Вернутся к фанфику

Глава 12. Награда для Марволо

13 марта 2026, 21:38
После чудесного исцеления Лонгботтомов Марволо стали посещать по ночам странные видения. С одной стороны, ему казалось, что он видит своё прошлое — приютское детство, борьбу за выживание, всеобщую ненависть. Только «декорации» были другими: он не узнавал ни пейзаж вокруг, ни сокурсников, ни учителей… Неужели он настолько стар, что стал забывать?.. Но уже в следующий миг Марволо будто толкали, и он обращал внимание на главное — помощь одинокому мальчишке. Из раза в раз Риддл учил его контролю над эмоциями и магией: как справляться с выбросами, направляя их силу в конкретную точку. Объяснял, почему нельзя колдовать в гневе. Малец был прилежным учеником, схватывавшим всё буквально налету. Одно только напрягало — они никогда не говорили лицом к лицу. Марволо всё время стоял у ребёнка за спиной и либо клал ладони ему на плечи, разминая их и успокаивая, либо его кисть гуляла по позвоночнику — от лопаток до поясницы — в зависимости от того, где в этот раз ощущался жар. Однажды после очередного урока Риддл услышал тихий вопрос, принесённый ему с дуновением лёгкого ветерка: «Ты понял, кто это?» «Да, этот мальчик похож на меня в детстве», — мысленно ответил он. В ответ раздался звонкий смех: «Нет, это — не ты, однако без твоих уроков он повторил бы твою судьбу. Он — твоя награда. Осталось только его найти». «Где мне искать его? Приютов ведь так много…» «Э, нет! — сказал всё тот же глубокий, но равнодушный голос. — Своё сокровище ты должен найти сам. Только тогда ты ощутишь его ценность в полной мере. Могу лишь дать подсказку: не стоит ехать в Лондон, поищи в близлежащих городах от поместья Риддлов».

***

На душе у Августы Лонгботтом было неспокойно. Казалось бы: сын с невесткой живы и практически здоровы, чего ещё надо? Но в сердце нет-нет да и кольнёт крамольная мысль — может, выйди она тогда замуж за Риддла, то и трагедии бы не случилось? Не сказать, что замужем за лордом Лонгботтомом было плохо — наоборот, с ним было тепло и уютно, как зимним вечером у растопленного камина. И она привыкала к размеренному течению жизни, а излишки энергии сбрасывала в дуэльном зале, а потом и на тренировочном поле Аврорской Академии, куда ей выдал пропуск сам ректор. Но, как верно говорят, история не знает сослагательного наклонения. Случилось так, как случилось, и менять что-то уже слишком поздно — годы не те.

***

Первым делом Марволо доехал до ближайшего города, где приобрёл альманах с номерами телефонов, мысленно благодаря Мерлина, что его особняк стоит на маггловской стороне. Пролистав журнал от корки до корки, маг с удивлением обнаружил несколько приютов для животных и ни одного — сиротского. Работных домов тоже в списках не значилось. Отчаявшись, он набрал номер Информационного центра подворья собора святого Павла. На том конце провода несказанно удивились вопросу и терпеливо объяснили, что с середины XX века в Британии в целом и в Англии в частности сиротских приютов нет, а есть «опекунские семьи», где может воспитываться как один, так и несколько детей. Чтобы усыновить ребёнка, нужно обратиться в агентство по усыновлению. Оказалось, легальное усыновление — процесс небыстрый: подбор ребёнка начнут только через шесть месяцев по обращении. Влияет ли возраст и семейное положение на результат? По закону — нет, но преимущество всё равно отдаётся семейным парам. Адреса и телефоны агентств указаны в альманахе в соответствующем разделе. Марволо поблагодарил за информацию и повесил трубку. Да-а-а! Это ж сколько мытарств надо пройти, чтобы ребёнка усыновить… Полгода только на подготовительный этап — это же с ума сойти! Значит, придётся снова побеспокоить гоблинов: у этого народа везде есть «подвязки». И, не откладывая дело в дальний ящик, Риддл-Гонт направился в кабинет — писать письма. Первое, с просьбой о встрече, как и задумывалось, он отправил директору банка: чем раньше процесс начнётся, тем быстрее мальчик обретёт дом. Второе, памятуя о предупреждении девушки-оператора, Марволо направил в Лонгботтом-мэнор Фрэнку. Он, будучи единственным совершеннолетним мужчиной в семье (хотя официально главенство ему так и не передали), имел право решать судьбу матери. Традиции ещё никто не отменял.

***

Ответ от Рагнока пришёл незамедлительно, просто появившись в «переговорной» шкатулке.

Уважаемый мистер Риддл-Гонт! Счастлив, что Вы вспомнили о нас. Жду в любое удобное для Вас время. Искренне Ваш, Рагнок, директор банка Гринготтс.

