🤞

- Чан-ни, я дома! - задорно произносит Чонгук, закрывая дверь и опираясь на неё спиной. Наконец-то, он дома. Его университетский год закончился, сессия закрыта, экзамены сданы, работа взята на дом. Чон вообще подумывает над тем, чтобы перевестись полностью на удалённую работу, потому что на выпускном курсе нагрузка будет будь здоров, и у него может быть даже физически не будет хватать времени появляться в офисе. И вот ещё к этой радости прибавляется перспектива остаться на ближайшие недели дома. Чонгук учится и живёт в другом городе, домой приезжает изредка, сейчас вообще только по окончанию учебного года, ибо больше уже некогда. И теперь нахождение в родном доме, где он вырос, кажется лишь временным, будто в гости. Такое ощущение появилось после первого курса, когда по приезде он просто зашёл в свою комнату, которую прежде считал своей крепостью, и… ну просто увидел комнату, огляделся. И вроде бы всё на месте, никто ничего не брал. Но были посторонние вещи, не его, сестры или родителей. И теперь его пространство было совсем не его. Тогда-то Чонгук понял, что вырос. Но возвращался в родное гнездо с удовольствием, всё же отношения с семьёй остались хорошие, чему нельзя не радоваться. И вот он с небольшим чемоданом, уставший от дороги, но довольный от приезда громко оповещает о своём присутствие сестре. Родители сейчас в отпуске, они заслужили поездить и отдохнуть после долгой работы. А Чаньён заканчивала ещё учиться, когда они отправлялись, поэтому квартирка осталась в её расположении. Но сама сестра не появляется и не отзывается, хотя сказала, что будет уже дома к его приезду. - Чан-ни, - зовёт Чонгук, разуваясь и отправляясь на поиски любимейшей, единственной и неповторимой сестрёнки, - уснула что ли, соня? - улыбается, стаскивая джинсовку и заглядывая в комнаты. Дверь в комнату Чаньён была закрыта, - Чан-ни, просыпайся, я приехал, - стучится порядочный Чонгук, как они договорились ещё подростками, чтобы не нарушать личное пространство. Но ему нет ответа. Чонгук прислоняет ухо к двери, слышит всхлипы и готов выбивать дверь, - Чаньён? Что случилось? Что такое? Скажи мне, - в ответ снова тишина, Чонгуку думается, может он обознался, но сердце начинает так больно колоть, - открой мне, пожалуйста, - Чонгук стучится ещё раз, вслушиваясь в дыхание или любые звуки за дверью, и решается, - я захожу, - предупреждает, поворачивая ручку и заглядывая. После дверь уже резко распахивается, Чонгук скидывает джинсовку на кровать и садится перед сестрой на колени у кровати, - Чани, Чани, что случилось? Кто тебя обидел? Что случилось? - Чаньён мотает головой, сдерживая слёзы и стараясь успокоиться. Брат не должен был видеть её слез, она же знает Чонгука: он пойдёт разбираться даже за волосок, упавший с её головы, - ну тише, тише, - Чонгук обнимает Чаньён, прижимает ближе к себе, - поплачь, никто не узнает… поплачь, - Чаньён вдыхает и кашляет, стонет от душевной боли и прижимается к плечу брата, не отпуская. Они некоторое время сидят в объятиях, и Чонгук уже не знает, о чём думать. Он перебрал все варианты и к каждому уже придумал способ проучить обидчика. К каждому придумал реплики, возможные условия и развития. И весь разнервничался. - Скажи мне, что случилось, - тихо произносит Чонгук, когда сестра затихает в его объятиях. - Не нужно, Чонгук. - Нужно, - Чонгук мягко отстраняет её за плечи, - эти люди не достойны твоих слёз. И какую бы низость они не совершили, они должны уяснить, что так поступать нельзя с