Вернутся к фанфику

Глава 7.2. (Не)забывай о ней.

29 августа 2025, 06:42

Два месяца назад.

«Сегодня приезжает бабушка. Эмилия. Не особо люблю её присутствие в доме — от неё всегда веет холодом. Она смотрит на маму, как на ошибку. Даже на отца, своего сына, — как на предателя. Наверное, никогда не простит ему, что он выбрал не ту женщину. Я не знаю, любит ли она меня. Иногда кажется, что нет. Но я переживу. Я люблю их всех. Даже её. Хоть и не должна.»

Амелия захлопнула дневник и положила ручку рядом. Взгляд скользнул к окну — за стеклом начинал накрапывать дождь. Она подтянула колени к груди и сжала их руками, слушая, как капли дробно стучат по подоконнику. На секунду показалось, что это сердце бьётся где-то рядом, но слишком быстро и неровно. Она снова ушла в мысли. Ушла настолько глубоко,что не сразу услышала что скрипнула дверь, что к ней зашла Эмилия, не слышала даже того,что та начала вести с ней разговор. — Смотри на меня,когда я говорю с тобой, — выплюнула Эмилия, подходя к девушке. Амелия резко дернулась,будто от удара. Ее бабушка, Эмилия, Долох - фамилия мужа, а девичья как раз Андерсон. Эта женщина берет на себя слишком много, Амелия ненароком считает,что у той мания величия и ей нужен психолог. И кажется так и есть.

***

Все началось за долго то того, как родилась Амелия. Когда только Ричард женился на Элеоноре. Он будучи рожденным оборотнем, а в скоре и альфой, выбрал в жены обычную даму, с которой учился в одном университете Нью-Йорка. Его внутренний волк почуял свою пару, и у них закрутилось. Потом спустя год отношений они съехались, поженились, а затем выбрали тихий городок для проживания - Бейкон Хиллс. Эмилии мужчина не решался рассказывать о свадьбе и прочем, ему не хотелось чтобы мать приезжала из своей Италии к ним, но говорящая фамилия Андерсонов, не заставила их долго ждать ее визит, ведь спустя пару месяцев в их доме появилась она.

Женщина долго донимала Элеонору, твердя:

«Это ничтожество не годится тебе!»  «Она тебе не пара!» «Она не родит тебе наследника!» Эмилия хотела,чтобы у ее сына был мальчик - наследник семейных ценностей, бизнеса и земель Италии. А родилась - Амелия, которую бабуля ни во что не ставила. В отличие от родителей, бабушка не дарила ласки, не утешала, не говорила тёплых слов. Любовь, которой Амелия так была окутана от матери и отца, с бабушкой ощущалась как чуждая, как холодная стена, которую нельзя пробить ни словами, ни улыбкой. Но, несмотря на холод и строгость, бабушка Эмилия никогда не скупилась на подарки. Она умела удивлять, даже если сама улыбка давалась ей с трудом. На дни рождения Амелии она приносила книги с древними легендами, изящные ювелирные украшения, тонкие шелковые платки с Италии, редкие фигурки из фарфора, которые словно хранили в себе дыхание прошлого.  Был её седьмой день рождения. Комната пахла свежими цветами и тёплым хлебом, который мама только что испекла. Амелия сидела на стуле, играя с Сириусом, когда в дверь постучали. — Поздравляю, — сухо сказала бабушка, входя с высоким кулоном в бархатной коробочке и небольшой шкатулкой, из которой доносилась тихая, но странно завораживающая мелодия. Амелия вздрогнула. Она знала: за этим подарком всегда скрывался взгляд, оценивающий её, как будто проверяя, достойна ли она быть частью семьи. — Для тебя, — произнесла Эмилия, протягивая кулон. — Символ семьи. Твоя кровь, твоя история. Девочка осторожно взяла коробочку, развернула бархат, и кулон блеснул холодным серебром. Сразу почувствовала, как сердце забилось быстрее. Она подняла глаза, и бабушка уже смотрела на неё, неподвижная, будто скульптура. — Музыкальная шкатулка, — продолжала бабушка, подавая шкатулку. — Слушай и помни, что в нашей семье всегда ценят традиции. Амелия открыла шкатулку. Мелодия заполнила комнату, нежная и тихая, и на мгновение сердце девочки забыло страх, напряжение и холод бабушкиных глаз. Она улыбнулась, слегка, почти робко. Но взгляд Эмилии не изменился. И в этой улыбке Амелия сразу ощутила и радость, и тревогу одновременно: подарок был щедрым, красивым, но напоминал, что всё в доме подчинено строгим правилам, что каждый шаг ребёнка всегда виден, оценивается, проверяется.

