Юнги

Юнги еще сонный вышел из комнаты и сразу прошел на кухню, мимо бесконечных коробок, возвышающихся почти до потолка. Одна машина с вещами потерялась и компания просто возместила ущерб, так и не найдя груз. Юнги не знал, что именно пропало. Почти половина заполнена книгами, остальное в одежде, вазах, коврах и прочей ерунде, которую Енджун на отрез отказался оставлять. Альфа впервые спал так крепко, что будильник еле разбудил его. Сегодня никак нельзя опаздывать. Первый день в школе Енджуна и альфа обещал Чимину привезти сына раньше, чтобы Чонгук мог показать школу. Юнги так отвык просыпаться рано, что один глаз категорически отказывался открываться. Альфа ударился мизинцем о коробку и вышипел ругательства. Пока он прыгал на одной ноге, матюкая весь мир и каждую коробку на полу, Енджун сонно вошел на кухню. - Па, ты чего шумишь? Юнги замер, медленно поворачиваясь на сына. Омега был с растрепанными волосами, сонно потирая глаза. Пижама в котятах болталась на исхудавшем теле и Енджун казался еще меньше, чем был на самом деле. Юнги усмехнулся. - Иди умывайся, пока я завтрак приготовлю. Енджун шумно зевнул, почесывая живот. - Собери мне бокс пожалуйста, только без яблок, от них пучит... Енджун медленно развернулся и зашаркал в сторону своей ванной. Юнги выдохнул и открыл холодильник, пытаясь проснуться окончательно. Он искренне хотел, чтобы сыну было комфортно и выбрал просторную квартиру рядом со школой. Четыре спальни и две ванные комнаты. У Енджуна своя гардеробная и огромная кровать. Омега попытался разложить свои вещи, но времени почти не было. Три дня они собирали документы для школы, пару дней проходили обследования, потом покупали новую одежду и косметику омеге. Юнги понимал, что сын уже подросток и его интересы меняются, потому что Енджун уже взрослеет, но внутри все скручивалось только от мысли, что сына могут обижать. В родном Тэгу Енджуна обходили, прекрасно зная вспыльчивый характер Юнги, но вот в Сеуле хрупкий и невысокий омега мог стать изгоем. Енджун еще дико переживал из-за высыпавших прыщей, мало ел, чтоб не потолстеть и слишком любил романтические фильмы. Это раздражало особенно сильно. Юнги устало бросил яйца на сковородку и поставил кофе вариться. Пока альфа нарезал хлеб, сыр и овощи, в голове крутились слова поддержки Чимина "Чонгук присмотрит за ним в школе, а я помогу ему с омежьими вопросами". Юнги вздохнул. Ему бы тоже поддержку. За последние 7 лет он так сильно устал, что боялся рассыпаться на кусочки и держался только ради Енджуна. Когда Юнги было 22 он был очень активным молодым альфой, отчаянно пытаясь помочь каждому, кому бы он мог. Альфа рано потерял родителей, оставшись со старым дедушкой, который покинул его через три дня после выпуска с университета. Альфа год пытался собрать себя по кусочками, выпивая весь алкоголь, на который он отлично зарабатывал, программируя в небольшой фирме. Однажды его компания заставила молодых специалистов отправиться в детский дом для волонтерской помощи и это изменило Юнги. Ему было 21 и он впервые увидел знакомую боль и пустоту в глазах детей. За год Юнги записался в зал, пытаясь вернуться в форму, прекратил пить, накопил на квартиру и активно участвовал в волонтерской деятельности. Каждый день он трудился на работе, вечером выезжал в детский дом и чинил им розетки, поправлял покосившуюся мебель, дарил подарки детям, а в выходные снова запирался в своей квартире и смотрел в стену, пытаясь остановить свой вечный дождь в сердце. Юнги привычно отправился в новый детский дом, который находился на окраине города и замер, увидев его. Тэмин был словно солнце, ярко смеясь и кружась на месте. Он не замечал гостей и танцевал в наушниках, радуясь скорому выезду из детского дома. Красивый. Юнги улыбнулся, смотря как молодой омега распахивает глаза, встретившись взглядом с Юнги и снова сияет своей улыбкой. Именно в этот момент дождь остановился. Внутри будто распустились бутоны и Юнги уже не видел никого, кроме этого омеги. Куратор попросил Юнги стать опекуном Тэмина, чтобы омега мог научиться бытовым вещам для жизни вне стен детского дома и альфа еле выдавил согласие. Он уже понимал, что может влюбиться в этого сияющего омегу и боялся окунуться с головой и не получить взаимности в ответ. Тэмин был таким жизнерадостным, что заражал своей улыбкой, своим настроением и Юнги стал чаще улыбаться. Он смеялся, забывая о боли, о потерях, о своих кровоточащих ранах и дышал омегой. Он им жил. Он так сильно погрузился в Тэмина, что не заметил как омега смотрит распахнутыми глазами и как его радужку заливает