Вернутся к фанфику
6 февраля 1989 год
27 мая 2024, 21:45 — Здесь меня точно не найдут? — спросила я Вахита, когда мы с ним подошли к деревянному двухэтажному бараку. Была глубокая ночь, но в двух окнах тускло горел свет. — Ты тут живёшь?
— Квар-р-ртир-р-ра от р-р-родаков осталась, — нехотя отозвался он, направляясь к одному из подъездов. Спасибо Господи, что редкое освещение на улице не позволяло мне увидеть всю разруху, которая царила в этой части города. Осторожно ступая по скользкой дорожке вслед за ним, я старалась не наткнуться на строительный и бытовой мусор под ногами. Вахит постоянно оборачивался, видимо проверяя, иду ли я. Где-то вдалеке залаяла собака и стало совсем жутко. — Я здесь р-р-редко бывал, а после смер-р-рти матушки вообще забил на это место. Тётка присматр-р-ривает за всем.
— А где же ты живёшь тогда? — Я остановилась рядом с разломанной пополам лавочкой, которая была покрыта толстой коркой льда. Затем посмотрела на подъездную дверь, прислонённую к стене. — Здесь точно безопасно?
— Стопроцентно. — Я в испуге прижалась к Вахиту, когда из темноты дома вынырнул Турбо. — Напугалась, что ли?
— Не смешно, — буркнула я, стараясь не смотреть на ухмыляющегося Турбо, который стоял напротив нас, держа руки в карманах. — Я действительно испугалась.
— Принёс жрачки вам на первое время, — проинформировал он нас, подходя ближе к Зиме. — Кащей тут спрашивал о ней.
— Чего он хотел? — Вахит притянул меня за куртку снова к себе, когда я предприняла попытку отойти от него, чтобы они поговорили с глазу на глаз. — Стой на месте, Лида.
— В основном узнать о том, как у неё дела, — ответил Турбо, кивая на меня. — А ещё сказал, чтобы мы лучше за ней присматривали.
— Из-за моего отца или Винта такая забота? — спросила я, начиная потихоньку уставать от всего. — Когда от меня уже все отстанут?
— Очень интересный вопрос, но увы, ответа на него пока нет на горизонте, — сказал Турбо. — Ладно, тут парни покрутятся наши пару часов, но думаю, что сюда никто не сунется. Даже Кащей не знает, где эта квартира. Так что вы типа невидимки!
— Спасибо, бр-р-рат, — поблагодарил Вахит, протягивая руку для пожатия своему другу. — Я сам поговор-р-рю с Кащеем днём.
— А, да! Ключи от хаты. — Турбо отдал Вахиту связку ключей и повернулся ко мне. — Привык уже, что ты в подвале у нас светишься. Теперь снова на одни рожи уголовные придётся любоваться.
— Приму это за комплимент, — сухо ответила я. — А как тебя зовут по-настоящему?
— Валера, — ответил он мне. — Но ты не вздумай меня так звать при всех, особенно при скорлупе. А то я ведь девушек не обижаю, но могу сделать исключение.
— Угрожаешь?
— Предупреждаю на будущее, — сказал Валера. — А то вы, девушки, любите забывать то, что важно…
— Зато парни всё помнят прямо, — отпарировала я ему, задетая таким предвзятым отношением к девушкам. — Дурачков включаете, когда …
— Пр-р-рекр-р-ратите оба, — буквально прорычал Вахит. — Лида замёр-р-рзла и устала. Увидимся, бр-р-рат!
— Давайте, молодёжь! Не шалите там!
Турбо протопал мимо нас, и мы с Вахитом проводили его взглядом, пока он не скрылся в разрушенных сараях через дорогу. Чёрт! Откуда у меня такая дерзость взялась в разговоре? Видимо, из-за того, что я почти неделю живу среди уличной преступной группировки. Боюсь представить, в кого я превращусь ещё через неделю такой жизни.
— Точно безопасно? — ещё раз спросила я своего парня, оборачиваясь к нему.
— Точно, — уверил меня Вахит и первым зашёл в темноту помещения. — Давай р-р-руку, а то здесь света нет.