***

— Амелия Гвен Андерсон! — голос Эмилии резанул по тишине, словно удар хлыста. — Слушай и смотри на меня, когда я разговариваю с тобой. — Что опять не так? — устало отозвалась девушка, запрокидывая голову и прикрывая глаза, будто силы покинули её. За окном ливень усилился, небо разорвала вспышка молнии, и комната наполнилась низким грохотом грома. Эмилия втянула воздух через ноздри, раздражённо отодвинула стул и скинула с него Сириуса, который возмущённо фыркнул и спрятался под кровать. — Фу, брысь, — холодно бросила она, стряхивая с сиденья невидимую шерсть. Конечно, её идеальные брюки от итальянского дизайнера не должны были коснуться хоть пылинки. — Ты ведь понимаешь, что заканчиваешь школу. Нужно выбирать, куда поступать. — Я выбрала, — коротко отрезала Амелия, даже не открывая глаз. — Я не договорила, — бабушка с силой опустилась на стул, скрестив руки на груди. — Твоя кузина Оливия поступает в Италию, и тебе следует поступить туда же. Амелия резко распахнула глаза и подалась вперёд, в её голосе зазвенела сталь: — Чего вы меня туда так тянете!? Я не хочу в Рим, я хочу поехать учиться в Лондон! Эмилия закатила глаза к потолку и театрально всплеснула руками: — Господи, почему ты такая упрямая… Вся в свою никчёмную мать! Гром грохнул почти одновременно с тем, как Амелия рванулась вперёд. Её голос сорвался на крик, полный ярости и угрозы: — Ещё раз скажите что-то про мою никчёмность — и я клянусь, разорву вашу куриную шею, будто  тряпку! Она почти зарычала последние слова, ладони сжались в кулаки, глаза полыхнули огнём. В комнате на миг повисла тишина, только дождь барабанил по стеклу и шкатулка на полке тихо щёлкнула, будто от страха. Глаза Амелии горели алым пламенем, её дыхание сбилось, руки дрожали от напряжения. Она уже готова была шагнуть вперёд, когда резкий, сухой звук разорвал комнату. Шлёп! Амелия качнулась в сторону — ладонь Эмилии, тяжёлая и резкая, врезалась ей по щеке. Мир на секунду ослеп от удара: красные искры мелькнули в глазах, кожа загорелась болью. — Не смей так со мной говорить! — прорычала бабушка, её золотые глаза сверкнули, будто два клинка. Она стояла над Амелией величественно, почти монументально, вся её осанка кричала о власти и превосходстве. — Приводи себя в порядок и спускайся на ужин. Амелия осела на пол и уставилась на дверь, которую женщина то ли случайно, то ли специально не закрыла. Твердит о правилах и этикете, а сама дверь закрыть не может, не женщина, а противоречие. О своей придурковатой бабуле девушка не распространялась, о ней не знали ни Лидия, ни Стайлз, ни Скотт, а уж Малия и Кира подавно. В курсе всех событий был лишь один человек, который увы уже не с ней. Эллисон. Семья Арджентов тоже славилась странными личностями, взять того же Джерарда - сомнительный мужик,честно. С Кейт та же история. 

