Вернутся к фанфику
Часть 7
16 декабря 2023, 21:18 «Ты хочешь опоздать?» - 06:57 от абонента «Леви».
«Я уже спускаюсь! У меня еще три минуты!» - 06:57 ответное сообщение.
«В 7 мы уже должны начать тренировку» - 06:58 от абонента «Леви».
- Прости, прости, пожалуйста! Я не думала, что в 7 часов мы уже начнем! Ворота университета открывают только в 7, - Микаса похожа на воробья, когда подбегает к стоящему у подъездной дорожки спорт-кару. В руках спортивная сумка, которую на подходе перехватывает Леви, второй рукой открывая ей дверь.
- Я не сказал, что мы будем тренироваться в спортзале университета. Дополнительные десять километров на беговой дорожке компенсируют твое опоздание, - он закрывает за собой дверь и нажимает на кнопку запуска двигателя. Руки на руле, на лице обычное каменное выражение.
- И что, даже не поцелуешь? – опустив голову бубнит себе под нос девушка.
- На тренировке – только тренировка, Аккерман.
Здание с большими панорамными окнами, в которых еще не горит свет, притягивает к себе взгляд, заставляя задержать его на отражающемся в стеклах рассветном солнце. По коже пробегает несколько мурашек от дуновения прохладного утреннего ветра, и Микаса обнимает плечи ладонями, чтобы минимизировать неприятные ощущения. Несмотря на летнюю духоту, утро все еще приносит с собой прикосновения леденящего воздуха, проникающего сквозь кожу к внутренностям.
Леви дергает рычаги на рубильнике, и в спортзале становится светло. Мерное гудение светильников успокаивает нервные покалывания на коже. Микаса осматривается, ставя в голове галочки, на каких тренажерах она уже занималась, а какие еще только стоит опробовать. Еще на двери у входа девушка заметила табличку о времени работы спортивного зала, пока Леви доставал из кармана спортивных штанов ключи с интересным звенящим брелоком.
- Раздевалка там, - Леви указывает на голубую дверь, мягко подталкивая к ней Микасу, - Переодевайся, и двадцать километров на беговой. Потом скакалка. А дальше – посмотрим. Сегодня займемся кардио.
- Это твой спортзал?
- Мы пришли тренироваться или разговаривать?
Микаса поджимает губы, слегка покусывая щеку изнутри: это поведение не свойственно тому Леви, которого она знала до этого. Наверное, стоило прислушаться к тому, что он говорил вчера о методах тренировок.
- Простите, мистер Аккерман, - получилось довольно язвительно, но теплая ладонь на предплечье немного смягчает ее взгляд.
- Поговорим за завтраком. И называй меня Капитаном, - уголки его губ слегка приподнимаются на долю секунды, а затем на лице снова застывает маска жесткого тренера.
- Есть, Капитан Леви!
Она позволяет себе маленькую вольность и прикасается подушечками пальцев к тыльной стороне его ладони, вызвав громкий выдох через нос. Он почти улыбается, чем только подзадоривает Микасу, которая плавно покачивает бедрами по пути в раздевалку.
Леви бежит рядом с ней на соседнем тренажере, отставать от его темпа не хочется. Да она бы и не смогла этого сделать под его пристальным взглядом. Он следил за тем, как она настраивала скорость вращения дорожки, и прибавил ее, когда Микаса в комфортных для себя показателях начала бег, глядя на нее и безмолвно говоря: «У меня не забалуешь». Не сказать, что Микасе сложно дались двадцать километров, но мокрая форма и сбившееся дыхание говорили сами за себя, когда она закончила. Леви сбавил скорость на дисплее управления.
- Не заканчивай бег резко, пройдись еще пару километров, чтобы мышцы привыкли в нагрузке, и отдышись.
Микаса кивает в попытке скрыть сбитое дыхание: она давно не бегала такие дистанции, еще и на такой скорости. Дыша по методике, которую когда-то предложила ей Энни – вдох на три счета, выдох на шесть, ее легкие приходят в норму, румянец на щеках контрастирует с белой кожей, но красиво подчеркивает облегающую тело форму красного цвета. Она замечает взгляд тренера, скользящий от ее шеи к груди и плоскому животу с проглядывающими рельефами пресса, который оголен от низа груди до резинки заниженных шорт. Такое пристальное внимание к фигуре льстит и побуждает к продолжению тренировки. Время, проведенное с Леви наедине, ценится выше всего остального, пусть и в спортзале, где он становится мрачным и жестоким тренером.
