Часть 3

Агата медленным и раздуменным шагом зашла в свою комнату и закрыла дверь, тяжело дыша. В комнате царила тишина, одинокая лампа горела, и отдавала большие тени в темноте. Агата тяжело сглотнув, будто забыла как дышать, села за свой стол. Невидящим взглядом она смотрит в угол комнаты, представляя разных существ. Сжав кулаки настолько сильно, что костяшки пальцев побелели, она резко отвернулась, прикрыв глаза руками. —Не хочу это все, прикрати! Не хочу не хочу не хочу! Повторяла шепотом Агата несколько раз слова, словно это были для нее молитва, выученная наизусть. Растрепанные чёрные волосы касались спинки стула, мягкие черты лица придавали ей милости и хрупкости, губы, которые сжаты в тонкую полоску от небольшого страха. На них когда-то играла очаровательная улыбка, но паранойя убрала эту улыбку, забрав и спрятав глубоко внутри. Тяжелый стук в дверь. Послышалось? Нет. Подняв голову и посмотрев на дверь, она встала. Тихие шажки звучали в большой комнате, немного отбрасывая эхом. Открыв злополучную дверь, она посмотрела на силуэт, который стоял. Маска череп, военная форма… Твою мать… —ты плачешь? Спросил Гоуст грубым голосом, смотря на её мокрые реснички, которые соединились вместе и придавали слегка уставший вид. Агата молча кивнула знав, что если она хоть слово произнесет, то расплачется еще сильнее. Она с надеждой смотрит на него, будто молча говоря ему о том, чтобы он утешил ее, как утешает мать своего маленького ребёночка который только что родился. Не выдержав эмоций которые то и дело бушевали у нее внутри, она прошептала его имя. —Гоуст. Слезы сновы навернулись на глаза девушки, будто желая, чтобы тьма ее преследовала до конца ее дней. Руки дрожали, и хватались за тяжелые плечи военного, умоляя, остаться с ней и утешить. В ответ на это, Гоуст протянул руки и прижал ее к себе, чертя круги рукой на нее гладкой спинке. —шшшшш… Расслабься, я рядом Медленно покачивались со стороны в сторону, предавая этому миру нежности и страсти. Они оба держались друг за друга, боялись потерять. Словно не хотят отдавать свое сокровище кому либо. «Мол, это мое, не трогайте!» Мое. И только мое.

***

Утро. Яркое пятно висело на небе, словно красуясь перед всеми. Обжигали лучи, которые то и дело попадали на маску черепа и Агаты. Птицы сгущались на тонких ветках деревьях, покрытую молодыми листьями и мхом.