Глава 52: День тренировок

Вы стоите на широком пустынном поле. Многие поля в Эботте были превращены в озёра для водных монстров, а на тех, что не были преобразованы, построили ещё больше домов или разбили парки и игровые площадки, чтобы монстры могли отдыхать, играть и наслаждаться природой. Однако это поле в северной части Эботта осталось таким, каким его нашли: просто голая земля и ничего больше. Идеально подходит для тренировок. Когда ты спросила её об этом, Андайн настояла на том, чтобы ты тренировалась на том же поле, где она тренирует других королевских стражников. Хотя у вашего дома есть задний двор, там есть стена гаражной лаборатории, о которую можно удариться, и каменное патио, на которое можно упасть, и она считала, что тренироваться там небезопасно. Там недостаточно места. Андайн тоже пришла не одна. Помимо Папируса и отряда собак, она пригласила нескольких солдат из армии людей, в том числе Шона. Больше из твоего дома никто не пришёл. По словам Андайн, тебе лучше было провести оценку и первую тренировку самостоятельно, прежде чем тебя будут сопровождать другие. В ней нет ни капли её обычной энергичности, шумности и жизнерадостности. Вместо этого она стоит молча с задумчивым выражением лица. Она действительно относится к этому очень серьёзно. Ты нервно переступаешь с ноги на ногу, чувствуя, что футболка и шорты для бега, которые ты надела, не совсем подходят для такой погоды. Хотя Андайн настояла на том, чтобы ты их надела. — Ладно! Прежде чем мы продолжим, давай посмотрим, как ты бежишь на короткие дистанции. Без разминки, я хочу посмотреть, как быстро ты можешь бегать без подготовки! — наконец рявкает она. — Отсюда до другого конца поля, где стоит Папирус, и обратно. Марш! Ты чувствуешь себя довольно неловко, когда начинаешь быстро бежать к Папирусу, который громко подбадривает тебя. Ты рад, что Андайн настояла на том, чтобы остальные члены твоей семьи не приходили. Достаточно странно, что за вами наблюдают стражники и солдаты. Тебе не хочется, чтобы зрителей было ещё больше. Когда ты добираешься до того места, откуда начала свой путь, перед Андайн ты уже задыхаешься. Она критически осматривает тебя, но ничего не говорит. Её единственный глаз прищуривается. Тебе бы хотелось, чтобы она что-нибудь сказала. Как только ты открываешь рот, Андайн с громким криком бросается вперёд. Ты вздрагиваешь и в шоке отступаешь назад, издавая писк. — Хм, по крайней мере, ты не теряешься. Это хорошо! Хуже всего, когда новобранцы впадают в ступор, — бормочет Андайн. Она поворачивается к одному из солдат и жестом подзывает его ближе. В руке у него что-то вроде жёсткой красной подушки, привязанной к руке. — Тест на удар! — заявляет Андайн. — Видишь это? Бей по нему изо всех сил! Ты бросаешь на солдата быстрый взгляд, чтобы убедиться, что он готов, прежде чем ударить по подушке. Она достаточно мягкая, чтобы не повредить кулак, но в то же время достаточно жёсткая, чтобы от удара по коже побежали мурашки. Андайн наблюдает за каждым твоим движением с максимально близкого расстояния, полностью сосредоточившись на тебе. — Вот так?.. — спрашиваешь ты, не понимая, что она здесь ищет. Ты чувствуешь себя глупо. — Да… да, все в порядке. Мы можем работать с этим. — По крайней мере, тогда ты не кажешься себе совершенно ужасной. — Хорошо. Я знаю, с чего мы начнем. Я разогрею тебя своей специальной тренировкой, и тогда солдаты смогут показать тебе свои борцовские приемы! — кричит Андайн с большим энтузиазмом. — Приёмы самообороны, — настаивает Шон. — То же самое. — Андайн пренебрежительно машет рукой, не сводя с тебя глаз. — Ты готова?! — Э-э, ты так и не рассказала мне, в чём заключается твоя специальная подготовка… Андайн сжимает руку, твоя душа вырывается наружу в вспышке света, и мир погружается во тьму. Ты не