Часть 29

На следующий день, проводив Валерию Ипполитовну до остановки, а затем решив прогуляться пешком, всю дорогу до дворца спорта Сергей размышляет. И в итоге приходит к выводу, что его мама права. Слишком уж легко он сдался. Но пока у него еще есть время, чтобы все исправить. Если раньше он думал, что Крис никогда не простит его за ту выходку на танплощадке, то теперь не сомневается, что простит. Она тоже без него жить не может. Если до вчерашнего вечера найденное в ее сумке кольцо было доказательством того, что он проиграл, то сегодня это же кольцо предстает перед ним вызовом. Дорогие подарки любой может дарить, у кого есть на них деньги. Тогда как Сергей, не имея за душой таких несметных богатств, как у Артема, готов отдать Крис все, что у него есть. И все же как странно устроена жизнь. Вчера одного разговора по душам ему хватило, чтобы перечеркнуть долгие годы отсутствия общения с матерью. А сегодня пары фразы, сказанных даже не стрижонком, а посторонними людьми, оказывается достаточно, чтобы разрушить всю его едва обретенную решимость. _ Нет, _ воинственно скрестив руки на груди, Злата усмехается и качает головой в ответ на просьбу хорошо знакомого ей баскетболиста позвать на крыльцо, где они столкнулись во время обеденного перерыва, ее подругу. _ Что бы ты ни задумал, Белов, даже не надейся. Я не собираюсь приводить тебе Крис, и никто из девчонок этого делать не станет, уж поверь. Она только начала тебя забывать. Только ей хоть немного полегчало после вашего разрыва. А теперь ты опять хочешь все испортить? У тебя вообще сердце-то есть? _ Даже не проси, _ прослушав весь разговор, после того, как ее сокомандница, тряхнув рыжим хвостом, скрывается в здании, взъерошенная девчонка Ваньки Едешко замечает переключившийся на нее взгляд комсорга сборной СССР по баскетболу и отрицательно мотает головой. _ Во-первых, Злата права. Я целиком и полностью на ее стороне, потому что дружу с Крис и собственными глазами видела, как ее твоими стараниями колбасило. А во-вторых... С этими словами Соня воровато оглядывается по сторонам, а затем вздыхает, закатывает глаза и подходит ближе к собеседнику, понижая голос почти до шепота: _ Ее в любом случае здесь нет, _ с вызовом заявляет. _ До конца недели она не появится. Так что ты зря тратишь время. Лучше найди себе другую жертву и на ней проводи свои опыты, сколько влезет, _ звучит для Сергея ее приговор. _ Увижу, что ты здесь ошиваешься, _ так твою смазливую рожицу исцарапаю, что мать родная не узнает. И не посмотрю, что Ванька с тобой дружит. Лично мне ты спервого взгляда не понравился. И на этом их разговор заканчивается. Вздернув свой некрасивый, а сейчас еще и очень раздражающий нос, Соня покидает крыльцо вслед за ушедшей Златой, а Сергей... Еще несколько секунд стоит неподвижно и пытается переварить все, что он только что услышал. Крис здесь нет. Он зря тратит время. Она начала его забывать. Последнее _ самое обидное. Но этого следовало ожидать. Белов так долго настаивал на том, что между ними все кончено, так старательно притворялся, будто Крис ему не нужна, что рано или поздно она должна была поверить и смириться. И она это сделала. Его маленькая, но такая сильная девочка. Она справилась. А он собрался снова растревожить ей душу. Но так ведь нельзя. Это ведь неправильно. Вчера, сказав сыну, что он не должен сдаваться, Валерия Ипполитовна не знала всех деталей. Вполне возможно, если бы Сергей в подробностях поведал ей обо всем, что он уже сделал, она бы повела себя иначе и посоветовала ему оставить бедняжку в покое. Он опоздал. Слишком долго раскачивался. Надо было признаваться в тот вечер, когда Белов после звонка Златы из кафе привез Крис пьяную к себе домой. Она тогда сама к нему тянулась. Да оба они друг к другу тянулись. Даже Тася это заметила. А теперь вчерашний вопрос, адресованный матери, о том, как ему жить, зная, что он боролся и проиграл, пожалуй, следует перефразировать. Поскольку он не боролся и проиграл. Он проиграл, потому что не боролся. Потому что самый важный матч в своей жизни он просидел на скамейке запасных, а на площадку вышел после финальной сирены. Крис начала его забывать. Ей наконец-то полегчало. Пусть так оно и остается. Он ведь именно этого от нее хотел. Вот она и выполнила его желание. В конце концов, она ведь не знала, что он передумает. Она ведь не знала, что весь такой из себя правильный комсорг советской сборной по баскетболу Сергей Белов _ чертов самодур. Но жизнь в любом случае устроена так, что в итоге каждый получает по заслугам. Видимо, за свои деяния Сергей заслужил остаться ни с чем. И винить ему за это некого, кроме себя любимого. Разве что Модю с его дурацкими советами. Хотя силком он друга копаться в вещах своей девушки, вроде, не заставлял. Только намекнул, что там есть кое-что, способное его заинтересовать. Тогда как все остальное Белов сделал сам. Так что за пару часов тренировки, хорошенько обдумав произошедшее, восстановив