темнотой зрачка. Тэмин после признался, что влюбился в улыбку Юнги. Альфа старался держаться, не позволяя себе переступать черту с несовершеннолетним омегой, но Тэмин сам поддался вперед и поцеловал куда-то в уголок губ. Он после признался, что это бы его первый поцелуй и он дико боялся, что Юнги его оттолкнет. Не оттолкнул. Но попросил дождаться совершеннолетия и обещал научить целоваться. Юнги кусал свои губы, чтобы сдержать это обещание и не сорваться раньше. Они жили своей мечтой. Тэмин записался на курсы по шитью, мечтая стать великим дизайнером, а Юнги с радостью оплатил их. Оставалось всего немного до выпуска из детского дома, когда Тэмин позвонил и разбил альфу на атомы. Омега задыхался и не своим голосом умолял помочь ему, говорил что-то о крови, что они его бросили на полу и Юнги сорвался с работы, проезжая на красный с бешенной скоростью. Сердце разлетелось на кусочки от голоса омеги, но, когда Юнги все-таки удалось заставить воспитателя впустить его и наконец найти Тэмина в прачечной, он умер. Юнги умер душой. Тэмин закрылся изнутри и никого не впускал, лежа на бетонном полу в своей же крови и обрывках своей одежды. Губа была разбита, нос распух, бедра до колена были в крови и омега хрипел, рыдая так отчаянно и громко, когда Юнги прижимал его к себе. Альфа вызвал полицию и скорую, предупредил волонтеров и сделал фото Тэмина, стараясь не дрожать. Юнги пытался казаться сильным, но внутри кричал и бился в истерике, разрывая внутренности в клочья. Тэмин не хотел отпускать, сжимая в руках футболку, пока воспитатели детского дома бурчали, что сами разберутся с "неприятной ситуацией". Юнги холодно бросил, что уже сообщил всем об изнасиловании. Это были ужасные месяцы, когда Юнги разрывался от дикого желания самолично убить ублюдков, надругавшихся над Тэмином и попытками вернуть омеге его улыбку. Не получилось. Тэмин с тех пор улыбался надломленно, с тенью боли и ужаса того самого дня. Юнги нашел отличного юриста Ким Намджуна и смог засадить ублюдков на достаточный срок, чтобы половина из 8 альф умерли в первые же месяцы, а двух омег довели до самоубийства. Легче не стало. Тэмину тоже. Альфа уговорил расписаться, чтобы Юнги мог быть представителем Тэмина и не мучаться доверенностями и доказательствами, что он не просто человек со стороны, а реально заинтересованное в защите Тэмина лицо. Альфа смотрел как Тэмин снова учится доверять людям и вздрагивает от каждого случайного касания. Как он боится мыться, ходить в туалет и кричит ночью от своих кошмаров. Юнги бессильно прижимался к двери его комнаты и рыдал, от безысходности. Тэмин жутко испугался, когда Юнги впервые услышал его крики ночью и забежал в комнату, пытаясь успокоить. Омега потом смотрел с таким ужасом, который Юнги запомнил на всю жизнь и старался сдерживать себя. Даже громкие звуки его пугали. Его тошнота и слабость была уместна при его состоянии, но доктор сообщил о беременности. Тэмин будто с ума сошел, продолжая шептать своё "нет", пока Юнги надломленно умолял его не бояться, обещал быть рядом, а сам умирал от боли. Его солнце больше не грело. Тэмин сжигал все без остатка своей болью и Юнги уже сгорел. До конца. Каждой своей частью. Всю беременность он будто жил с куклой, заставляя Тэмина есть и принимать лекарства, да даже в ванную приходилось, буквально загонять и подслушивать не удумал ли омега покончить со своими мучениями. Роды Тэмина были еще ужаснее, но омега попросил Юнги быть рядом и крепко сжимал его руку, пока альфа стискивал зубы до скрежета, умирая от криков любимого. Тэмин не захотел брать в руки ребенка, а Юнги... Юнги взял и будто обрел свою луну. Маленький омега надрывно кричал, сжимая свои ручки и Юнги выдохнул "Енджун". Так звали его папу. Такого же маленького омегу, который высоким голосом будил свое семейство, потому что чего спать до обеда? Которого отец называл "моя полторашка" за полтора метра безудержной ярости. Папа, который говорил "я за тебя не переживаю, Юнги, ты у меня такой сильный", а альфа рассыпался в день его смерти и продолжает умирать каждый сранный день. Юнги осторожно поцеловал малыша и посмотрел на врачей, твердо повторяя "его зовут Енджун". Альфа знал, что Тэмин не даст ему имя. Тэмин даже кормить его отказался, пока Юнги не уговорил омегу покормить тезку его папы. Альфе много пришлось уговаривать, пока однажды Тэмин сам не взял малыша на руки, молча рыдая над маленьким Енджуном. Омега начал меняться не сразу. Енджуну исполнилось полгода, когда Тэмин наконец назвал его сыном. Юнги улыбался, смотря как Тэмин осторожно играет с маленьким