- Увеличивай скорость. И больше согни ноги в коленях, чтобы пружинить.
Его тихие комментарии о ее технике прыжков на скакалке отвлекают, потому что он в это время качает пресс на тренажере, повиснув вниз головой. И даже в таком положении Микасе не удается сбавить скорость прыжков, чтобы восстановить дыхание. Сердце стучит в бешеном ритме не только из-за физической нагрузки, но и от визуального эстетического оргазма, который она получает, наблюдая за ним. Его кожа покрыта множеством тонких шрамов, которые хочется ощутить под подушечками пальцев, мышцы плавно перекатываются под бледной кожей. Жаль, что нельзя фотографировать глазами, потому что хочется выжечь на внутренней части век этот образ, чтобы наслаждаться им в моменты отсутствия его хозяина.
Леви поглядывает на часы, обвивающие его запястье. Микаса завидует им, они сейчас касаются его кожи и считают его пульс.
- Давай пресс, - он отходит от тренажера, на котором только что висел вниз головой, - Потом планка, и на сегодня закончим.
- Я могу еще!
- Тогда я вычту из твоей зарплаты за опоздание. Еще позавтракать нужно.
Микаса вновь поджимает губы в обиженном телодвижении, но успокаивает себя тем, что ее требовательный тренер проявил заботу, напомнив ей о завтраке, о котором она забыла в порыве показать себя сильной и выносливой.
- Так чей же это спортзал? – спрашивает Микаса, поглощая овсянку с ягодами. Рядом стоит стакан воды с лимоном и какое-то новое пирожное, которое Леви принес с собой в картонной коробочке.
- Моего старого друга. Я иногда хожу туда тренироваться по вечерам, когда никого нет.
- Зачем тогда ты ходишь в университетский зал, если можешь ходить туда, где никого нет?
- Ханджи и Эрвин настаивают на смене обстановки.
- Я раньше в университете тебя не видела, кстати.
Леви загадочно приподнимает уголки губ в ухмылке и отпивает чай, прикрывая блеск в глазах рукой, держась пальцами за ободок чашки.
- Что за пирожное?
- Ты всегда задаешь так много вопросов? Мне казалось, что ты довольно молчаливая.
- Я задаю много вопросов, потому что ты мог подсыпать мне отраву или снотворное в еду, которую принес с собой.
Леви наклоняется ближе к ней, их дыхания встречаются.
- Поверь, если я захочу тебя лишить возможности двигаться, я сделаю это по-другому, - он откидывается на спинку стула и говорит уже громче, - Это протеиновый кекс с белковым кремом. Ешь, и поедем в лавку. У меня много работы.
Мышцы приятно ноют от нагрузки, пока Микаса погружается в спокойную рабочую атмосферу, вдыхая ароматы чая и трав. Солнечные лучи, проникающие сквозь витрину и пускающие солнечных зайчиков, рисуют бликами на ее бледной коже незамысловатые узоры. Она прикрывает глаза в наслаждении тем, что с ней происходит. Мозг невольно вытаскивает из памяти образ Леви, висящего вниз головой, чем будит спящее возбуждение, которое в свою очередь выдавливает из клеток внутренних органов влагу, стремительно спускающуюся в промежность. И все же эстетическим оргазмом очень сложно заменить физический.
Стрелки на часах приближаются к обеду, когда в дверь лавки заходит курьер с пакетом для Леви. Он выходит из кабинета на звук музыки ветра, принимает посылку и расписывается в планшете. Затем подходит к полке с травяным чаем. Можно на физическом уровне почувствовать движение мыслей у него в голове, пока он медленно достает несколько жестяных коробочек с травами и ставит их на стойку перед девушкой.
- Пойдем обедать, - он накрывает теплой ладонью ее запястье и тянет за собой в кабинет, предварительно закрыв дверь лавки.
- Я столько не съем! – удивленно говорит Микаса, глядя на количество еды, расставленной перед ней.
- Хочешь завтра упасть в обморок на тренировке? Нужно хорошо питаться и слушаться тренера. Ешь. И вот еще, восстановит силы и даст больше энергии, - он ставит перед ней чашку с травяным напитком, запах которого окутывает уютом, - А это заваришь перед сном, поможет уснуть и снимет боль в мышцах, - кладет рядом с ней плотный льняной мешочек с еле заметным ароматом.