***

Амелии очень не хватает Эллисон.

***

Плохое предчувствие преследовало Амелию с самого утра. Оно прилипло к ней липкой тенью, словно знало то, чего она не хотела знать. Когда они нашли Стайлза на парковке. Когда она осталась с Дереком, пытаясь разгадать загадки их семейной шкатулки. Даже когда они приехали в заброшенный лагерь Оук-Крик — оно не отпускало, шептало, давило на грудь. И всё стало ясно только тогда, когда в воздухе разрезал крик Лидии: — Эллисон! Амелия повернулась и увидела, как та падает. Медленно, слишком медленно — как будто сама смерть наслаждалась каждым мгновением. Клинок всё ещё торчал в её теле, а в глазах застыло что-то невыносимое: боль, переплетённая со странным спокойствием, будто она уже знала. Мир оборвался. — Н-нет… — хрип сорвался с губ Амелии. Горло сдавило, дыхание сбилось. Она чувствовала, как земля под ногами дрожит и уходит прочь, будто тянет её в бездну. — Нет-нет-нет… Сердце билось в ушах, как барабан, сбивчиво, дико, срываясь в пустоту. Руки дрожали так, что она не могла сделать шаг. Глаза жгло, но слёзы не приходили, будто тело не решалось принять правду. Она не может умереть. Это же Эллисон. Эллисон — её свет. Та, с кем можно было смеяться до судорог, шептаться в полночь о глупостях и мечтать о будущем, таком простом и прекрасном: Лондон, университет, общая квартира. Эллисон должна была выйти замуж за Скотта. Амелия любила смотреть на них — на то, как они смотрят друг на друга, даже когда ругаются. Она всегда была между ними, мирила, шутила, верила, что всё у них будет хорошо. А теперь — нет. Грудь Эллисон больше не поднималась. Что-то в душе Амелии разорвалось — тихо, беззвучно. Будто чья-то холодная рука вырвала часть сердца и оставила зияющую дыру. Амелия рухнула на колени рядом. Её пальцы судорожно сжали холодеющие руки подруги — пытались согреть, втереть в них жизнь. Но тепло уходило. Навсегда. — Вернись… — выдохнула она шёпотом. — Пожалуйста… Скотт сидел рядом, крепко прижимая Эллисон к себе. Его плечи дрожали, дыхание сбивалось. Амелия почувствовала его боль — ту же, что рвала её на части. Они разделяли её вместе, но от этого не становилось легче.

***

Сейчас.

Она распахнула глаза, вскакивая с постели. Вчера у Скотта, когда они всей компанией читали книгу о Врачевателях, она приехала домой и рухнула, едва прикоснувшись к подушке. Сны вчерашней ночи были полны того же тревожного света: смешение реальности и воспоминаний, что всегда возвращало её в прошлое. Подойдя к окну, Амелия всматривалась в темноту. Дождь снова хлестал за стеклом. Она зашторила окна и направилась в ванную, чтобы смыть остатки сна и усталости. В отражении на неё смотрела девушка, которую когда-то можно было назвать красивой. Ту, которой было легче дышать, когда рядом были Эллисон, Эйдан, Итан… и Дерек, тихо присутствовавший в моменты, когда нужна была опора. Он всегда был рядом, готовый помочь, когда страх или сомнения переполняли её, но никогда не требовал ничего взамен. Тогда, когда она могла спокойно наблюдать за Скоттом и Эллисон, когда он смотрел на неё глазами, полными любви, а она отвечала тем же. Тогда Стайлз ещё пытался добиться внимания Лидии, а теперь они были отличными друзьями. И тогда Амелия ещё не убивала Кали, ещё не становилась альфой. Она ещё раз взглянула на своё отражение, проводя пальцем по щеке, касаясь мешков под глазами. «Поспать бы ещё часов двадцать», — подумала Амелия, усмехаясь сквозь лёгкую усталость. Сколько бы она ни спала, сна всё равно не хватало. Началось это два месяца назад, и причина, как назло, ускользала из памяти, оставляя только раздражающее чувство пустоты. Её взгляд скользнул вниз, на кулон, подаренный бабушкой. Тонкая золотая цепочка свисала с шеи, а сам кулон — аккуратный ромб с большим камнем в центре, кроваво-красным рубином.

