Вернутся к фанфику

15. Серия 8. Выбор

29 марта 2025, 19:19
Обычно тишина его дома успокаивала, но не сегодня. Драко сидел в полутёмной гостиной, приглушённый свет лампы бросал длинные тени на стены, а в бокале плескался тёмный огневиски. Он задумчиво вращал его в пальцах, не торопясь делать глоток. После вчерашней встречи он просто отказался продолжать существовать и завалился спать, надеясь, что когда проснётся, мир станет чуть менее раздражающим. Но мир не был милосерден, потому что днем его уже ждала Пэнси. Драко выбрал закрытый ресторан, потому что сегодня он не был в настроении для зрителей. Одно полуденное свидание — требование шоу на неделе с тремя оставшимися фаворитками. Он не мог сказать, что это было плохое свидание, просто сегодня он был не в игре. Ресторан был почти пуст — только персонал, камеры и его фаворитка напротив, расслабленно откинувшаяся на спинку кресла. Она видела, что он чересчур задумчивый даже для самого себя, поэтому не стала вести обычную игру, не дразнила, не заигрывала — просто смотрела на него. — Что случилось? — спросила она, лениво обводя пальцем край бокала. — Ты, — отозвался он, и она только усмехнулась. Но этот разговор так и не состоялся. Они говорили о вещах, которые нужно было сказать на камеру. Обсудили их встречу с ее матерью, их общую историю, она коснулась его руки, но он не дал ей ничего большего, и Паркинсон ощутила это, разумеется. Она не давила, но её глаза вспыхнули на секунду — коротко, непроизвольно, прежде чем она вернула себе безупречную улыбку. Он еле свернул это свидание, а потом аппарировал домой и сразу потянулся к бару. Теперь он пил. И думал. Поттер. Грейнджер. «Какого хрена?» Он не мог поверить, что реально туда пришёл, что слушал, отвечал на вопросы. Драко не понимал, что сильнее его бесило: тот факт, что Поттер реально неплохо копнул? Или то, что Грейнджер смотрела на него не как на обвиняемого, а как на человека, которого надо спасти? Малфой сделал ещё один глоток и сжал бокал в руке. Ему надо было просчитать шаги, оценить риски, найти чертов выход из этого тупика. Какие у него варианты? «Беккеты не отступят: они слишком много поставили на меня, а договор не разорвать. Им проще меня убрать», — пронеслось в его голове. «Поттер не отступит, а вот Грейнджер… — снова сделал он глоток. — Чёртова гипнотизёрша». Она лезла Драко в голову, даже когда он этого не хотел и, что хуже всего, никогда не замолкала. Даже когда молчала. Парень провёл ладонью по лицу, чувствуя, как пальцы начинают неметь от алкоголя. Слишком много мыслей, слишком много голосов в голове. Он резко поставил бокал на стол, отчего огневиски плеснулось на древесину. Чёртова Грейнджер. Чёртова ситуация. Чёртов алкоголь, который не помогал прояснить мысли. Блейз появился бесшумно, но Драко всё равно заметил его из-за лёгкого движения воздуха в комнате. Он не повернулся сразу, продолжая смотреть в бокал, где остатки огневиски лениво колыхались в свете камина. — Ты выглядишь как человек, у которого плохой день, — спокойно произнёс Забини, прислоняясь к дверному косяку. Драко лениво поднял голову, его губы изогнулись в пренебрежительной ухмылке. — Мне нужно ввести тебя в курс светской жизни, Блейз. Пьянство после свидания — это норма. — Или человек пьёт, потому что в дерьме. — Мерлин, как много драмы, — закатил глаза Малфой. — Драко. Блейз произнёс его имя без насмешки, без давления, но Малфой всё равно почувствовал в этом нотку серьёзности, но ничего не ответил, просто сделал ещё один глоток и снова откинулся в кресле. — Ты не в порядке, Драко. Какого хрена случилось? — Поттер, — коротко бросил Малфой. — Поттер и Грейнджер. — Расскажешь? Драко молчал около двух минут, а потом всё-таки заговорил. Без эмоций, без лишних деталей — просто факты. Блейз внимательно слушал, призвав себе рокс огневиски, а когда Драко закончил, в комнате воцарилась гробовая тишина. — Ты же всё равно хотел оставить ему подсказки, — наконец сказал Забини. — Ты выстраивал эту сеть, эту ловушку, чтобы она привела Поттера туда, куда тебе надо. Так почему бы не сократить путь? — Может, потому что если Беккеты узнают, они