омегой и чуть не задохнулся, придя с работы и услышав "скоро придет отец и я пожалуюсь, что ты почти не ел свою кашу". Тэмин обнял Юнги впервые, когда Енджуну исполнился год. Через месяц объятий, он сам потянулся за поцелуем. Юнги горел, держа свои руки ровно на талии и не позволяя поцелую углубиться и напугать омегу. Тэмин ощущал это напряжение, ощущал и возбуждение Юнги, но не мог заставить себя перебороть свои страхи. Он часто признавался, что Юнги его дом, его безопасность, его альфа, но Тэмин все равно боялся и начинал задыхаться лишь от мысли, что им надо заниматься сексом. Юнги не давил, не намекал и вообще никогда даже не заикался о сексе, придерживаясь скромных объятий и легких поцелуев. Тэмин пришел к нему в спальню спустя 2,5 года брака и заикаясь попросил разрешения попробовать. Юнги громко сглотнул, осторожно кивая омеге в ответ. Было сложно держать возбуждение, смотря как Тэмин дрожит, снимая с себя пижаму. Как он осторожно касается Юнги, как вздрагивает на касания бедер, как сжимает глаза, раздвигая ноги и как стонет со слезами на глазах, когда Юнги осторожно толкался в его тело. Юнги понимал, что Тэмин ломал себя, но нуждался в этом. Ему хотелось перебороть страх. Он так пытался победить. Тэмин стал заходить раз в месяц, меньше вздрагивая и даже прекратил рыдать. Юнги все равно был осторожен, как с хрустальной куклой. Альфа через полгода заметил, что Тэмин приходил в кружевном белье, а потом даже попробовал оседлать Юнги. Через год Тэмин переехал к Юнги, захватив с собой радио няню и оставив Енджуна в комнате, ставшей детской. Омега начал готовить еду, напевать песни. Юнги будто вдохнул свежий воздух, ощущая как Тэмин становится прежним, оживает. Омега встречал его жадным поцелуем, рассказывал как Енджун проказничает и бегает по дому, как соседи ругаются на топот детских ножек и как Тэмин пошил сыну новые наряды. Они стали выбираться на люди, Тэмин мечтал скорее выйти на работу, а Юнги просил не торопиться. Енджуну исполнилось 4 года, когда Юнги однажды не решился вслух помечтать о маленьком альфе. Как же Юнги ошибался, считая, что его омега прежний. Тэмин вздрогнул и распахнул глаза, в которых пылал ужас. Юнги долго успокаивал омегу, умоляя его простить глупые мысли альфы. Тэмин умолял его простить за паническую атаку, которая снова накрыла омегу с головой и заставила альфу знатно так пересраться. Юнги пообещал никогда не сажать на узел и они продолжили жить, притворяясь, что всё в порядке. Ничего не было в порядке. Ни походы в парк, где они устраивали пикник. Ни отпуск, когда Юнги обгорел на солнце, а Тэмин смеялся, обмазывая мужа кремом под шипение альфы. Ни детский сад, куда записали Енджуна и Юнги стал единственным отцом, исправно приезжающим за сыном. Ни регулярный секс, когда Тэмин сам возбуждал альфу то на кухне, то в душе, то просто просыпаясь среди ночи и начиная тереться о член Юнги, чтобы альфа наконец проснулся и выполнил супружеский долг. Ничего не было в порядке. То сранное смс от Намджуна Тэмин тоже не должен был видеть, но увидел. Юнги привычно бросил телефон на стойке ключей и ушел в душ, собираясь на работу. Альфа никогда не имел секретов от Тэмина и омега конечно же заглянул в экран, услышав несколько настойчивых оповещений о сообщениях. Тэмин уже приготовил завтрак, поэтому решил побыть секретарем мужа, сообщив о важных сообщениях. Ким Намджун Юрист: Юнги, один из ублюдков подал прошение на досрочку за примерное поведение. Ему согласовали. Нам надо подать протест, приезжай ко мне и обсудим. Не говори Тэмину. Тэмин на дрожащих ногах ушел в спальню и распахнутыми глазами уставился в стену, медленно ложась на постель. Юнги должен был понять, что резкое желание омеги полежать вовсе не от усталости, что несколько минут назад Тэмин был бодрым и приплясывал, готовя кашу для сына и бекон с яичницей для мужа. Юнги должен был... Но он спокойно поднял сына, чмокнув его в нос и начал свой привычный день. Юнги увидел сообщения только на парковке своей работы и тут же выехал к Намджуну, параллельно прося день отгула. Он даже не подозревал, что пока они с Намджуном готовили документы в суд, его Тэмин метался по квартире и бился в истерике. Юнги даже не предполагал, что приедет в разрушенную квартиру, а в ванной найдет окровавленный труп своего мужа. Альфа молча закрыл дверь ванной и позвонил Намджуну с просьбой забрать Енджуна на несколько дней. Он вызвал полицию, скорую, хотя прекрасно знал, что мужа больше нет в живых. Только после подписания свидетельства о регистрации смерти, Юнги позволил себе агонию. Он в нее окунулся