уверена, что энкаунтер с Андайн поможет тебе с физической подготовкой, и она на самом деле не может физически противостоять тебе, не инициировав встречу. Ты думала, что будешь тренироваться с Шоном и солдатами, а Андайн будет просто помогать. Но у тебя нет времени озвучить свои опасения Андайн, потому что она бросает в тебя копьё плашмя, так, чтобы тебе было легко его поймать. Твои руки инстинктивно сжимают древко, слегка задевая магнитную поверхность, которая упирается в ладони. Едва ты успеваешь взять в руки конструкцию из неестественно светящейся воды и магии, как Андайн бросает в тебя ещё одно копьё, которое пронзает твою душу вспышкой ярко-зелёной магии. — En guarde! Пока ты зелёная, тебе не сбежать! — Но моя душа уже была зелёной?! — Тебе удаётся вставить свои пять копеек. — Это другой зелёный! Но дело не в этом. Ты в ловушке! Если ты не научишься встречать опасность лицом к лицу… Ты и секунды не продержишься против меня! — Мне кажется, ты слишком серьёзно к этому относишшшсука! На тебя обрушивается град коротких синих копий, и ты пытаешься уклониться от них, но не можешь пошевелиться. Как и сказала Андайн, ты в ловушке. Твоё тело и душа застыли на месте, ты можешь двигать только верхней частью тела: торсом, головой, руками и кистями, сжимающими копьё Андайн. По крайней мере, копья, которые она в тебя бросает, движутся не так быстро, чтобы ты не успела среагировать до того, как они тебя поразят. Когда первое из них отскакивает от копья в твоей руке, ты понимаешь, что нужно делать, и начинаешь крутиться и вертеться, поднимая оружие, которое дала тебе Андайн, чтобы защитить себя. Тебе это удаётся, но с большим трудом. — Андайн, ебаный рот! Притормози! — Я и так атакую слишком медленно! Я тебе не воспитательница в детском саду! — Она нетерпеливо подпрыгивает, бросая в тебя ещё один залп копий. Они летят всё быстрее, и тебе приходится прилагать все усилия, чтобы не отставать и отбивать их все. Некоторые из них пугающе близко проносятся к твоей душе. — Я думала, это разминка, а не настоящий бой! Андайн лишь громко хихикает. — Это ещё ничего. Ты не захочешь увидеть меня в настоящем бою! А теперь! Меньше говори! Больше реагируй! Ты чувствуешь, как по телу разливается адреналин. Ты доверяешь Андайн, но не уверена, что она так же хорошо умеет сдерживаться, как Папирус. Санс сказал тебе, что его брат может всегда остановить атаку, если поймёт, что она слишком мощная, и это логично, учитывая низкий уровень здоровья Санса. Пока в этом не было необходимости, но ты веришь, что Папирус справится. А что насчёт Андайн? Ты не так уж в этом уверена. Скорость копий снова увеличивается, и ты уже не можешь за ними угнаться. Одно из них задевает твою душу, и ты кричишь от боли. К счастью, Андайн тут же прекращает атаку. — Значит, это всё, на что ты способна без тренировок. Не так уж плохо! Сходи куда-нибудь перекусить. — Какого хуя, Андайн, — хнычешь ты, всё ещё не в силах пошевелиться. — Просто съешь закуски, которые ты взяла с собой, они тебя исцелят! Ты достаёшь один из кусочков пирога с корицей и ирисками, который специально испекла Ториэль и настояла на том, чтобы ты положил его в свой инвентарь, и откусываешь от него. Это действительно помогает: боль мгновенно исчезает, как только ты ощущаешь внутри себя волшебные пузырьки. — Можем мы теперь остановиться? — Да, с этим упражнением мы закончили. — Слава богу. — Время для следующей части. — Что?! И с очередным взмахом копья ты чувствуешь, как Андайн отпускает твою душу. Ты тут же бросаешься бежать, но Андайн блокирует твои движения, выпуская из земли шквал копий. Сзади к тебе приближается ещё больше копий, и ты замечаешь их, только когда снова поворачиваешься к Андайн. Тебе удаётся увернуться от них, просто упав на пол, но это делает тебя уязвимым для её следующей