I

      Руслан не знал, куда поступает в этом году, не знал, что ждёт его за порогом, казалось бы, обычного учебного заведения. Первое сентября никогда не было праздником. Парень стоит неподалеку от, судя по всему, своих будущих одноклассников, оглядывая их не то презрительным, не то осуждающим взглядом. 11«Г» выделялся на фоне остальных классов. В этом классе ты не найдешь ни одного человека в светлой рубашке, да что уж там говорить, в обычной рубашке не найдешь никого. И, кажется, вот – девочка красивая, ухоженная, но стоит присмотреться и увидишь, что девочка одета в сугубо черные спортивные вещи, олимпийку «Адидас», и кажется, что она вот-вот ударит тебя по ебалу, уж больно не дружелюбный у нее взгляд. А вот парень рядом с ней стоит, с костяшками на пальцах кровоточащими, в кедах грязнющих, на которых даже видно следы крови засохшей, Руслан от этого зрелища глаза закатывает. Посмотришь глубже – ребята ещё страшнее, кто-то даже не боясь стоит на линейке и затягивается, не слушая нудную речь директора. А вот стоит взгляд чуть-чуть в сторону отвести – увидишь красивых и ухоженных ребят, все как один в белых рубашках, девочки с аккуратным макияжем и косичками на голове. Не то, чтобы Руслан сильно любил всю эту «парадную» хуету, сам сейчас в рваных скинни джинсах и широкой толстовке приперся, но он почему-то сожалел, что его определили не в соседний класс. Наверно, все таки стоило учиться лучше, может быть и взяли бы в класс звеном выше. Парень не знал даже, куда себя деть, стоял поодаль, на стену опираясь. Смелости подойти ближе к такому «дружелюбному» классу не хватило. Он отчётливо помнит, как после информации о смерти матери словно в пьяном угаре забрал документы из старой школы, очистил все запасы матери на «черный день» и уехал в Питер. Жить тут было, очевидно, тяжелее. Пришлось найти работу, работать все лето, чтоб хоть как-то выживать. Снимать квартиру, покупать еду, платить налоги. Ему пришлось слишком рано повзролесть. И это его бесило. Он бы хотел ещё побыть маленьким ребенком, кататься с папой по своему небольшому городку, ездить на речку всей семьёй. Но пришлось вырасти. Тем временем все учащиеся в школу направились, судя по всему на проведение очередных никому ненужных лекций по безопасности на дорогах. На самом деле Руслан очень жалел, что пошел в одиннадцатый. В последние пару месяцев, что он в Питере, он представлял себе, что уже совсем скоро закончил бы учебу, свалив бы он с девятого, что уже был бы рядом с тем, чтоб получить хоть какое нибудь образование и получить какой-никакой стабильный доход, а не шляться по подработкам, где тебя ещё ни во что не ставят. Возможно, если бы мать была жива, то все было бы иначе. Руслан поднимается на четвертый этаж, не привлекая к себе ни какого внимания, идёт позади, спины будущих одноклассников рассматривая. Он решил, что лучше будет тихо отсиживаться за последней партой, чем лезть в недружелюбный класс. Осталось всего девять месяцев. Школа не выглядит сильно плохо, не выглядит потрёпанной или старой, иначе, в ней красивый новый ремонт, стоят куллеры, и даже есть диванчики. Но почему в такой школе держат придурков подобных 11«Г» Руслану не понятно. Хотя, может он рано судит и эти ребята на самом деле окажутся не такими отбитыми отморозками, какими кажутся на деле. Не суди книгу по обложке – как говорится. В класс Руслан заходит последним, по-прежнему не хочет внимания лишнего к себе привлекать. Садится за дальнюю парту у окна, и все вроде хорошо пока идёт. В его сторону никто не смотрит даже. И Руслан рад с одной стороны, ведь все как он хотел. Но все же жаль, что внимания на него не обращают, как-то даже тоскливо становится. Классный руководитель, что на удивление оказался молодым мужчиной, нудно читает какие-то лекции, никто в классе даже не задумывается о том, чтоб его послушать, сидят в телефонах, даже вида заинтересованного не делают. А Руслан иначе, сразу решил показать, что он ответственный и умный ученик, ведь всё-таки задумался о том, что закончить школу хорошо ему придется. Десятый класс парень закончил