в памяти события того вечера, когда Модестас приперся в раздевалку наставлять товарища на пусть истиный, даже с него Сергей все обвинения снимает. Он сам во всем виноват. Только он один. А вечером, когда Гаранжин распускает команду и все игроки заходят в раздевалку, спеша поскорее смыть с себя семь потов, сошедших с них за время тренировки, дверь резко распахивается. И в глубине души, сидя возле самого выхода в одном полотенце на бедрах, не успев среагировать и поднять глаза на ворвавшуюся девушку, еще секунду Сергей хватается за слепую надежду, что это Крис. Что ей передали, как сильно он сегодня хотел ее увидеть, а потому она пришла сама. Что Злата соврала, и забывать Сергея она даже не начинала. Вот только это оказывается не Крис. А девушка Сашки Белова. Крис не стала бы вести себя так бесцеремонно и без стука врываться в раздевалку к толпе полуголых мужиков. Крис не позволила бы видеть ее слабость всем подряд и, даже если бы действительно хотела поговорить с комсоргом, подловила бы его где-нибудь в уединенном месте. Она всегда умела находить такие места. Тогда как девушка Сашки этого явно не умеет. Впрочем, никто от нее подобных подвигов и не требует. Привыкшие к страстям за последний год, парни все понимают. Только стараются одеться до того, как девица выйдет из душевой, чтобы снова не сверкать перед ней голыми задницами. Задницами, на которые она все равно не смотрит, потому что через пару минут вылетает обратно в раздевалку как ужаленная, всем своим взъерошенным видом мокрой кошки намекая, что разговор прошел не очень хорошо. Так что вскоре Сашка пополняет собой списки тех, кто заслужил остаться ни с чем. И, вроде бы, с Сергеем они не родственники, а всего лишь однофамильцы. Но ошибки в отношении девушек допускают одинаковые, как если бы приходились друг другу настоящими братьями. "Держись", _ пытается Сергей показать глазами, перед уходом ободряюще хлопнув Сашку по плечу. Так непривычно, что Ванька аж рот закрыть забывает, заметив сей дружеский жест. Обычно ведь это они с ребятами поддерживают комсорга. Вот только Сашка понимает. И принимает чужое неравнодушие правильно. Так, как его надо принимать. Так, как Сергею следовало его принимать. Отвечая не мрачным взглядом, не поджатыми губами, а благодарным кивком. "Взаимно, Серега". Два дурака, оттолкнувших от себя своих девчонок ради их мнимого блага, нашли друг друга... *** Остаток вечера проходит в молчании. Вдоволь налюбовавшись за ужином на потерянного сына, который сперва начал есть суп вилкой, а затем отодвинул от себя почти полную тарелку и заглушил голод кабачковыми оладьями, хотя с детства их терпеть не мог, Валерия Ипполитовна встает из-за стола, неловко треплет его по волосам и берет на себя мытье посуды. Что-то ей подсказывает, что сегодня этому оболтусу доверять подобные задачи не стоит. Либо половину сервиза разобьет, либо вообще забудет, как пользоваться губкой. _ Если тебе интересно, то завтра в полдень я улетаю обратно в Томск, _ вскоре Сергей слышит, как голос матери заглушает шум льющейся из крана воды. Все верно. Она предупреждала, что пробудет в Москве всего пару дней. По крайне мере, он что-то такое припоминает. _ Извини, я не смогу тебя проводить, _ остается обреченно вздохнуть, прежде чем устало уронить голову вниз, раскидав по лбу отросшую челку. _ Нас сейчас с тренировок не отпускают. Странно, что еще зал на замок не закрывают в преддверии Олипийских Игр. _ Ничего страшного, _ к счастью, Валерия Ипполитовна не сердится. _ Я уже нашла в справочнике телефон службы такси, _ сообщает. Словно для нее это ничего не значит. Подумаешь, не отвезет ее сын в аэропорт. Невелика потеря. Все равно собственной машины у него нет. А уж на такси доехать она и без него впособна. Не сахарная. Да и вообще она ему про свой отъезд сказала лишь для того, чтобы завязать разговор. Хотя на самом деле обсудить им следует совсем другое. _ Ты побеседовал со своей девочкой? _ решив, что пора брать быка за рога, пока этот бык от усталости копыта не протянул, Валерия Ипполитовна выразительно вскидывает брови. Однако разворачиваться к сыну лицом все же не рискует. Продолжает демонстративно натирать тарелки до блеска, прислушиваясь к возне на заднем плане. _ Ее зовут Крис, _ издав еще один тяжелый вздох, Сергей зачем-то напоминает. А затем подается корпусом вперед, выставляет локти на колени и утыкается лбом в замок из собственных рук. Замирая в позе, которую Валерия Ипполитовна мысленно нарекает позой сына-идота, собравшегося оставить ее без внуков на веки вечные. _ Нет, мама, я с ней не побеседовал, _ вскоре ее догадка подтверждается. Конечно, не побеседовал. Иначе бы ужинали они втроем. И не супом с оладьями, а тортом. В честь знакомства свекрови с будущей невесткой. Которую Валерия Ипполитовна, кстати, уже одобрила. Так что непонятно, чего ее сын тянет. _ Странно, _ приходится сдерживаться и не предъявлять претензий, чтобы опять его не