8. первая ссора

ты мне сказал, что тебя разрывает на части, когда я умываю тебя в омуте своих треволнений, что у тебя волдыри и чесотка от моих историй, что у тебя голова разрывается на кусочки, когда я вывожу тебя на эмоции, ты был, наверное, готов почти ко всему: к разъярённому виду, к кулачным боям, к грубым, нелестным словам, к глубокой ране на сердце, к вздувшейся вене около виска, но со мной физически бороться просто небезопасно и даже больше скажу - бесполезно, я убиваю моральным оружием, - молчанием громким, кружашим голову вопросом о сейчашнем коме в груди, я перезаряжаю словесный пулемёт и заставляю даже тебя, впервые за вечер, заткнуть рот, полный негодования! обиды! несправедливости! ты замолкаешь на долгие сутки и в выходной день начинаешь с «привет», будто это сгладит все твои бугорки у щёк, но через парочку дней, я пойму или ты заставишь понять? что я не хочу убивать тебя, мне бы забрать тебя к себе в страшное чувственное логово, прижать к груди, делиться теплом и сердцебиением одним на двоих, выстукивать пальцами ритм твоего нового творения, но только без вытаскивания пуль-слов из-под ребра и погружения - каждый в себя.