тобой, - Чаньён улыбается искусанными губами, шмыгает красным носиком и вытирает последние слёзы, - что случилось? Кто-то что-то сделал с тобой? - этого Чонгук боялся куда больше всего из-за своей реакции. Он же не сдержит себя в руках. - Нет, никто меня не трогал, - мотает головой Чаньён, не зная, как сказать. Чонгук язык в узел завязывает, терпеливо ждёт признания, ведь знает, как тяжело можно о чём-то говорить, - просто Джухёк со своими дружками обидели меня. Да и я дура, поверила им и пошла с ними. Вот кто меня тянул тогда за язык? - рванно выдыхает она. - Что он сказал? - Это не важно… - Чонгук сердцем чувствует, что тема личная, а оттого ещё болезненная, и делиться этой темой или нет решать только Чаньён, - они просто идиоты. А я наивная дурочка… - Не говори о себе плохого, если эти люди не умеют себя вести, - мотает головой Чонгук, - а можешь сказать, о чём могла пойти речь между вами? - Они хотели мной воспользоваться, - признаётся Чаньён и чувствует, как напрягаются мышцы рук брата, а его грудь резко поднимается, - ну, по их словам лишь могу судить. Постоянно отпускали эти шутки, а Джухёк смеялся вместе с ними. Мне было некомфортно, и я хотела уйти. Попросил его меня проводить, но он не стал. Сказал оставаться. Это не первый раз, когда мы проводим время с его компанией, я часто ловила всякие взгляды и жесты, но не придавала этому значение, ведь как-то раз, когда я пожаловалась Джухёку об этом, он сначала обвинил меня в том, что я виню его друзей, а после сказал, что ничего страшного, это просто шутка, - Чаньён прикрывает глаза, жмурясь. Неприятно, очень неприятно говорить об этом, - видимо, шлюхой он назвал меня тоже в шутку, - тихо добавляет. - Там были взрослые? В компании. - Нет, только старшеклассники и пару ребят с первого курса. - Собирайся, - решает Чонгук, - умойся, выпей воды и приведи себя в порядок. Поедем, разберёмся, - отпускает сестру и поднимается на ноги. - Нет, Чонгук, они того не стоят… - Я никому не позволю тебя обзывать и порочить, - Чонгук нависает скалой, указывая на сестру, - мой мотоцикл всё ещё в гараже? - Да, - кивает Чаньён, - Чонгук, не надо. Я больше не буду с ними водиться. - Собирайся. И ни о чём не переживай, - Чонгук забирает джинсовку, переодевается, наливает себе чай, чтобы успокоиться, и терпеливо ждёт, пока Чаньён соберётся. Она не хотела никуда ехать, поэтому старалась всё делать медленнее и дольше. Но лишь взглянув в глаза Чонгуку, поняла, что брат не отступит. Поэтому со вздохом взяла свой шлем и отправилась за ним. Выезжают они уже ближе к сумеркам, проверяют несколько мест, где обычно собирается компания, и находят их, стоящими у площадки, разговаривающимися и смеющимися. На мотоцикл поначалу обращают внимание лишь пара человек, пока Чонгук паркуется, выставляет подножку и снимает шлем. Припарковался специально подальше, чтобы оценить своего противника. Одна шпана, где только таких ещё можно найти? Вся в одном месте собралась, видимо. На долгий взгляд в их сторону, люди из компании начали чаще бросать взгляды в его сторону и переговариваться. - Покажи пальчиком, кто тебя обидел, - когда Чаньён всё-таки снимает шлем, просит Чонгук. - Чонгук, поехали отсюда, пожалуйста, - прижимается она к брату, - пожалуйста, не нужно. - Тебе не обязательно подходить, просто покажи, чтобы они знали, по чью душу я пришёл. - Он побежит. - Значит трус редкостный, - фыркает Чонгук, - ничего, я догоню. Бегаю я всё так же быстро, - Чаньён смотрит ему в глаза, сомневаясь