Вернутся к фанфику
Часть 15
10 января 2024, 12:58 Теплое податливое тело брюнетки лежит в его объятиях, ровное дыхание ударяется в широкую грудь, оставляя после себя маленькие тропинки тепла. Она уснула, как только ее голова коснулась подушки, и Леви снова подумал о том, что ей нужно восстанавливать режим работы и отдыха. Он проводит пальцами по ее бархатистой коже, очерчивая край пижамы, вдыхает сладковато-свежий аромат ее кожи после душа, и улыбается, наблюдая за тем, как она морщит нос во сне. Обнимать ее прямо сейчас чудится каким-то волшебством, потому что он никогда не подумал бы, что приглянется этой молодой красивой девчонке со своими вкусами и амбициями. Как оказалось, он в ее вкусе, а амбиции повернули вектор в направлении их отношений. Ее вещи уже разложены по полочкам в шкафу, а еще он пообещал ей купить туалетный столик с зеркалом, чтобы на нем умещались ее бесконечные баночки, тюбики и бутылочки.
Бессонница не мучила его уже довольно давно, примерно с того момента, как он понял, что их симпатия взаимна. И сегодня Леви никак не ожидал, что придется с ней столкнуться. И виной тому бесконечная нерастраченная нежность, которая прет из всех щелей. Черт бы побрал эту уставшую спящую красотку, которая лежит в его объятьях и которую хочется запихнуть себе под кожу. Дышать ею. Касаться и чувствовать электрический ток, расходящийся по внутренностям от кончиков пальцев. Удивительно, как один ураган по имени Микаса Аккерман разнес в щепки всю его сдержанность и холодность. Даже пришлось повысить голос из-за нее на нее же сегодня.
Нельзя было упускать шанс на сближение, зная, что она пришла к нему работать только на три летних месяца, ведь свою жизнь без нее он уже не представлял. И ужасно боялся того, что может произойти, откажи она ему, выбери другого, или просто уйди. Отпустить ее – подписать себе смертный приговор. Слишком долго он был мертв внутри, и это маленькое семечко, посаженное брюнеткой в, казалось бы, мертвую почву дало росток, который теперь предстоит беречь и вырастить до взрослых размеров.
Будильник тихо пиликает свою мелодию, и Леви открывает глаза в понимании, что все же уснул примерно пару часов назад. Перед боем быть не выспавшимся – плохая идея, да и мысли про восстановление режима отдыха Микасы все еще роятся в голове.
«Нахуй. Выходной. Похуй», - он выключает будильник и зарывается носом в мягкие черные волосы, ощущая сонные ответные объятия девушки.
- Леви, - ее хриплый голос мешает спать так же, как солнечный луч, пробившийся сквозь плотные серые шторы, - мы проспали.
Вставать она явно не собирается, потому что глаза все еще закрыты, да и двигаться не хочется от слова «не сегодня».
- Мы не проспали, - он сгребает ее в охапку, переплетая свои ноги с ее длинными и стройными, - У нас выходной. Заедем попозже, нужно будет собрать пару оптовых заказов. А сейчас мы спим.
- Есть, Капитан Леви, - она громко вдыхает, - Как же ты приятно пахнешь.
Поздний завтрак, плавно перетекший в обед, с приятной тяжестью погружается в пустой желудок. Леви украдкой следит за солнечными зайчиками, бегающими по лицу Микасы, которая с аппетитом поглощает приготовленную им пасту.
- Тебе вкусно?
- Да, очень. Но, если честно, я соскучилась по мерзкой еде.
- По-моему, паста с сыром и жирным соусом тоже в какой-то степени мерзкая.
- Зная тебя, здесь все нутриенты на своем месте. А мне иногда хочется обожраться какой-нибудь хренью.
Леви прыскает в кулак, запивая смех черным чаем. От Микасы не ускользает его хорошее настроение, она смотрит на него с лаской и улыбается.
- Что? – спрашивает он, когда ее взгляд задерживается на ее лице чуть дольше обычного.
- Ничего. Просто чувствую себя в правильном месте с правильным человеком, - звук сообщения на его телефоне отвлекает ее от пускания волн нежности, - Смени уже этот противный писк. Неприятно думать, что, когда я тебе пишу, ты слышишь это.
- Я собирался сменить звук приходящих сообщений еще тогда, когда у нас завязалась первая переписка, только руки так и не дошли.
«Во сколько встречаемся, чистюля?» - 12:15 от абонента «Четыре глаза».