убьют сначала Нарциссу, а потом меня? — усмехнулся Малфой, но в этом звуке не было веселья. — Поттер с Грейнджер умные, — слегка напрягся мулат. — Они не подставят тебя. — Возможно. — Но есть что-то ещё, верно? — Я просто не понимаю, нахрена ей это, — скрестил руки на груди Драко. — Какой в этом смысл? Что за идиотизм? Почему она во все это лезет? Блейз внимательно посмотрел на него. — Ты привык доверять только себе, — наконец сказал он, наблюдая как Драко сильнее напрягся. — Это понятно. Семья Малфоев никогда не была известна тёплыми отношениями, — сделал паузу Забини, а потом снова заговорил: — Я знаю, что мой совет для тебя пустой звук. Знаю, что единственный человек, чьи слова ты когда-либо считал авторитетными — это Люциус. — Но его нет, — резко выдохнул через нос Драко. — Почему бы не найти ещё кого-то, кому можно доверять? — Может, потому что последний раз, когда я кому-то доверился, меня положили на жертвенный алтарь? — зло ухмыльнулся он. Блейз не ответил сразу. Он чувствовал, что Драко не просто говорит — он выбрасывает из себя яд, который копился годами. — Ты про Люциуса. — Я про мать, — ледяным голосом ответил Малфой. — Ты думаешь, она… — замер Забини. — Я ничего не думаю, я знаю. Малфой наклонился вперёд, его глаза сверкнули горечью и яростью, смешавшимися в одно целое. — Ты когда-нибудь задавался вопросом, почему Волдеморт дал мне это задание? Почему выбрал меня, а не кого-то другого? Блейз молчал. — Потому что его подтолкнула к этому Нарцисса. — Ты хочешь сказать… — вздрогнул мулат. — Она придумала этот план, Блейз, — медленно произнес он. — Она понимала, что отец облажался. Отдел тайн. Проваленная миссия. Волдеморт не прощал таких ошибок, и, если бы они ничего не сделали, наш род был бы уничтожен. — И поэтому… — И поэтому Нарцисса предложила жертву. Он взял бокал, но не сделал глотка, просто смотрел на янтарную жидкость, будто пытаясь найти в ней смысл. — Волдеморту нужен был знак верности. Он ждал, что кто-то принесёт ему его, — сжал стекло в руке Драко. — Она хотела очистить имя семьи, хотела доказать, что Малфои всё ещё верны, хотела, чтобы я принял метку — ради возвышения в его глазах. — Салазар… — хрипло выдохнул Блейз — И чтобы укрепить позиции, она пошла к Снейпу, — наконец сделал глоток он, но даже огневиски не сжигало так, как его мысли. — Ты думал, что она заключила этот Обет, чтобы защитить меня? — горько усмехнулся Драко. — Она заключила его, чтобы защитить себя. — Что ты имеешь в виду? — подался вперёд Забини. — Северус уже знал, — поднёс пальцы к виску Малфой и провёл по нему, словно стирая неприятные воспоминания. — Снейп был её слабым местом, но не потому, что он ей доверял, а потому что видел её насквозь. Она понимала, что если он узнает слишком много, он сможет её уничтожить, — откинулся он в кресле. — Обет был не просто гарантией того, что он защитит меня. Он был гарантией того, что, если всё пойдёт не по плану, его уберут первым. — Но ведь Люциус… — нахмурился Блейз. — Отец был её щитом. Малфой глухо усмехнулся, качнул головой. — Она не марала руки. Никогда. Это он был лицом семьи, а она была разумом, — поставил бокал на стол парень. — Когда пришёл час расплаты, отец взял всю вину на себя, потому что она была чиста: у нее даже метки не было — ее метка на мне. А он любил её и хотел помочь. Драко резко провёл рукой по волосам. — Папа умер за неё. Блейз плотно сжал губы, напряжение в комнате стало глухим и тяжёлым. — И теперь Грейнджер пытается вытащить меня, как отец пытался вытащить Нарциссу. Но я не Нарцисса. Драко встал, но понял, что слишком пьян, и рука на мгновение ухватилась за подлокотник кресла. Блейз поднялся следом, наблюдая за ним. — Мне не нужно, чтобы кто-то умирал за меня, Блейз, — развернулся Драко и прошёл к камину, остановившись, опираясь ладонями о каменную поверхность. — Мне нужно разгрести всё это самому. Блейз подошёл ближе, но не стал ничего говорить, а потом в комнате раздался глухой хлопок. — Мастер Малфой, к вам гость, — поклонился домовик. — К чёрту, — закрыв глаза, пробормотал парень. — Кто там? — спросил у эльфа Блейз. — Мисс Грейнджер.