Марволо подивился странному для гоблина радушию, однако предложение было ему на руку. Надев деловой костюм, в котором был во время первого своего визита в банк, он аппарировал прямо к ступеням вотчины гоблинов. Его перехватили у самых дверей операционного зала и препроводили прямиком в кабинет директора. Тот встретил гостя стоя, что также не укрылось от внимания Риддла, решившего, однако, что вопросы о причинах избыточной вежливости могут потерпеть. — Добрый день, мистер Риддл-Гонт, — по-деловому поздоровался хозяин кабинета. — А я, сказать по правде, уже хотел сам Вам писать. Решили, что будете делать с родами? Ну вот, а он-то гадал, к чему такое внимание: гоблины всегда в первую очередь заботятся о выгоде. — Да, господин Рагнок, решил, — не стал тянуть времени Марволо. — Оставлю как есть: два сильных рода всегда лучше одного. — Рагнок не сдержал разочарованного вздоха. — Но, пока я жив, — не дал ему впасть в уныние Риддл, — мне бы хотелось, чтобы Вы продолжили управлять финансами обоих родов — наследники ещё слишком юны… — Наследники?.. — заинтересованно уточнил Рагнок. — Первый, понятно, Ваш крестник, а второй… неужто решили жениться? — Непременно, — кивнул Риддл. — Но исключительно для того, чтобы супруга помогла мне с воспитанием сына — как-никак, у Августы Лонгботтом в этом намного больше опыта… Рагнок икнул — о Железной Августе даже среди гоблинов ходили легенды. На лице Марволо не дрогнул ни один мускул. — Похоже, Вы уже всё решили, — с печалью в голосе констатировал директор банка. — Что же я тогда могу для Вас сделать? — Помогите мне усыновить мальчика раньше, чем через полгода, — чётко сформулировал своё требование Риддл, стукнув о стол стеклянным фиалом. — Могу я узнать подробности? — склонив набок голову, уточнил Рагнок. — От степени Вашей откровенности будет зависеть результат «операции». Марволо вздохнул, но согласно кивнул: — Уже пару недель мне снится мальчик. Он необыкновенно похож на меня, причём скорее внутренне, чем внешне. Я его обучаю контролю за магией, чтобы не выделялся — ведь живёт он у магглов. Он — сирота, и я хочу его усыновить. Легально, чтобы ни в одном из миров не подкопались. — В фиале, как я понимаю, воспоминания о ребёнке? — ухватил самую суть Рагнок. — Верно, — подтвердил Марволо, — поскольку ни его имени, ни даже возраста я не знаю. — Что ж, — потёр когтистые ладони главный гоблин, — люблю трудные задачки — за них платят вдвойне. Кто о чём, а зеленошкурые — о золоте. Хуже гномов, ей-Мерлин! Тем временем Рагнок нажал на кнопку под столешницей, и через минуту в кабинет вошёл чуть полноватый человек немногим ниже среднего роста. — Знакомьтесь, — хищно улыбнулся директор банка. — Мистер Петтифоггер — Ваш социальный агент. Услышав фамилию, Марволо невольно скривился: — С таким представителем я не получу наследника и через год… — Зря Вы так, — вступился за сотрудника Рагнок. — Зная все тонкости дела, этот человек способен противостоять крючкотворству во всех его проявлениях. Не пройдёт и двух месяцев, как Вы обнимете сына. — На последних словах гоблин скептически прищурился и цыкнул. — Позвольте изложить наш план действий, — вступил в разговор предполагаемый агент. Получив согласие обеих сторон, он продолжил: — Сейчас мы с Вами подписываем договор о сотрудничестве и собираем пакет документов. Затем их копии «случайным образом» окажутся на столе самого крупного агентства по усыновлению, входящего в совет Вашего города, с пометкой «одобрено», и Вас пригласят на собеседование для подбора кандидатур. Лучше, если Вы выберете нескольких — дабы не вызвать подозрения. Однако, — хмыкнул Петтифоггер, заметив гримасу неудовольствия на лице клиента, — если у Вас есть контакт с мальчиком, можете договориться об условном знаке. — Он меня почувствует, — уверенно кивнул Марволо. — Даже если я буду стоять вдалеке. — Замечательно. Тогда смело выбирайте одного, — «разрешил» агент. — Самый длительный шаг — подача заявления на усыновление в суд: от подачи до вызова может пройти до шести недель, хотя и этот период я постараюсь уменьшить вдвое. Зато после выдачи приказа вы официально станете семьёй, со всеми правами и обязанностями. В принципе, Вам даже на заседании можно не появляться. Самое главное — оформить для ребёнка комнату и предоставить характеристики от трёх человек (один из них может быть родственником): мы же хотим, чтобы всё было по-честному? — На последней фразе Петтифоггер ехидно усмехнулся. — В ЗАГС за новым свидетельством о рождении Вам придётся идти самому — но, согласитесь, это уже мелочи. Лучше сразу оплатите две копии — могут пригодиться. А ночью Марволо снова привиделся мальчик. Он стоял неподвижно, наслаждаясь обычным для них лёгким массажем, которым Риддл стимулировал магические каналы ребёнка. Вдруг он резко развернулся и обнял старшего мага за пояс, крепко вцепившись в его рубашку на спине. — Забери меня отсюда, отец, — прошептал ребёнок, вскинув испуганный взгляд. Впервые их глаза встретились: его тёмно-бордовые с детскими невероятного синего оттенка. Марволо присел и обнял малыша: — Конечно, заберу, — и таинственным шёпотом, как великую тайну, сказал ему на ухо: — Мы уже запустили процесс усыновления. Единственное, чего нам не хватает — это твоего имени. С ним нам проще будет тебя найти. — Я — Курт, — шепнул мальчик. И совсем тихо, почти одними губами добавил: — Курт Фулл,— и стыдливо спрятал глаза. — А я — Марволо Риддл-Гонт, — крепко сжал детские плечики тот. — Рад знакомству, сын.