«Бой в 22. Вы сами доберетесь?» - 12:16 ответное сообщение.
«Нет! Забери нас!» - 12:16 от абонента «Четыре глаза».
«Нахуй вы мне не всрались в машине. В 21 у Эрвина» - 12:18 ответное сообщение.
«Ты ж моя искорка! Целую тебя, мой маленький!» - 12:19 от абонента «Четыре глаза».
Краем глаза он замечает, как изменилось выражение лица Микасы. Она явно чем-то обеспокоена, а ее вопрос подтверждает его догадки.
- Это кто?
- Чучело. Просила заехать за ними с Эрвином перед боем. Что-то не так? – он накрывает ладонью ее кисть, когда она опускает глаза, - Микаса, не молчи.
- Просто прочитала последнее сообщение. И испугалась.
- Чего испугалась?
- Что это очередная Петра, - щеки и уши наливаются румянцем, ей стыдно говорить о том, что ревность никуда не делась из головы.
- Эй, посмотри на меня, - Микаса поднимает голову, заглядывает в стальной омут его зрачков, - Я твой. И больше ничей.
- Сколько у тебя еще их? Таких, как Петра?
- Ты серьезно хочешь об этом поговорить?
- И да, и нет.
- Давай договоримся, что это не та вещь, о которой нужно думать. Обещаю тебе, что я только твой. Я не врал, не вру и не буду этого делать никогда. Ты же знаешь, как для меня важна искренность.
- Я тебе верю, но ничего с собой поделать не могу. Ревную тебя.
- Мы с этим справимся, - он обходит стол и садится рядом с ней, мягко заключая в кольцо своих рук.
Микаса льнет к нему, прикрывая глаза, когда вдыхает его запах. Никогда не надышится им, ее особый кислород. И он готов вырабатывать его в разы больше, чем обычные источники. Ради нее. Ради своей девчонки.
- С кем у тебя сегодня бой? – девушка решает сменить тему, чтобы ее не затянуло в пучину размышлений.
- Не знаю. Флок напишет вечером. Обычно соперники не знают о том, с кем они дерутся. Мне будет известно только имя.
- Как Ханджи вообще занесло на бои?
- Ну, ты же знаешь, какая она азартная.
- Это вообще удивительно и максимально странно: преподаватель в университете, и участие в подпольных боях без правил.
- О, ты многое о ней не знаешь, - Леви загадочно улыбается и притягивает ее к себе ближе, так, чтобы голова легла на грудь, - И тебе придется узнать. Раз уж мы с каждым днем становимся все ближе.
***
День проходит почти незаметно для обоих. Сначала они едут в лавку, где Микаса собирает несколько оптовых заказов для клиентов, а Леви занят бумажной работой. Затем доставляют собранные заказы, попутно заезжая на склад продукции. Девушке очень интересно разнообразие чаев, представших перед глазами, многих образцов нет в лавке, и она задает этот вопрос Леви.
- Этот чай не для всех, его покупают только ценители, которые обычно обращаются ко мне лично. А вот этот, - он указывает на большие красные коробки в углу, - вообще запрещен. Его покупают трое из моего круга общения, и платят немаленькие суммы.
- Ты барыжишь запрещенкой? Охренеть. Мой мужчина – чайный барон.
Леви широко улыбается в ответ на ее слова с еле заметной искрой вины в глазах, которая испаряется, когда она подходит и целует его в щеку. Все-таки доверяет.
- Вообще, надо научить тебя делать чеки и познакомить с покупателями, чтобы ты могла без меня заниматься этими делами. Вдруг меня убьют на боях, а я никому так и не передал свое дело.
- Ха-ха, сейчас описаюсь от смеха.
После доставки заказов они едут в ее уже почти бывший дом, и пока девушка собирает очередной чемодан вещей, Леви в гостиной общается с Энни, зацепившись за тему рукопашного боя, параллельно делая заказ на обещанный Микасе туалетный столик. Еще на совместной тренировке он заметил, как блондинка пристально следила за ним и Ханджи, будто изучая со стороны технику их рукопашного боя. Энни же не смогла сдержаться, оставшись с ним наедине, и решилась спросить, сможет ли он дать ей пару уроков, не забыв упомянуть, что это обязательно будет происходить в присутствии Микасы. Мужчина с радостью согласился, и они обменялись номерами.
Вечер неминуемо наступает, и Микаса невольно поддается легкой панике перед тем, как снова попасть на небольшую арену, где Леви будет драться. Ему так и не написали имя соперника, но он совершенно спокоен. С каменным выражением лица он ужинает легким салатом в своей кухне под пристальным взглядом Микасы, которая готова стереть ладони до кровяных мозолей.
