1.1 Знакомство

Джош захлопнул багажник, закинул сумку на плечо и повернулся к дому. Несколько секунд он стоял, разглядывая его: стены были тёмно-синие, с оттенком фиолетового, оконные рамы и крыша — белоснежными. Передняя дверь была приоткрыта, и Джош сощурился: оттуда доносились сердитые голоса. Он моргнул и подошёл ближе. — Расписание не обсуждается, Андре. Мы с тобой говорили об этом неоднократно, — в голосе слышалось раздражение. — Мне плевать, слышишь? Где это расписание? Где? Где написано, что сегодня именно я должен мыть посуду? — заваливал вопросами мальчишеский голос. — Изадора отвечает за расписание… — Изадора твоя любимица и, конечно, она отвечает за расписание! И угадай что? Её в этом расписании нет! Почему её нет в расписании? Потому что она составляет расписание? — мальчишка срывался на крик. — У меня полно других обязанностей, если ты не в курсе, — вмешалась, по-видимому, Изадора. — Мне поебать! Расписания всё равно нет, и посуду я мыть не буду. — А кто будет? — вмешался третий голос. — Без расписания ничего не получится, — добавил кто-то. Джош приоткрыл дверь шире и сделал шаг вперёд. Шесть или семь подростков размахивая руками и перебивая друг друга, доказывали что-то парню, который стоял в центре комнаты. На нём был светло-коричневый комбинезон и белая футболка. Его губы были плотно сжаты, тёмные глаза горели негодованием. Рядом с ним стояла молодая женщина с совершенно потерянным видом. Она заметила Джоша и потрогала парня за рукав. — Тайлер, — шепнула она ему. — К нам пришли. Все, включая Тайлера, повернули к нему головы. Джош натянуто улыбнулся и помахал. — Привет. — Это ещё кто? — спросил кто-то из подростков. — У него красные волосы, что ли? — Это называется омбре, дурочка, — громко перешёптывались девчонки. — Смотри, у него ещё и туннели. — Я Джош, Джош Дан, — он подошёл ближе и протянул Тайлеру руку; тот молча пожал её. — Я Дженна, — протянула ладонь женщина. — Очень приятно, — улыбнулся Джош. — Давайте теперь со всеми знакомиться, — сказал тот же мальчишка: он был высокий, нескладный. — Привет, я Андре, у меня СДВГ, — поморщился и сделал реверанс; несколько подростков засмеялись. — В свою комнату, — перебил Тайлер. — Сейчас же! — Но я тоже хочу познакомиться, — влезла девочка с длинными чёрными волосами. — Нэнси, в свою комнату, — жёстко сказал Тайлер. — Все расходимся по своим комнатам, — повторил он громко. — В семь вечера встречаемся здесь для составления нового расписания. — А кто будет мыть посуду, пока его нет? — спросила пухлая девчонка, которая на вид казалась младше остальных. — Разберёмся, — ответил он и посмотрел на Джоша. — А ты пойдёшь со мной. Подростки недовольно бубнили, разбредясь по комнатам. Дженна виновато улыбнулась и пожала плечами. Джош опустил сумку на пол и сделал было шаг к Тайлеру, как тот повернулся и сказал: — Нет, сумку бери с собой. Я покажу тебе твою комнату, а потом пойдём прогуляемся, — сказал он и обратился к Дженне совершенно другим, уставшим голосом: — Позвони Дэбби, пусть завтра приедет. С этим нужно что-то делать. Дженна кивнула и достала телефон. Джош нахмурился и последовал за Тайлером. Комната располагалась в узком коридорчике напротив входа в дом. Джош зашёл внутрь, поставил сумку на кровать и огляделся. На окнах висели белесые шторы, в углу стояла тумбочка и ночник. Обои здесь были того же необычного тёмно-синего цвета. — Моя