атаки, которая снова задевает твою душу. Ты стонешь от боли и инстинктивно сжимаешься, пытаясь защитить свою душу телом. Вот что чувствовали террористы, когда ты атаковала их? Нельзя сказать, что ты испытываешь к ним жалость, учитывая то, что они сделали, но теперь ты определённо лучше понимаешь их реакцию. — Пожалуйста, прекрати, — скулишь ты. — Хм, понятно. Это твой предел? Полагаю, для зелёной души вполне естественно лучше защищаться, — размышляет Андайн. — Ешь ещё пирога! Она нетерпеливо ждёт, пока ты медленно разворачиваешься и начинаешь есть ещё один кусок пирога. Тебе не очень хочется есть, но это лучше, чем чувствовать себя обиженным. — Может, прекратим тренировки с копьями и займёмся чем-нибудь другим?» — осторожно спрашиваешь ты. Андайн прищуривается, глядя на тебя, но в конце концов смягчается. — Хорошо. Пока я тебя пощажу. Можешь немного потренироваться с людьми. Но мы ещё вернёмся к этому! Тебе нужно научиться не отступать! — Ладно… — Ты вздыхаешь. Ты не можешь жаловаться, ведь сама попросила её потренировать тебя, но, чёрт возьми, ты не думала, что это будет так больно. И она даже не ударила тебя по-настоящему. Лишь задела. Ты даже представить себе не можешь, каково было бы, если бы она пронзила твою душу своими копьями. — Я пощажу тебя, — заявляешь ты, завершая противостояние и наблюдая за тем, как твоя душа возвращается в тело. Какое облегчение снова почувствовать её внутри себя, вырваться из тьмы противостояния. — ДЛЯ ПЕРВОГО БОЯ С АНДАЙН ТЫ ДЕРЖАЛАСЬ ОЧЕНЬ ДОСТОЙНО! Папирус протягивает тебе руку, и ты с радостью принимаешь его помощь, чтобы встать, в то время как собачья команда разражается аплодисментами, которые, как тебе кажется, ты не заслужила. — Правда? Я чувствую себя ужасно, — признаёшься ты. — ТЫ ВСЁ ЕЩЁ МОЖЕШЬ СТОЯТЬ НА НОГАХ, ТАК ЧТО ДОЛЖНА ГОРИТЬСЯ СОБОЙ. ХОТЯ ОНА И БЫЛА С ТОБОЙ ПОМЯГЧЕ… — Не хотелось бы, чтобы она слишком вымоталась перед людьми, — ухмыляется Андайн. — В конце концов, это всего лишь разогрев. Ты решаешь не говорить ей, насколько измотанной ты себя чувствуешь. Тебя переводят к солдатам-людям, а Андайн начинает тренироваться с Папирусом и собачьим отрядом. Честно говоря, их тренировки действительно жёстче твоих, но ты не считаешь это чем-то особенным, учитывая, что они солдаты, а ты просто случайный гражданский с точки зрения физической подготовки. — Ты в порядке? — спрашивает тебя Шон. — Да, я в порядке, — отвечаешь ты. После короткого энкаунтера с Андайн ты чувствуешь, что задыхаешься, но пока ещё не готова упасть. Шон внимательно смотрит на тебя, а затем выпрямляется и закладывает руки за спину. Это придаёт ему такой же суровый вид, как у Андайн в начале дня. Ты думаешь, не связано ли это как-то с военной службой. — В идеале тебе не нужно драться, — начинает он. — Потому что мы будем рядом и присмотрим за тобой. Если ты вступишь в драку, это будет означать, что мы потерпели неудачу. А это значит, что твоя жизнь будет в опасности. Как и в прошлый раз, он ничего не говорит. В этом нет необходимости, намёк и так достаточно очевиден. — Судя по тому, что я слышал, ты сражалась изо всех сил, когда дело дошло до этого. Это хорошо. В такой ситуации, когда имеешь дело с террористами или другими опасными людьми, у тебя есть всего несколько секунд и несколько ходов, прежде чем исход боя будет предрешён. Ты не можешь позволить им одержать верх, иначе ты проиграешь и погибнешь. Ты должна сделать всё, что в твоих силах, чтобы выбраться из этой ситуации. Нет времени вести себя цивилизованно. Если дело зайдёт так далеко, ты либо ударишь так, что будет больно, или даже убьёшь, либо они сделают то же самое с тобой. Это ситуация «убей или будешь убит». Его голос оставался спокойным и ровным на протяжении всей речи, и он не пытался говорить громче. Несмотря на это, его