спугнуть. _ Мне вчера показалось, что мы все решили. _ Угу, _ тем временем Сергей гундосит. _ Решили, _ подтверждает. Как-то совсем уж потерянно. Как будто за день случилось что-то еще. Что-то, о чем рассказывать матери он не хочет. _ Ее не было сегодня на тренировке, _ продолжает Валерия Ипполитовна различать в словах сына фальш. _ Завтра побеседую. А потом он встает со стула, несколько секунд нерешительно мнется у женщины за спиной, но в итоге все-таки подходит и в доверительном жесте трется носом об ее плечо. _ Я пойду спать, _ оповещает. Так тихо и разбито, что страшно становится. Вот только боится Валерия Ипполитовна не его. А за него. Давно ее такой дикий материнский страх не охватывал. Сломает ведь себе жизнь. И так уже почти сломал. Чуть-чуть осталось. _ У меня что-то голова разболелась. _ Таблетку дать? _ остается лишь предложить. Заранее зная, что сын откажется. Потому что болит у него не голова. А таблеток, которые лечили бы разбитое сердце, в Советском Союзе пока не придумали. _ Нет, _ что и требовалось доказать. _ У меня все есть. Не беспокойся. И больше они не разговаривают. Закрывшись с вечера в спальне, Сергей оттуда уже не выходит. А на утро его свежий вид явственно намекает, что все свои вчерашние проблемы он переборол и, как всегда, сам со всем справился. Сам. Потому что она так учила. Сам. Потому что сильный. Сам. Потому что настоящий мужчина должен нести ответственность за свои поступки и не заставлять других разгребать последствия этих поступков. _ Сережа, _ выглянув в прихожую, чтобы проводить его на тренировку, Валерия Ипполитовна застывает на месте со скрещенными на груди руками и пару секунд молчит, дожидаясь, пока Сергей обуется и поднимет на нее выпросительный взгляд, выпрямившись в полный рост. _ Я тобой горжусь, _ наконец звучит ее признание. После чего женщина, впервые за долгие годы ставшая настоящей матерью для своего взрослого сына, выдавливает из себя улыбку и вновь скрывается в кухне. Пока Сергей стоит неподвижно и пытается вспомнить, как шевелиться. Учитывая, что день начался с таких вот заявлений, он обещает быть крайне насыщенным... *** Так и выходит. За десять суток до отбытия в Мюнхен на Олимпиаду команда советских баскетболистов вдруг узнает, что один из их товарищей написал заявление об уходе из сборной. Без предупреждения. Без видимых на то причин. Просто взял и бросил их накануне игры с американцами, ради которой они похали, как проклятые, год. Нет, конечно, в итоге через Зураба ребята выясняют, что причины, чтобы так жестоко поступить с собственными сокомандниками, у Мишико все-таки имелись. И, по-видимому, в глазах его семьи очень даже весомые. Сергей не знает, как там у них в Грузии все устроено и почему именно он, Мишико, как старший брат, должен выдавать свою сестру замуж, но факт остается с фактам. Мишико Коркия выбыл из сборной. На Олимпийские Игры он не поедет. Если только... _ Если только мы с вами за один вечер не соберем вещички и завтра утром не сядем вместе с ним в самолет, _ заканчивает Гаранжин мысль хмурого комсорга. _ Оставляю это решение на вас и жду Сергея с вердиктом в тренерской через пятнадцать минут. С этими словами Владимир Петрович их покидает. А потом они с ребятами собираются в круг и дружно голосуют. Решение, которое тренер возложил на плечи своих игроков, принимается единогласно. Даже Модя, пусть и последним их всей команды, поднимает руку. Что уж говорить про Ваньку или Сашку Белова, чьи руки взмыли в воздух первыми. Еще до того, как Сергей дал кивком головы положил начало голосованию... Лишь в день отлета узнав, что парни его не бросили, а решили поехать с ним, Мишико радуется, как ребенок, и обещает, что они не пожалеют. Вот только без приключений утро не обходится. Моисеев, который должен был приехать в аэропорт раньше всех остальных, чтобы оплатить заранее заказанные федерацией билеты и полететь в солнечную Грузию вместе с игроками сборной как платежеспособная глава делегации, опаздывает и не отвечает на звонки. Из-за чего Гаранжин нервничает, то и дело поглядывая на часы, да и по рядам сгрудившихся неподалеку от стойки регистрации баскетболистов начинают пробегаться тревожные шепотки. Мол, похоже, Мишико, судьба тебе лететь на свадьбу сестры в одиночестве. Не отпускает социалистическая земля своих сынов красотой чужих гор насладиться. Но ты не переживай. Американцев они и без тебя на советский флаг порвут. _ Владимир Петрович, _ вскоре после того, как работница аэропорта объявляет, что посадка на нужный им рейс заканчивается, Коркия вздыхает и подходит к тренеру. _ Мне пора. Простите, что так все получилось. Однако ответить ему Гаранжин не успевает. _ Да ладно, _ первым среагировав на ругань, донесшуюся со стороны пункта проверки багажа, Модя усмехается. _ Федерация над нами издевается что ли? Или это розыгрыш, и Моисеев сейчас за стойкой регистрации с хлопушкой и репортерами прячется? А в следующий миг, проследив за взглядом