***

Пока Марволо выслушивал стратегию поведения при усыновлении, в Лонгботтом-мэноре велось жаркое обсуждение. Поводом послужило позднее письмо Риддла с просьбой о разговоре. Августа возмущалась, что пергамент предназначался не ей — хранительнице очага на протяжении более двадцати лет, — а мальчишке, только-только вставшему на ноги после долгой болезни. Под маской гнева она прятала недоумение и страх — она подозревала, о чём может пойти разговор между мужчинами, и совсем не была уверена, какой ответ сына хотела бы услышать. Фрэнк же, наоборот, находился в полнейшей прострации, не представляя, о чём с ним хочет поговорить его бывший целитель. Точно не о плате за лечение — ибо стоило заикнуться о деньгах, тот яростно отчитал его как мальчишку, добавив в конце, что возвращал долг Августе. Поэтому с лёгким сердцем предложил матери вариант: расположиться в комнате с «зеркальной» стеной, что рядом с кабинетом. Леди Лонгботтом царственно кивнула, и ответ с согласием на встречу был отправлен. Марволо, прочитав свиток, выдохнул и решил воспользоваться советом своего «социального агента»: посетить магическую парикмахерскую и восстановить шевелюру. Всё же, когда идёшь свататься, нужно иметь вид представительный, а не карикатурный. Причёска получилась на загляденье — густые тёмные волосы тяжёлыми волнами спускались ниже плеч, а слегка посеребрённые виски придавали солидности, что в сочетании с моложавым лицом давало потрясающий эффект. В назначенный час Августа Лонгботтом расположилась в удобном кресле напротив стены с огромным стеклом, тщательно замаскированным со стороны кабинета под зеркало — полное отсутствие магического фона давало гостю уверенность и иллюзию приватности. Эту аврорскую «спецразработку» презентовал её отцу, подмигивая с загадочным видом, всё тот же ректор академии, со словами: «Вот увидишь: пригодится!»