На сытый желудок работать совсем не хочется, еще и повысившаяся температура воздуха грозит вечерней головной болью. Микаса потирает виски указательными пальцами, следя за стрелками часов в тишине, иногда рассекающейся глухим голосом Леви, ведущим переговоры у себя в кабинете. Когда часы все же указывают на конец рабочего дня, девушка громко выдыхает, предвкушая скорый холодный душ и мягкую постель. Она заглядывает в кабинет после тихого стука по двери кончиками подушечек пальцев. Леви разговаривает по телефону, приложив указательный палец к губам, смотрит на нее и жестом подзывает к себе.
- В 19 я заеду, поедем плавать, - говорит он, закончив разговор.
- Но летом бассейны не работают.
- Я не говорил про бассейны.
- В 19 приедешь или в 19 мы уже должны плавать? – она скрещивает руки на груди, с вызовом глядя на него.
- В 19 приеду.
Время до вечера тянется густой жидкостью, неприятно обволакивающей внутренности. Несмотря на предвкушение вечерней встречи, Микаса готова содрать с себя кожу вместе с липкой субстанцией, которая не отваливается даже после холодного душа. Леви попросил ничего не есть, пообещав накормить ужином после плавания, но желудок отказывается быть в одиночестве и рычит, прося о чем-нибудь, что можно переварить.
«Я хочу есть» - 18:25 для абонента «Леви».
«Ты не хочешь есть, еще рано» - 18:27 от абонента «Леви».
«Я, может, и не хочу, но желудок урчит» - 18:27 ответное сообщение.
«Попей воды с лимоном. Твой режим дня нужно приводить в порядок. Терпи, скоро приеду, поплаваем, и накормлю» - 18:29 от абонента «Леви».
- Микаса, ты ужинать будешь? – спрашивает Энни, когда Микаса со спортивной сумкой спускается с лестницы. По Леви можно сверять часы, ровно за две минуты до назначенного времени его внедорожник паркуется у подъездной дорожки.
- Нет, у меня плаванье, а потом Леви покормит, - она торопливо натягивает на ноги ремешки босоножек, будто боясь, что он уедет, если она не выйдет в назначенное время, - Сказал, что мне нужно восстанавливать режим дня и питание.
- Он серьезно готовит тебя к реваншу?
- Я сама в шоке, Энни.
Телодвижения Леви не меняются: открыть дверь машины, перехватить сумку, закрыть дверь, закинуть сумку в багажник, сесть рядом. Микаса ожидающе на него смотрит, пока его пальцы ищут кнопку запуска двигателя.
- Что? – спрашивает он с каменным лицом.
- Ну поцелуй уже.
- На тренировке…
- Только тренировка, я помню. Но я не вижу за окном бассейна или водоема. Пока не увижу – мы не на тренировке.
- Ладно, иди сюда, нетерпеливая заноза.
Его ладонь ложится на ее затылок, сжимая волосы у корней, и притягивает к себе. Язык требовательно проходится по ее губам с просьбой пустить его в горячее влажное пространство. Микаса подчиняется, только этого и ждала весь день. Накрывает его ладонь своей кистью, нащупывая пальцами выступающие на гладкой коже вены. Жаркое дыхание проникает в ее легкие, избавляя от ощущения липкости, надоевшего за весь день. Оказывается, холодный душ легко заменить одним поцелуем.
Когда автомобиль выезжает за город на безлюдную трассу, Микаса слегка напрягается, но говорит себе, что Леви можно доверять. По встречной полосе иногда попадаются машины, в целом дорога довольно пустая. Вечернее небо цвета персикового щербета рисует на лице мягкий румянец, а по руке проходится волна мурашек, когда к коже прикасаются теплые пальцы, которые невесомо поглаживают в желании прочувствовать близость. Микаса приподнимает уголки губ в улыбке, глядя на Леви, который не отрывается от дороги, боясь пропустить нужный поворот.
- Мы едем в лес? Ты решил меня убить и спрятать труп? – с напускной опаской спрашивает она, когда автомобиль сворачивает на почти незаметную тропинку.
Леви молчит, на губах появляется устрашающая усмешка, и Микаса снова убеждает себя, что ему можно доверять. Нужно доверять.
- Я сначала хотел завязать тебе глаза, но потом подумал, что это будет слишком романтично. Не в моем стиле. Но я возьму на вооружение твою идею с трупом.
