Глава 12. Ночь будет длинной

За Ричардом мягко захлопнулась дверь. Рокэ в очередной раз заерзал, пытаясь освободиться, и понял: в Лаик его оруженосец весьма обстоятельно подошел к урокам военного дела. Осознание собственной беспомощности и абсолютной власти Окделла неимоверно злило, в крайней степени нервировало, возмущало и… самым абсурдным образом возбуждало. Внизу живота томительно ныл горячий узел. «Перестань все контролировать» — постоянно говорил Марсель, когда Рокэ приходил к нему за разрядкой, «Тебе нужна веревка и плеть, Росио»… Закатные твари, вот куда ушел этот Окделл?! Ну, не на конюшню же за плетью, в самом деле!.. От последней мысли Ворону стало совсем уж не по себе, но тут, наконец то, скрипнула дверь. — Окделл, где Вас кошки носили? — требовательно произнес Ворон. — Немедленно развяжите меня. — Вы этого не хотите мой эр, — усмехнулся Ричард и присел на край кровати. — Вам ведь нравится быть связанным, только Вы в этом не можете признаться. А вот Ваше тело весьма красноречиво! Я ходил в свою комнату, надо было взять кое-что. — Что взять? — хлопнул длинными ресницами Рокэ. Ему не было видно, что у оруженосца в руках. — Раз уж Вам пришла фантазия повторить сцену из «Серебряной Сотни», там ничего… ничего постороннего! — Верно, — согласился Окделл, довольно улыбаясь. — Но я еще другую книгу решил почитать, и, представьте себе, обнаружил в ней Ваши закладки. — Какую еще книгу? — недоверчиво спросил Рокэ. — Дам подсказку: там тоже есть раздел «Наказания», как в «Кодексе оруженосца», — усмехнулся Ричард и продемонстрировал эру то, что принес: свой шелковый платок и блестящее черное перо. — В купальне я заметил, что Вы боитесь щекотки, мой эр. — Окделл… — оторопело вымолвил Рокэ, дернув связанными руками. — Не смейте!.. — Вам понравится, эр Рокэ, — заверил Ричард с хищной улыбкой, складывая свой шелковый платок в ленту. Ворон не давался, сколько мог, требовал развязать, но вскоре понял — Окделл, чей девиз «тверд и незыблем», от своей затеи не отступится. Навалилась обреченная неизбежность, и Первый маршал Талига сдался. Раз уж так, пусть все быстрее закончится. — Вот так бы и сразу! — довольно произнес Ричард, завязал эру глаза платком и полюбовался. — Вы прекрасны, мой эр… Совершенство… — Делайте уже, что задумали, — равнодушно отозвался Рокэ. В груди ныла глухая тревога — это испытание нужно выдержать с честью. Не проиграть, когда победить невозможно… Сердце гулко билось, напрягся всем телом, едва дыша в ожидании прикосновения, невольно дернулся — но это было не перо, а большие теплые руки Окделла. Он не сжимал до синяков, как в прошлый раз, а гладил то подушечками пальцев, то всей ладонью. От этой безумной игры в низу живота сжимало узлом нарастающего желания, из-за нервного напряжения тело особенно остро реагировало на ласки мучителя — пусть и неопытного, но страстного. — Скажите, эр Рокэ, Вы только хотели поиграть со мной? — теплые руки вдруг исчезли, и Ворон понял: теперь будет «допрос» с пером… — Вас забавляло мое смущение, так? — Оно меня всегда забавляет, — охрипшим голосом отозвался Рокэ и дернулся, ощутив прикосновения пера к ключице. — Окделл!.. — Тш–ш-ш… — заботливо произнес оруженосец и оседлал, чтобы его эр меньше дергался. Рокэ облизнул пересохшие губы. Перо мягко скользило по ключице, и нежная кожа отзывалась трепетными мурашками. Но это — не щекотка, а изысканная ласка «на грани», что возбуждает, и, в то же время нервирует: если провести пером к шее, по кадыку… Закатные твари! Ворон судорожно вздохнул. — Приятно? — едва слышно спросил Окделл. Перо скользнуло по другой ключице, минуя шею, и вдруг исчезло. — Значит, Вам было забавно… Но в какой-то момент Вы решили не забавляться, а совратить меня, да? — Решил, — нервно сглотнул Алва. Перо коснулось ореола соска — не остро, а нежно и медленно очертило круг, отчего внизу живота полыхнуло огнем. — Ну, сделайте уже полностью, Окделл!.. — Как прикажете, монсеньор! — низким голосом отозвался Окделл, облизнул кончик пера и провел им по набухшей горошине. — А-ах… Дикон…. — выгнулся Рокэ. — Еще… — Значит, я Вам нравлюсь? — не унимался мучитель. И снова убрал перо, когда так хотелось этих сладостных ощущений! — Да!.. — рвано выдохнул Ворон. — Еще, ну, пожалуйста!.. Перо неторопливо скользнуло по ореолу другого соска. Рокэ беспомощно застонал. Закатные твари, похоже, ночь будет длинной…