***

Гермиона не могла избавиться от пронизывающего холода, который поселился внутри с тех пор, как они встретились с Драко. Она знала, что время на исходе: скоро церемония, две девушки, одна неделя — им нужен был план. Но вот вопрос, на который она даже сама себе не могла ответить: «На кой чёрт я вообще в это влезла?» Малфой ей никто: не друг, не союзник, не любовник. Так почему она снова здесь? Почему, несмотря на всю его ледяную отстранённость, его надменность, его категорическое «я не нуждаюсь в вашей помощи», она продолжала искать решения? Она могла бы сказать, что просто не привыкла бросать дела на полпути, что когда она согласилась помочь Гарри, выбора уже не было, что она человек слова, и раз уж она вписалась в эту историю, то доведёт её до конца. Но была и другая правда: она не ожидала, что всё окажется настолько серьёзно, что это все превратится в реальную тревогу за жизнь Малфоя. Что она осознает, что он действительно стоит на краю, один против всех, балансируя над пропастью. Он слишком сильно погряз в этом болоте, но при этом она верила, что он не виноват. По крайней мере, не так, как считает Гарри. Гермиона надеялась, что он не связан с продажей наркотиков, потому что если связан, то… она не знала, как ему помочь. Потому что Гарри его не вытащит, никто не вытащит — она это понимала. Поттер был раздражён после их встречи, и Гермиона еле отговорила его от официального допроса. — Ты его только подставишь, — сказала она ему. — Ты не узнаешь ничего нового. Ты вобьёшь гвоздь в крышку его гроба. Гарри взбесился, но через пять минут сам осознал правоту её слов. Так что осталась только её нелепая, иррациональная вера в то, что Драко Малфой, каким бы он ни был мудаком, не настолько чёртов ублюдок, чтобы торговать наркотиками. Вот только он ничего не говорил. Холодно смотрел в ответ на все их вопросы о наркотиках и вел себя так же как тогда, когда швырнул ей в руки этот проклятый шарм в виде маски через пару минут после того, как хотел выгнать из шоу. Она вошла в гостиную и застыла, потому что увидела интересную картину: Драко стоял, уперевшись ладонями в каминную полку, его спина была напряжена, плечи будто несли вес всего мира. Воздух в комнате был пропитан алкоголем и злостью. Блейз Забини сидел в кресле, скрестив руки, и смотрел на него с непроницаемым выражением лица. — Интересно, — выдохнула Гермиона. Драко медленно повернул голову, но взгляд сфокусировал не сразу — он смотрел на неё, но будто бы через неё. Едва заметная улыбка скользнула по его губам, глаза лениво прищурились. — Это что, галлюцинация? Или ты и правда здесь? — голос был чуть хрипловат, но издевка в нём всё ещё чувствовалась. — Соскучилась? Или не смогла дождаться церемонии? Гермиона стиснула зубы. — Ты прекрасно знаешь, зачем я здесь. Драко усмехнулся, разглядывая её с явным удовольствием, но при этом его пальцы сжались на бокале, который он держал. — Должен признать, Грейнджер, ты умеешь испортить настроение. Только что всё было прекрасно — огневиски, луна, отсутствие твоего упрямого лица в поле зрения… — Как жаль, что я испортила тебе идиллию, — парировала она. Драко приподнял рокс в знак тоста и сделал глоток, но в этот момент рядом возник Блейз. Он не смотрел на Драко — только на Гермиону. — Не дави на него, — тихо сказал он. — Просто дай ему время. — У нас нет времени, Блейз, — её голос стал резче, чем она того хотела. — Очаровательно, — протянул Драко, подаваясь вперёд. — Если уж обсуждаете меня, может, хотя бы сделаете это не у меня под носом? Или я настолько не в состоянии, что можно игнорировать моё присутствие? Гермиона бросила на него раздражённый взгляд, но прежде чем ответить, Блейз наклонился чуть ближе и тихо спросил: — Ты же не собираешься… использовать его состояние? — Останется невинным, не волнуйся, — с язвительной улыбкой бросила она. Блейз ещё секунду смотрел на неё, потом молча кивнул и ушёл. — Итак… — повернулась обратно к Драко она. — Итак, — передразнил он её. — Ты всё-таки здесь. Значит, либо что-то срочное, либо ты слишком хочешь видеть меня в нетрезвом состоянии. — Второе мне совершенно не интересно. — А вот это обидно, — усмехнулся он, сжав бокал и делая ещё один глоток. — Значит, срочное. Что ж, Грейнджер, удиви меня. Гермиона молча призвала пустой стакан, наполнила его и села на диван. Драко усмехнулся, наблюдая за её действиями с ленивым интересом, а затем завалился рядом, небрежно перекинув руку через спинку дивана и сделав глоток. — Вечер, уединённая обстановка, ты приходишь ко мне домой… — задумчиво протянул он, медленно обводя её взглядом. — Грейнджер, неужели ты так сильно хочешь закончить то, что чуть не произошло на пляже? Гермиона даже не вздрогнула, но её пальцы крепче сжали бокал, и она скользнула по нему оценивающим взглядом. — Предпочитаю мужчин в сознании, — спокойно ответила она. — А зря, — протянул он, наклоняясь чуть ближе, голос его стал низким, почти мурлыкающим. — Я бы воспользовался моментом. Она медленно повернула голову, их взгляды встретились, и в её глазах мелькнул вызов. — Думаю, нет. — С чего такие