- Что с твоим лицом? – прожевав овощи, задает спокойный вопрос.
- Ничего, - Микаса опускает голову, чувствуя, как ее сверлят глазами, - Переживаю.
- Как будто я в первый раз выхожу на бой, Микаса, - закатывает глаза и снова принимается за еду.
- Ты, может, и не первый раз выходишь на бой, а я увижу это впервые. Не хочу, чтобы тебя били.
- Ты сама три недели назад меня била в спарринге.
- Это другое!
Закончив трапезу, мужчина подходит к девушке сзади и накрывает ее плечи горячими ладонями.
- Тебе нужно расслабиться. Ты нервничаешь.
- Сложно не нервничать, когда знаешь, что тебя ждет через каких-то три часа.
- Если тебе будет от этого легче, я могу не церемониться и завалить его с одного удара, - он сжимает пальцы, массируя ее затвердевшие мышцы, - Расслабься. Я еще ни разу не проигрывал. Это просто азарт.
Микаса прикрывает глаза и опускает плечи, мысленно приказывая себе снять напряжение. Пальцы Леви умело двигаются, разгоняя кровь и застоявшуюся жидкость. По местам, где он нажимает на болевые точки, растекается тепло. И снова этот приятный запах, которым хочется дышать, пустить по венам вместо крови, оставить в каждой клеточке тела. Она накрывает его пальцы ладонями, гладя тыльную сторону кисти, невесомо касаясь подрагивающими подушечками пальцев. Он плавно переходит на поглаживание шеи, снова нажимая на чувствительные места, от которых по телу пробегают толпы мурашек. Рот приоткрывается, голоса не слышно, лишь беззвучный стон, похожий на шепот.
- Ты прав, мне действительно нужно расслабиться. Поможешь мне?
- С удовольствием, - он опускает голову и настойчиво целует ее. Микаса отвечает на поцелуй, кладет ладонь на его затылок, притягивая ближе.
Леви подхватывает ее на руки и несет в гостиную на диван. Легкая, как пушинка. Желанная, как влага в пустыне. Красивая, как сама красота в ее истинном проявлении. Щеки пылают румянцем, выделяя почти незаметные до этого веснушки на лице. В глазах игривый блеск, будто он нажал на какую-то одному известную кнопку, включая вожделение. Она хочет его прямо сейчас. Полностью. Без остатка. Поцелуи становятся более настойчивыми и страстными, и Микаса снова не сдерживается и оставляет на его ключицах бурые следы от укусов. Его солоноватая кожа чертовски манит своим запахом и вкусом, сносит крышу напрочь, и там, где когда-то была хорошая Микаса, появляется жадная и пожирающая глазами тело Леви.
Они максимально быстро освобождаются от одежды, и мужчина снова невесть откуда достает контрацептив, растягивая его по всей длине члена. Его вид завораживает, и Микаса готова пустить слюну из уголка губ, пока смотрит на него, почти облизываясь. Красивый, сильный, подтянутое поджарое тело, каждая мышца на своем месте. Как только он начинает двигаться, мускулы красиво перекатываются под кожей: произведение искусства.
- От одного взгляда на тебя я готова кончить. А-ах, - он резко заполняет пространство ее влагалища собой, начиная рвано двигаться. Слегка оскаливается в улыбке, когда до него доходит смысл ее слов: в экстазе предвкушения секса кровь от мозга отлила в более нужное сейчас место. Микаса тянется к нему и страстно целует, проникая языком в рот. Горячая влага стекает по бедрам от близости оргазма. Ее руки откровенно дрожат, пальцы отчаянно впиваются в его спину, оставляя на лопатках ссадины в виде полумесяцев от коротких ноготков. Стоны сталкиваются и становятся все громче, а тела спустя несколько минут получают долгожданную разрядку.
- Ты прекрасна, - Леви тяжело дышит, уткнувшись носом в ее ключицы.
- Ты тоже ничего. Спасибо, что помог расслабиться.
***
- Эй, милая, ну ты чего так напряглась то? Все хорошо! Сейчас повеселимся!
- Это ты уже не первый раз смотришь на это, Ханджи. А я впервые буду наблюдать со стороны, как моего мужчину будут пиздить. И мне совершенно не весело.
- Микаса, ты плохого мнения о своем мужчине. Эрвин, скажи ей, как ее преподаватель!