- Эй! – она стукает его в плечо кулаком, получая в ответ тихий смешок из-под ладони, прикрывшей его рот.
- Все, приехали. Пойдем, - Леви глушит двигатель, и выходит из машины под ничего не понимающий взгляд Микасы, - Ну давай, пойдем. Я не буду тебя закапывать, обещаю.
Сквозь деревья от толщи воды отражаются лучи закатного солнца. Поверхность лесного озера гладкая, сквозь плотные кроны и крупные ветки ветру очень сложно проникать, чтобы тревожить волнами зеркальную плоскость. Только в редких местах, там, где рыба хочет вдохнуть воздуха, видны небольшие круги, плавно расходящиеся по поверхности.
- Раздевайся, - Микаса оборачивается на голос и застывает в положении полу-боком, стараясь выжечь на веках еще один образ Леви в коротких плавательных шортах, плотно облегающих его бедра, - Вода холодная, но нам такая и нужна.
Девушка медленно раздевается до купальника, завороженно поглядывая на живую скульптуру, которую нужно выставлять в музее. Она и до этого видела красивые мужские тела, но, чтобы так близко, на расстоянии вытянутой руки, с возможностью дотронуться, провести ладонью, почувствовать тепло тела и ощутить жар между ног от возбуждения.
Леви берет ее за руку, и они вместе входят в воду. Обжигающий холод проникает через межклеточное пространство, успокаивая разбушевавшуюся фантазию и снижая градус желания.
- О-о-ой! Холодно!
- Мышцы нужно охладить после тренировки. Так и должно быть. Не дергайся, или закину в воду без привыкания.
Микасе хочется почувствовать жар его тела, и она готова бесконечно трястись сейчас, лишь бы он схватил ее руками и прижал к себе. Но здравый смысл встает в первый ряд и говорит о том, что показывать свое желание так явно нельзя. Он же изводит ее ожиданием, чем она хуже.
Окунувшись с головой в прохладную воду и полностью избавившись от ощущения тягучей липкости, Микаса расслабляется и закрывает глаза лежа на поверхности воды.
- Аккерман, у нас тренировка, а ты филонишь, - Леви требовательно хватает ее за щиколотку и тянет на себя, - Расслабишься после заплыва. За мной.
- Есть, Капитан Леви!
Охлажденная кожа срастается с горящими от напряжения мышцами, когда Микаса старается угнаться за темпом тренера, плывущего впереди. В открытых водоемах она привыкла к расслабленному плаванью, и жесткая тренировка контрастирует на фоне обычного купания. В озере нет обозначений для определения пройденного расстояния, и ей остается только полагаться на глазомер и на Леви, который ни разу не оглянулся на нее. Наконец, он останавливается и повисает в воде. Только неровные волны выдают его движения руками, пока она подплывает к нему на расстояние вытянутой руки.
- Три минуты отдыха – и обратно.
Ее грудь вздымается над поверхностью водной глади, когда она тяжело дышит. Капли воды отражают лучи закатного солнца, оставляя на коже маленьких солнечных зайчиков, и, если подойти поближе, можно разглядеть в них маленькую радугу.
Плаваньем она не занималась, но резвиться в воде любила. Но только резвиться, никак не тратить драгоценные калории в бешеном количестве. В воспоминаниях о калориях желудок снова заурчал, а она прикоснулась к животу под водой. Посмотрела на Леви: он тоже услышал позыв внутреннего органа, улыбается.
- Голодная?
- Ты же знаешь, что да. Час назад уже есть хотела.
- Иди сюда, сил нет смотреть на тебя такую.
Леви протягивает руку и тянет ее на себя, посылая тепло своей кожи тонкой ниточкой электрического заряда по поверхности ее тела. Здравый смысл уступает место в первом ряду возбуждению. Их животы соприкасаются, ноги переплетаются, дыхания встречаются. Его рот настойчиво накрывает ее губы, язык скользит внутрь, посылая к черту все, что держало в плотном коконе ее терпение. Ощущение горячей ладони на ягодице и впившихся в нее пальцев вызывает тонкий стон, и Микаса еще сильнее прижимается к выточенному из горячего мрамора телу, отвечая на поцелуй с той же требовательностью.
- Значит, на тренировке – не только тренировка, Капитан? – с трудом оторвавшись от его губ, она все же замечает остатки здравого смысла, который притаился за возбуждением.