***

— Скотт! — девушка влетела в мужскую раздевалку, сразу замечая парня что сидел на скамье у шкафчиков. У него случился приступ астмы, хотя такого и быть не должно было, он оборотень, черт возьми! Амелия проспала несколько уроков, но благо Лиам успел вовремя. Сейчас же МакКолл сидел опираясь локтями на колени и буравил стену. — Ами, — выдохнул он, — все хорошо, просто вспомнилось кое-что.. — Мне сегодня ночью тоже…Я снова видела её смерть. — она присела рядом, специально не упоминая о том,что не только Эллисон посетила ее воспоминания, но и Эмилия. Скотт молча кивнул, абсолютно понимая девушку, ему тоже было трудно это пережить. Им всем было трудно.

***

Амелия как раз успела на последний урок,то есть на математику. Миссис Райт не в восторге от ее пропусков,но пока она ничего плохого не говорит. Амелия быстро поздоровалась и проскочила мимо женщины, вещая рюкзак на спинку стула. Калеб уже ждал ее, когда проснулась девушка написала ему что проспала и придет позднее,так и вышло. Собиралась она наспех, поэтому сейчас на ней обычная черная футболка, черные джинсы и белые кроссовки. А в сумке кроме тетради по математике и бутылки с водой ничего нет. Парень продвинулся ближе, чтобы поздороваться и рассказать школьные новости,которые могли произойти утром. — Твоему другу МакКоллу,кажется, было очень плохо. Астма опять началась вроде, — О’Коннелл пожал плечами и откинулся на спинку стула, наблюдая за Амелией,что тщетно пыталась поточить карандаш,но стержень из раза в раз ломался и оставался в точилке. — Да сука, — взвыла она, втыкаясь лбом в парту. — Пошли смотреть тренировку по лакроссу, она после этого урока, — предложил блондин, по-хитрому улыбаясь. — Эй, если будешь клеить Эмбер на моих глазах, меня стошнит, — она скривилась, прикладывая два пальца к губам.  Калеб кивнул и засмеялся, но был прерван миссис Райт, резко зашедшей в класс. Урок пролетел практически незаметно, спать, конечно,хотелось, но тема матриц была слишком интересной,чтобы дремать. Поэтому как прозвенел звонок, Андерсон и О’Коннелл отдали тетради на проверку и вылетели из класса направляясь на поле. Сегодня должны были тренироваться и девушки, и парни. Поэтому Лиам явно будет здесь. К слову, так и было — только вот он оказался не один. Рядом с парнем стоял Тео, одетый в форму, будто собирался играть. Амелия буквально сверлила Рейкена глазами, и это не укрылось от Калеба, что лениво откинулся на спинку скамейки. — Ты чё, втюрилась? — хмыкнул он, бросив на неё хитрый взгляд. — Фу, — протянула она, театрально отряхивая ладони, словно с неё стряхнуть можно было саму мысль. — Нет, конечно. Я просто не доверяю ему. — Ну-ну, — протянул Калеб с такой ухмылкой, будто он знал лучше. Амелия толкнула его в плечо, отчего тот едва не потерял равновесие, и поднялась, поправляя футболку. — Иди подкати свои яички к Эмбер, может, потрахаешься наконец, — усмехнулась она дерзко. — А то я уже начинаю переживать за тебя. — Да брось, — фыркнул Калеб, отмахиваясь. — Ты и сама не прочь со мной заняться сексом. Амелия замерла на секунду, выгнув бровь. — Ты слишком хорошо о себе думаешь. — Так это правда, — подмигнул он, хитро склонив голову. — Но ты знаешь, если захочешь — звони. Я помогу. Он захохотал, громко и заразительно, и Амелия, не выдержав, тоже усмехнулась. Девушка слегка потрепала Калеба по волосам и, махнув рукой, направилась к Лиаму. — Привет, — она мягко обняла его за пояс, заглядывая в глаза. — Молодец, что успел принести Скотту ингалятор. — Ами… привет, — Лиам смутился, но улыбка тут же вспыхнула на лице. Щёки залились краской, он неловко обнял её в ответ. — То,что было со Скоттом,так странно.. — Отойдем? — не спрашивая, а скорее приказывая, сказала она и ухватила его за предплечье, потянув в сторону. — К-куда мы? — он едва успевал за её шагом. — Тихо! — шикнула она. — Ты нашёл чем отдать долг Хейден? Лиам смялся, втянув голову в плечи. Его взгляд метнулся в сторону, а пальцы беспокойно зацепились за край футболки. Конечно, никакой сотни баксов у него не было. Он чувствовал вину за то, что именно из-за него Хейден вычли деньги из зарплаты. Амелия скрестила руки на груди, её брови сошлись к переносице. Взгляд стал строгим. — Ясно, — сухо произнесла она. — Ам, я разберусь… правда… — попытался оправдаться Данбар. — Слушай, — перебила она жёстко, — не выделывайся. Помнишь, я подрабатывала в кофейне рядом со школой? Так вот, меня позвали на смену, и мне нужен напарник. — Ты хочешь, чтобы я варил кофе? — глаза Лиама округлились. — Ага. Я же предлагала тебе как-то раз, — ухмыльнулась Амелия, вспомнив их старый разговор. — Ладно… — он сдался, шумно выдохнув.— Когда? — В субботу и воскресенье, — предупредила она, уже разворачиваясь, будто решение было окончательным. — Поедешь со мной и Калебом поесть? После тренировки. — Вариант! — он кивнул, в глазах мелькнула благодарность. — Подождёте меня? Амелия обернулась через плечо, улыбнувшись почти заговорщически: — Естественно. Беги давай!