с одной четверкой, остальные же были тройки, ну, и двойка по несчастной алгебре. В этом году парень настойчиво думал уйти хотя бы в натянутые хорошисты, чтоб поступить на что-нибудь приличное. Тушенцов всем видом показывает свою заинтересованность, не смущаясь смотрит в глаза учителю, что сам уже задолбался читать всякий бред классу, которому явно плевать. Однако, когда долгая речь учителя закончилась, тот упомянул имя Руслана с просьбой остаться после уроков, и вот тогда класс начал озираться в поисках нового одноклассника, а после, заметив его, тихо перешептываясь и посмеиваясь между собой. Тушенцову стало неловко. Когда весь состав покинул учебный класс Руслан непринужденно подтянулся к учительскому столу, закидывая рюкзак на плечо. – Руслан? Так, давай сразу к делу, – мужчина снимает очки и лучезарно оглядывает юношу, – Я Алексей Александрович. Ваш классный руководитель, как ты понял. Не буду проводить долгих и нужных речей, скажу одно, – он осторожно кладет руку на плечо парня, словно испуганно оглядываясь по сторонам, и продолжая говорить в полголоса, – ты, как я погляжу, парень смышлёный, хороший. Будь осторожен в этом классе, – Алексей поддерживающе хлопает по плечу ученика, поджимая губы, – я серьезно. Постарайся не связываться ни с кем, понял? Это.. – он задумался на секунду, – это слишком проблемный класс. Руслан кивает согласно, а сам не понимает, почему его сюда закинули, если даже учителя остерегают его от учеников в этом классе. Разве он настолько плох, что должен учиться среди реальных отбросов? – А в остальном, думаю, сам разберёшься, – классный руководитель ещё раз ободряюще хлопает парня по плечу и, улыбаясь, убирает руку, надевая очки, и продолжая рассматривать какие-то бумажки, – ты можешь идти. Руслан кивает согласно на последок, все ещё новоиспеченную информацию в голове прокручивая. Все таки он правильно понял, когда увидел этот класс пред собой. Не сказать, что Руслану было страшно, скорее он был просто озадачен и заинтересован. Хотелось поскорее узнать, что это за типы и почему их боится даже их собственный учитель. Представление мира окончательно ебнулось, ведь в голове парня школа – это место, где ты избегаешь любого учителя, чтоб тот не вставил тебе за внешний вид, стараешься скрасить серые будни воровством еды у пятиклассников, нудными разговорами с одноклассниками, которые сами идут к тебе, потому что скучно, побег с последних уроков и прогулы физры. Но эта школа ощущалась совершенно иначе. Казалось, что Руслан очутился в совершенно другой вселенной. По пути домой была скурена далеко не одна сигарета и, если честно, парень даже не считал их количество. Добирался до дома медленно, раскуривая синий Винстон и раздумывая. Хороший всё-таки повод для размышлений – школа эта. И с каждой новой мыслью интерес все больше возрастал. Уже хотелось поскорее на учебу выйти, чтоб побольше об интригующих одноклассниках узнать. Дома одиноко и жутко скучно. Дома нет никого, кому Руслан мог бы рассказать события сегодняшнего дня, мог бы поделиться странностями одноклассников. Да что там дома, и в целом городе тоже нет никого, кто мог бы выслушать и просто поговорить. Приходилось каждый день захлёбываться в одиночестве, давясь тошнотворно суицидальными мыслями и представлением мира, останься он в своем родном городке. На самом деле и там друзей как таковых не было. Руслан всегда был одинок и он всегда это осознавал. Он никогда не встречался с девушкой, хотя совершеннолетие уже близится и все одногодки давным давно «стали взрослыми». Вероятно, Руслан сам отгонял от себя всех людей, не давая никому даже шанса приблизиться. Ну, а зачем? Для чего ощущать ответственность не только за себя, но и за свою девушку, например. Да и сам парень понимал, что это явно не для него. Что жизнь в отношениях сделает только хуже всем, и его партнеру, и ему самому. Ведь от него давным давно не осталось ничего, он давно стал просто плотью. Гнилой плотью, не способной ни выражать чувства, ни любить, ни нравится кому-то. Он это понял, он смирился. Хотя иногда в душе хотелось чего-то