Глава 11: «И море топило меня в себе»

Одним чудесным утром лисица, спросонья выйдя во двор полюбоваться лучами солнца, обнаружила у себя в обители названного гостя... - Хм? Кролик? Что ты делаешь так далеко в горах? -крохотный гость встречал её на толстых ветках дуба, кажется, сам разыскивая способ выбраться. - Как ты туда забрался? Но кролик, будто-бы без зазрения совести кинулся той в объятья, почему-то уверенный, что его поймают. -Осторожно! Боже, лапуля, ты цел?! Подождите ка...-преподнося кроличью шубку к самому носу, она протяжно вздохнула, подозрительно хмуря брови. - Подожди, почему ты пахнешь знакомо? -неожиданно для неё самой, хвосты позади оживились, то и дело радостно вздымаясь вверх. Инстинкты определенно помнили, в отличии от самой кумихо. «Я определенно чувствовала запах этого кролика раньше....но где?...»

***

- Джуран, молю! Давай поговорим! - Я сказала тебе...идти к черту, двуличный ублюдок!!

Раз за разом, его выставляли за порог те же самые до смерти любимые руки, которые он обожал целовать со всем благоговением и нежностью. А иногда даоджан не доходил до порога и вовсе, к примеру, когда лисицабыласовершенно не в настроении его видеть. При едином взгляде на него, Джуран заливалась слезами и сильнейшим приступом злости.

- «Я тебе не нужна. И ты - мне больше не нужен.»

- Джуран...- горестно вздохнув, даоджан совсем по ребячески валиться на землю, чуть ли не вырывая с корнем темные локоны волос. - Что же мне сделать, если ты не хочешь слушать...? Но тут, над головой возникают два женских силуэта. Один большой, другой - поменьше. И опять же с этими дьявольскими лисьими ушами, что скоро заклинателю в кошмарах начнут снится... - Я же тебя предупреждала... Если обидишь нашу сестру вновь, жди расплаты. - Да! Мы наконец, разделаемся с тобой, даос!! Синчень лишь тяжко выдохнул, приподнимаясь с шелковой травы. - Прости, Миран. Я не оправдал ваших ожиданий. А видеть её слезы для меня хуже пыток... Я согласен постигнуть любую учесть, которая меня ждет... Но тут, совершенно неожиданно для всех, раздался оглушающий шлепок удара ладони. Глаза даоджана округлились до орбит, стоило тому понять произошедшее. - Решил оставить ее вот так?! Мучаться на всю бессмертную жизнь!? Знал же, что лисы любят одного и на всю жизнь, но ты все равно посмел играть с ее чувствами?! - слышать крики от некогда, спокойной, меланхоличной и уравновешенной средней сестры было крайне не обычно. Она срывалась на ор и кажется,что даже некогда смелая и безудержная Аран поубавила свой пыл, тихо забившись в сторонке. - Я никогда не играл с её чувствами, слышишь?! Не было не единого дня, когда я не мечтал увидеть её! Послышался ещё один точно такой же шлепок, но пришелся он уже по другой половине лица. - Ты...лживая змея...Как посмел?! Вспомни, что ты ответил на вопрос заклинателей, вызвавшихся пойти с тобой?!

***

- «Я слышал, что вы были довольно близки с той кумихо? - недоверчиво отозвался один из заклинателей, уже успев насупить взор. - Это...очень сложно...- загадочно протянул даоджан.»

***

-Теперь вспомнил? Как ты смел после стольких ее признаний ответить так...неблагодарно?... Отвратительно. - Я не отказываюсь от сказанных слов...- удрученно признался даоджан. - ...Но и не могу назвать наши отношения простыми. В этот раз, заклинатель поймал ту руку, которая так резво норовила огреть его по кочерыжке. - Хватит, Миран. - предупреждающее изрек парень. Лиса лишь зло прыснула, отдергивая руку, но её глаза так и источали гнев, пожирающий все внутри адским пламенем. Она тряслась от злости, но, по непонятной причине сдерживала себя, чтобы не накричать на даоса всеми гиблыми высказываниями в его жизни. - Ты мерзок. Отвратителен. Ужасен. - твердила сквозь плотно сомкнутые зубы кумихо. - Знаю. - ему больше нечего не остается, как принять правду. - Ты довел её до немыслимого, заставил рыдать днями на пролет. Лучше б ты и вправду остался под той горой, мертвый, от руки шехуна! - каждое слово будто ледяная игла тревожило сердце. Он совершенно отчаялся услышать что-нибудь хорошее в свою сторону, как вдруг Миран с уверенностьюзаявила: - Но Джуран любит тебя, этого не изменить и, если с тобой что-то случиться, она не сможет пережить. Хотя я сомневаюсь, что она вообще вынесет даже эти бестактно выданные тобой слова. В груди теплилось до ныне невиданное ощущение. Уюта, надежды, любви... Он был так благодарен этим словам, которые подали лучик веры, заставляя жизнь обретать смысл. - Любит..? Действительно...любит?! - будто ребенок он встревожено хлопал глазами, вынуждая Миран повторить снова, заставить его поверить в правдивость этих слов. - Не слишком обольщайся! Может ты ей и дорог, но сейчас она даже слышать о тебе не хочет. Не думай подступиться к горе вновь! Но Синчэнь, уже заверенный надеждой и слушать не хотел. Если есть способ вновь подняться на гору, он его найдет. И не важно, чего ему это будет стоит.