***

На поле кипела жизнь. Лакроссисты носились из стороны в сторону, и тренер орал так, что было слышно даже за пределами стадиона. Амелия сидела на трибунах, рядом растянулся Калеб, закинув руки за голову. Он лениво щурился на солнце и периодически отпускал комментарии в адрес игроков. — Данбар опять психует, — заметил он, указывая подбородком на Лиама. — Бьюсь об заклад, через минуту кого-нибудь уложит. — Не умничай, — фыркнула Амелия, придерживая коленом рюкзак, чтобы тот не скатился вниз. — У него характер такой. Калеб хотел что-то ответить, но его отвлекло движение на трибунах. К ним поднимались Скотт и Кира. Девушка сразу заулыбалась и замахала рукой: — О, мои любимые, — протянула Амелия, искренне радуясь. — Сюда! Скотт первым поднялся и присел рядом, его ладонь привычно коснулась плеча Амелии — жест простой, но очень тёплый, семейный. Кира устроилась чуть поодаль, положив тетрадь на колени и смущённо улыбаясь. — Рад вас видеть, — сказал Скотт и только тогда перевёл взгляд на Калеба. — Мы не знакомы, я кажется видел тебя? — Калеб О’Коннелл, — парень быстро сел ровнее, протянув руку. — Друг Ами. — Скотт МакКолл, — он крепко пожал руку и кивнул. — А это Кира. — Привет, — та слегка замахала рукой и тут же смущённо опустила глаза, когда Калеб улыбнулся в ответ. — Ого, Ами, — хмыкнул он, — у тебя реально крутые друзья. — А то, — гордо сказала девушка, глядя то на Скотта, то на Киру. — Они семья. Скотт слегка наклонил голову, улыбнувшись, а Кира, приободрившись, добавила: — И теперь мы знакомы. Амелия перевела взгляд на поле, где Лиам с кем-то сцепился так, что тренеру пришлось свистеть, и громко выругалась: — Да чтоб тебя, Данбар! — она подскочила, схватившись за перила. Калеб рассмеялся, глядя на её реакцию: — Ты ведёшь себя так, будто твой брат играет. — Так и есть, — ответила она резко, но с теплом. Скотт тихо усмехнулся, а Кира коснулась её руки, показывая, что прекрасно понимает это чувство. Сейчас, конечно, не хватало Стайлза, Лидии и Малии. Последняя торчала на каком-то важном тесте, из-за которого не могла отвлечься ни на минуту. А Стилински с Мартин поехали в больницу: Лидии вдруг вспомнилось, что она видела Врачевателей во время операции, и теперь они вдвоём пытались раскопать хоть какие-то зацепки. Игра была всего лишь тренировочной, поэтому закончилась быстро — всего два раунда. Лиам, к сожалению, не дотянул до конца: его посадили на лавку за чрезмерную агрессию во втором. Амелия только покачала головой, глядя на него. Когда ребята начали расходиться, она обернулась к Скотту и Кире, предлагая поехать вместе в кафе, перекусить с ними. Но парочка отказалась, сославшись на «важные