капитана, вся команда понимает, что конкретно выбило Модю из колеи. Мило улыбнувшись грузному мужчине, наоравшему на нее за то, что она влезла без очереди, Крис попросту перепрыгивает через его чемоданы и, не оборачиваясь, устремляется прямо навстречу советской сборной по баскетболу. _ Прошу прощения за опоздание. Пожалуйста, пройдемте на регистрацию. Там я раздам всем билеты, _ звучит ее заранее заготовленная речь, адресованная не столько удивленным игрокам, сколько их хмурому тренеру. После чего Гаранжин, явно не ожидавший, что Гриша его бросит и пришлет вместо себя свою племянницу, вздыхает, смиренно отступает в сторону, пропуская девчонку к стойке, напоследок переглядывается с комсоргом, прося его приглядеть за сокомандниками, а сам ненадолго отлучается. Как вскоре выясняется, чтобы привести на посадку жену и... Сына. Улыбчивого мальчишку лет тринадцати. Прикованного к инвалидной коляске. _ Товарищ инструктор, _ после того, как Крис впихивает Сергею в руки стопку билетов, намекая, что их необходимо раздать, а затем окидывает глазами кучку сгрудившихся перед ней баскетболистов, пытаясь их пересчитать, Балаш привлекает к себе внимание присутствующих и сверкает заговорщической улыбкой на весь аэропорт. _ А вы с нами полетите? Только вот собеседница на его потуги с ней позаигрывать не реагирует: _ Да, _ кивает. Продолжая визуально выхватывать из толпы одно знакомое лицо за другим. _ Вместо Григория Митрофановича, _ твердо и решительно звучит каждое слово. _ Его работа не отпускает. _ А вас отпускает? _ остается Балашу усмехнуться, не замечая неодобрительного взгляда, которым его одаривает тренер. Потому что это уже не смешно. Если Гришина девица еще и этого клоуна к рукам приберет, Володя увольняется. Хватит с него любовных треугольников с ее участием. Он, вроде, баскетбольную команду тренировать устраивался, а не кружок геометрии вести. _ Я на больничном, _ тем временем Крис морщит лоб, явно насчитав кого-то лишнего. Скорее всего, Белова, потому что он все то время, что их свежеиспеченный куратор проводила проверку, перемещался от одного товарища к другому и лишь теперь, закончив раздавать билеты, занял свое место. Попутно кивнув озадаченному стрижонку, поскольку у него как раз все сошлось. _ Что-то вы не выглядите больной. В итоге, получив от Балаша в свой адрес еще один шутливый комментарий, заставивший ее прервать зрительный контакт с комсоргом, Крис усмехается и качает головой: _ А ты, Болошев, не выглядишь умным, _ сопровождается ее ответ смешками парней. _ Но как-то же люди с тобой общаются. А потом она подходит к Гаранжину, что-то быстро ему говорит, и вскоре вся советская делегация, решившая накануне важнейшей Олимпиады побывать на грузинской свадьбе, сдает багаж и восходит на борт самолета. Сергею достается сидение в проходе. По соседству с Модей, захрапевшим сразу после взлета, и устроившимся возле окна с кубиком-головоломкой Толика. Тогда как Крис садится между Зурабом и уговорившим кого-то из парней поменяться с ним местами Мишико, а затем всю дорогу терпеливо выслушивает рассказы этих двоих по поводу того, что ждет их на завтрашнем торжестве. Полет длится три часа. За это время Сергей мысленно пишет и защищает диссертацию на тему "Традиции Свадебных Обрядов Грузии", заодно прикидывая, не податься ли ему в культурологию. С такими глубокими познаниями его наверняка в любое учебное заведение без экзаменов примут. Проснувшись незадолго до посадки, Модя морщится, трет лицо ладонью и, проследив за взглядом приятеля, демонстративно фыркает. Лучше бы тоже поспал, Серый. Чем страдать и во всяких проблемных девицах дыры глазами сверлить. Тбилиси встречает своих дорогих гостей ослепительным солнцем и дожидающимся их возле входа в аэропорт заказным автобусом. Поскольку живет семья Мишико не в городе, а на собственной ферме в горах. И эта дорога, в отличие от трех часов в уютном салоне самолета, выводит из строя добрую половину их дружественной делегации. Тошнит всех. Ни одно окошко, помимо водительского, в стареньком красно-белом луноходе не открывается. Зато греется этот гроб на колесах так, что некоторые ребята раздеваются по пояс и едут с голым торсом. Из-за чего спертый, раскаленный воздух, и без того насквозь пропитанный керосином, заполняется еще и запахом пота. Достигнув горного серпантина, водитель оказывается вынужден делать остановки едва ли не на каждом повороте, чтобы все, кому приспичило, проблевались. Сергей стоично терпит, покидая автобус лишь для того, чтобы подышать, но в какой-то момент даже ему становится дурно. Что уж говорить про их свежеиспеченную начальницу, усевшуюся прямо на ступеньки, чтобы выпорхнуть из душного салона раньше других, или семью тренера, состоящую из женщины и ребенка, которого регулярно приходится выносить за пределы автобуса на руках. _ Как вам Грузия, товарищ инструктор? _ во время одной из остановок Балаш снова решает напомнить всем вокруг, каким раздражающим