- Я здесь тренер, и решаю, когда тренировка, а когда нет. Я бы с удовольствием шлепнул тебя по заднице, но из-за воды ты не почувствуешь удара.
- Зато я чувствую кое-что другое, - ее ладонь скользит вдоль по его вставшему члену, - что-то большое, и оно очень просит к нему прикоснуться.
Пальцы цепляются за резинку спортивных шорт в желании проникнуть внутрь, но Леви мягко отталкивает ее. В его глазах сверкают молнии азарта.
- Увеличивай темп и скорость. Руками работай резче, а ногами – более плавно.
Он скрывается под водой и выныривает уже поодаль. Микаса беспомощно выдыхает, в ее ладони все еще остается абрис его члена, к которому она прикоснулась через ткань шорт. Он снова оставил ее возбужденную наедине со своими фантазиями. С этим нужно что-то делать, и об этом она подумает прямо сейчас, пока будет плыть следом за ним, выполняя его рекомендацию.
Леви ждет ее на берегу, завернувшись в полотенце, пока она наслаждается охлаждающим ее кожу водяным коконом. Плавные движения рук и ног, мокрые волосы, с которых стекают капли воды, блестящие в свете солнца. Закрытые в удовольствии глаза, длинные ресницы, обрамляющие веки, которые видно даже на расстоянии, россыпь мелких еле заметных веснушек приковывают взгляд. Широкие округлые бедра высовываются на поверхность, когда она ныряет под воду, и Леви улыбается, пока никто не видит.
Тело кажется свинцовым, когда Микаса все же решает, что пора выходить. В гуще леса заметно стемнело, приходится напрягать зрение, чтобы не споткнуться о корни деревьев, торчащих из-под земли. Хорошо, что автомобиль подъехал ближе к берегу, его габариты и широкие колеса хорошо справились с препятствием в виде рыхлой лесной почвы.
Леви ведет себя так, будто некоторое время назад не обнимал Микасу в воде, выдавая свое возбуждение вставшим подрагивающим членом. Он уже переоделся в сухую одежду, соорудил из открытых дверей автомобиля подобие места для переодевания для Микасы. Отошел поодаль и повернулся спиной, как приличный мужчина, давая ей время облачиться в сухую одежду без своего пристального взгляда.
- Я все. Можем ехать.
Он садится в машину, периферическим взглядом замечая вставшие от прохлады соски Микасы в обтягивающем грудь топе. Рвано выдыхая, Леви выходит и через некоторое время возвращается с белой рубашкой в руке.
- Накинешь, когда приедем в ресторан. Я не хочу, чтобы на тебя пялились окружающие.
Его пальцы мягко притягивают к себе ее лицо, примостившись на подбородке. Облизнув контур губ, он коротко целует ее, задерживаясь взглядом в глубине ее глаз в попытке найти в них желание быть рядом с ним, которая выдается удачной.
Теплый желтый свет расстилается по коричневым коврам, лежащим на полу ресторана. Почти все столики заняты парами почтенного возраста, которые почти с презрением обсматривают зашедшую внутрь пару: невысокий брюнет в брюках и белой футболке поло и его спутница в спортивных шортах и белой рубашке, завязанной на поясе в узел. Хостес мило улыбается мужчине и проводит их к уединенному столику у окна с видом на оживленную улицу.
- Ты не мог выбрать что-нибудь попроще? Или хотя бы предупредить? Мне неуютно.
- Здесь вкусные стейки. На людей посрать. Ты со мной.
- Стейк на ужин? Не тяжеловато?
- Чем ты питалась до этого?
- Ну…
- Чем придется, я понял. Неудивительно, что твои мышцы не выдерживают нагрузок.
- Они все выдерживают! И, как ты уже мог заметить, жиром я не заплыла.
- Дело не в жире, а в том, что завтра ты не сможешь встать с постели из-за боли на всех группах мышц. Как давно ты не тренировалась?
- Я тренируюсь в университете! И вообще, что за допрос? Мы не на тренировке!
- Не злись, - он накрывает ее кисть своей ладонью, губы изгибаются в подобии улыбки, - Хотя ты чертовски сексуальная, когда вот так надуваешь губы и хмуришь брови.