дела». Ну да, знаем мы, какие у них могут быть «дела». Лиам отправился переодеться, а Андерсон и О’Коннелл медленно вышагивали по коридору, лениво переговариваясь и дожидаясь Данбара. Взгляд брюнетки скользнул по холлу, и она тут же заметила знакомую картину: в тени у стены Эшли буквально прилипла к Тео, а тот, как всегда, выглядел чересчур самодовольным. — М-да… — протянула Амелия, закатив глаза. — Ничего нового. Калеб проследил за её взглядом и фыркнул. — Он же вернулся всего месяц назад, а уже успел затащить её на крючок. — Ну, зная Эшли… — девушка пожала плечами, — сомневаюсь, что её сильно уговаривали. Через несколько минут Лиам появился из раздевалки — с мокрыми волосами и формой через руку. Он заметил, куда смотрела Амелия, и даже не удивился. — Ну да, чего ты ждала? — пожал он плечами. — Она же почти по всей команде уже прошлась. — И, похоже, не собирается останавливаться, — добавил Калеб с кривой ухмылкой. Амелия резко повернулась к Лиаму, ткнув пальцем ему в грудь: — Вот только попробуй с ней потрахаться — даже близко не подходи, Лиам. Я серьёзно, от неё можно подцепить всё, вплоть до отсутствия мозгов. Калеб взорвался смехом, едва не уронив рюкзак: — Золотые слова! Выбей себе это на шлеме, чувак. Лиам только закатил глаза и усмехнулся: — Успокойтесь. Я не полный придурок. Амелия довольно кивнула и двинулась к выходу: — Ну и отлично. Пошли уже, пока я аппетит не потеряла. Троица наконец добралась до кафе. Амелия припарковала свой белый «Камаро» у обочины и первой выскочила наружу, вдохнув вечерний воздух. Внутри, как всегда, пахло корицей и выпечкой. — Ну, если тут снова только булочки, я реально устрою бунт, — пробурчала она, окидывая взглядом витрину. — Ты сама половину из них скупаешь, — хмыкнул Калеб, придерживая дверь. — Ага. И остаюсь в форме. Учись, О’Коннелл. Парень лишь закатил глаза и двинулся за ней. Лиам, догоняя их, покачал головой: — Вы как кошка с собакой, честное слово. — Ну, — Амелия резко обернулась к нему, — кошка хотя бы умывается. — То есть я собака? — уточнил Калеб, прищурившись. — Да, и ещё бездомная, — отрезала она, плюхнувшись за столик у окна. Лиам прыснул со смеху, садясь рядом. — Серьёзно, — сказал он, успокоившись, — с вами никогда не соскучишься. — Так и живём, — буркнула Амелия, уткнувшись в меню. — Я возьму бургер, картошку и кофе. Калебу… ну, наверное, тарелку костей. — О’кей, — кивнул он с каменным лицом. — Тогда я возьму двойной бургер и попрошу официантку плюнуть в твой кофе. — Только попробуй, — прищурилась девушка, — останешься жевать соломинки. Лиам усмехнулся, присаживаясь рядом с Амелией, Калеб сел напротив него. Вечер  обещал быть интересным.