***

После вежливого стука Марволо вошёл в кабинет главы рода, где за массивным столом сидел Фрэнк. — Простите, что не встаю, — с широкой улыбкой протянул он руку гостю, — но мой целитель не рекомендовал излишне напрягать опорно-двигательный аппарат. Риддл кивнул и на полном серьёзе ответил: — Конечно, целителей необходимо слушаться, если не хотите затянуть процесс выздоровления, — и, наклонившись, крепко пожал руку своему бывшему пациенту. — Присаживайтесь, мистер Риддл-Гонт, — указал Фрэнк на мягкое кресло — пару того, в котором сидел сам. — Что привело Вас ко мне? — Ответ: проведать бывших пациентов и проследить за их восстановлением — не пройдёт, не так ли? — сухо усмехнулся тот. Фрэнк, отзеркалив усмешку, отрицательно покачал головой. — Тогда буду откровенен, — вздохнул Марволо. — Я пришёл испытать судьбу во второй раз. Молодой Лонгботтом вопросительно заломил бровь, и Риддл попросил: — Позвольте, я начну издалека. — Получив молчаливое разрешение, он немного расслабился и тоном сказителя начал своё повествование. — Давным-давно, когда Вашей матушке не было и четырнадцати, к её отцу в этот же кабинет пришёл подросток лишь на пару лет старше. Он очень волновался, но попросил у тогдашнего лорда Лонгботтома позволение ухаживать за его дочерью. Однако ему жёстко отказали, грубо ткнув носом в сомнительное происхождение. Мало того, ему отказали и от дома… — Этим подростком были Вы? — неуверенно переспросил Фрэнк. — И сейчас хотите снова попытать счастья?.. — За стеной послышался сдавленный вскрик. — Да, — решил не обращать внимания на «галлюцинации» Марволо. Огромное, чуть ли не во всю стену, зеркало изначально вызывало подозрения. Однако, если за их разговором следила Августа, он был не против: с юных лет его возмущала традиция решать судьбу девушки за её спиной. — Только теперь я не полукровный голодранец, а глава двух родов с собственным поместьем — Августа не будет ни в чём нуждаться. Фрэнк весело фыркнул, покачав головой. — Вы, очевидно, очень долго отсутствовали в стране и совсем не знаете характер моей матери. Ей не покой нужен, а кипучее поле деятельности, иначе она умрёт от тоски. — Да, Вы правы. Отсутствовал я действительно долго… Но уверяю: если Вы дадите мне шанс, Августе скучать не придётся до конца жизни. Через пару месяцев я приведу в дом мальчика-сироту, которого собираюсь сделать наследником Гонтов. Мне не обойтись без её колоссального опыта. — А сколько лет мальчику? — заинтересовался Фрэнк. — Примерно десять. Однако это очень активный ребёнок и сильный маг. — Что же, — кивнул своим мыслям Лонгботтом и, тяжело оперевшись о стол, встал с кресла. — Марволо Риддл-Гонт, регент Слизерин. Я, Фрэнк Кредус Лонгботтом, наследник Лонгботтом, даю Вам позволение ухаживать за моей матерью Августой Лонгботтом, с последующим заключением помолвки и брака. Поздравляю! Тут дверь кабинета распахнулась, и на пороге возникла предполагаемая невеста, и настроение её было далеко от радостного: — А моего мнения, сын, ты уже не спрашиваешь?! Фрэнк вымученно вздохнул: — Но, мам, тебе и правда сейчас будет скучно. Я уже вырос, в опеке не нуждаюсь (благодаря мистеру Гонту, кстати); Невилл от Алисы не отходит… А тут такое развлечение — новый ребёнок, причём чуть младше твоего внука. Скольким интересным вещам ты сможешь его научить! Там, если верить Марволо, потенциал не из слабых. Августа глянула на своего ухажёра и ворчливо осведомилась: — И как же звать этого юного гения? — Курт… — Что? — опешила леди Лонгботтом и, прищурившись, ехидненько так подколола: — Чего ж так по-простецки-то? Почему не на «М»? — Этот вопрос обсуждается, — нахмурился Марволо. — Когда будем получать свидетельство об усыновлении, при желании и имя можно будет сменить. А потенциал у парня и вправду серьёзный — как у меня в его годы… — Ну, если как у тебя… — чуть насмешливо протянула женщина. — Да не сердись ты, Марволо, — похлопала она друга по плечу. — Вижу, что с юности ты не сильно изменился — вон, только виски поседели. Но ты мне именно таким и нравился.

***

Настал момент истины: чету Риддл-Гонт позвали на смотрины. Для этого выбранного ребёнка специально вывели в парк. Курт сначала спокойно прогуливался с опекуном по дорожке, а потом убежал на спортивную площадку. Августа, выглядевшая сейчас как респектабельная сорокалетняя дама, шепнула жениху (да, поженились они пока только на бумаге): — Мальчик и правда напоминает тебя в молодости: такой же высокий и черноволосый, только вот волосы у него прямые и торчат во все стороны, словно иглы у дикобраза. — Ничего, — усмехнулся сравнению Марволо, — причёску в порядок приведём — в волшебном мире столько зелий для этого имеется… Тут Курт посмотрел в их сторону, в его лице что-то неуловимо изменилось, и он с истошным криком: «Папа!!!» бросился к Риддлу. Опекун, не успев сориентироваться вовремя, вместо руки мальчика схватил лишь воздух. Маг подхватил беглеца на руки и прижал к себе. Ласково поглаживая по спине, он тихонько хвалил «актёра»: — Молодец, сын, теперь успокаивайся. — Я могу и слезу пустить, — предложил «самородок». — Не переигрывай. Опекун тебя как облупленного знает, может заподозрить неладное. Тут к ним присоединилось и упомянутое ответственное лицо. — Мистер Риддл, прошу прощения. Отпустите мальчика. Марволо без слов выполнил требование. Последний раз погладив ребёнка по голове, он пообещал: — Курт, будь умницей. Теперь я часто буду навещать тебя, а придёт время — и совсем заберу. Кстати, познакомься, — показал он жестом на свою спутницу. — Это — моя жена, леди Августа. Мальчик подобрался и учтиво кивнул: — Очень приятно, леди. До встречи. — До встречи, дорогой, — подыграла этим двоим бывшая Лонгботтом.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!