голос звучал отчётливо. Ты замечаешь, что это немного отвлекает Андайн, Папируса и отряд собак, хотя они и стараются продолжать тренировку. Пока Шон говорит, ты постепенно успокаиваешься. Ты вдруг задумываешься, не решил ли он произнести эту речь именно для того, чтобы успокоить тебя, и испытываешь за это благодарность. — Это значит, что тебе придётся драться грязно. Ты гражданское лицо, ты слаба, и даже если мы будем регулярно тебя тренировать, ты всегда будешь в невыгодном положении по сравнению с тем, кто наносит смертельные удары, если ты не будешь готова делать то, что должна. — Он ждёт, пока ты кивнёшь, и только потом продолжает. — Если дойдёт до этого, целься в те части тела, куда можно нанести наибольший урон с наименьшими усилиями или затратами силы. Глаза, нос, уши, шея, пах, колени и ноги. То, какую часть тела ты будешь атаковать, зависит от положения нападающего и от того, насколько близко он находится. Это также определяет, какую часть твоего тела ты будешь использовать. Не подходи ближе, чтобы ударить кого-то, если можешь достать его колено ногой. Пока всё понятно? — …да, в этом есть смысл, — соглашаешься ты. Тебе это может не нравиться, но в каком-то смысле ты уже смирилась с этой необходимостью, когда стреляла в террористов в торговом центре, используя технологии своего мобильного телефона. Несмотря на то, что ты действительно не хочешь никого убивать, ты также не готова сдаться и позволить себя убить. — Хорошо. Тогда давай начнём с того, что я покажу тебе, куда и как бить. В течение следующих нескольких часов Шон демонстрирует несколько простых в исполнении ударов руками и ногами, которые ты можешь использовать, чтобы обезвредить потенциальных нападающих с помощью других солдат. Они показывают, как держать руку для разных ударов: удар внешней стороной ладони, удар ладонью, удар костяшками пальцев, как лучше сжимать кулак. Они показывают, как лучше всего выдавить или выколоть кому-то глаза, как нанести быстрый удар по ушам, который может серьёзно повредить барабанные перепонки, как ударить по шее и шейным нервам, чтобы нанести максимальный урон. Как использовать локти, колени и голову, чтобы причинить боль. Как лучше всего использовать свой вес, как можно использовать повседневные предметы из сумки в качестве оружия. Короче говоря, Шон не шутил, когда говорил, что это грязная драка. Андайн, Папирус и отряд собак присоединяются к вам на середине боя, несмотря на то, что сами не могут использовать эти приёмы. Против людей они не могут сражаться без энкаунтеров, а против друг друга многие из этих приёмов не сработают, потому что у них нет необходимых для этого нервов и точек давления. Монстры всё больше беспокоятся из-за того, как солдаты готовят тебя к потенциальному конфликту. — Ты всегда так дерешься? — спрашивает Андайн, когда Шон решает, что на сегодня с тебя хватит, и ты садишься, чтобы отдышаться и выпить. Хотя Шон не так сильно тебя нагружал, как Андайн, ты всё равно провела целый день на ногах, занимаясь спортом, к чему ты совсем не привыкла. Ты уже чувствуешь, что завтра будут болеть мышцы, и совсем этого не ждёшь. — Если это необходимо, — спокойно отвечает Шон. — Если это единственный выход, то, конечно, я это сделаю. Андайн выглядит растерянной. Ты думаешь, что понимаешь, в чём дело. Ты достаточно хорошо её знаешь, чтобы помнить, что она всегда честна и справедлива в бою, но в то же время она солдат и понимает, что такое настоящий бой. По крайней мере, в теории. В конце концов, монстры гораздо менее агрессивны, чем люди, а из того, что ты знаешь, следует, что Фриск была первым человеком, которого встретила Андайн. Но в итоге она просто кивает Шону и оставляет всё как есть. — Тебе нужно пойти и что-нибудь съесть, — говорит тебе Шон. — Я имею в виду, что-нибудь кроме