в этой затее до последнего, - давай, малышка. Ты же знаешь, я не брошу тебя, и ты всегда будешь под моей защитой, - Чаньён поворачивается к компании, которая, кажется, её начинает узнавать, раз теперь почти все взгляды направлены в их сторону, - вот этот, в чёрной куртке с нашивками, - указывает она пальчиком, как и просили, - рядом с ним Лиён и Бао, его два верных друга. С ними могут быть тоже проблемы, они лезут в драку всегда. - Мы не будет махать кулаками, а просто поговорим по-мужски, - Чонгук оставляет шлем на мотоцикле, - или по крайней мере драку начну не я, - Чаньён не успевает его задержать и уточнить, Чонгук уже направляется к компании, и его шаг, комплекция с кожаной курткой и грубыми штанами придаёт образу силы и опасности. Чаньён знает, что Чонгук может быть опасным бойцом, он столько лет потратил в профессиональном спорте, что она совсем не завидует ни Джухёку, ни его своре. Но она волнуется, всё равно волнуется за эту ситуацию. Чонгук не впервые за неё заступается, но тогла это было детство и пару-тройка человек. Чаньён держит номер полиции на быстром наборе и очень надеется, что Джухёку хватит мозгов не устроить драки и всё пройдёт хорошо. * - Чего тебе? - спрашивает Чонгука самый крайний и самый смелый, по видимому. - Я ищу здесь Джухёка, - произносит он, цепляя большие пальцы за карманы штанов, - и мне указали на тебя, - обращается к парню с нашивками на чёрной куртке, - ты Джухёк? - А кто спрашивает? - Брат Чаньён, - вот теперь всей компании становится не до смеха, Чон прямо чувствует, как они напрягаются, переставая стоять просто расслабленно, - ну так что, это ты или нет? - Я, - кивает Джухёк, и Чонгук хмыкает, - чего надо этой девчонке? Наплела тебе, что я её обижаю? - А это так? - поднимает бровь Чон, - я знаю лишь о том, что вы, парни, - оглядывает всех, - не умеет разговаривать с девушками. И ведёте себя как идиоты, если не ниже. - Да эта шлюха шуток не понимает, - доносится по стороны. - Как ты её назвал? - взгляд Чонгука тут же метается в ту сторону, и у говорившего сердце в пятки так ухает, что звон в ушах стоит от страха, - повтори, - шипит Чон, подходя, - что, не такой смелый уже? - тот молчит и пятится от Чонгука, - кто ещё что думает о моей сестре? - оглядывает парней и замечает одного, стоящего дальше остальных, ближе к стене, и смотрящего на него с ухмылкой, - ну же, смелее. Как говорить в лицо девушке оскорбление, так вы первые. - Чего тебе надо? - Джухёк к нему подходит, оглядывая с ног до головы и запрокидывая чуть голову: Чон выше и крупнее его, - пришёл разбираться за неё? Так ты не подумал, что она тебе это наплела? Просто забавы ради. - Считаешь мою сестру лгуньей? - Конечно. Она ведь изменяла мне. И изменяет до сих пор, раздвигает ноги перед всеми, ко всем лезет, чтобы её тра… - Джухёк за один точный удар поворачивается и падает на землю, уходя в нокаут. Парни замирают вокруг, раскрывая глаза и не желая повторять судьбу Джухёка. - Ещё хоть слово в её адрес, - произносит Чонгук, - хоть шаг в её сторону, и я покажу вам, кто тут безнравственный, - угрожает, обводя взглядом каждого, - ещё хоть один постарается подойти к ней, сказать что-то ей, оклеветать, будете иметь дело со мной. Это понятно? - ему кивают болванчиками, не желая злить сильнее, - предупреждаю вас один раз. Дальше пеняйте на себя, - Чон собирается уже уходить, как слышит рядом с собой хлопки. Оборачиваясь, он встречается с тем самым парнем у стены, - что? - Да нет, ничего, - улыбается