7. Обиды

Ишигами младший лениво открывает глаза, осматривая свою комнату, словно впервые здесь находится. Окна зашторены, хотя, даже так видно, что на улице ещё темень. Слишком уж напрягся внутренне, вспоминая ссору с Геном из-за слишком идиотски тупого Рюсуя. Сенку медленно принимает сидячее положение, продолжая смотреть в окно. Полная тишина. -Наверное, сейчас поздняя ночь.. - шепчет парень, глядя куда-то в даль, не отрывая внимательный алый взгляд. В голове с причудливой прической стоял лишь один не закрытый вопрос. Как извиниться перед Асагири? Сначала, Ишигами думал о том, чтобы просто пустить всё на самотёк, но кто знает, как долго Ген будет в обиде и простит ли вообще. После, пришла мысль загладить вину подарками, но милый омега ведь не дешёвая вещица из барахолки. Он выглядит, словно из обложки модного журнала. Мечта всех Альф колледжа, ведь заполучить Гена - заполучить всё. Сенку не был исключением, но ему не нужно было всё. Ему нужен был только Асагири под боком, теплый, милый и такой же улыбчивый, как всегда. Именно такой Ген нравится Ишигами. Настоящий, живой. Сенку медленно возвращается на подушку головой, смотря уже в потолок, что обклеил светящимися звездами, выстроив все созвездия, что только могли уместить в общажной комнате. Переезд в общежитие стал удобным для всех. Слишком удобным. Кто-то и впрямь жил довольно далеко , например, сам Асагири Ген, что тратил почти 2 часа на поездку домой, по дороге успевая заскочить в кучу магазинов. Медленно, но верно, веки Ишигами младшего закрываются, отправляя хозяйна вновь в сон. Полная аудитория подростков. Душащий воздух, такой спертый, словно здесь занимались множество спортсменов-бегунов, пробегая кросс в 10 километров. Сенку лениво заплелся в кабинет, шаркая обувью о пол, всем видом показывая свою угрюмость. К нему сразу же подлетели Тайджу с Юзурихой, стараясь разузнать о произошедшем вчера ночью, что встревожило всю группу, но было понятно, что осмелятся подойти и узнать, лишь близкие друзья Ишигами. Сенку одним взглядом дал понять, что он не собирается это обсуждать. Привилегии близких друзей здесь не сработают и всё, чего он сейчас хочет, так это чтобы от него отъебались. Юзуриха понимающе кивнула, утягивая кричащего Тайджу обратно, позволяя другу остаться наедине со своими мыслями. Место рядом пустовало. Слишком пусто. Обычно, рядом сидит и громко разговаривает Нанами, рассказывая о чем-то или ком-то, да вообще всё, что когда-либо сможет придти в его дурную блондиниситую голову. Изредка, рядом сидел Ген, когда Рюсую приспичит перебежать к Юкио, дабы наслаждаться присутствием своего ненаглядного(почти своего). Компания Асагири была самой приятной. Нежный тембр голоса и интересные(так казалось только Сенку) рассказы, ехидные улыбочки и прекрасные глаза. Вот, чего сейчас не хватало. Вот, почему пусто было не только рядом. Алые глаза поднимаются, прекращая рассматривать крайне интересную деревянную парту, которую успело потрепать за время её существования, сразу же натыкаясь на знакомое лиловое хаори. Всё внутри перевернулось. Бомба из стыда и жалости взорвалась внутри, заставляя органы рухнуть вниз к ступням. Ишигами громко сглотнул вязкую слюну, что, кажется, станет причиной его удушья. На могиле его напишут, что он нагло подрочил на своего одногруппника, а после подавился слюной и умер. Сенку слишком долго думал. Слишком долго времени провел в своей голове, не заметив, что теперь смотрит на Гена. Асагири лишь смотрит в ответ, с глазами полными обиды. Он так же хотел подойти и вновь сесть рядом, начиная рассказ о новой сплетне про актеров или исполнителей, что отрыл вчера на постыдных пабликах, но гордость не позволяла ему двинуться в сторону Ишигами. Никто из них не в силах отвести взгляд. Слишком тяжело. Слишком желанно смотреть подольше. Первый сдается Ген, он отводит взор своих океанских очей, отвернувшись от Ишигами младшего. Сенку прикусив язык, аккуратно возвращается взгляд алых глаз вновь на парту, после чего ложится и засыпает, пытаясь унять жар на щеках и ушах, несвязанные мысли в голове и кричащее внутреннее «я», что так желает подойти ближе к омеге. Нанами, пришедший в кабинет одним из последних, выглядит очень плохо, сравнивая с его обычным видом. Заспанные глаза с огромными синяками, не налаженная рубашка, а сверху пиджак, что даже не подходил по фасону и цвету для штанов, нелепо натянутых на ноги. Последним же в кабинет зашёл Стэнли, вольяжно перебирая ногами, от чего каблуки берцев громко стучали по полу, заставляя нервничать. -Что же. Первое, что я хотел бы сказать сейчас. - начал он, как только подошёл к своему столу, сложив множество папок и тетрадей. Все эти вещи были явно не его, так как личный кабинет Снайдера находился в другом отделении, посвященном спорту и прочим факультетам, да и тетрадей у этого мужчины нет, на его предметах только физическая грубая сила. Стэнли глянул заметки на телефоне, внимательно что-то прочитав. -Заметки от Ксено читает. - прыснул в кулак Гинро, толкнув локтем Мацуказе. -Во-первых, от Доктора Ксено. Во-вторых, да. Мне вообще-то до вас нет никакого дела, я всем этим занимаюсь лишь по просьбе моего Ксено. - серьезно проговорил преподаватель, посмотрев на