пирога. Твоему организму нужны калории. — Расскажи мне об этом, — вздыхаешь ты. Хотя Шон и не причинил тебе вреда во время тренировки, ты всё равно съела пару кусочков пирога в течение дня, чтобы зарядиться энергией. И хотя Ториэль потрясающе готовит, а её пироги очень вкусные, в них много сахара. Магического сахара. Сейчас ты испытываешь что-то вроде сахарного обвала, только с магией для дополнительного веселья. — Нам нужно пойти в «Гриллби», — решает Андайн. — ПОЧЕМУ БЫ НАМ НЕ ПОЙТИ ДОМОЙ И НЕ ПОЕСТЬ ВМЕСТЕ С ДРУГИМИ? — спрашивает Папирус, не в силах скрыть гримасу при упоминании «Гриллби». — Потому что там нет места для всех собак и солдат, конечно же! — усмехается Андайн. — Мы вместе тренировались, теперь вместе едим! — ПОНЯЛ! УКРЕПЛЯЕМ ДРУЖБУ! В ТАКОМ СЛУЧАЕ МЫ МОЖЕМ ТАКЖЕ.. — Папирус запинается и наконец вздыхает. — ПОЙДЁМ В «ГРИЛЛБИ». С небольшой помощью Большого Пса ты поднимаешься на ноги и следуешь за группой. Поле, на котором вы тренировались, находится недалеко от площади, так что вам не составит труда дойти до «Гриллби» мимо мостов, перекинутых через озеро, и многочисленных магазинов. Когда вы заходите, в заведении, к счастью, никого нет, но после того, как все из твоей группы занимают свои места, оно оказывается переполненным. Тебе немного некомфортно из-за того, что в пабе довольно жарко. Хотя сама по себе жара не такая уж сильная, ты всё равно немного вспотела после долгой тренировки на солнце. К заказанной еде тебе определённо захочется чего-нибудь прохладительного. У тебя ещё не было возможности подробно изучить меню, ты в основном просто соглашалась с тем, что заказывали другие члены группы, поэтому сейчас ты уделяешь этому время. Помимо уже знакомых блюд, таких как картофель фри и различные виды бургеров, в меню есть ещё два вида салатов. Гриллби, судя по всему, недавно расширил ассортимент ингредиентов, и в меню указано, какие блюда содержат как продукты питания, так и магию, а какие — только магию. Вероятно, это хорошая идея с точки зрения бизнеса, учитывая, что в Эботте появляется всё больше людей, которые могут стать потенциальными клиентами и захотят, чтобы их еда была более питательной. Однако это касается только еды. Гриллби специализируется на напитках, а не на еде. Меню напитков почти в пять раз длиннее меню блюд и включает в себя широкий выбор безалкогольных напитков, соков, холодного чая, молочных коктейлей и, конечно же, алкогольных напитков, как в чистом виде, так и в составе коктейлей. — Привет! Могу я принять ваш заказ? Ты поднимаешь глаза на знакомый голос и удивлённо моргаешь, увидев Лолу. — Боже мой, привет! — взволнованно восклицает она, когда вы встречаетесь взглядами. — Как дела? — Э-э, привет! Я в порядке! Я не знала, что ты теперь здесь работаешь. — Ты не можешь сдержать улыбку. Встреча с Лолой на вечеринке была весёлой, а потом она была очень мила с тобой в соцсетях, помогая следить за её семьёй в интернете. Харви делал то же самое в реальной жизни, как ты потом узнала, но, судя по всему, он не так часто был в сети. — Я здесь совсем недавно, — объясняет она. — Подумала, что раз уж я здесь так часто бываю, то могу попробовать что-то из этого сделать. Все на вечеринке говорили, что им понравились мои напитки, так что. Может, в будущем я стану настоящим миксологом! — Звучит как отличный план, — честно отвечаешь ты. Её напитки были действительно хороши, даже несмотря на то, что от них ужасно болела голова. Лола лучезарно улыбается тебе в ответ, а затем начинает принимать заказы. Ты решаешь взять бургер с небольшой порцией картофеля фри и маленьким салатом, чтобы немного уравновесить жирность блюда. Калории, полученные из углеводов, и питательные вещества из зелени должны помочь тебе справиться с упадком сил. Остальные заказывают похожие блюда, кроме Папируса, который