с головой. Альфа рыдал в голос, сжимая волосы и горя от боли. Он кричал так яростно, так отчаянно, будто пытался вернуть своего мужа. Будто мог вернуть его. Похороны Юнги еле выдержал. Все было как в тумане и лишь маленькая ручка Енджуна держала Юнги на этой земле. Он отчаянно держался за эту руку, будто боялся упасть и не вернуться. Будто, если бы он отпустил, то умер был в тот же час. Говорят, боль проходит со временем. Пиздят. Не проходит. Не заживает. Не лечит. Боль кровоточила воспоминаниями, случайными фото, который телефон настойчиво предлагал. Родным запахом с подушки, с дивана, со старого пледа и мягкой игрушки Тэмина. Время не лечит, оно лишь притупляет боль. Которая никуда не уходит и напоминает Юнги, что он потерял его. Потерял навсегда. Теперь родители познакомятся с Тэмином. Они же там вместе? Правда? Юнги рыдал ночами, яростно сжимая подушку. Альфа решил переехать, прижимая к себе единственное, что оставил после себя Тэмин - Енджуна. Так начались тяжелые семь лет выживания. Именно так Юнги ощущал себя, просыпаясь каждое утро и устало готовя завтрак. Спал он плохо, Енджун часто приходил к отцу, спрашивая куда пропал его папа и Юнги давил свои отчаянные рыдания, обещая рассказать омеге чуть позже, когда тот вырастет. Сын начал болеть, часто отказываясь от еды, от поездок к врачу и пришлось взять домашнее обучение, чтобы омега не отстал от сверстников. В какой-то момент Юнги так привык, что о походе в школу как все дети они уже не говорили и жили вдвоем в своем мире интровертов. Енджун прекратил спрашивать о папе, медленно догадываясь, что родители не развелись, а папа уже никогда не вернется к ним. Фото Тэмина снова появились по дому, его кардиган Юнги предложил Енджуну и тепло улыбался, когда сын натягивал еще великоватый подарок. Юнги рассказал ему в 10. Через три дня повез на могилу. Енджун не плакал, смотря на плиту с именем папы и не ощущая никаких чувств. Он так долго спрашивал себя где же папа и узнав, не ощущал ничего, кроме пустоты. Юнги молча проливал слезы, поглаживая плиту с именем любимого. Енджун стал рассказывать свои воспоминания, прося отца рассказать больше и Юнги рассказывал. Проглатывал комок лезвий, режущих его горло до боли, но рассказывал. Вспоминал улыбку, вспоминал его веселые шутки и смех. Чем больше он рассказывал, тем слабее становилась боль, сжимающая его грудь. Енджун веселел, находя сходство с папой, а Юнги радовался смеху своего сына. Сранная медкомиссия, необходимая для перехода в следующий класс почти разрушила их идиллию. Енджун долго рыдал, крича, что его усыновили, кричал режущее "ты мне никто" и разбивал Юнги снова. Вгоняя тупой нож по самую рукоять. Альфа бессильно рыдал на коленях, рассказывая сыну про то, что и погубило Тэмина. Боялся причинить боль Енджуну, но рассказал. - Тогда... тогда переедем отсюда и я буду ходить в школу... Енджун смотрел потерянно, сломлено и сжимал кулаки до белых костяшек. - Хорошо... Юнги на выдохе прошептал, готовый согласиться на что угодно, лишь бы сын больше не кричал, что он ему не родной. Лишь бы больше не разрывал и так разбитое сердце. Енджун громко разрыдался и бросился в объятия Юнги, умоляя не бросать его. Сын задыхался, умоляя о прощении и клялся больше не называть Юнги не родным, а альфа прижимал к себе и жадно вдыхал запах с макушки маленького омеги. Енджун одобрил выбранную квартиру, даже школу одобрил, прочитав отзывы на сайте. Он оживленно собирал вещи, споря с отцом по каждой статуэтке и вырывая из рук Юнги старые вещи, которые альфа хотел выбросить. Младший рычал, требуя свободы, а Юнги не знал как мягко сохранить то, что между ними было. Юнги просил, уговаривал, иногда требовал, но Енджун будто специально спорил даже с выбором пути в Сеул. Юнги уже отчаялся, устало выдыхая на очередной хлопок двери сына. Енджун отказался от трекера, который Юнги пытался прикрепить к его рюкзаку и альфа просто вышипел свое возмущение. Младший тут же обиделся. Юнги пришлось ехать на новое место работы в плохом настроении. Как бы главный врач не заискивал, поправляя свои волосы и томно вздыхая, у Юнги в голове был лишь Енджун и его пубертатный период. Сын запрыщавил и накупил косметики, которая сделала только хуже. На попытки записать его к гинекологу, Енджун разрыдался, крича, что он даже друзей не имеет, не то, чтобы альфу. Юнги молча отправил ему ссылку на статью, которую он нашел и омега просто надул губы. Согласился. С боем, с криками, но согласился. Юнги думал как бы записать его на бокс, чтобы сын мог хотя бы убежать от возможного нападения, но мысли бились