыхая запах моря, соли и Фенриса.
Где-то вдали кричали чайки, волны перешёптывались с песком, но здесь, сейчас — были только мы. Я в своём антиванском платье, он с его шрамами, и наша странная, невозможная любовь, которая, вопреки всему, оказалась сильнее.
Эльф оторвался от меня и налил вино в две чаши, но не начал пить — просто поднял свою в тихом тосте. В глазах — обещание. Не на словах. Не перед алтарём. А здесь, под открытым небом. Потому что сегодня — не просто закат. Сегодня — начало чего-то нового.
Сердце щемило так сильно, что я потеряла счёт времени и не хотела выпускать его из своих объятий. Руки вновь зарылись в белых волосах, а вкус его языка пьянил больше, чем антиванское вино.
Желание нахлынуло внезапно неистовой силой, и я, повалив эльфа на спину, оседлала его бедра своими и наклонилась, продолжая наши винные поцелуи. Песок мягко принял нас, а его пальцы в моих волосах сводили с ума. Вино опрокинуто, но нам уже всё равно — мы нашли напиток покрепче.
Спасибо Создателю, что наша часть берега была безлюдной.
– Ты…,- его голос сорвался, когда я сжала свои бедра сильнее, - В этом платье... выглядишь слишком опасно, Хоук.
Руки эльфа скользнули по моим ногам, обнажённым через разрезы ткани, и я почувствовала, как дрожь пробежала по моей коже. Лириумные линии горели от жгучего желания.
Пальцы впились в ткань у моего бедра — нежно, но с намёком. Ветер с моря остужал кожу, но нам уже горячо — от прикосновений, от взглядов, от этого безумного чувства, что мы одни во всём мире.
– Мариан…,- произнёс он моё имя между поцелуями, как клятву, - Если кто-то увидит…
Но я уже заглушаю его слова новым поцелуем, и он сдался — полностью, без остатка. Песок в волосах, солёный вкус кожи на губах, его тело, его дыхание — всё смешалось в едином безумии. И я поняла, что мне не нужны боги, чтобы знать правду — она прямо здесь, в его глазах, в нас.
Я куснула нижнюю губу эльфа, а руки искали ремень на мужских штанах, освобождая доказательство его возбуждения. Приподнявшись на коленях, я аккуратно вобрала его в себя, соединяя наши тела. С губ сорвался стон, и от удовольствия я чуть откинулась назад, выгибаясь в пояснице. Фенрис резко выдохнул, когда моё тело приняло его внутри, и пальцы эльфа впились в мои бёдра сильнее. Очередной мой стон разорвал тишину, мысли уже разбежались.
– Демоны…, - его голос хриплый, почти звериный.
Он резко сел, его руки скользнули вверх, уцепившись за ткань на моей спине. Я двигалась, и он потерял контроль, позволяя мне задавать ритм, позволяя мне просто чувствовать.
Моё тело вокруг его, мои ногти в его плечах, его дыхание, смешанное с моим...Пальцы сжимали мои бёдра, помогая двигаться. Глубже, быстрее. Губы нашли мою грудь через тонкую ткань платья — мокрую от пота, от нас.
Предупреждение. Безмолвная мольба.
Приспустила платье с плеч вниз и освободила из него свои округлости, открывая для мужской ласки.
Ладони эльфа мгновенно сжались вокруг моей груди, большие пальцы скользнули по соскам, твёрдым от возбуждения. Он приподнялся, ловя один из них губами.
Движения дикие, прекрасные. Фенрис обхватил меня за талию, чтобы прижать ближе, встречая каждый толчок, направляя, ускоряя.
Его губы на моей шее, зубы слегка впивались в кожу — метка, заявка, клятва.
Только он. Только я. Только этот берег, этот закат, и волны, бьющиеся в такт наших тел.
И когда я приближалась к краю, весь мир — всё исчезло, тело пронзил взрыв удовольствия, глаза зажмурились до боли, а пальцы оставили отметины на его печах. Эльф последовал за мной с моим именем на губах.
Мы упали на песок с глухим стоном — липкие, запыхавшиеся, переплетённые. Я тихонько смеялась, а эльф без сил прижимал меня к себе, целуя лоб.
Мы просто лежали — перепачканные песком, полураздетые, счастливые.
Отдохнув так некоторое время, все же сели на песке, чтобы допить остатки вина и поесть фрукты. Солнце давно село, окропив небо звездами. Я кормила Фенриса со своих рук. Мне это нравилось, но видя его темнеющий взгляд в лунном свете, создавалось ощущение, что такими темпами мы останемся на этом берегу до самого утра.
– Хочешь искупаться? - мой вопрос заставил его резко повернуть голову к воде, потом обратно — с выражением, которое явно говорило: «Ты серьёзно?»
Но я уже встала, сбрасывая с себя платье и кидая его на песок. Фенрис задержал взгляд на моём обнаженном теле, и уголок его рта дёрнулся в усмешке.
– Купаться? - переспросил эльф, медленно поднимаясь. - Или ты просто хочешь посмотреть, как я буду вылавливать тебя из воды?
– А ты попробуй! - крикнула я и побежала к кромке прибоя, смеясь.
Эльф, проклиная на тевине всё на свете, бросился следом.
– Проклятье, Хоук...ты нарочно!
Я ушла под воду, прячась, и тут же вынырнула сзади него, обливая водой. Его тело среагировало мгновенно, и руки эльфа в один миг схватили меня, а я лишь смеялась и брыкалась, пытаясь освободиться.
Море холодное, но его руки, обвивающие мою талию — горячие. Губы, прижатые к моим устам — ещё горячее.
Вдоволь накупавшись и наплескавшись, мы вышли на берег, обсыхая и беспомощно вытряхивая песок из одежды. Собрали остатки еды, сложив всё в корзину, и направились в нашу снятую комнату в таверне.
Как только моя голова коснулась подушки, я тут же расслабилась в руках Фенриса, а эльф привычно обнимал меня сзади, прижимая к себе. Мои пальцы, бессознательно сцепились с его. Я лежала и слушала его ровное дыхание.
За окном шумел ночной Тревизо, скрип телег, чьи-то шаги по мостовой.
– Спокойной ночи, Мариан…,- прошептал он, прижавшись губами к моему плечу.
И я наконец закрыла глаза, засыпая крепко, без сновидений.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!