порой бывает его чувство юмора. _ Не жалеете, что с нами поехали? Вот только товарищ инструктор, видимо, пребывает не в том состоянии, чтобы отвечать на его дружеские подколы любезностью, а потому лишь посылает приставучего баскетболиста к черту и с измученным видом возвращается обратно в их любимый красно-белый луноход. _ Злючка, _ остается Болошеву хохотнуть, прежде чем переключить веселый взгляд на стоящего в сторонке со скрещенными на груди руками комсорга и опирающегося на его плечо, только-только закончившего блевать капитана. _ И как вы с ней встречались, парни? _ Так, как тебе не светит, _ явно приняв риторическмй вопрос за обычный, Модя тут же огрызается. Но никто его не слушает... Ближе к вечеру автобус, заполненный советскими баскетболистами и их сопровождающими, достигает точки назначения. Так что вся изнуренная тяжелой дорогой толпой пассажиры вываливается из душного салона, жадно глотая прохладный горный воздух. Заранее предупрежденая о приезде не только ее блудного сына, но и кучи его товарищей, хозяйка имения провожает всех новоприбывших в дом, специально выделенный для гостей на время свадьбы. Закинув вещи в комнату на втором этаже, где они умещаются впятером с Модей, Ванькой, Жаром и Сашкой Беловым, Сергей успевает лишь подумать о том, что неплохо было бы подкрепиться, как Мишико просовывает голову в дверь и зовет всех на улицу ужинать. Хинкали, чашушули, хачапури _ при всем уважении к грузинской кухне Сергею не удается запомнить и половины названий того, чем их кормят, но это вкусно. Да и компания складывается приятная. И вид вокруг невероятный: горы, вековые деревья, небо, усыпанное мириадами звезд. Жаль, что Крис не видит всей этой красоты. Сергей хотел бы ей показать. Сергей хотел бы, чтобы они сидели за вынесенным во двор столом вместе, незаметно для окружающих сплетясь под скатертью пальцами. Перешучивались с ребятами. Смеялись над Шуркиными рассказами, как дома Владимир Петрович из сурового тренера превращается в покладистого плюшевого мишку. Слушали грузинские романсы в исполнении брата Мишико, а также самого Мишико и Зураба. Однако все его мечты остаются лишь мечтами. Потому что за ужином Крис не появляется... *** Утро начинается с бьющего сквозь слабо задернутые шторы солнца и шума, доносящегося со двора из распахнутого настежь окна. Проспав всю ночь, как убитые, едва повыползав из своих комнат, члены советской делегации сразу попадают в эпицентр подготовки к празднику. Кто-то успевает позавтракать и, воспользовавшись царящей вокруг суетой, вновь скрывается за дверьми выделенных им апартаментов. А вот кого-то, как, например, Ваньку или Балаша, просят помочь и в итоге нагружают кучей заданий. _ Принеси-подай, иди на хер _ не мешай, _ посмеивается Модя, застегивая рубашку и из окна любуясь, как его товарищи таскают столы и вешают гирлянды. А потом начинается праздник. В ходе которого Сергей, хоть и старается не выпадать из общей атсмосферы веселья, не может ничего с собой поделать и вместо того, чтобы восхищаться организацией торжества, обилием угощений или красотой невесты, смотрит только на своего стрижа. Он соскучился. Изголодался. По ее глазам, способным сиять ярче тех звезд, что вчера он так мечтал ей показать. По ее губам, созданным для того, чтобы их целовать. По ее волосам, каштановыми волнами отливающими на солнце. По ней. По всей целиком. По его девочке. На фоне остальных представительниц слабого пола, присутствующих на празднике, одета она просто. Не в одно из своих цветочных платьев, а в хорошо знакомый Белову клетчатый сарафан, обтягивающий как будто ставшую еще тоньше фигурку, и заправленную под него водолазку. Хотя на улице жара, и причин, чтобы париться в одежде с длинным рукавом, Сергей не видит. Но все это неважно. Во что бы ни была Крис одета, даже если бы она заявилась на праздник в пижаме, она все равно остается самой красивой девушкой из всех здесь представленных. Настолько, что Белов не может отвести от нее глаз. Да и не только он один. Балаш вьется вокруг товарища инструктора весь день, пытаясь ухаживать за ней всеми доступными ему способами. Следит, чтобы еда в ее тарелке не заканчивалась, поднимает задумчивое настроение шутками, постоянно наводит справки по поводу самочувствия их главы делегации, поскольку, в отличие от других, помнит, что она на больничном. Ближе к вечеру брат Мишико, который вчера развлекал советских баскетболистов песнями под гитару, приглашает ее на танец, что-то шепча на ухо, пока они медленно кружатся в свете гирлянд. А Сергей... Ему остается только смотреть. Пожирать ее глазами и изредка ловить на себе ответные взгляды, шторм в которых утих и превратился в теплый летний дождик. Переболела. Его девочка им переболела. Тогда как сам он как будто и не начинал... _ Я надеюсь, все поняли, что с сегодняшнего дня товарищу комсоргу мы ножей в руки не даем? _ паясничает Балаш, намекая на то, как Сергей днем метнул кинжал. С первой