подобного, как у милых парочек в американских сериалах. Хотелось тоже обнимать человека, считая его своим, целовать, где только можно, потому что имеешь право, чувствать себя нужным, любить, и просто быть счастливыми. Но Руслан старался отгонять от себя эту слабость. Ведь это как-то сопливо? Очередная ночь, в которую парень, как обычно, не может уснуть. Старается, правда, лежит минут пять без дела, больше не может, но не засыпает, продолжая дальше залипать в тикток, уходя в свои мысли через каждые три видео. *** Утро даётся тяжело. С учётом того, что Руслан проспал жалкие два часа, до пяти листая то ленту ВК, то смешные тиктоки, то разглядывая старые фотографии. Однако мысль о том, что сегодня он больше узнает о новых одноклассниках ударила в голову и придала энергии. Даже жить захотелось, вот насколько велик был интерес парня. Быстро закидывая тетрадку в рюкзак, парень выскакивает из квартиры, закрывая ее и выбегая на улицу. Первым делом открывает пачку сигарет, замечая, что осталось только две, грустно вздыхает и, достав одну, поджигает ее, двигаясь в сторону школы. Вторую он, так и быть, оставит на то, чтоб покурить после школы, не выкуривая ее сейчас. Заходя в школу, замечает, что до начала занятий целых десять минут, а это, к слову, огромное достижение, ведь раньше парень обязательно опаздывал на первый урок. Ну, что сказать, год уже начался хорошо. Пройдя слегка вперёд Руслан замечает пред собой доску, на которой висит расписание, взглядом ищет 11«Г», фотографируя его на старенькую семёрку. Денег купить новую, к сожалению, нет. Отходит от расписания, ведь он порядочный и уступает место другим, рассматривает мыльную фотографию, на которой хрен что разглядишь, но все же замечает, что первым уроком география, а это значит с их классным руководителем, а это значит, что ему в тот же кабинет, что и вчера. Даже не пришлось просить чьей-либо помощи. Руслан мысленно считает себя самым крутым и успешным человеком на земле, пока поднимается на четвертый этаж. Зайдя в класс замечает, что там сидит всего человек десять, не больше, и все как один сидят в телефонах, не обращая внимания на окружающую обстановку. Руслан не может не закатить глаза от подобного зрелища. Проходит к месту, где сидел вчера и достает телефон, начиная листать ленту ВК. И что, что он выглядит абсолютно как те люди, которых он только что мысленно осудил. Он же не такой же. Однако сосредоточиться на интеллектуальных мемах все равно не получается, потому что интерес пересиливает, и парень, откладывая телефон, начинает осматривать присутствующих. Прям перед ним сидит какая-то девушка, подкрашивая губы с помощью фронтальной камеры на телефоне, за первой партой, кажется сидят те люди, которых насильно туда посадили, ибо Руслану мало верится, что эти отпрыски могли бы тянуться к знаниям настолько сильно. Вообще, он знатно удивлен, что место, где он сидит сейчас не было занято, ведь это самое кайфовое место для списывания. Хотя, может кто и сидит, но просто не пришел вчера. Но это явно не его проблемы. Недолго он оглядывал ребят. Звенит звонок и в классе даже отчётливо слышно чужое недовольное цоканье. – Доброе утро, класс, – звучит радостный голос классного руководителя. В ответ весь класс молчит, не обращая никакого внимания на Алексея, но тот продолжает солнечно улыбаться, словно и не игнорят его так открыто. Удивительный человек, – так, давайте сразу отметим отсутствующих. Затем следует долгое перечисление большого количества фамилий в ответ на которые чаще всего был слышен ответ: протяжное «нету». – Кашин? – в ответ мужчина слышит уже привычное «нету» и уж думает отметить парня отсутвующим, но тут в пороге слышится чей-то чужой голос. – Как это нету. Вот он я, – он показательно указывает себе в грудь, проходя в класс. Учитель продолжает читать чьи-то фамилии и в классе царит относительная тишина. До того момента, пока Кашин не обращает внимания на свою парту. – Э, – протягивает он, – а это ещё че за олух, – он останавливается рядом с партой, куда уселся Руслан под заинтереванные взгляды окружающих, – ты чё, не