- Вообще-то, ты тоже ее преподаватель, Ханджи, - высокий блондин приобнимает шатенку, будто говоря ей, чтоб взяла себя в руки, и обращается к Микасе, - Если он не захочет тянуть, он вырубит соперника с одного удара. Но обычно он любит растянуть удовольствие.
- Я все это понимаю, но мне все равно тревожно. И вообще, мне странно находиться в таком месте и при таких обстоятельствах с двумя своими преподами. Вас ничего не смущает?
Две пары глаз с улыбкой смотрят на нее, давя в глубине легких смех. Может, и смущает, но чего уж тут поделаешь, если Леви на студентку потянуло. Оба уверены, что это не летняя интрижка, раз уж он ее даже переехать к себе позвал. И тут уже ничего не поделаешь, придется смириться с тем, что в их компании «плюс один» в виде их обучающейся. Не хочешь потерять друга – принимай его и все, что с ним связано.
Громкий звук бьет по ушам, оповещая о начале боя. Леви стоит в углу ринга, разминая плечи. Его грудь обтягивает серая майка, оголенные плечи и руки напрягаются, и под кожей вырисовывается рельеф мышц, притягивая взгляд Микасы. Ни кистях черные кожаные перчатки без пальцев. Краем глаза она замечает, что на него пялится не только она: больше половины наблюдателей – девушки.
- Ханджи, здесь всегда так много женщин?
- Заметила-таки? Нет. Только, когда Леви дерется.
- Пиздец в квадрате.
- Ты ревнуешь?
- Мы вчера поругались из-за Петры.
- Дурочка, - Ханджи приобнимает девушку за плечи, притягивая к себе, и успокаивающе улыбается, - Следи за ним. Обожаю его грацию. Только ко мне не ревнуй!
На против Леви стоит высокий блондин с бородкой, гораздо больше и крепче его по комплекции. Разминает руки и спину, сверля глазами брюнета, как будто в попытке предугадать его действия, не догадываясь, что тот уже давно все решил и просчитал. Еще один громкий звук, и они подходят друг к другу. По залу растекается волна криков, и Микаса слегка прикрывает уши, чтобы не схватить временную глухоту. Взгляд направлен на Леви, который тоже находит ее глазами и еле заметно приподнимает уголки губ, что немного приободряет брюнетку.
Его расслабленный вид завораживает, и только потирание подушечек пальцев говорит Микасе о том, что он все-таки решил не заваливать соперника одним ударом. Желание растянуть бой передается ей от него воздушно-капельным путем, и она думает о том, что лучше бы это были спокойствие и уверенность. Слишком уж соперник великоват для Леви, на которого уже посыпалась волна ударов. Активная защита предплечьями и корпусом не дает пробить полноценно, и блондин начинает злиться, пытаясь загнать брюнета в угол: не получается. Преимущество маленького роста дает о себе знать: Леви перемещается со скоростью света, словно использует трансгрессию. В его стальных глазах мелькает азарт, когда блондин снова нападает и хватает того за плечо. Микасе кажется, будто она услышала хруст, и она дергается, прикрывая ладонью рот.
- Леви! – подскакивает к рингу, со страхом заглядывая в глаза брюнету, который скалится и держится за руку. Ему больно. – Леви, блять! Заканчивай!
- Как скажешь.
В попытке снова приподнять левую руку Микаса замечает очередной оскал, а затем Леви оставляет ее в покое, активно атакуя неожидающего блондина правой. Четкие острые удары следуют один за другим, к руке подключаются ноги, одна за другой. И вот соперник уже перед ним на коленях. Превозмогая боль, Леви все же приподнимает травмированную руку, но только для того, чтобы вложить силу в удар, который укладывает мужчину на против на лопатки. Девушка негодует, но радость от его победы все же преобладает над негативными эмоциями. Особенно, когда он подходит к ней, садится на корточки и проводит ладонью не травмированной руки по ее щеке. Бой заканчивается с очередным громким звуком, а вокруг слышится шипение змей, в которых превратилась женская часть наблюдателей, когда увидели действия Леви.
Он спрыгивает с ринга и подходит к девушке. Из толпы к ним пробираются Эрвин и Ханджи, которая тянется к плечу правой руки с сочувствующим видом.
- Я же говорил, что могу с одного удара, - он обращается к Микасе, притягивая ее ближе для невесомого поцелуя в щеку.
- Их было несколько. И ты все равно пострадал. Что там?