хочет только молочный коктейль. Похоже, он действительно не в восторге от еды в «Гриллби», хотя непонятно, почему он не хочет хотя бы салат. Ты получаешь ответ чуть позже, когда вам приносят еду и ты видишь, что салат покрыт густой сливочной заправкой. Выглядит аппетитно, но такое же жирное, как бургеры и картофель фри. Похоже, репутация «Гриллби» как заведения с жирной едой ещё точнее, чем ты думала. Однако добавленный жир тебя точно не остановит. После целого дня тренировок, в течение которого ты пила только воду и ела сладкий пирог, ты умираешь с голоду и буквально заглатываешь еду, как только она оказывается перед тобой. Ты с трудом сдерживаешь стон, потому что еда очень вкусная, и, честно говоря, даже если бы она была невкусной, ты всё равно нашла бы её восхитительной, потому что была очень голодна. Наполнить желудок вкусной едой после долгого дня — это настоящее наслаждение, и, несмотря на скорость, с которой ты ешь, ты получаешь огромное удовольствие от трапезы. Ты так сосредоточена на еде, что полностью отключаешься от происходящего вокруг и пропускаешь большую часть разговора. К тому времени, когда ты снова готова слушать, ты уже не понимаешь, о чём они говорят. Обычно тебе хочется наверстать упущенное и принять участие в разговоре, но после тренировки и еды ты начинаешь погружаться в приятное сонное состояние, когда телу хочется расслабиться. Так спокойно просто сидеть и слушать разговор. Теперь, когда ты выпила чего-нибудь прохладительного и тело немного расслабилось, ты уже не так сильно ощущаешь жару. Ты правда думаешь, что сможешь так заснуть? Неудивительно, что Сансу так нравится «Гриллби», — думаешь ты. Здесь мило. Твой взгляд прикован к бармену, его пламя освещает бар, в то время как дневной свет, проникающий через окна, медленно угасает с заходом солнца. Огонь Гриллби горит спокойно и ровно, создавая впечатление, что он так же расслаблен и доволен, как и ты в данный момент. Ты задаёшься вопросом, правильно ли ты его понимаешь. Без мимики сложно сказать наверняка. Он носит очки, но за ними нет ничего, кроме огня. По крайней мере, отсюда не видно ни глаз, ни рта, ни других черт лица. Возможно, ты бы смогла разглядеть их, если бы подошла ближе. Гриллби начинает собирать с полок разные бутылки со спиртным, чтобы приготовить напиток, а ты продолжаешь с довольным видом наблюдать за ним, гадая, таким ли был Санс, когда наведывался в это место под землёй, или же он сидел за барной стойкой, как рыба и птица-монстр, которых ты там видишь, и болтал с барменом. Вероятно, последнее. Санс просто кажется таким парнем, который в итоге начинает общаться с людьми, несмотря ни на что. Он продолжал разговаривать с тобой, когда вы встретились; это одна из причин, почему он тебе нравится. Теперь тебе хочется посетить это место вместе с ним. Посидеть здесь, разделить с ним трапезу, поговорить, насладиться непринуждённой атмосферой и, может быть, узнать больше о его жизни в Подземье — это было бы здорово. Ты уверена, что Сансу это тоже понравится. Разве Флауи не говорил что-то подобное о том, что он предпочитает неформальные свидания? Ты думаешь, что говорил. В любом случае Сансу уже нравится это место, и он так расслаблен, что ты уверена: ему бы понравилась эта идея. Не могли бы вы? Или это будет слишком похоже на свидание? Вероятно. Люди будут сплетничать о вас, судя по тому, как они реагировали на всё остальное до сих пор. Но ты бы хотела сходить с ним ещё на одно свидание. Свидание, на котором вы любовались звёздами, было потрясающим. Ты хочешь ещё таких свиданий. Ты хочешь снова взять его за руку. Ты хочешь… Ты засыпаешь, даже не заметив этого, убаюканная разговором и фоновым шумом посуды и столовых приборов. Они преследуют тебя в твоих снах, где ты прижимаешься к крепкой, тёплой грудной клетке.