слышал? Вали отсюда по-хорошему. Это мое место. – Было твое стало мое, – фыркает Руслан и отворачивается к окну, смущаясь такого количества внимания. Все таки странный это класс. Он убедился. – Нет, ты не понял, – Кашин с показушной силой хватает парня за плечо, разворачивая на себя и ни на секунду не задумываясь бьёт прямо в скулу, – это мое место, – он цедит это сквозь зубы, будто рыча от агрессии. Руслан невдупляет совсем, что и происходит, хватается за место удара, удивлённо глядя на рыжего парня перед ним. Нет уж, он точно чокнутый. Брюнет хватает свои вещи и в одно мнгновение оказывается на другом ряду. Также за пятой партой. Руслану было интересно, что это произошло и почему никто не обратил на эту хуйню внимания. Неужели об этом вчера предупреждал его Алексей Александрович. После первого урока Руслан забил на все свои слова и вышел из школы, долго думая, свалить домой или все таки просто покурить. Челюсть сильно болела, а в голове происходила всякая путаница, что не давала покоя весь урок. Что вообще происходит в этом классе и почему он тут оказался. Это единственное, что мучает Руслана так сильно. Даже алгебра так не ебала парня, как этот вопрос. Недолго думая, парень всё-таки поджигает сигарету и решает вернуться в школу после того, как покурит. Ради матери он должен окончить эту ебучую школу. Недолго продлилось его спокойствие, через пару секунд парень замечает компанию людей, во главе которой уже знакомый рыжий идиот, выходящую из главного выхода, они тут же замечают парня, что стоит поодаль, нервно покуривая сигарету и усмехаются. Рыжий говорит что-то своей свите и уже один двигается в сторону напрягшегося Тушенцова. – Курить есть? – спрашивает рыжий, не успев даже подойти поближе. Руслан долго тупит, рассматривая чужую внешность, заглядывая в яркие зелёные глаза, что словно съедают тебя, веснушки на лице, широкий адидас на плечах и черные спортивки. Стоит и смотрит как дурак, уже позабыв о вопросе. – Э, – рыжий щелкает перед лицом Тушенцова несколько раз, – я тя спрашиваю, сиги есть? Руслан увлеченно головой отрицательно машет, взгляд, наконец, на землю переводя. Не хочется ему с такими людьми общаться, почему-то от Кашина, имени которого он даже не знает, веет чем-то отвратительно неприятным, но чем Руслан понять не мог. – Бля, а если найду, – слышится голос Кашина, – я же вижу стоишь куришь тут, че ты затираешь, нехуй пиздеть мне. Руслан глаза закатывает и совсем не беспокоясь о собственном состоянии средний палец рыжему показывает. Кашин лишь усмехается как-то по звериному и тут же Тущенцову в живот кулак прилетает, затем второй, в нос, а после ногой в колено бьют, отчего Руслан уже не может на ногах стоять, падает обессиленно, а его продолжают по зверски ногами пинать. – Не тому ты, сука, дорогу перешёл, – с запинками слышится чужой голос, – Даже не пытайся мне противостоять, понял меня? – он останавливается, оглядывая парня на земле, а после, недолго думая, вытягивает у него из рук ещё не выкуренную сигарету и тушит ее прям о запястье брюнета, отчего тот болезненно стонет. И рыжий уходит, не глядя даже, смеётся со своими друзьями о чем-то, заходя обратно в школу, а Руслан лежит на земле и успокоиться пытается. «Прости, мама, сегодня придется проебать школу» Парень поднимается, опираясь на стены школы, отряхиваясь, и домой двигается неспеша. Похуй уже, не хочется даже образование получать. Зайдя в квартиру, парень тут же на пол опускается, начиная все вокруг бить в сильнейшей истерике, кроссовки, что до этого спокойно стояли, разлетаются во стороны, из глаз уже слезы во всю текут, но сейчас никто не видит, значит можно. Руслан не знает куда деть себя, ругается на самого себя весь вечер, обвиняя слабаком и придурком. Как можно допустить такое, как можно опуститься так низко. Как это вообще произошло. В этот вечер он винит всех подряд, и мать, оставившую сына одного, и отца, что не научил ебала бить, а просто свалил, когда захотел, и рыжего уебка этого со всей его свитой, и школу дурацкую, и, конечно, себя. Ругается долго, а потом засыпает от усталости.