«Нашел выход...»

Прямо сейчас лисичка рассматривала того с неподдельным интересом, время от времени обнюхивая вновь. Её хвосты непрерывно дергались, будто в сладкой истоме необузданной радости. Но, сейчас прислушаться к своим инстинктам девушка не могла... Как и понять, что происходит - тоже. Врожденный порывы буквально били разъяренным штормом и даже та, лисья её часть существа была готова взорваться от собственных же инстинктов. - Да кто ты такой, в конце концов?! - оставляя пушистика находиться в кровати, она обессилено бьет ладонью о лоб, стараясь успокоить накалившее возбуждением конечности. - А вы чего так всполошились!? Хватит уже!! Боже...Как не вовремя! «Она довольно сильно похудела...зачем же изводить себя так?...»

~«Знал же, что лисы любят одного и на всю жизнь, но ты все равно посмел играть с ее чувствами?!»~

Да. Баошань Саньжэнь определенно рассказывала про них.

«Они полюбят всего раз и на всю жизнь. Их любовь рождается лишь однажды и умирает навсегда. Отдавая себя полностью, лисы готовы выполнять даже самые нелепые просьбы своих возлюбленных, лишь бы те были счастливы.»

Их любовь действительно можно было назвать сокровищем. Ведь когда в наше время ещё увидишь такое?

- И что мне с тобой сделать? Может, съесть тебя? Но ты довольно костлявый.... «Костлявый?! Я?!» -По любому за этой шубкой скрываются лишь кости... Знаю! Подержу тебя на перекормке, а потом съем! Обожаю кроличье мясо!! «Ты в своем репертуаре...» -Ну и как тебя назвать, крошка?... Лениво водя по маленькому, травоядному носику-пуговке лиса, будто действительно заведенная первобытными инстинктами озорно сверкала глазами. - О! А если «Пуговка»?! Или...«Бусинка»? Подожди, а ты вообще девочка или мальчик? Бесцеремонно приподнимая того над простынями, лиса принялась разыскивать тушку на наличие половых органов. Синчэнь же, сгорающий в то время от стыда лишь мысленно проклинал затею обратиться кроликом и пообещал себе навсегда - больше не проворачивать подобное вновь. «Что за нелепая ситуация?...» -Ох...ты мальчик?... «ПОЧЕМУ ТАК РАЗОЧАРОВАННО?!» -А я хотела девочку...ну нечего! Придумаем имя и для мальчика! Но в миг, та погрустнела, тускло опуская глаза. Кролик уже давно покоился на шелковых простынях, избавленный от манипуляции женских рук. Но, заметив гнусную тоску на лице любимой, он своей маленькой мордочкой подковырнул хрупкое женское предплечье, стараясь прогнать ворох её плохих мыслей прочь. «Эй, Джуран....посмотри на меня...» На маленькую пушистую голову пролились крохотные капли набежавших слез. Они будто, мелким дождиком ударялись о темя, обмывая белоснежный мех. Тихие всхлипы и сдавленный выдох. «Я обещал себе больше никогда не позволять ей плакать, но что я могу сделать сейчас, в таком обличии?...» -Пип! - Прости-прости...ты в этом не виноват... «Ещё как виноват... Даже сейчас, будучи перед тобой в таком виде я испытываю горечь от терзаний, что обманываю тебя...» -Пип-Пип! - Буду звать тебя Ан. Что означает «безопасность» и «покой». - в миг, на её лице засияла самая чистая, неподдельная улыбка, пробивающаяся через туманные, от слез глаза. - Пип! - Хах, Нравиться?!

«Даже если мне придется разбиться о грязь, или быть пораженным 1000-ю мечами, я готов делать подобные глупости лишь ради того, чтобы видеть твою улыбку...»