комната напротив, — сказал Тайлер, не глядя на него. — Рядом комната Дженны. — Понял, — кивнул Джош. — Пойдём. Они вышли на улицу и пошли за дом. Облака заслоняли солнце, было тепло: через несколько дней наступал май. — Марк присылал мне твоё резюме, — сказал Тайлер. — Я так и не понял, почему ты решил здесь работать. — Мне казалось, что вам нужны помощники, — ответил Джош, чувствуя себя как на экзамене: напряжённо, неуютно, — и я приехал… помогать? Вы не справляетесь и… — Мы справляемся, — перебил Тайлер и остановился. — Почему ты на самом деле решил здесь работать? — он смотрел на Джоша не моргая, и ему стало не по себе. — Я хочу помогать. Я много читал и понимаю, что этим детям нужна помощь, и я готов к трудностям. Я готов помогать и… оказывать поддержку, потому что я знаю, как это может быть тяжело, — он помолчал. — Я уже заметил, что с ними не соскучишься, — улыбнулся Джош, но Тайлер сохранил каменное выражение лица. — Ты в курсе, что эта работа практически без выходных? — спросил он. — В курсе. За домом возвышалась высокая живая изгородь, словно защищая дом от внешнего мира. Здесь было несколько клумб: в них покачивались цветы, похожие на жёлтые ромашки. Неподалёку стояли лейки, лежали лопаты с короткой ручкой. Пахло землёй и чем-то горьким. Джош был уверен, что эти цветы посадили подростки под чутким руководством Тайлера и Дженны. — Ты веришь в бога? — Что? — опешил Джош. — В бога веришь? — повторил Тайлер, щурясь от солнца. — Нет, — по потёр шею. — Это тоже нужно было указать в резюме? — У нас бывают религиозные вечера, — бесстрастно продолжил Тайлер. — Иногда мы читаем Библию. Я считаю, что вера в бога может помочь в работе с трудными подростками. — А в церковь по воскресеньям вы не ходите? — весело спросил Джош и тут же прикусил язык: Тайлер слегка приподнял брови и посмотрел на него так, что он понял, что он сморозил невероятную глупость. — Давай я тебе напомню, — после паузы сказал Тайлер, — что это не Диснейлэнд, а я не Микки Маус. Если ты думаешь, что здесь всё очень радостно и легко, то советую тебе подумать ещё раз перед тем, как приступить к работе. — Я же сказал, что… — Для этих детей мы не родители и не терапевты. Мы здесь для того, чтобы они чувствовали себя в безопасности, — он показал три пальца: — Регулярность, Рутина, Ритуалы — три Р, на которых строится безопасность. Я понятно объясняю? — Более чем. — Хорошо, — кивнул Тайлер. — Не все это выдерживают, не всем это нравится, но только так можно показать этим детям, что с ними всё в порядке. — Понял. — Не подведи меня, — вдруг сказал Тайлер и посмотрел ему в глаза. — Я постараюсь, — сглотнул Джош, на душе стало тяжело. Несколько секунд они стояли молча и смотрели на цветы. Джошу захотелось побыть одному, он почувствовал сильную усталость. Но он не знал, как сказать об этом Тайлеру, чтобы он не подумал, что он хочет сбежать, не успев начать. — У тебя есть несколько часов на то, чтобы осмотреться и отдохнуть, — сказал наконец Тайлер, делая шаг в сторону. — Попроси Дженну устроить тебе тур по дому и рассказать основные правила. В семь общий сбор в гостиной, чтобы познакомиться со всеми и влиться в работу. Тайлер протянул ему руку, и Джош озадаченно пожал её. Возможно, самое сложное в работе здесь будут не трудные подростки, подумал он, а Тайлер Джозеф — супервизор центра для временного содержания неблагополучных подростков.