Смена темы и интонации разговора заставляют Микасу замолчать и подумать над словами Леви. Она действительно не тренировалась, прикладывая таких усилий, очень давно. Последний раз в тот день, когда он дал ей выходной, но это и тренировкой назвать нельзя, так, разминка. Спарринги в спортзале университета уже давно не вызывали мышечного напряга, потому что найти достойного соперника становилось все сложнее. И Микаса перестала выкладываться на полную мощность. Энни несколько раз говорила ей примерно то же, что сказал сейчас Леви, но ее слова, хоть и оставались на подкорке мозга, откладывались в кучу под названием «Подумать завтра». И это пресловутое «завтра» не наступало никогда, потому что каждое утро приходило «сегодня». А куча с мыслями, которые нужно было подумать, росла с каждым днем, постепенно вытесняя то, что, казалось бы, не так важно.
- Ешь, - холодный голос вытаскивает Микасу из вороха собственных размышлений, а ее обоняние улавливает приятный запах жареного мяса, лежащего перед ней на тарелке вместе с горой овощей. Желудок тут же просыпается и издает звуки, похожие на предсмертные крики касатки, которые улавливает слух Леви, - еще десерт будет.
Ужин плотно укладывается в животе без ощущения переедания, хотя девушке казалось, что еды слишком уж много. Она мысленно соглашается со словами своего тренера о том, что ее режим питания до этого оставлял желать лучшего, и сейчас его нужно восстановить, чтобы нагрузки не принимались организмом, как что-то плохое. Радость от мысли о том, что ей не нужно будет думать о рационе, поселяется где-то на уровне легких, ведь Леви уже дал понять, что сам займется ее питанием.
Дорога до ее дома не занимает много времени, машин к вечеру становится гораздо меньше, как и людей. А в ее тихом районе с небольшими двухэтажными домиками и вовсе безлюдно.
Леви останавливается у подъездной дорожки и тянется к Микасе за поцелуем. Мотор мерно гудит в тишине, пуская по округе тихое мурлыканье. Микаса отвечает на поцелуй, кладя ладонь на гладко выбритую щеку. Ее горячий язык мягко проникает в его рот, а до слуха долетает тихий низкий стон. Она отрывается от его губ, в глазах летают искры возбуждения.
- Знаешь, мне кажется, что в рационе было мало белка, - ее хриплый от возбуждения голос почти оглушает его.
Пальцы скользят от шеи к животу, прощупывая под тканью футболки рельеф напряженного пресса, ладонь ложится на пах и сжимает вставший член. Леви приподнимает тонкую бровь, глядя ей в глаза, и читает в них просьбу помочь, а слух улавливает скрип пуговицы, выходящей из петли и звук расстегивающейся молнии брюк.
Храните небеса плотную тонировку стекол автомобиля, сквозь которую на расстоянии ничего нельзя разглядеть. Леви откидывается на спинку сиденья, когда пальцы Микасы освобождают его член из плена плотных боксеров, и громко выдыхает. Благослови Вселенная того, кто придумал звукоизоляцию в этом автомобиле: чтобы что-то услышать нужно подойти почти вплотную. Его громкий стон вполне мог бы оглушить в тот момент, когда она проводит языком от основания члена к головке, обхватывает ее губами и всасывает выступившую смазку. Ладонь ложится на яички и трепетно и нежно перебирает их, пока губы двигаются по всей длине вниз-вверх, упирая головку в глотку и зажимая ее основанием языка, будто желая проглотить. Хлюпающие звуки заполняют пространство вместе со стонами обоих. Ее слюна смешивается с текущей из него смазкой, густой жидкостью сползая по длине члена, заканчивая путь в ее ладони, плотно сжимающей его основание. Плавные, но быстрые движения быстро доводят Леви до пика, звуки, которые она издает и взгляд, направленный на него снизу, усиливают оргазм, разрывающий его на миллионы ярких осколков. Сперма плотной струей бьет в глотку брюнетки, и она проглатывает ее всю до капли. Оторвавшись от члена, Микаса вытирает уголки губ и целует Леви. Его пронизывающий взгляд наполнен благодарностью и нежностью.
«Ты слишком быстро ушла. Я бы ответил взаимностью» - 22:36 от абонента «Леви».
«Ерунда. Успеешь еще. Впечатляющий размер, кстати» - 22:37 ответное сообщение.
«Завтра в 6:45. Не опаздывай. Не забудь выпить чай. И спасибо. За оргазм» - 22:40 от абонента «Леви».
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!