выводы? — растянулись его губы в ленивой ухмылке. — Не думаю, что у тебя какие-то проблемы с женщинами, чтобы их спаивать, — чуть склонила голову набок Гермиона. — Ах, Грейнджер… — протянул он, поставив бокал на стол, а в его глазах вспыхнуло что-то опасное. — Значит, ты уверена, что мне не нужно прибегать к таким… уловкам? — Достаточно уверена, — пожала она плечами, делая глоток огневиски. — Любопытно, — Драко не отводил взгляда. — Ты вообще много обо мне думаешь, да? — О, исключительно в контексте того, насколько ты способен на адекватные решения, — парировала она. — Ну, раз уж заговорила о решениях… — он наклонился чуть ближе, почти касаясь её колена своей ногой. — Допустим, я сейчас трезвею. Что тогда? Она наклонилась вперёд, словно собиралась ответить в том же духе, но вместо этого положила руку ему на грудь и легко оттолкнула назад. — Тогда мы продолжим разговор. Но без игр. Драко фыркнул, сделав вид, что её действия его позабавили. — И что теперь? — протянул он, зажигая сигарету и делая затяжку. — Ты пришла, чтобы я выдал тебе все свои секреты? Даже интересно, что вы с Поттером там напридумывали. Гермиона сжала бокал в руках, но не дала раздражению взять верх. — Я ни во что не играю, — спокойно сказала она, игнорируя дым. — Я просто думала, что мы сможем обсудить всё подробнее. Составить план. Драко хмыкнул, покачав головой. — План, значит. Очаровательно, — сделал он ещё одну затяжку, а потом, прищурившись, посмотрел на неё. — Ну давай, Грейнджер, задавай свои вопросы. Ты же здесь за этим? Гермиона внимательно посмотрела на него. Веки у него чуть подрагивали от усталости, в глазах застыло то состояние, когда человек уже слегка потерял границу между мыслями и словами. Ещё пара бокалов — и он, возможно, действительно скажет больше, чем собирался. — Это не лучшее время для обсуждения, — наконец сказала она. — Я не ожидала, что ты будешь… таким. Драко удивлённо поднял брови, замерев с сигаретой между пальцев. — Каким таким? Пьяным? — усмехнулся он. — Если бы я был на твоём месте, Грейнджер, то не упускал бы шанс: завтра я могу передумать. — Вот именно поэтому я не собираюсь этим пользоваться, — сказала она твёрдо. — Я хочу, чтобы ты принял решение осознанно. Чтобы ты сам выбрал сторону, когда будешь в здравом уме, а не под влиянием алкоголя или обстоятельств. Драко молчал, только снова затянулся, прищурившись и смотря в ее янтарные радужки. — Я не хочу, чтобы ты потом жалел или обвинял кого-то, — продолжила она. — Не хочу, чтобы ты считал, будто тебя вынудили или подтолкнули. Это должно быть твоё решение. Драко долго смотрел на неё. Что-то в его взгляде поменялось, но он не прокомментировал, только сделал последнюю затяжку и растворил окурок в воздухе. — Ладно, Грейнджер. Чем займёмся? — голос был чуть приглушённым, ленивым, но с отчётливым вызовом. — Секреты тебя, похоже, не интересуют. Секс ты тоже отвергла… остаётся что, поговорить о погоде? — Как насчёт того, чтобы ты пошёл спать? — подняла бровь Гермиона. — Ты так за меня переживаешь? Если ты хотела уложить меня в постель, могла бы сказать сразу, без всей этой лишней болтовни. — Укладывать тебя в постель? — фыркнула Гермиона и скрестила руки на груди. — Да, конечно. Драко лениво усмехнулся, не отводя от неё взгляда. — А ты знаешь, Грейнджер, мне начинает казаться, что ты просто боишься остаться со мной наедине. — Бояться чего? Того, что ты в своём состоянии решишь, что умеешь соблазнять? — Решу? — он картинно возмутился, потягиваясь и как бы случайно задевая её бедро. — Грейнджер, ты знаешь, сколько девушек мечтают оказаться на твоём месте? — Вряд ли хоть одна из них мечтала сидеть рядом с тобой, когда ты уже на грани завалиться лицом в подушку. — Ну, это ты так думаешь, — он прищурился, ухмыляясь. — Хотя, возможно, ты просто ищешь оправдание. — Оправдание чему, Малфой? Драко лениво наклонился к ней, опираясь на спинку дивана, отчего пространство между ними сузилось до опасного минимума. — Оправдание тому, что тебе нравится сидеть здесь, разговаривать со мной, спорить со мной… И, возможно, даже нравится, что я сейчас флиртую с тобой. Гермиона сжала губы, подняла бокал и сделала медленный глоток. Потом поставила его на стол и также наклонилась вперёд, почти повторяя его позу. — Если бы ты действительно был уверен в своей неотразимости, Малфой, тебе бы не пришлось доказывать мне, что я в восторге. Драко усмехнулся, его пальцы небрежно пробежались по её запястью, но она даже не дёрнулась. — Не нужно доказывать очевидное. — Ты прав, — внезапно согласилась она. — Очевидно, что ты на грани свалиться без чувств, и тебе срочно нужно в кровать. — Ты хочешь загнать меня в спальню так быстро? — вздёрнул бровь парень. — Я даже не успел продемонстрировать весь свой шарм. — Ты успел продемонстрировать только свой алкоголизм, — парировала она. Драко громко вздохнул и нехотя поднялся, шатаясь. Уже у двери он обернулся и лениво облокотился на косяк. — Если ты вдруг передумаешь насчёт секса… — …то мир рухнет, и тебе будет не до этого, — отрезала она. Драко рассмеялся и, покачав головой, ушёл в спальню.

