Вернутся к фанфику
Поговорим о.... тыквенном пироге?
8 июля 2025, 16:27В квартире было слишком тихо.
Драко сидел в кресле, пальцы сцеплены в замок, локти на коленях. На первый взгляд — спокоен. На деле — только оболочка.
Внутри всё кипело.
Он не спал вторую ночь. Сердце колотилось так, будто пыталось выломать рёбра. Он сначала считал минуты. Потом перестал. Теперь просто ждал.
20:00.
20:02.
«Она не придёт. Я найду её и привяжу к ноге. Нет… Я просто её придушу.»
Щелчок. Треск воздуха. Едва слышный хлопок трансгрессии.
Он обернулся. Медленно. Как хищник, почувствовавший запах крови.
Гермиона стояла у входа. Живая. Настоящая. Вся — как он помнил.
Он не встал. Только напрягся всем телом, будто сдерживал себя из последних сил. Его голос прозвучал тихо, опасно спокойным:
— Значит, ты решилась показаться.
Она открыла рот, но он тут же поднял руку.
— Молчи. Не вздумай начинать с «прости» или «я всё объясню».
Я похоронил тебя, Гермиона. Стоял над гробом. Держал Дафну, пока она рыдала. Ты это понимаешь?
Он подошёл ближе, глядя прямо в глаза.
Глаза — разъярённое серебро.
— Ты умерла у меня на глазах. Улетела пеплом. А ты просто решила устроить спектакль?
Он понизил голос:
— Если ты не расскажешь сейчас — как, зачем и почему — я тебе клянусь, я вытрясу это из тебя. Словами, заклинаниями, болью — не важно чем.
Ты не уйдёшь, пока не скажешь.
Тишина повисла между ними. Тяжёлая, предгрозовая. Готовая взорваться.
Гермиона сглотнула. Медленно подняла глаза, в которых читалось явное смущение и тревога.
— Драко… Я всё расскажу. Клянусь.
Но сначала… мне нужно… испечь тыквенный пирог.
Он моргнул.
— …Что?
— Мне нужно приготовить тыквенный пирог, — повторила она, уже чуть тише.
Он уставился на неё. Молчание. Секунда. Другая.
— Я только что сказал, что похоронил тебя. А ты сейчас собираешься… печь пирог?
— Я не составляла контракт, — мрачно ответила Гермиона.
— Если один из супругов покидает дом без согласования на срок более недели — он обязан лично испечь тыквенный пирог для второго. Это обязательство. Магия крови.
А я... не умею готовить.
Она прошла к кухне, распахнула шкаф:
— У вас нет мускатного ореха. Надеюсь, корица подойдёт. Где, чёрт возьми, ваша кулинарная книга?
Он остался стоять, не веря ни единому слову.
И вдруг… рассмеялся. Открыто. Почти истерично. До боли в боку. До слёз в глазах.
— О, Мерлин… — Он вытер лицо ладонью. — Ты сумасшедшая. Совершенно. Невозможно. Ты — больная, Грейнджер.
— Это не я, — буркнула она, вытаскивая кастрюлю. — У нас тут древняя магия, между прочим.
Он подошёл ближе, заглянув ей через плечо:
— Ты даже не знаешь, как его печь.
— Именно. Так что… собирайся. Мы идём искать тыкву.
Он выдохнул. Уже без ярости. Уже почти… с облегчением.
— После пирога, — сказал он, — ты расскажешь мне всё.
Пауза.
— Но сначала… найдём тебе эту чёртову тыкву. Я тебя… ненавижу.
— Это хорошо, — усмехнулась Гермиона. — Значит, чувства живы.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!