Я вложила свою руку ему в ладонь и почувствовала уже знакомое тепло, которое разлилось по телу от прикосновения. С этим человеком я стала чувствовать себя в исключительной безопасности. Мне становилось спокойно, когда мы были так близко друг к другу. За последние дни я даже не думала о том, чтобы вернуться домой. Если честно, то я очень сильно боялась реакции отца на моё долгое отсутствие. Поэтому пока не торопилась возвращаться, тем более Винт меня пугал ещё больше. Для меня существовала реальная опасность. Теперь-то мне становилось понятно, что без Зимы и парней с «Универсама» мне не справиться и с частью навалившихся проблем. Вахит повёл меня на второй этаж, предупредив не дотрагиваться до стен. Поэтому я старалась не отставать от него, несмотря на полный мрак вокруг и незнакомую обстановку.
— Постой, я двер-р-рь откр-р-рою, — предупредив, он отпустил мою руку. Скрежет замка и незнакомые мужские голоса с улицы заставили меня в страхе сделать шаг и буквально вжаться в спину Вахита. Обхватив руками его за талию, я уткнулась лицом в спецовку. — Ты чего, Лид?
— Кто-то прошёл мимо дома, — прошептала я и потëрлась щекой о плотную ткань. — Ещё и ты там с ключом возишься. Я испугалась просто…
— Не бойся, — перебил меня Вахит. Он продолжал стоять на месте, и я чувствовала, что его тело словно натянутая струна. — Я не дам тебя в обиду. Вер-р-ришь?
— Верю, — тихо сказала я, снова беря его за руку. — Я тебе верю, Вахит.
— Заходи тогда.
Он распахнул дверь квартиры, подталкивая меня вперёд. Сделав несколько робких шагов, я остановилась, опасаясь идти дальше. Позади щëлкнул выключатель, и одинокая лампочка осветила небольшую прихожую, обклеенную газетами. Я повернулась к Вахиту, который молча стоял у закрытой двери и буравил меня своим тяжёлым взглядом, видимо ожидая какой-то реакции на это «временное убежище». Оглядевшись по сторонам, я заметила, что здесь по минимуму мебели и кроме старого комода без одной дверцы ничего не было. Сняв обувь, я бесшумно пошла дальше.
— Есть хочешь? — Вахит включил свет в ещё одной комнате, и мы оказались в зале, который также был и спальней. Он бросил свою спецовку на одиноко стоящий стул и закатал рукава свитера. — Или спать?
Эта комната была разделена стенкой и ширмой из занавесок. Позади себя я заметила радиоприёмник на столе и кучу разнообразных журналов, наваленных грудой. Рядом также стояло кресло, на которое была накинута вязанная вручную шаль. Напротив размещался диван грязно-зелëного цвета, заштопанный разного цвета заплатками. На стене висел ковёр, который, видимо, служил не только украшением, но и закрывал трещины. На полу были две половицы в ужасный жёлтый цветочек. И всё. Но стоило признать, что несмотря на убогость самого дома снаружи, внутри всё же было чисто и даже как-то уютно.
— Спать, — проговорила я наконец, зевая и ощущая слабость во всём теле. Видимо, каждодневный стресс давал о себе знать, и мой организм выработал свою норму адреналина, на которой держался всё это время. — Наверное, я сейчас отключусь!
Вахит подошёл ко мне и стал помогать снимать вещи, так как я была не в состоянии двинуть ни рукой, ни ногой. Куртку и свитер, которые мне одолжил Марат, он аккуратно повесил на дверь. Я без сил плюхнулась в кресло, чувствуя каждой клеточкой облегчение. Глаза стали закрываться, но я сопротивлялась сну как могла.
— Почему ты со мной так возишься? — неожиданно для себя я вслух озвучила вопрос, который давно не давал мне покоя. Вахит буквально застыл в дверном проёме, и я даже стала жалеть, что спросила его об этом. Но сдавать назад было поздно, поэтому я продолжила говорить. — Просто… Никто и никогда ничего подобного не делал для меня. Ведь ты мог послать меня, но не сделал этого. Разгребаешь мои проблемы и заботишься. Почему?