*

Из разговора с Марком Джош знал, что в этом центре сейчас содержалось девять подростков и работали два супервизора. Также Марк сообщил, что недавно к ним присоединилась ещё одна девочка-подросток, но длительность её пребывания оставалась неясной. — Там какая-то мутная история с её отцом, — Марк перекладывал бумажки на столе в поисках нужного документа. — Как ты понимаешь, там у всех истории мутные. Сироты, дети алкоголиков и наркоманов, юные проститутки и те, кого успели вернуть с того света, а то и дважды. Чёрт, где эта бумага, — он нахмурился. — Ты как? Готов к такому букету? — Ну… да, — Джош пожал плечами. — Мне кажется, я смогу помочь. — А, вот оно, — Марк потёр подбородок. — Руби Бэливер, шестнадцать лет. Мать умерла два года назад, находится под опекой отца. Часто сбегала из дома, в школе появлялась редко. Селфхарм, попытка самоубийства. На, почитай, — он протянул Джошу лист бумаги. — Что мне это даст? — он озадаченно пробежался глазами по строчкам. — Понимание, что нужно быть готовым ко всему? — Марк откинулся на кресле. — Иногда с ними невероятно тяжело. Рекомендую уже сейчас придумать себе занятие, которое хоть как-то будет расслаблять. Отвлекать от всего того дерьма, которое они могут на тебя вывалить. — Что насчёт других супервизоров? — Тайлер? Он хорош. Работает на износ. Мне бы столько терпения, как у него, — Марк вздохнул. — Дети его любят. Случается всякое, конечно, но за два года, которые он там работает, не поступило ни одной жалобы, ни одного прецедента. Дженна ему помогает, но когда они начинали, в центре было всего шесть подростков. Сейчас десять, один сложнее другого, и я чувствую, что ему нужна помощь, а то так и до полного выгорания недалеко. Джош вспомнил об этом разговоре сейчас, когда раскладывал вещи в комнате. До семи оставалось полтора часа, и он решил выйти в гостиную, в надежде встретить там Дженну. Не Тайлера. От общения с ним у Джоша до сих пор остался неприятный осадок. Может быть, он действительно выгорел, размышлял Джош. Тайлер показался ему жёстким, грубым. Вера в бога ещё эта. Джош был скорее агностиком, чем атеистом: он сомневался в существовании бога, а не полностью отрицал его. На диване сидела девочка с длинными чёрными волосами и читала книгу. Заметив Джоша, она улыбнулась и протянула руку. — Джош Дан, верно? — Верно, а ты? Нэнси? — он пожал её тонкую ладонь. — Нэнси Уильямс, — она улыбнулась. — Позволишь? — он указал на диван. — Конечно, — она медленно закрыла книгу и облизнула губы. — У тебя классные волосы. — Спасибо, — кивнул Джош и почувствовал себя неловко: он бросил взгляд на книгу, которая лежала у Нэнси на коленях и попытался прочитать название. — И туннели, — продолжила она, и Джош отсел чуть подальше. — Уверена, что у тебя ещё и татуировки есть. — Есть, — улыбнулся Джош. — Покажешь? — Пока нет, — он быстро посмотрел на неё. — У тебя есть девушка? Джош перестал ломать глаза, пытаясь прочитать название книги на обложке. Он кашлянул и потёр шею. — Что, прости? — Я спросила, есть ли у тебя девушка? — Нэнси игриво улыбнулась и захлопала ресницами. — Что ты читаешь? — спросил Джош, не желая отвечать на вопрос. — «Лолиту» Набокова, — она ласково провела ладонью по корешку книги. — Мне так нравится. Я бы хотела, чтобы меня тоже звали Лолита. Ты читал? — Нет, — мотнул головой Джош, не зная, как теперь выпутываться из этого разговора. — Знаешь, про что она? — Нэнси наклонилась вперёд, сокращая расстояние между ними. — Имею представление, — он отвернулся. — Сколько тебе лет? — спросил он, решив действовать напрямую. — Какое это имеет значение? — она закусила губу. — Что ты сейчас делаешь? Пытаешься соблазнить меня? Нэнси изменилась в лице: в её голубых глазах застыл лёд, она разочарованно хмыкнула. На щеках выступил румянец. Джош выдохнул: если эта девчонка способна краснеть, значит, не всё потеряно. — С тобой скучно, — выдала она, поджав губы. — Вот как? Ладно, — он улыбнулся. — Расскажешь о себе? — Не хочу, — фыркнула она. — Это тупо. — Ладно, — Джош помолчал. — А что хочешь? Она закатила глаза и покачала головой. — Изображаешь из себя добренького и пытаешься залезть мне в душу? Не на ту напал. Это к Лиз, а лучше к Изадоре. С ней-то вы точно подружитесь, она кому угодно подлизать может, — Нэнси презрительно изогнула губы. — Как насчёт тура по дому? Покажешь мне здесь всё, — предложил Джош. — Ты либо идиот, либо прикидываешься, — Нэнси рывком встала с дивана, схватила книгу и направилась к комнате. Джош закрыл глаза: сейчас он