блондина. Снайдер прокашлялся, а после посмотрел на ученика своего мужа. -Сенку Ишигами, сегодня будет занятие, Ксено попросил перенести его, завтра не сможет. - произнес бывший военный, глядя в алые глаза. Сенку сглотнул. Ксено никогда не переносит занятия, у него своё четкое расписание, оно не меняется. Произошло что-то явно серьезное. Напуганный взгляд младшего Ишигами заметили все. -Что такое, Сенку, боишься Ксено? Или может это из-за вчерашней ситуации с Г.. - рот Хьёги нагло был закрыт Модзу, что с огромным сожалением смотрел на Сенку, кивая и извиняясь за слова Хьёги(ОН ТАКОЕ УМЕЕТ?). Хьёга сначала очень злобно на него глянул, но заработав короткий чмок, краснея, отвернулся. Ишигами тяжело выдохнул и вновь лег на парту, погружаясь в раздумия. Юзуриха беспокойно смотрела на своего друга. Она никак не могла успокоить свою тревожную душу, что переживала за Сенку. День медленно подошёл к концу. Новую группу было не узнать, все довольно молчаливые и тихие, необычно для такой разнообразной и шумной компании студентов. Самым шоком для преподавателей было состояние Ишигами Сенку, который уснул на одном из предметов и не ответил на заданный элементарный(для таких гениев, как младший Ишигами) вопрос, получив неудовлетворительную оценку. Лениво перебирая ногами и всё ещё кропя мыслями, терзавшими черепную коробку, как дикие кошки, юный учёный брёл домой, захватив из лаборанской свой халат. В его планах было погрузиться в работу, дабы отвлечься от угрюмых мыслей и от Асагири Гена, засевшего глубоко в умненькой голове. Занятие с Ксено было назначено на вечер до поздней ночи, они оба привыкли тратить все свои накопленные силы на эксперименты и работу, лишь бы не возвращаться в реальность. Привыкли, но их явно вновь прервет Стэнли, который приготовив ужин, накормит учёных. Так покрайне мере думал Сенку. Он думал, что именно так всё сегодня и будет. Время близилось к вечеру. Компоненты и химикаты летели из рук, пальцы предательски дрожали, в руках не могло долго что-то удержаться, мысли о ссоре перебивали заученные формулы. Да, такое было впервые. Сенку, скрипя зубами, откинул со стола свои чертежи, от чего по общажной лаборанской пошел звук бьющихся пробирок и летящей бумаги. Схватившись за голову, сжимая локоны причудливых волос, Ишигами прошептал: -Когда же ты свалишь из моей головы. Руки начали трястись, а паника нарастала всё больше и больше. В глазах темнело, пульс начал меняться. Сердце стучало настолько громко, выбивая весь воздух из лёгких, что казалось выскочит из груди и только бегай, да лови, сбежавший важный орган. За дверью, прикрыв рот рукой, стоял Ген. Он не верил тому, что увидел. У такого человека как Сенку, что не заботили чужие эмоции и чувства, неверующего в психологию, как своеобразную науку, воспринимая её за что-то не столь важное для будущего людей, случилась паническая атака. Ген выглянул из проёма двери, продолжая наблюдать, не представляя дальнейшие события. Сенку продолжал сжимать волосы, только теперь его плечи истерично подергивались, предвещая приходящую паническую атаку. Ишигами, который знал о такой вещи, но не знал как с ней бороться, пытался увлечь себя хоть чем-то, перебирая вслух все формулы в голове. Это не помогало, язык заплетался, а всё сказанное превращалось в кашу не связанных слов, не имеющих общей темы. Младший Ишигами попытался подняться, но колени дрогнули, вновь заставляя вернуться на насиженное место. В глазах продолжало темнеть, голос сбивался. -Черт. - прошептал он, смотря вперёд, но не видя ничего. Всё плыло и превращалось в странную картину, словно он смотрел через грязную призму стекла микроскопа. Асагири не выдержал. Он быстро задвигался и спустя долю секунды оказался рядом, обнимая ученого за голову и прижимая к груди. -Сенку, успокойся. - прошептал он, поглаживая чужой затылок. Ишигами не слышал. Он совершенно ничего не слышал, находясь в странном состоянии. В его ушах стоял звон, а всё происходящее вокруг было через огромную вату в ушах, приглушающую всё. Ишигами младший осторожно поднял руки, обхватывая чужую спину и крепко сжимая одежду. Ген поморщился от болевых ощущений впившихся в его спину пальцев, но терпел. Сейчас больно именно Сенку, хоть прощать его всё так же не хочется, но видеть в таком состоянии ещё больше не хочется. Сенку не плакал, он лишь истерично дрожал, прижимая чужое тело к себе. Гнетущая тишина напрягала, но и нарушать её бесполезно, Ишигами всё равно ничего не услышит. Ген поднял чужое лицо, пытаясь достучаться до ученого всеми силами. Сенку смотрел сквозь него, он был погружен в себя настолько сильно, что даже не осознавал кто перед ним находиться и было плевать, кто сейчас видит его в таком состоянии. Асагири, не зная что делать, зажмурился, нежно целуя чужие губы. Сенку пару раз моргнул, после чего залился краской, не понимая суть происходящее, даже не осознавая, что только что пережил благодаря Гену первую свою в жизни паническую атаку. Асагири отстранился, раскрывая глаза. Сенку хлопал ресницами, немым вопросом спрашивая о происходящем. Ген прикрыл рот руками и убежал. Младший Ишигами только вздернул одну бровь. -Что это было. - притрагиваясь к губам кончиком большего пальца, произнес он.