в кучу. Енджун неделю назад наткнулся на пост о сеульских омегах и с ужасом понял, что ни один пункт не про него. Омега скупил половину магазина, пытаясь хотя бы одеждой быть похожим на столичных омег и бокс в этот список никак не вписывался. Юнги водили по всем кабинетам и в каждом его прожигали похотливые глаза омег, полунамеки, прямые вопросы о личной жизни Юнги и он уже устал, мечтая наконец попасть в нахваленный кабинет гинеколога. И не зря. Омега смотрел без эмоций, прямо в душу. Будто не доверял, будто искал подвох, но совершенно не пытался привлечь Юнги. Когда Юнги протянул руку, чтобы попрощаться, он чуть не усмехнулся, увидев как Чимин мучительно складывает брови, явно не желая касаться ладони Юнги. Все тут искали повод, чтобы лишний раз прикоснуться, а он ищет повод, чтобы не касаться. Интересно. Его сын оказался еще большим шоком. Если Чимин был невысоким, светловолосым, зеленоглазым и буквально кукольным, то сын с тяжелой челюстью, черными волосами и такими же глазами был совершенно другой. Молодой альфа даже темнее, явно часто находясь под солнцем, Чонгук был загорелым и крепким подростком, почти ростом с Юнги. Юнги даже не понял зачем вывалил всю правду Чимину, но увидев как боль разливается в глазах омеги, будто почувствовал такого же разбитого человека, будто нашел того, кто поймет его и слова сами вылились из Юнги. Стало легче. Он впервые выдохнул, ощущая как камень упал с его груди и он нашел друга. Такого же сломанного друга. Чимин легко спрашивал о Тэмине так, будто он еще жив и они обязательно познакомятся, а Юнги почему-то рассказывал так, будто это действительно может случиться. Енджун рассказывал о тренировке с радостью, задыхаясь от бесконечных слов, выходящих из омеги. Ему нравилось, что его приняли как своего и помогали всю тренировку. Даже тренер хоть и кричал, но бросал свою похвалу небрежно, грубо, но Енджуну было тепло и он впервые ощущал себя частью коллектива. Частью общества. Юнги улыбался, в тайне мечтая, что их жизнь наконец наладится. Енджун вышел в обновках, непривычно ярких для омеги и присел на стул. Юнги поставил перед сыном тарелку и потянулся за графином, наливая апельсиновый сок. - Сегодня заберу тебя и повезу к Чимину, он обещал взять анализы и посмотреть как мы сможем убрать твои прелестные прыщики. Енджун закатил глаза, чавкая и шумно отпивая сок из бокала. - Па, хен мне уже сказал и я даже обменялся с ним номерами, чтоб он мне отправил результаты, а не тебе... Юнги удивленно вздернул брови. Он даже не заметил как омеги обменялись номерами. - Ты бы лучше с Чонгуком номерами обменялся, так хоть один друг в новой школе появится. Енджун бросил осуждающий взгляд. - Вообще-то, я в чате боксеров и Чонгук тоже там. Енджун шумно проглотил еду. - Рано еще говорить, что мы друзья. Просто знакомые. Омега снова шумно отпил сок и Юнги громко выдохнул. - Сынок, ты б потише ел... в школе могут... не понять тебя. Енджун замер, опуская взгляд на бокал. - Думаешь? - Почти уверен. Юнги усмехнулся, касаясь носа омеги. - Я тебе кинул батончики в бокс, два бутерброда, клубнику и пару банок сока. Енджун жалобно простонал. - Па, они считают калории, а ты мне туда калорийную бомбу накидал. Юнги снова вздохнул. - Еще карманные дам, если вдруг не станешь меняться с кем-то едой. Енджун распахнул глаза. - А можно меняться? Юнги рассмеялся, нежно прижимая к себе сына. - Ты мое золото. Альфа чмокнул макушку сына и усмехнулся. - Доедай давай и поехали, по пути расскажу как было в моей школе. --- Енджун кусал губы, пока отец заворачивал к парковке школы. Машина Чимина уже стояла, но Чонгук только вышел и сразу заметил машину Юнги. Молодой альфа отсалютовал сигналу Юнги и остался на месте, дожидаясь Енджуна. Юнги вышел из машины и дождался, пока Чимин тоже выйдет. Чонгук тут же подошел к старшему и протянул руку для приветствия. - Ого, ты спортсмен? Юнги посмотрел на спортивную куртку с надписью "лисы". Чонгук широко улыбнулся. - Ага, я атакующий защитник в школьной баскетбольной команде. Чимин подошел к сыну и улыбнулся, смотря на младшего альфу. - Он капитан команды. Так что, Енджуна не обидят точно. Юнги незаметно выдохнул, на самом деле немного успокоившись. Енджун нервно смотрел на проходящих школьников, осторожно подходя к старшим. Чонгук удивленно вскинул брови. - Ты чего так нарядился-то? Енджун тут же бросил злобный взгляд, надувая губы. - А ты что, модный критик? Чимин прыснул, кусая губы, а Юнги нахмурился. Он был согласен с Чонгуком и уже ругался с сыном по поводу облегающих брюк и футболки с глубоким вырезом. Косуха