***

Малфой сидел в глубоком кресле, вытянув ноги вперёд, и лениво наблюдал за суматохой вокруг: все готовились к интервью перед церемонией. Камеры были расставлены идеально: приглушённый свет, мягкий оттенок теней на его лице. Всё продумано. Всё контролируемо. Мысли ускользали. Драко уже не смотрел на световые панели и операторов, не слушал, как Блейз о чём-то беседует с Лавгуд в стороне. Он думал. Сегодня он должен будет сделать выбор: две девушки останутся, а одна уйдёт. Один вариант был очевиден: Пэнси. Она вписывалась в сценарий шоу идеально, поэтому никто не удивится, если именно она окажется в финале. Но кто будет второй? Ответ казался прозрачным — его выбором должна стать Инес, но, черт побери, была еще и Грейнджер. Если он оставит Гермиону — это будет сигнал. Она воспримет это как зелёный свет: не как романтический жест, не как стратегический ход для шоу, а как разрешение продолжать втягивать его в эту чёртову шпионскую миссию. И вот вопрос: был ли это правильный ход? Могло ли это помочь ему выпутаться или её дружок-аврор просто использует его, а потом посадит в камеру по соседству с Беккетами? Гарри Поттер не выглядел человеком, который делает подарки. Он не предлагал сделки, он не обещал защиты — он ждал, что Драко сам сделает первый шаг. И Грейнджер… Он был уверен: если бы она навалилась с претензиями, он бы просто разнёс эту встречу к чертям. Но она не давила, не воспользовалась преимуществом, когда у неё был шанс прошлой ночью: сигаретный дым, её глаза, спокойствие, которым она окружила его, когда могла бы давить, требовать, загонять в угол. Но она не стала. «Я не хочу, чтобы ты потом жалел или обвинял кого-то. Это должно быть твоё решение». Она дала ему право выбора. Проклятье, с каких пор кто-то вообще оставлял ему выбор? Он не знал, что хуже: то, что она его оставила, или то, что он на самом деле начал думать об этом. Она позволила ему самому выбрать сторону, и теперь он думал: если он выберет её, это будет ещё один ход в игре? Она была искренней или это очередная манипуляция? Грейнджер не была его союзником, но и врагом тоже уже не казалась. На любовницу она не тянула, несмотря на все... поцелуи. Кто она вообще ему? Хочет ли она остаться не из-за всего, что творится вокруг, а просто потому, что ей действительно хочется быть в этом шоу? Без скрытого подтекста, без манипуляций, без очередной партии в его бесконечной игре. Мысль была настолько абсурдна, что он усмехнулся себе под нос. Грейнджер и бескорыстие — слова, конечно, близкие, но в его мире таких совпадений не бывает. Но тогда почему, чёрт возьми, ему так сложно перестать думать об этом? Она раздражала его своей привычкой говорить прямо, смотреть в глаза и разрушать все тщательно продуманные планы. Драко привык к миру, где всё решает расчёт и выгода, а она появлялась и просто переворачивала доску. Он потёр виски, пытаясь сбросить навязчивые мысли. Ему не нужен был союзник, тем более не нужна была какая-то нелепая романтика. И всё-таки сейчас, когда выбор внезапно оказался в его руках, Драко не мог понять, что бесит сильнее: её доверие или то, что оно на самом деле для него что-то значило. Камеры мигнули красными огоньками — пошла запись. — Добрый вечер, дамы и господа, — начал Блейз уверенно. — Сегодня перед церемонией я посчитал важным дать каждому зрителю возможность лучше узнать самого завидного жениха магической Британии. Ну же, Малфой, каково это — быть тем самым холостяком? — Бесценно, — лениво протянул Драко. — Очень занимательное путешествие. Блейз рассмеялся, расслабленно откинувшись в кресле. — Всё же ты согласился, значит, хочешь