попытки и точно в яблоко. После чего команда, покинувшая праздник сразу после отъезда молодоженов, разбредается по выделенным им комнатам и начинает готовиться ко сну, потому что завтра у них тренировка. Душ на этаже оказывается один, так что туда выстраивается целая очередь. Сергей не спешит и пропускает товарищей вперед, поскольку, в отличие от Ваньки и Жара, помогавших во дворе, успел постоять под струями воды утром. А вот Модя... Капитан каким-то чудом умудряется опередить всех, а затем, вместо того чтобы переодеться в домашнее, натягивает обратно брюки и рубашку, заново укладывает волосы и душится одеколоном. _ Я так понимаю, спать ты не планируешь, _ удобно устроившись на нижней полке двухъярусной кровати, откуда ему открывается прекрасный вид на торопливые сборы приятеля, Сергей вздыхает и терпеливо переводит взгляд обратно в книгу, которую он взял с полки лишь для того, чтобы скоротать время. _ Мо-дя, если завтра Гаранжин... _ Да он даже не заметит, _ не дав другу договорить, Паулаускас его перебивает и лишь небрежно фыркает. _ Первый раз что ли... После чего на несколько секунд комната погружается в напряженное молчание, и в этом молчании Белов наконец-то пожимает плечами: _ Как знаешь, _ звучит его не то чтобы позволение, но и не запрет. _ Мое дело _ предупредить. В ответ на что Модестас довольно ухмыляется и невозмутимо продолжает застегивать рубашку. Игнорируя недоверчивые переглядки Ваньки и Сашки, тоже находящихся в помещении и слышавших весь разговор. _ Знаю, Серый. Я ценю твою заботу. Конечно, скептичное отношение ребят к происходящему вполне оправдано. И Сергей это прекрасно понимает. Все-таки он _ комсорг команды. А значит, должен следить за соблюдением спортивной дисциплины, пресекая на корню такие вопиющие случаи неповиновения приказам тренера, как сейчас демонстрирует их капитан. Вот только как он может требовать этого повиновения других товарищей, если сам у них на глазах неоднократно нарушал собственные правила и заповеди? Чем его ночные свидания с Крис в Америке отличаются от Модиных похождений здесь и сейчас? Неужели все вокруг считают, что у его морали двойные стандарты? _ Расскажешь, куда ты так старательно наряжаешься? _ решив, что можно больше не притворяться, в итоге Сергей сам возобновляет разговор. Пусть парни видят, что для них с Модей это нормально. Пусть знают, что их строгий комсорг не такой уж и строгий. Просто создал вокруг себя образ и до сегодняшнего дня его придерживался. Хотя можно было бы уже запросто догадаться, что все это только ширма. Уж Ванька-то точно мог. Например, когда во время поездки в штаты застукал Белова на баскетбольной площадке обжимающимся с на тот момент его девчонкой. _ У меня свидание, _ как ожидалось, Модя отвечает именно то, что все и так поняли. Вряд ли бы он с таким усердием наводил марафет, если бы в деле не была замешана девушка. Красивая девушка, потому что других капитан себе не выбирает. _ С одной белокурой прелестницей из подружек невесты, _ вдобавок он лыбится собственному отражению в зеркале. Явно гордясь тем, что из всей команды приглянувшаяся ему особа выбрала именно его. _ Да ты ее видел, _ вскоре Белова снова отвлекают от чтения, заставляя поднять глаза на кинувшего ему на кровать одолженную расческу счастливчика. _ Ее сложно было не заметить, _ сделав идеальный пробор, Модя продолжает поправлять прическу и вещать. _ Она тут на всю округу единственная славяночка. Ты еще с ней потанцевать отказался. _ Прости, не припоминаю, _ отложив расческу на тумбочку, Сергей спокойно отзывается и... _ Ну да, _ вдруг Паулаускас мрачнеет и опускает руки по швам, прежде чем тяжело вздохнуть. Все еще разглядывая свое отражение, но уже без былого возбуждения, а как-то горько и даже виновато. _ Ты ж у нас на других девушек, кроме лисы, не смотришь... А потом в заново повисшем в комнате после его слов молчании Модя отходит от зеркала, преодолевает отделяющее его от кровати комсорга расстояние и плечом подпирает деревянную лесенку, ведущую на второй ярус, где сейчас, по идее, должен лежать он сам. _ Слушай, Серый, иди-ка ты к ней, _ звучит его полный сочувствия совет. _ Раз уж ты без нее жить не можешь, на кой черт ты себя мучаешь? _ Раньше ты другое говорил, _ остается Сергею подметить, выразительно вскинув брови. В ответ на что капитан фыркает и уводит пристыженный взгляд в сторону: _ Раньше было раньше, _ цедит. _ Я же не знал, что у тебя все так серьезно. Если б знал, не полез бы. И это следует расценивать как капитуляцию. Наконец-то Модя признает, что был не прав. Только вот поздновато он прозрел. Потому что сейчас его принятие поражения Белову до лампочки. Он уже все испортил. Спасибо тебе, Модя, конечно, за твой дружеский жест, но... _ За нас с парнями можешь не волноваться, _ не останавливается Паулаускас на достигнутом, решив, видимо, силком спровадить друга туда, где его не ждут. Туда, где буря миновала. Где ему отныне не рады, учитывая, сколько