вообще бесила Юнги. Чонгук усмехнулся. - Да ты просто будто... неважно. Мог бы как вчера одеться и было бы лучше. Чонгук отмахнулся, поправляя рюкзак. - Пошли давай, я тебе столовку покажу и что там у тебя по списку? Младший бесцеремонно забрал расписание из рук Енджуна, даже не дав ему время на возмущение. - Блин, не повезло. У тебя первым история, там препод нудный. Надо колы купить, чтоб ты не заснул. Чонгук повернулся к Чимину и оставил поцелуй на лбу папы. - Все, пап, пойду покажу мелкому что где. Чонгук пожал руку Юнги и снова повернулся к Чимину. - Сегодня допы, поэтому на плавание я сам дойду. - Хорошо, Гуки, я заберу тебя с плавания. Енджун обнял Юнги и кивнул Чимину, сразу же семеня за Чонгуком. Юнги смотрел как Енджун запрокидывает голову, что-то спрашивая у Чонгука, а младший альфа показывает ему что-то пальцем и продолжает идти дальше в школу. Юнги шумно вздохнул. - Юнги, не переживайте. Чонгук в школе не последний человек и обещал приглядывать за Енджуном, чтобы его не обижали. Юнги усмехнулся, возвращая внимание Чимину. Омега улыбался тепло... как папа? Что-то в его улыбке будто оберегало и пыталось успокоить альфу. - Я верю Чонгуку, но все равно переживаю. Чимин улыбнулся. - Предлагаю поехать на работу и выпить кофе там, нам все равно еще час ждать начало рабочего дня. Юнги кивнул. --- Юнги старался не реагировать на изумленные взгляды работников, на распахнутые глаза омеги с ресепшен, вслушиваясь в слова Чимина. Омега не замечал ничего, бросая вежливые приветствия. Он рассказывал про школу и учеников, рассказывал с какими сложностями столкнулся и на самом деле успокаивал сердце Юнги. - Еще, надо обязательно записаться в какой-нибудь кружок, чтобы было больше шансов попасть в университет. Чимин встал на носочки и открыл шкаф, доставая два бокала. - Там много всего есть. Директор школы мой друг и прелестный омега, он всего три года как директор, но за эти годы намного улучшил школу, поэтому дети с радостью там учатся. Чимин открыл крышку кофейного аппарата и кивнул сам себе, закрывая крышку и открывая бак с водой. - Чонгук капитан баскетбольной команды, но также ходит на дополнительные уроки по химии, физике, математике и в этом году взял вокал. Юнги удивленно вскинул брови, пока Чимин мыл бак и заливал свежей водой. Омега заметил взгляд Юнги. - Вот поэтому он взял вокал. Его друг в театральном кружке и в какой-то момент его пытались высмеять. Чимин нахмурился, поднимая бак с водой и Юнги молча отобрал тяжелую ношу, вставляя в аппарат. - Спасибо. Тяжеловат оказался. Ну так вот, там дети сами защищают друг друга и поэтому прям буллинга у них нет. Чимин заглянул в бокалы и поставил один в кофеварку. - Американо? Юнги кивнул. - Школа два года выигрывает звание лучшей школы города, поэтому не стоит волноваться. Юнги улыбнулся. - Вы на самом деле успокоили меня, я поговорю с сыном по поводу кружков. Юнги поблагодарил за протянутую кружку кофе и сделал глоток. - А для меня может знаете какой спортзал? Чимин задумался, вынимая и свой американо. - Знаю бассейн, в спортзалы только омежьи ходил. Юнги усмехнулся. - Не люблю воду. Ну, нырять и плавать - не мое. Чимин будто вспомнил что-то важное. - Точно! Спрошу у Намджуна, мужа директора школы. Он тоже долго искал зал, но ходит куда-то с сыновьями. Юнги замер, прожигая Чимина чернотой своих глаз. Не может быть. Просто совпадение. - Намджун? Чимин моргнул. - Да, Ким Намджун. Кстати, он тоже из Тэгу, но он юрист. Юнги громко сглотнул, опуская бокал и проливая кофе. Чимин вскрикнул и альфа спохватился, извиняясь. - Простите, Чимин... я не нарочно... Омега уже вытирал пол салфетками и схватил бокал Юнги, откладывая в сторону. Юнги еще пытался отдышаться и совсем не замечал, что омега разглядывает руки на наличие ожогов. Альфа громко сглотнул. - Ким Намджун случайно не женат на Сокджине? Чимин резко поднял глаза и Юнги обледенел. Вот так совпадение. Чимин распахнул глаза. - Да... у них три альфы и младший еще учится в школе вместе с Чонгуком... Юнги закрыл глаза и глубоко вздохнул. - Намджун был юристом в деле Тэмина. Чимин будто не дышал. Он смотрел распахнутыми глазами. - Юнги... я... Юнги открыл глаза и снова вздохнул, опуская руки на плечи омеги. - Все нормально, просто... снова будто вернулся в прошлое. Юнги слабо улыбнулся. - Я в порядке. Намджун на самом деле здорово помог мне не сойти с ума, просто он ассоциируется с тяжелым временем. Юнги усмехнулся, снова взяв кружку с кофе. - Прошлое будто преследует меня, не давая забыть откуда мои раны. Юнги залпом выпил бокал и удивился сладкому привкусу