найти любовь. Расскажи, есть ли у тебя ощущение, что ты на верном пути? Может быть это шоу даст тебе больше, чем ты ожидал? — с акцентом на последем слове спросил мулат. — Путь извилист, Блейз, — серьезно ответил Драко. — В любом случае, как бы все не закончилось, думаю, это поучительный опыт. — То есть ты еще не знаешь, кому ты наденешь кольцо на палец в финале? — пронзил его своими тёмными глазами Забини. — Я пока не принял решение, — уклончиво ответил Малфой, заставив Забини выгнуть бровь, но друг быстро взял себя в руки и переключился на следующую тему. — Давай начнём с очевидной фаворитки, — начал Блейз. — Пэнси — девушка, с которой у тебя случился первый поцелуй на проекте. Вы знаете друг друга всю жизнь, прошли через Хогвартс, войну, становление бизнеса. Почему же вы раньше не пытались что-то построить? Драко чуть усмехнулся, словно этот вопрос был для него забавным. — Мы были коллегами, соратниками, лучшей командой, если угодно. Просто так вышло, что мы никогда не пересекали эту черту. — И что изменилось? — Она пришла на шоу, — пожал плечами Драко. — И я увидел её по-другому. Оказалось, что за пределами дружбы Пэнси — потрясающая женщина. Блейз понимающе кивнул. — То есть ты допускаешь, что между вами может быть нечто большее? — Я допускаю, что Пэнси Паркинсон — идеальная женщина, — улыбнулся Драко, уворачиваясь от прямого ответа. — Что насчет Инес? — Блейз сменил тему с лёгкостью профессионала. — Ворвалась как буря, вонзила тебе нож — в прямом смысле слова. Ждал ли ты, что она дойдёт так далеко? — Честно? — усмехнулся Драко. — Инес из тех женщин, которая либо должна уйти первой, либо оказаться в финале. Средний вариант ей бы не подошёл. — Она огонь? — Она пожар. Но дело не только в её натуре: Инес страстная, яркая, она живёт так, словно мир создан для неё. Это сложно игнорировать. — И ты не игнорируешь? — Давай скажем так: мы оба умеем наслаждаться моментом. Блейз хмыкнул, но не стал развивать тему. — Ладно. Теперь давай перейдём к главному сюрпризу сезона — Гермиона Грейнджер. Блейз выдержал драматическую паузу, смакуя реакцию зрителей, которые явно прильнули к экранам. — Так что, Малфой, может ты просто хочешь нам признаться, что это твоя старая школьная влюблённость? — Потише, Забини, ещё слухи запустишь, — фыркнул с улыбкой Малфой. — Они уже пошли. — Прекрасно. Добавь к ним, что я ночами пишу ей любовные письма. — О, обязательно, — хмыкнул Блейз. — Но скажи честно, ты ожидал, что она дойдёт так далеко? — Нет. — И как так вышло? — Она удивительная женщина, — произнёс Драко, и тон у него изменился. Блейз хищно усмехнулся, но не дал Малфою ни секунды передышки. — В каком смысле? — В том, что она меня бесит. Блейз хмыкнул. — И это удерживает её здесь? — Я не люблю тривиальности. Блейз наклонился чуть ближе, с лёгким прищуром, словно предвкушая реакцию. — Многие зрители интересуются… что же случилось на пляже? Драко лениво поднял бровь, делая вид, что вопрос его совершенно не заботит. — Камеры тогда отключились, — продолжал Забини, с нарочитой задумчивостью, будто воспроизводя события. — А потом, на следующем же свидании после заезда, вы ругались… и целовались, как, — хищно улыбнулся он, — животные. Драко позволил паузе повиснуть в воздухе, чуть склонил голову, словно обдумывая, стоит ли отвечать. — Забавно, как ты это описываешь, Блейз, — он склонился чуть вперёд, ухмыльнувшись. — Может, мы просто соскучились друг по другу? Блейз безмятежно пожал плечами, не поддаваясь на игру. — Так что случилось на пляже, что вы так «соскучились» друг по другу? Драко сделал вид, что размышляет, чуть