— Навер-р-ное, я пр-р-росто дур-р-рак, — усмехнулся он, усаживаясь на диван и не сводя с меня своих карих глаз. — Я не хочу, чтобы мой мир-р-р как-то загр-р-рязнил тебя. Даже сейчас ты должна быть не здесь, а дома.
— Может, мой мир намного грязнее, чем твой! Ты не думал об этом?
— Я говор-р-рил, что ты не знаешь, что мне пр-р-риходится видеть каждый день. — Вахит говорил со мной, как с маленьким ребёнком. — И я сделаю всё, чтобы ты не знала эту стор-р-рону.
— Только эта причина? — спросила я его, стараясь говорить спокойно и не показывать, как сильно задели меня эти слова. — Только поэтому ты так ко мне относишься?
Возникло молчание, и несколько долгих минут мы просто смотрели друг на друга. Я не знала, о чём он думал, но мои мысли роем кружились в голове несмотря на то, что очень хотелось спать. Конечно, совсем не запомнила то время, когда стала испытывать к Вахиту иные чувства. Наверное, это случилось в тот день, когда его избил Винт. Из-за меня. Тогда я поняла, что готова защищать другого человека не потому что он просто друг, а некто намного больший. Нет, это не любовь, про которую мне как-то рассказывала Зина. Помню, она что-то твердила о бессоннице и потере веса при этом. Но я чувствовала к Вахиту что-то, чего пока не могла описать словами. И зачем я решила прояснить этот момент? Наверное, всё же не вовремя я решилась спросить его об этом. Я задержала дыхание, когда Вахит резко встал и, подойдя ко мне, присел на корточки.
— Лида, я не сопливый гер-р-рой, — ответил он, не разрывая наш зрительный контакт. Я попыталась сглотнуть комок в горле, чтобы что-то ответить, но не смогла. Думаю, это было к лучшему, так как Вахит ещё не всё сказал. — Не надо искать во мне положительные чер-р-рты. То, что я делаю для тебя, не является чем-то р-р-романтичным.
— Тогда объясни мне, для чего тебе все мои проблемы?
— А ты бы хотела быть забавой для такого, как Винт? — неожиданно вспылил Вахит, но мгновенно взял себя в руки. — Достаточно и той причины, котор-р-рую я тебе озвучил.
— Для тебя, может, и достаточно! — Я не собиралась отступать, по крайней мере сейчас. — Неужели так трудно ответить?
— Я и ответил! — Вахит потëр переносицу и снова посмотрел на меня. — Что ты хочешь от меня услышать, Лид?
— Правду, — сказала я. — Хочу услышать правду!
— Какую пр-р-равду? — Глаза Вахита угрожающе сверкнули, но я не отступила. Он резко встал и тут же навис надо мной, опираясь руками о деревянные подлокотники кресла. Я вжалась в обивку, стараясь дышать ровнее от слишком близкого контакта с ним. — Боишься меня?
— Нет. — Я задержала дыхание, когда лицо Вахита оказалось очень близко к моему. Его губы были плотно сжаты, а ноздри раздувались, как у разъярённого быка. Похоже, он был очень зол. — Не боюсь.
— Ты хотела спать, — напомнил Вахит, отходя от меня дальше. — Спать будешь на кр-р-ровати, а я на диване.
— Знаешь, Вахит! — Я следила, как он принёс для себя подушку и одеяло, кинув их на диван. — Мне кажется, что нет ничего страшного, что я тебе нравлюсь! Ты мне нравишься, и я это говорю, совершенно не стесняясь.
— Чего-о-о?! — Удивление на его лице было таким уморительным, что я, не выдержав, прыснула от смеха. — Два часа ночи! Ты сер-р-рьëзно хочешь сейчас говор-р-рить об этом?
— Возможно, это просто усталость, — ответила я, вставая с кресла и направляясь к своему спальному месту. — Ты прав, два часа ночи — не время для таких серьёзных разговоров.