боли он за собой оставил. Где розовые облака и цветет сирень после грозы по имени Сергей Белов. _ Мы все понимаем, _ вдобавок Модя издает смешок и крутит головой из стороны в сторону, впервые за то время, что они играют в одной команде, прося ребят его поддержать. Вот только никто не поддерживает. Изумленные тем, что и литовцы иногда ведут себя не как полные засранцы, Сашка и Ванька просто обращаются в слух и ждут, чем закончится сия напутственная тирада. Вынуждая капитана снова ощетиниться и закатить глаза. Придурки. _ Да и не позволишь ты себе игру с американцами запороть, в каком бы там душевном состоянии ни прибывал, _ в конце концов, психанув из-за того, что товарищи его кинули, Модя выплевывает и порывисто отталкивается от кровати. _ Уж я-то тебя знаю, _ взмахивает руками, в тесноте едва не отвесив Едешко затрещину. Благо, тот успевает шарахнуться назад. Только это движение его и спасает от просвистевшей неподалеку пятерни. Впрочем, пусть привыкает. Если уж они с Сашкой теперь посвящены в детали дружбы капитана с комсоргом. Сергею с подобными проявлениями пылкости приятеля приходится сталкиваться постоянно. Настолько часто, что он уже и не реагирует. Просто терпит. _ Соберешься и все сделаешь, _ тем временем Модя заканчивает свою речь. Прежде чем заметно присмиреть и в итоге опуститься на край матраса. По соседству с героически выдержавшим все словесные излияния лучшего друга, ни разу при этом не отвлекшимся от книги Беловым. _ Серьезно, Серый, хватит, _ вдруг тишину нарушает упаднический шепот. _ Я не этого хотел. Думал, тебе без нее правда будет лучше. А ты взял и жить разучился. Смотрю на тебя и сам себя ненавижу за то, что сделал. К счастью, именно в этот момент их прерывают. _ Душ свободен, _ войдя в комнату, Жар вытирает лицо полотенцем и даже не замечает, в каком напряжении пребывают его товарищи. _ Кто следующий пойдет? _ Я пойду, _ тут же Сашка вызывается, спрыгивая с верхней полки второй двухъярусной кровати и на мгновение задерживаясь возле сидящего на постели комсорга Паулаускаса. _ Хорошего свидания, товарищ капитан, _ по-доброму улыбается. А самое забавное, что одной этой фразой он говорит все и сразу. Дает Моде понять, что разговор окончен. Показывает, что его услышали, но сейчас ему лучше уйти. Не давить на больное. Не мозолить глаза. Не заставлять Сергея замыкаться в себе еще сильнее, а просто дать ему время переварить услышанное. Ты молодец, Модя, что признал свою ошибку. Но мир не только вокруг тебя вертится. Когда-нибудь ты обязательно это усвоишь... *** Сменяя друг друга в душе, парни постепенно укладываются спать. Первым отключается Жар, засопев в подушку сразу после ухода капитана. А вскоре ему компанию составляет Сашка, вернувшийся в комнату после банных процедур и сразу метнувшийся на свой верхний ярус кровати. Да и доносящиеся из соседней комнаты разговоры начинают стихать. Особенно когда Балаш дожидается своей очереди и идет смывать с себя грязь следом за кем-то из ребят. Двор перед домом, где все это время догорали последние искры веселого застолья, пустеет. Остатки еды заносятся в дом. Гирлянды отключаются. Люди разбредаются. И в этом умиротворенном спокойствии летней ночи, погасив бра, чтобы не мешать заснувшим товарищам, Сергей вдруг ощущает себя таким жалким и одиноким, что хочется забиться в угол и заскулить от безысходности. Потому что у них с Крис никогда не будет такого чудесного праздника. Никакого не будет. _ Душ освободился? И все же позволить себе такой роскоши, как публичное падение духа, он не может. А потому лишь сверкает в темноте полными сокрытого отчаяния глазами, басовитым шепотом обращаясь к вошедшему в комнату Едешко. _ Нет, но... _ повесив на шею полотенце, тот почему-то медлит с ответом. Топчется возле двери, словно бы не решаясь двинуться к кровати, и явно набирается смелости, чтобы что-то сказать. Что-то, что Сергею точно не понравится, но сказать он должен. Иначе не заснет. Иначе так и будет всю жизнь считать себя трусом. _ Я бы на твоем месте все равно пошел, _ в итоге он все-таки бормочет. _ Модя прав, _ поясняет сказанное. _ Хватит вам друг от друга бегать. Догадаться, на что он намекает, оказывается несложно. Видимо, стриж тоже ждала очереди в единственную душевую. И вот эта очередь настала. _ Ваня... _ остается Белову вздохнуть и нахмурить брови, намереваясь расставить все точки над "и". Выдать что-то, вроде: "Я ценю твою заботу, но хватит уже лезть со своими советами". Однако сделать этого он не успевает. _ Нет, ты послушай, _ прерывают его еще до того, как он открывает рот. Вынуждая послушно замолчать и поджать губы, будто бы говоря: "Ладно, вещай". _ Я знаю, что тебе Злата наболтала, _ с этими словами Ванька быстро преодолевает комнату и присаживается на свою кровать, наклоняясь вперед, чтобы быть ближе к собеседнику. _ Соня мне рассказала про ту вашу ссору на крыльце, _ ожидаемо звучит его признание, сопровождаясь виноватым