закатив глаза к потолку. — Скажем так, мы… выясняли отношения. — Судя по тому, что мы видели, очень… эмоционально, — усмехнулся Забини. — Я просто хотел, чтобы Грейнджер перестала на меня орать хоть на пару минут. — О, да, конечно, — прыснул мулат. — Самый эффективный способ — засунуть язык ей в рот. — Работает же, — пожал плечами Малфой. Блейз прищурился. — Но что же всё-таки произошло на пляже? — Ты знаешь, что мне больше всего нравится в этом шоу? — задумчиво постучал по подлокотнику парень. — Ну-ка? — Некоторые вещи остаются за кадром. — Ну, хоть намекнёшь? — поиграл бровями Забини. — Или будешь играть в джентельмена? Драко посмотрел в камеру и ухмыльнулся. — Пусть зрители сами разгадают. Блейз задумчиво качнул головой и снова поменял тему. — Итак, что бы ты сказал сам себе в первый день съёмок? — Беги, — сразу ответил Драко. — И куда бы ты бежал? — засмеялся Блейз. — Как можно дальше. — Но ты всё ещё здесь. — Да. — Значит, что-то тебя удерживает. Драко чуть сощурился, но улыбнулся. — Возможно. — Что ж, Малфой, — хмыкнул Забини. — Это было… по-своему познавательно. — Рад, что я смог тебя развлечь. — Думаю, развлечен не только я, но и вся магическая Британия. Драко ничего не ответил, лишь усмехнулся, но оказалось, что это мучение не окончено. — Спасибо за твои ответы, Драко. Но у меня есть небольшой сюрприз, — заговорщески наклонился к нему Забини. Малфой еле сдержался, чтобы не закатить глаза. — Мы все в предвкушении того, кто же из девушек окажется в финале? Чтобы помочь тебе, ну или немного усложнить ситуацию… — хмыкнул ведущий, — мы попросили участниц оставить тебе послание. Драко скрестил руки на груди, скрывая недовольство. — Готов посмотреть? — спросил Блэйз, подмигивая. — Давай, — лениво кивнул Драко. Экран вспыхнул, и появилась Пэнси, которая сидела в роскошном кресле с идеально прямой спиной и уверенным взглядом. — Драко, дорогой, — начала она, слегка наклоняя голову. — Ты и я всегда понимали друг друга без слов. Ты знаешь, что я не буду тебе напоминать, сколько лет я рядом, сколько раз я знала, что для тебя будет правильным выбором, даже когда ты сам в этом сомневался. Ты умеешь мыслить стратегически, думать о будущем, делать правильные шаги — верю, что ты сделаешь его и сейчас. Драко не успел никак это прокомментировать, потому что картинка резко сменилась, и на экране появилась Инес, сидящая на фоне свечей, которые создавали романтичную атмосферу. — Драко, я никогда не боялась говорить правду, — начала она чуть хрипловатым томным голосом. — А правда в том, что между нами огонь: настоящий, дикий, необузданный. Ты можешь пытаться его игнорировать, но он есть, и он не исчезнет. Тебе решать, что с ним делать, но скажу одно: если ты выберешь меня, то никогда не соскучишься. Включилось последнее видео. Гермиона сидела в своем привычном прямом положении, кудри в привычном хаосе обрамляли лицо. — Ты знаешь, мне всегда казалось, что самое важное — это не просто выбор, а то, как мы будем жить с его последствиями, — раздался ее спокойный уверенный голос. — Можно пойти по легкому пути, а можно выбрать что-то сложное, но настоящее. Ты любишь вызовы, Драко. И ты знаешь, что иногда самые неожиданные решения приводят к самым правильным результатам. Я верю, что ты сделаешь не просто правильный выбор, но и сумеешь сделать его вовремя. Экран погас, погрузив комнату в тишину. Гермиона не сказала ничего очевидного, но он понял ее сигнал: она не говорила о химии между ними, она не говорила, что хочет, чтобы он выбрал ее. Эта женщина смотрела на пять ходов вперед, и Драко уже решил, какой ход сделает он.