мандаринов. Альфа нахмурился и вдохнул запах с бокала. Он пах кофе. Юнги осторожно коснулся языком ободка кружки и заметил как покраснел Чимин, смотря на странные действия альфы. - Кофе вдруг стал сладким... мандариновым каким-то. Чимин покраснел еще сильнее и опустил взгляд. - Это был мой бокал. Юнги замер, сгорая от стыда. Он что сейчас облизал след губ Чимина??? На глазах самого Чимина! Юнги смущенно отложил бокал в сторону и не знал куда деть взгляд, слизывая с губ остатки сладости. - Извините... можете... извините, я не заметил, что... Чимин громко вздохнул и взял бокалы, проходя к мойке. - Все нормально, кофе тут за счет организации. Если что, бокалы тут общие и все одинаковые, но можно и свой принести... чтобы не путать... --- Весь день Юнги изучал нормативную документацию, просматривал отчеты и получал сообщения от Енджуна. Сын сначала писал коротко, сообщал какой урок и как он смущается знакомиться с классом, но через час уже активно присылал селфи, фото спортзала, музыкального класса, столовой, скамейки во дворе школы и просто спамил, сообщая Юнги все, что он чувствует. Альфа улыбался. Чонгук не обманул и на переменах на самом деле помогал Енджуну найти кабинет, в столовой бокс с едой подъел именно он, отдав Енджуну свой йогурт и бейгл из "жутко полезного и безлактозного хлеба". Юнги усмехнулся. Чимин тоже в столовой ел свой безлактозный бейгл с морковным соком. Альфа снова бросил взгляд на время и услышал как телефон пропищал о смс. Сынок: Па, я записался на дополнительный урок театрального кружка, так что мне надо потом в магазин купить штуку для тренировки речи. Сынок: А мы можем подвезти моего одноклассника до дома? Его Бомгю зовут, он тоже омега... Юнги улыбнулся, беря телефон в руки и кусая губы. Он снова посмотрел на время. Осталось 10 минут до конца рабочего дня и альфа уже выполнил необходимую работу. "Сынок, я скоро выезжаю за тобой и твоим одноклассником. Подожди минут тридцать, мы сначала на осмотр к Чимину, а потом куда ты попросишь, туда и поедем." Енджун отправил кучу смайликов с поцелуем и Юнги снова улыбнулся. Альфа медленно отключил ноутбук, собрал документы, которые нужно было подписать и направился к выходу. По пути, прощаясь с работниками, Юнги решил заскочить к Чимину и предупредить, что собирается за сыном. Осторожный стук в дверь и крик омеги на разрешение войти, как в нос ударил мощный запах омеги в течку. - Ох... Чимин виновато скорчил рожицу и побежал открывать окна. - Простите пожалуйста, у одного пациента были странные выделения и пришлось повозиться, поэтому не успел проветрить комнату. Чимин включил кондиционер на полную, пока Юнги пытался не дышать. - Ушик еще отравился. Съел чей-то салат из холодильника, а я его предупреждал... Чимин прикусил губу, замечая как бегают глаза Юнги и как альфа напряжен. - Я дам вам блокаторы, чтобы полегче было... Енджун же приедет, поэтому вам придется опять возвращаться... и я не уверен, что запах уйдет... Юнги сделал небольшой вдох, ощущая как концентрация феромона заметно ослабела. - Все нормально, я пью самые мощные блокаторы... Юнги снова задержал дыхание, решив подождать еще немного. Чимин вскинул брови, взяв папку в руки и размахивая ее перед лицом Юнги. - Я, конечно, не уролог, но блокаторы не шутка и самые сильные обычно выписывают только доминантным... - Я доминант. Юнги снова сделал легкий вздох и задержал дыхание, стараясь приблизиться к окну со свежим воздухом. Чимин замер. Омега громко сглотнул и нахмурился. - Но... я ни разу не чувствовал вашего подавления. Обычно, доминанты невольно давят феромонами... - Я их блокирую... Юнги сделал вдох глубже и с облегчением выдохнул. Феромон наконец ослаб настолько, что ощущался легким покалыванием на кончике языке. Юнги шумно вдохнул и посмотрел на Чимина. - Я привык. Еще в детстве были сбои, но сейчас организм привык не выбрасывать феромоны. Юнги бросил взгляд на стул и кулер с водой. Чимин заметил взгляд и подошел к кулеру, набирая стакан воды. Юнги медленно пошел к стулу, устало падая на него. Он хоть и пьет лошадинные дозы блокаторов, но течные омеги срывали цепи, которые он отчаянно пытался сдержать. Может поэтому он любил удаленную работу. Юнги опустил взгляд на пах и шумно вздохнул. Полноценного стояка не было, но ширинка заметно оттянулась. - Черт... Чимини, можно я немного у вас посижу, пока... не остыну? Чимин удивленно посмотрел на альфу, сложившего руки на паху и протянул стакан с водой. - Конечно, а что... Чимин вдруг понял, что альфа не берет стакан, кусая свои губы. - Оу... понятно. Конечно... Чимин