- Вывих. Последствия армейской травмы. Он будто знал, в каком направлении работать. Вот поэтому мне и не нравится иметь дела с Флоком. Эрвин, поможешь?
Он протягивает травмированную руку к другу, но тот опускает ее обратно.
- Давай не здесь.
- Хорошо, тогда поехали ко мне. Заодно душ приму. Сможешь повести?
- Вечеринка у коротышки! – звонкий голос Ханджи рассекает пространство, ее глаза загораются предвкушением чего-то… запрещенного?
- Никаких вечеринок, очкастая.
- Ну Леви! Надо отметить твою победу!
- Как будто она первая, - закатывает глаза.
- Первая победа, которую увидела Микаса! – тут же соображает Ханджи.
- Я не дам тебе снова громить мой дом. Хочешь вечеринку – поедем в бар.
- Ну, собственно, этого я и хотела. Какой ты догадливый, однако.
***
Атмосфера бара способствует расслаблению после такого тяжелого дня для Микасы. Она сидит за барной стойкой, перед ней высокий стакан с трубочкой в виде зонтика, а где-то в стороне щебечет своим звонким голосом неугомонная Ханджи.
Эрвин вправил Леви плечо, когда они приехали к нему домой. Тот слегка скривился, но в глазах можно было прочитать боль, несмотря на, казалось бы, привычное действие, раз уж он сказал про вывих таким будничным голосом. Он сходил в душ и приоделся, распуская по пространству аромат, свойственный только ему, и Микаса снова хотела бы дышать одними вдохами, чтобы не прерываться на выдохи. Ей хочется поговорить с ним обо всем, что произошло, ведь в голове масса вопросов, но лучшим временем для этого будет время, когда они останутся наедине. Все-таки Ханджи очень любит провокационные темы, и ей однозначно лучше не знать того, что хочет спросить Микаса.
- Тебе точно не больно?
- Нет, все в порядке, - он целует ее в щеку, прикрыв глаза от наслаждения. Пальцы начинают вибрировать, почувствовав под подушечками ее бархатистую кожу.
Наблюдая за ним и Эрвином, которые сидят за столиком в стороне, Микаса думает о том, как же ей все-таки повезло. Она всегда считала себя ходячим несчастьем, именно так ее иногда называет Леви. Начиная со смерти родителей, голодания на улицах. И вроде бы повезло, попала в приличную приемную семью. Но именно там встретила Эрена, который был под запретом все это время. Потом эта несчастная любовь, которая вроде бы снова прерывается счастливыми отношениями с Жаном. Но Микаса была совершенно не влюблена в него. Снова расставание, пусть и легкое. Опять жизнь под одной крышей с запретной любовью. И тут, как гром среди ясного неба, Ханджи со своим пари. Ей, однозначно, повезло. А, может, и всегда везло. Просто стоило посмотреть на ситуацию с другой стороны.
Микаса не знает, сколько прошло времени за наблюдением и параллельными разговорами с Ханджи. Легкая музыка вливается медом в уши, а ноги дергаются в такт. Несколько раз подруга вытаскивает ее на танцпол, а затем такое же количество раз ставит перед ней новый стакан с алкогольным коктейлем. В голове слегка шумит, а координация движений нарушена. Язык почти не ворочается, когда к ним подходит Леви и сверлит ее глазами.
- Ханджи, блять! Ты напоила ее? Тупица очкастая! Ты думаешь, что все Аккерманы устойчивы к алкоголю?
- Я проводила экс… Ик! …перимент. Получается, что не все. Ик!
- Ебанько, блять. Собирайся, отвезу твое тело домой, - он поворачивается к Микасе, которая тянет руки навстречу, - Ну, и ты, иди ко мне, дурочка. Как завтра на работу пойдешь?
- Договорюсь с начальником. Я с ним сплю.
- Сегодня ты спишь не с ним, а в гостиной. Не хватало мне еще дышать твоими алкогольными парами.
- Ой-ой-ой, неженка. Хуй тебе, спишь со мной. У меня на тебя планы.
- Я не буду трахать твое пьяное тело, Микаса. Завтра еще поблагодаришь меня.
- Но спишь все равно со мной.
Нежность дозой по венам растекается по его организму, когда он на руках несет девчонку, от которой разит алкоголем, в дом. Даже пьяная и растрепанная, она кажется такой милой и беззащитной, что хочется пришить к себе стальными нитями, чтобы даже кожа соприкасалась вечность. Без нее теперь нет никакого смысла ни в чем. Леви боится этих чувств, но противостоять им уже не может.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!