***

Ночь нависла над съемочной площадкой. Мягкий свет фонарей заливал дорожку, ведущую к центру сцены, где, затаив дыхание, стояли три девушки. Блэйз вышел вперед, поправляя манжеты идеально сидящего песочного костюма, в его глазах плясал азарт, голос звучал глубже, чем обычно, с едва уловимой ноткой предвкушения. — Добрый вечер, дамы и господа. Сегодняшняя ночь особенная. В этом сезоне осталось три девушки, но уже через несколько минут их будет только две. Финал — ближе, чем когда-либо. За спинами этих девушек — недели испытаний, эмоций, неожиданных открытий. И впереди — последнее решение перед главным выбором. Он перевел взгляд на Драко. — И этот выбор сделаешь ты. Драко медленно шагнул вперед, его тёмный костюм отбрасывал резкий контраст на фоне золотистого освещения. Взгляд был непроницаем, поза расслабленно-уверенная. — Выбор, — его голос прозвучал низко, вкрадчиво, будто пробрался под кожу. — Забавная вещь. Иногда он кажется очевидным, а иногда… превращается в испытание. Он скользнул взглядом по девушкам, поочередно, оценивая, изучая. Он посмотрел на Пэнси, облаченную в элегантное платье с узором змеиной кожи, что идеально подчеркивает ее статус утонченной, хищной красавицы и истинной слизеринки. Она чуть склонила голову, будто признавая — да, она ждет его решения, но уже заранее уверена в нем. — Кто-то умеет ждать. Ждать и рассчитывать на то, что старые связи и верность прошлого окажутся важнее всего. Стальные радужки врезались в Инес, которая выбрала принт в виде зебры и вызывающие сапоги. Весь ее вид отражал характер: она была похожа на саму стихию — необузданную, свободную, требующую внимания. Губы чуть поджаты, рука легко сжала браслет на запястье. — Кто-то не боится огня. Не боится рисковать, идти напролом, не скрывая своих желаний. Он встретил на своем пути янтарные радужки. В этом леопардовом платье Грейнджер казалась вызовом. Дерзкой, но не кричащей. Она не отвела взгляда, не моргнула, а только чуть заметно сжала руки в замок перед собой, в ожидании его решения. — А кто-то… неожиданно становится самым сложным вызовом. Драко на секунду задержал дыхание, затем выдохнул медленно, почти лениво, но в его взгляде мелькнуло что-то хищное, острое. Глаза сузились, будто он уже видел исход этого вечера, но намеренно оттягивал момент. — Сегодня я должен сделать выбор, — наконец заговорил он, голос звучал ровно, почти задумчиво. — Каждый день мы вынуждены выбирать: как поступить, что сказать, кого оставить, кого отпустить. Он скользнул взглядом по Пэнси, затем по Инес и Гермионе, заставляя их невольно напрячься. — И знаете… — сделал он короткую паузу, подчеркивая предвкушение. — Сегодня я позволю себе не выбирать. Повисла тишина. Пэнси чуть заметно выдохнула, моргнула, хмуря брови. Инес вскинула голову, её глаза сверкнули подозрением, а губы приоткрылись в немом вопросе. Только Гермиона осталась неподвижной, её взгляд был изучающим, просчитывающим. — Что это значит? — первой спросила Пэнси, слегка качнув бедром в сторону. Драко не ответил сразу. Он лишь небрежно щелкнул пальцами, и в тот же миг на браслетах девушек появились новые шармы. Пенси первой заметила свой: маленькая змея, свернувшаяся кольцом, сверкала изумрудными глазами. Её взгляд вспыхнул триумфом, губы изогнулись в довольной усмешке. — Для истинной слизеринки, — сказал Драко низким голосом. У Инес на запястье появилась миниатюрная пантера, тело которой было усыпано черными бриллиантами. Инес опустила глаза, пробежалась пальцами по украшению, а затем вскинула голову, будто бросая вызов. — Зебра не для тебя, — чуть склонил голову набок Драко, изучая её реакцию. — В тебе слишком много кошачьего. Гермиона медленно опустила взгляд и увидела на своем браслете изящную львицу, которая сверкала драгоценными камнями. — Символ Гриффиндора — лев, — негромко произнес Драко. — А ты, насколько я помню, была принцессой этого факультета… хоть я и отказывался это признавать в юности. — Ты оставляешь нас всех? — наконец спросила Грейнджер. В голосе не было удивления, только уверенность, будто она уже поняла, что это всего лишь часть его игры. «Умный ход». — Да, — подтвердил Драко спокойно. — И что изменится за неделю? — Инес прищурилась, взгляд её потемнел, голос приобрел острый, недоверчивый оттенок. Ей казалось, что она уже стояла на грани вылета, и вот, неожиданный шанс. Драко чуть усмехнулся. — Ты не представляешь, сколько всего может произойти за неделю, — его голос прозвучал туманно, словно намек. Блэйз с удовольствием наблюдал за их реакциями. Он развернулся к камере, ловя момент, когда каждая из девушек пыталась осознать происходящее. — Следующая неделя особенная… — он выдержал паузу, добавляя театральности. — Ведь перед вами возникнет поистине сложнейшее испытание. Сложнее, чем любые вызовы, с которыми вам приходилось сталкиваться. Все трое переглянулись. — Испытание, с которым не всегда удается справиться даже мне, — ухмыльнулся Драко. Малфой поднял голову, глядя прямо на девушек, а затем, чуть приподняв уголки губ, бросил, словно между делом: — На следующей неделе вы познакомитесь с Нарциссой Малфой. Скитер, сидевшая неподалеку, закатила глаза от всех этих маневров холостяка, который точно сведет ее в могилу своими решениями. Пэнси вздернула подбородок, но в глазах мелькнула тень напряжения. Инес резко вдохнула, а Гермиона чуть заметно повела плечами, будто уже готовясь к грядущей битве. — Могу лишь пожелать удачи, — добавил Драко, усмехнувшись.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!