суетливо поставил стакан на столик рядом с Юнги и снова взял папку в руки, размахивая еще активнее. - Мне же потом еще Гуки забирать. Он итак стесняться меня начал... Юнги усмехнулся, осторожно взяв в руку стакан и продолжая прикрывать пах другой рукой. - С утра просит не заходить... да и постельное белье сам стирает. Чимин энергично махал, пока Юнги пытался успокоить свой член и наконец выйти за сыном. - Чимини, я сейчас Енджуна привезу. Мне нужно что-то купить в аптеке? Чимин старался не смотреть на альфу, принюхиваясь и брызгая какими-то духами вокруг. - Нет, я все подготовил. Чимин наконец посмотрел на Юнги и улыбнулся. - Осталось только Енджуна привезти. --- Юнги не сразу вышел из кабинета Чимина, осторожно поглядывая на пах. Альфа почему-то не испытывал стыда перед Чимином, будто омега его младший брат. Смущение - да, но стыда или желание сбежать - нет. Юнги ощущал безопасность с Чимином. Омега отчаянно делал вид, что все в норме и ничего странного не происходит. Это не возбужденный альфа сидит в его кабинете. Не доминант, который может надавить своими феромонами на Чимина и омега сделает что угодно по собственной воле. Юнги привык, что его боятся за гормональную особенность. Привык, что омеги просят его пить блокаторы, чтобы хотя бы помнить о сексе. Юнги привык подавлять свои инстинкты. Он уже много лет не ощущает себя доминантом, стерев свои феромоны почти под ноль. Сын ждал на парковке и с улыбкой слушал щебечущих рядом омег. Стоило Енджуну увидеть машину отца, так он сразу потянул худого парня за руку и помахал остальным. - Па, ты вовремя. Мы только мороженое съели... Это Бомгю, а это мой отец. Юнги взглянул в зеркало заднего вида и заметил как Бомгю покраснел. - Привет, можешь звать меня Юнги хен. Бомгю смущенно улыбнулся и Юнги улыбнулся ему. - Куда едем? Енджун радостно сообщил адрес и альфа вбил его в навигатор. Весь путь сын рассказывал как ему понравилась школа и что они с Бомгю сидят вместе за одной партой. Енджун вышел у дома Бомгю и обнял на прощание. Сын перелез на переднее сидение и пристегнулся с улыбкой на лице. - Па, школа такая классная! Юнги тепло улыбнулся и потрепал волосы сына. - Я рад, что тебе понравилась школа, сынок. Енджун радостно поерзал, смотря куда-то вперед распахнутыми глазами. - Чимин хен скинул адреса омежьих магазинов и обещал научить краситься. Юнги усмехнулся, бросая взгляд на воодушевленного сына. - И когда же ты будешь учиться краситься? Енджун удивленно обернулся на отца. - А он не говорил тебе? Юнги нахмурился и отрицательно мотнул головой. - А, ты уже наверное ко мне ехал, когда я ему написал... мы живем в одном доме, вот только хен живет на 13 этаже, а мы с тобой на 9. Юнги искренне удивился, он даже не думал спрашивать где живет Чимин, хотя понимал, что где-то недалеко. Енджун радостно повернул голову на отца и снова просиял. - Оказывается, у нас дом в крутом районе... Бомгю говорит, что там можно встретить знаменитостей. Юнги усмехнулся. Он специально подбирал защищенный район, оплатив приличную сумму своих сбережений. Благо альфа хорошо зарабатывал и даже дорогие апартаменты не сказались на их бюджете. Енджун всю дорогу рассказывал про казалось бы обычные вещи, но глаза младшего горели ярче солнца и Юнги был наполнен счастьем. Он впервые видел сына таким сияющим и живым. Енджун будто стал прошлым Тэмином, также весело жестикулируя и задыхаясь, пытаясь рассказать быстрее. Юнги усмехался и просил подробности и сын с радостью рассказывал каждую мелочь. Даже рассказал как выглядит омежий туалет. Енджун осторожно вошел в кабинет, с интересом разглядывая комнату. Чимин встал, чтобы обнять младшего. - Хен, у тебя тут классно... Чимин улыбнулся, поправляя волосы Енджуна. - Приятно слышать, что тебе тут нравится, но отца мы выставим за дверь. Чимин поднял глаза на Юнги и улыбнулся. - Это омежий сеанс, так что Мин Юнги, прошу покинуть кабинет. Юнги усмехнулся, салютуя омегам. - Буду покорно ждать у кабинета. Енджун снова просиял отцу и что-то теплое разливалось внутри Юнги. Даже то, что Намджун оказался общим другом не омрачало этот день. Юнги чувствовал как тепло от радости сына согревает его потрепанное сердце. Альфа вынул телефон и залез в контакты. Он нашел в контактах Намджуна и нажал на вызов. Юнги громко сглотнул, сделав глубокий вздох. - Привет, Джун. Я тут ищу спортзал в Сеуле и мне подсказали, что ты можешь мне помочь с этим. Юнги улыбнулся, услышав привычный голос своего юриста и как тот потерянно спрашивает как Юнги узнал. Кажется, его жизнь начинает течь в другом русле и он даже нашел друзей.