Я прошла мимо задумчивого Вахита к своей кровати, не забыв задëрнуть занавески. Скинув с себя штаны, я забралась под одеяло и затихла, прислушиваясь к тому, что происходило в другом помещении. Прошло немного времени, и я уже почти спала, когда занавески раздвинулись, и я увидела Вахита, стоящего у изножья кровати.
— Я должен кое-что тебе сказать, — начал он, глядя куда-то в пол. — Это касается твоей сестр-р-ры.
— Говори. — Я мгновенно села на кровати, прикрывая свои голые ноги ватным одеялом. — С ней всё в порядке?
— На самом деле я хор-р-рошо знаком с Зиной. — Тяжело выдохнул Вахит и встал ко мне спиной. — Её многие знают у нас да и во всём гор-р-роде.
— Что ты хочешь сказать? Я не понимаю…
— Зина — пр-р-роститутка, — наконец выдал Вахит, поворачиваясь и вглядываясь в моё лицо. — Она была и с Гаязом, и с Кащеем, и ещё со многими др-р-ругими. Кор-р-роче с теми, кто мог хор-р-рошо платить за её услуги. Но до этого она ложилась вообще без разбора и за бесплатно.
— Ты врёшь! — Я помотала головой в разные стороны, не веря в то, что услышала. — Зина никогда бы не…
— Я пер-р-респал с ней пар-р-ру р-р-раз, — добил меня Вахит, садясь на кровать. — Когда помогал ей спр-р-рятаться от «хадишевских» два года назад…
— Молчи! — крикнула я, стараясь сдержать слёзы. Затем вскочила, совершенно забыв, что находилась почти раздетой. — Я хочу уйти сейчас!
— Куда ты уйдёшь? — спросил Вахит, грубо схватив меня за руку. Я попыталась вырваться, но он крепко держал меня. — Ты хотела увидеть мой мир-р-р! Я р-р-рассказал тебе, из чего он состоит! И это только небольшая часть! Ещё нр-р-равлюсь тебе?!
— Отпусти меня! — взвизгнула я. — Я не хочу видеть тебя и никого из вас!
— Ты никуда не пойдёшь! — Его пальцы больно впивались в мою руку. — Выйдешь, и тебя поймает Винт! Он половину гор-р-рода уже пер-р-ревер-р-рнул, тебя р-р-разыскивая!
— Ты мне противен! — крикнула я, намереваясь дотянуться до его щеки, чтобы ударить. Но Вахит ловко увернулся и прижал меня к себе. — Отпусти!
— А говор-р-рила, что нр-р-равлюсь, — улыбнулся мне Вахит. Я зарычала от злости, отчего вызвала новый приток смеха у него. — Какая ты опасная, оказывается!
— Можешь идти спать со всеми! — Я спустила ноги на пол и извернулась так, что оказалась прижатой спиной к груди Вахита. — Ты… Ты…
— Твоя сестр-р-ра виновата в том, что с тобой пр-р-роисходит сейчас, — напомнил мне он, когда я снова предприняла попытку выбраться. — Ты бы могла никогда не знать обо мне и всех этих р-р-разборках, жила спокойно и в ус не дула! Я вытащу тебя из этого говна, куда затащила Зина. Но о каких-то отношениях нечего и говор-р-рить. Между нами ничего не будет!
— О да! Ты говорил, что я не интересую тебя, как девушка!
— Пр-р-равильно. — Вахит склонился к моему уху, и я ощутила его горячее дыхание. — Вот и думай об этом, когда в твою головку хор-р-рошенькую мысли о чём-то большем между нами полезут!
— Может, отпустишь? — попросила я. — Нужно поспать.
— Ты что-то поняла из нашего р-р-разговора? — спросил меня Вахит, расцепляя пальцы. Я приняла сидячее положение и быстро вытерла мокрые щёки. — Лид?
— Всё поняла, — резко сказала я, забираясь снова под одеяло, специально стукнув при этом пяткой в ногу Вахита. — Спокойной ночи!
— Об остальном поговор-р-рим, когда ты поспишь, — ответил мне Вахит, поднимаясь. Я никак не отреагировала на это, закрывшись с головой одеялом. — Есть ещё много неприятных для тебя моментов.
— Спокойной ночи, Вахит!
— И тебе!
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!