он, убирая руки в карманы, за его спиной парни пытаются привести Джухёка в сознание, - просто восхищаюсь. - Чем же? - Ты заступился за сестру, зная, что перед тобой толпа. Не всякий решится угрожать одному из толпы. - Тут от толпы одно название, только шпана, не умеющая разговаривать с девушками. - А сам, небось, умеешь? - щурится парень. - Не оскорблять, слушать и относиться с уважением? Пожалуй, да. - А с парнями? - продолжает спрашивать парень, и Чонгук хмурится, - ведь ты только что поставил нас ниже себя. Где же тут уважение? - Я не уважаю тех, кто не уважает других людей. - Я уважаю и тебя, и твою сестру, - парень всё продолжает улыбаться, смотреть так внимательно и насмешливо, - а ты? - Уважаю ли я тебя? - Ну да. Ты же тут о чести говоришь. - Почему ты не заступился за неё? - Меня не было с ними, когда это произошло. Я нашел её у остановки в слезах и узнать причину не удалось. Ну я проводил её, - Чон смотрит на парня по-другому. Он изначально показался другим, отстранённым и бесстрашным. Пока все замерли, он словно решил рассматривать ближе, подобраться, поговорить. Для чего? - что, понимаешь свою ошибку? - Зачем тебе это? - Что "это"? - Этот разговор. - Я здесь, вроде как, старший. И могу пообещать тебе, нет, даже поклясться, что наведу порядок среди этой молодёжи. Я не знал о произошедшем, не думал, что они дойдут до такого. Меня давно не было, а это значит, они почувствовали себя безнаказанными. А наше членство нужно заслужить, - пожимает плечами парень. - Что-то мне кажется, что сделаешь ты это не за спасибо. - Конечно, - ухмыляется парень, - приезжай ко мне сегодня. Обсудим детали и то, как эти оболдуи могут извиниться. - Зачем тебе это? - Что "это"? - усмехается, расслабленно перенося вес на одну ногу и чуть сгибая вторую. Продолжает без страха стоять перед Чонгуком и вряд ли получится его также напугать. - Куда приехать? - решает сократить путь сопротивления Чон, сдаваясь мелкому парню. Старший он. Ага, сколько ему лет хотя бы? Выглядит молодо и нахально. - Дай телефон, запишу, - протягивает руку тот, - не дрейфь, я под твоим контролем это сделаю, - Чонгук закатывает глаза, доставая телефон и протягивая открытые заметки, смотря, как быстро работают пальцы, набирая нужный адрес и номер, - до встречи сегодня, через два часа. Не приедешь, пеняй на себя, - и уходит к компании, что-то даже прикрикивая на них. Чон хмурится, махая на него рукой, и возвращается к Чаньён. - Ну что, как прошло? - не вытерпела она, поддаваясь вперёд. - Всё в порядке, - отзывается Чонгук, - они тебя не тронут больше, - Чон берёт шлем, думает надеть, но останавливается, оглядываясь, - а кто тот парень, с кем я говорил? - Тэхён? - уточняет Чаньён и чуть поджимает плечи, улыбаясь, - высокий такой с черными густыми волосами, джинсах и кожаной куртке? - Да. - Это Тэхён, - подтверждает себя же Чаньён, - он самый адекватный в их компании, кажется, учится на первом курсе. Он немного странный, но единственный, кто может осадить их. - Он был, когда случился конфликт? - Нет, мы встретились на остановке, и он проводил меня, - «не врёт», - ставит пометку в голове Чонгук, - а что такое? Понравился? - В каком это смысле? - резко выпаливает Чонгук. - Ну, просто, как человек, - тушуется Чаньён, понимая тут же, что не стоит такие темы с братом поднимать, - по мне так он хороший. - Да, хороший… - Чонгук заводит мотоцикл и уезжает домой, по пути купив немного продуктов. Через два часа по адресу быть. Что этот Тэхён себе позволяет? ***