***

Домой она вернулась к полуночи, девушка подкинула Калеба до дома, он сегодня прибыл в школу на своих двух, его машина в ремонте. Лиама она по привычке тоже отвезла домой. Припарковавшись у дома, она почуяла что дома были не только родители,но и кто-то еще.  Эмилия. Черты бы побрал эту бабку, отчего ей не сидится в своей Италии! Девушка выругалась под нос, и добротно хлопнула дверью машины, о чем ежесекундно пожалела, и тихо зашла внутрь. Дома царила гробовая тишина, видимо все спали. Присутствие бабули ощущалось не физически, а скорее морально. Воздух стал тяжелее и кислее, ее зловонные духи провоняли каждый уголок гостиной, хотя она скорее всего не так давно прибыла к ним. Амелия скривилась и подсвечивая коридор экраном телефона добралась до спальни. Сегодня вряд-ли кто-то заходил к ней в комнату. Все лежало также, как было тогда,когда она уходила. Девушка улыбнулась и приняв душ, упала на кровать не издавая никаких звуков и даже не шевелясь.  Утро началось с бессовестно ввалившейся в комнату бабули, которая в приказном тоне сообщила, что Амелии нужно быстрее вставать на завтрак. Эмилия осмотрела комнату, оценивающе скользнула взглядом по мебели и татуировке на руке девушки, после чего хлопнула дверью так, будто надеялась её выломать. Брюнетка перевернулась на другой бок и схватила телефон с прикроватной тумбочки.

«07:15»

Так рано она вставала крайне редко. Даже в школу просыпалась обычно в восемь. Спала бы ещё сорок минут, но конченая бабка решила позвать её на завтрак. В школу Амелия сегодня не планировала — Стайлз попросил помочь проследить, кто похищает тела убитых химер, и девушка быстро согласилась. Она накинула белую майку и широкие спортивные штаны для удобства и спустилась на завтрак. — Ну и Оливия, конечно, молодец, — сухо произнёс отец, с ноткой раздражения в голосе. — Ты не рад, Ричард? — взорвалась Эмилия. — Это твоя племянница! А твоя дочь, и без того распущенная, ещё и татуировку на руку себе сделала! Амелия сжала кулаки, готовясь к буре, но мать мягко, но твёрдо вставилась за дочь: — Эмилия, хватит. Она не распущеная. Это её тело, её выбор. — А ты что молчишь, Ричард? — не унималась бабуля. — Она моя дочь, — сказал отец спокойно, но решительно. — И ты ей не указ. Амелия тихо кивнула, присаживаясь за стол, стараясь не показать, как приятно ей было это родительское прикрытие. Эмилия всё ещё бурлила внутренне, но на этот раз пришлось отступить — хотя бы на мгновение. Аппетита не было. Допив кофе, она тихо обняла родителей, схватила ключи от Камаро и поехала в ветклинику, где её уже ждал Стайлз. Внутри было прохладно, слегка темновато, и девушка снова взглянула на часы: 08:55. Дитона не было — он уехал узнавать о Врачевателях и их планах, поэтому клиника была полностью в их распоряжении. В комнате с телом стало ещё холоднее, и Амелия невольно дала себе пощечину за то, что одела лишь майку. Стайлз поднялся со стула и обнял её, он тоже был в простой футболке и джинсах, забыв про кофту или рубашку. — Привет, — синхронно обернулись на вошедшего. — Ну и дубак.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!