взглядом исподлобья. _ Только это неправда все. Если бы Крис к тебе ничего не чувствовала, она бы от тебя не пряталась. После этого на несколько секунд он замолкает. Все же учить жизни комсорга ему явно тяжело дается. У него и опыта меньше, и девчонок он всегда выбирал попроще. Точнее это они его выбирали. Ваньке ведь тоже Крис поначалу понравилась. Просто он быстро в себе это пресек. Как только понял, с кем ему в противном случае предстоит соперничать. И правильно сделал. Ни на секунду не пожалел. Крис крутая. С ней здорово общаться. Она умная, интересная, мировозрение у нее как-то по-особенному устроено. Но страдать из-за нее, как сейчас страдает Сергей, Ванька бы не хотел. С Соней в этом плане легче. Неземной красотой, которая бы всех мужиков вокруг с ума сводила, она не обладает. Знаменитых писателей не цитирует. И вместо того, чтобы отвечать на нападки остроумием, может дать затрещину, потому что у них в деревне, где она выросла, проблемы решались так. Но при этом Ваньке с ней хорошо и спокойно. Ему не приходится ее ревновать к каждому встречному. Секретов никаких она от него утаивает. И не заставляет ощущать себя на ее фоне необразованным дураком, что тоже важно. Так что ни на какую Крис свою девушку Ваня бы не променял. Даже будь у него такой выбор. Не для него все эти страсти. Однако смотреть со стороны, как его товарищ мучается, он тоже не может. Особенно теперь, когда они не просто играют в одной команде, а... Дружат. По крайней мере, Ванька надеется, что комсорг считает его своим другом. Пусть даже не таким близким, как Модя. Он и не претендует. Но факт остается фактом. Со стороны Едешко наблюдает, что Сергей запутался. Возможно, потому что привык, что с Крис сложно, и разучился видеть простые решения проблем, связанных с ней. А может, дело в том, что и сам он человек тяжелый. Короче, непонятно. Да и не сильно-то важно Ваньке понимать причину его бездействия. Сейчас гораздо важнее, что Паулаускас прав. Жить без своей девчонки товарищ комсорг не может. А значит, надо прекращать это безобразие. _ Подумай, Серега, _ наконец Ванька перебарывает свою нерешительность и продолжает. _ Она же за всю поездку тебе слова не сказала, _ верно подмечает. _ Зато с Модей они цапались постоянно, когда только рассстались, _ напоминает. И по мере того, как он говорит, детальки паззла у Белова в голове и впрямь начигают вставать на места. Злата соврала. А он должен был это понять. Потому что в кафе она напрямую заявила Сергею, что хочет, чтобы ее подруга вышла замуж за Артема. Видимо, даже она считает, что комсорг советской сборной по баскетболу способен этому помешать. А раз так... _ Уже одного этого достаточно, чтобы понять, что ты ей не безразличен, _ тем временем Ванька лишь подтверждает выстроенную Беловым теорию. _ Просто она сказать об этом не может. Это ведь... _ внезапно его речь прерывается, словно Едешко врезается в невидимую стену, мешающую ему говорить. Но в итоге невероятным усилием воли он ее преодолевает. _ Ты ее бросил, _ бубнит. Демонстрируя, насколько он осведомлен и как тяжело ему было весь прошедший месяц притворяться, что знает он не больше остальных. _ Это тебе тоже Соня рассказала? _ остается Сергею хмыкнуть в усы. А ведь раньше это являлось одной из причин, почему он избегал крутить романы со спортсменками. Подобные отношения всегда на виду, как бы хорошо ты их ни прятал. _ Да, но... _ решив не отнекиваться, Ванька хмурится и понуро впивается глазами в пол. _ Я и сам догадывался. Как-то слишком уж ты резко охладел. После чего между ними воцаряется молчание. И в этом молчании Белов, сам от себя того не ожидав, вдруг усмехается: _ Я не знаю, что ей сказать, _ нарушает тишину его чистосердечное признание. Заставляя Едешко вскинуть голову и уставиться на комсорга изумленным взглядом. Потому что пару секунд назад он думал, что Белов его пошлет. А сейчас... _ Тогда ничего не говори, _ еще не до конца поверив в то, что его совет оказался принят во внимание, Ванька спешит дать следующий. _ Крис умная. Она сама все поймет, _ тянет он губы в смущенной улыбке, ощущая себя настоящим знатоком любовных дел. На что Сергей уже ничего не отвечает, а лишь выразительно вскидывает брови и кивает. Словно бы говоря: "Хороший план". Стрекот цикад за окном умиротворяет. Довольный тем, что высказался, Едешко вздыхает, перекладывает на стул сложенную стопкой одежду и забирается под тонкое одеяло, намереваясь заснуть в тот же миг, как его голова коснется подушки. Однако этого не происходит. А потому, немного поворочавшись и приняв удобную позу, буквально в следующую минуту он слышит, как соседняя кровать проминается. Сергей встает, берет полотенце и направляется к выходу из комнаты. _ Спасибо, Вань, _ после того, как дверь открывается, до слуха Едешко доносится спокойный шепот. _ Ты и правда хороший товарищ. Счастливая улыбка, вызванная столь щедрой похвалой, заставляет губы вздрогнуть. Вот теперь они точно друзья...