Глава 15. … или дал?

В Лаик шептались не только о нежном гиацинте Катари. Не менее популярной была полная противоположность «набожной» королевы — Марианна Капуль-Гизайль, самая знаменитая куртизанка Олларии. Говорили, что она ублажает мужчин особым способом, который сводит с ума, заставляя возвращаться к развратнице снова и снова. И сейчас, глядя на своего истерзанного невыносимым желанием эра, Ричарда озарила шальная идея — довести его до финала именно так. Спустился поцелуями по впалому животу Ворона к гладкому паху — вот зачем он избавился от волос, чтобы можно было ласкать и там! Ричард облизнул губы и решительно накрыл подрагивающий от нетерпения член эра своим горячим ртом. Весьма смутно представлял, что надо делать, попытался взять как можно глубже, поперхнулся и отстранился. — Не надо так глубоко, юноша, — прошептал Рокэ, выгибаясь. — самое… самое чувствительное — головка… Окделл не ответил, снова принялся ласкать губами. Исследовал, облизывал, мягко посасывал… Наслаждался. До чего же это было восхитительно — осознавать, что эр ему доверился, управлять его ощущениями, решать, что будет в следующую секунду! — У Вас есть руки, юноша, — выдохнул Рокэ. Ричард не сразу понял, что нужно делать, но Ворон пошире развел колени, и тут стало ясно. Осторожно толкнулся пальцем, ощутил, как хорошо растянут его эр, и вошел сразу двумя, вырвав у Ворона восхитительный сладкий стон. Рокэ подавался бедрами навстречу, что-то неразборчиво хрипел по-кэнналийски… Ричард понимал, что эр сейчас кончит, но все равно это вышло для него неожиданно — снова поперхнулся, когда Ворон выгнулся и закричал… Окделл отстранился, тяжело дыша. Ощущать вкус чужого семени было странно, но… совсем не противно. — Развяжите… — едва слышно попросил Рокэ. — Сейчас мой эр, — выдохнул Ричард. Пришлось повозиться с затянувшимися узлами, но разрезать шелковую ленту не потребовалось. Растирал затекшие руки Ворона, любовался, сбивчиво шептал что-то ласковое… Ричарда переполняла нежность, он хотел всю ее отдать своему эру… Обнял, осыпал поцелуями его прекрасное лицо, покрытое бисеринками пота… — Я все правильно сделал? — прошептал Окделл, прижимая к себе Ворона. — Замечательно… — пробормотал Рокэ, поудобнее устраиваясь в мускулистых руках оруженосца. — Не ожидал, что Вы проявите такую инициативу… Впрочем, всего остального я тоже не ожидал, думал, Вам пришла безумная идея щекотать меня. — Я ни за что не стал бы этого делать, мой эр, — серьезным тоном отозвался Окделл. — Та книга, «Трактат о любви по-гайифски»… Я прочитал именно те места, где были закладки, и понял, что самое сложное для Вас — довериться и перестать все контролировать. — Так значит, Вы заранее задумали меня связать, юноша? — Рокэ удивленно вскинул точеную бровь. — Но ведь Вы сами дали понять, что желаете этого, — Окделл зарылся рукой в шелковые черные пряди своего эра. — А перо… Я не хотел Вас напугать. Сделал это, чтобы Вы поняли, что можете мне довериться. Буду с большим удовольствием связывать Вас, когда пожелаете! — Это нужно делать, не спрашивая, желаю я, или нет… — едва слышно отозвался Рокэ. — Именно так можно дать то, что мне нужно, юноша. Ричард улыбнулся и крепче прижал к себе эра. Вспомнились собственные слова: «Мне отвратительна мысль о том, чтобы дать». А ведь он это и сделал — дал. Дал своему эру так необходимую ему разрядку, которую Первый маршал Талига не мог себе позволить столько лет… Внизу живота снова нарастало волнение — прекрасное тело эра распаляло куда сильнее гайифских книг. Ричард перевернул Ворона на спину и потянулся за маслом. — Я не говорил, что хочу второй раз, — слабо запротестовал Рокэ, ощущая, как в него решительно проникают пальцы. — А я не спрашивал, — хищно улыбнулся Окделл. — И не собираюсь этого делать, мой эр, просто дам Вам то, в чем Вы нуждаетесь. — Быстро учитесь, юноша, — едва слышно прошептал в ответ Рокэ, подаваясь навстречу руке.