действительно чувствовал себя идиотом. Что он пытается сделать? Показать всем, какой он хороший? Здесь это так быстро не прокатит, подумал он. Один только Тайлер чего стоил, что уж говорить о подростках. В гостиную зашла Дженна и улыбнулась. — Нэнси уже сбежала? — спросила она. — Да, у нас с ней не заладилось, — ответил Джош, запуская пятерню в волосы. — Она бывает вспыльчивой, не принимай близко к сердцу, — Дженна подошла ближе. — Тайлер тебе рассказал, как у нас обычно проходит день? — Нет, он сказал, чтобы я попросил тебя устроить мне тур по дому, — он поднялся. — Ага, — она задумалась на несколько секунд и смотрела мимо него. — Понятно. Тогда… так как у нас пропало расписание, я сейчас попрошу кого-нибудь заказать нам что-то на ужин. Обычно в это время мы готовим, но, как ты понимаешь, сегодня вместо готовки будет в лучшем случае пицца. — Я люблю пиццу, — улыбнулся Джош. — Намекну Нику, чтобы он заказал именно её, — она подмигнула и направилась к одной из дверей. — И устрою тебе тур. Дом был разделён на две части: слева были три комнаты для мальчиков, справа — три комнаты для девочек. Общей была гостиная, кухня, две ванные комнаты с туалетом. — Режим обычно такой: по будням подъём в семь, по выходным не позднее десяти. По будням все девочки, кроме Руби, и все мальчики, кроме Андре и Джонни, собираются и идут в школу. Завтрак где-то в семь тридцать, — рассказывала Дженна. — После школы обед и час отдыха, потом выполнение домашних заданий. В семь или полвосьмого обычно ужин. И на завтрак, и на обед, и особенно на ужин, — подчеркнула Дженна, — мы собираемся за общим столом. Это одно из правил. — Понял, — кивнул Джош. — Я видел у вас там целый шкаф со снэками. Есть какие-то ограничения? — Нет. Они могут брать что угодно и сколько угодно, лишь бы ели, а не прятали это по углам, как это любит делать, например, Лиз, — Дженна посмотрела в сторону комнат и прошептала. — Было время, когда я находила целые залежи чипсов и орехов у неё под матрасом. Сейчас такого нет, слава богу, но вот что я уяснила для себя: никогда не доверяй людям с пищевым расстройством. За Лиз нужен глаз да глаз, особенно, когда дело касается еды. — А… могу я спросить? — смутился Джош. — Что с остальными? — Марк не давал тебе читать их файлы? — Дженна слегка нахмурилась. — Только файл Руби. — Только Руби, — Дженна покачала головой. — Да, Руби особенная. Они здесь все особенные. — У Андре СДВГ? — СДВГ, плюс дислексия, дисграфия — поэтому в школу он не ходит. Тайлер учит его. — Оу. — Да, — Дженна помолчала. — Сейчас у нас две основные проблемы, назовём это так: Руби и Ник. С остальными мы более или менее справляемся, — она повертела рукой. — Но на этих двоих сейчас основной фокус. — А что с Ником? Как он выглядит? Я его видел сегодня? — вслух размышлял Джош. Дженна вдруг засмеялась и прикрыла рот рукой. Джош слегка улыбнулся, не понимая. — Прости, я… — она положила ладонь на живот. — То, как ты сегодня появился, это было эпично. Честно — конфликты у нас, конечно, бывают, но чтоб такое, — Дженна покачала головой. — И надо же было тебе зайти именно тогда, когда эти бандиты устроили такой разнос, — она снова прикрыла рот рукой и прошептала: — Тайлер был в гневе. Он редко такой, но сегодня это было нечто. Его можно понять. Он ненавидит, когда что-то идёт не по плану, когда кто-то нарушает правила. — Не повезло мне, получается. — Абсолютно, — Дженна подняла ладонь. — Я не знаю, о чём вы там разговаривали и какое он произвёл впечатление, но хочу тебя заверить — он совсем не такой, каким ты его сегодня видел. Интересно, подумал Джош, разве Тайлер может быть совсем не таким, каким он себя сегодня проявил. Что бы ни говорила Дженна, Джош не мог избавиться от ощущения, что Тайлер не был стопроцентно мягким и пушистым: время от времени в нём проявлялась жёсткая, чтобы не сказать жестокая, грань. Дженна вернулась к правилам и рассказала, что после ужина они обычно играют в настольные игры, смотрят фильм или читают. Пользоваться мобильными телефонами и интернетом можно один час после школы. В выходные — полтора часа после обеда. Кто в какой день готовит еду, какой фильм в какой день смотрят, в какую настолку играют — всё это оговаривалось и записывалось в воскресенье вечером на общей встрече. — Иногда Тайлер устраивает так называемые религиозные вечера. Обычно это случается в субботу вечером. — Да, он упоминал об этом, — кивнул Джош. — Также под запрос иногда бывает личная психотерапия, групповая психотерапия… — Под чей запрос? — не понял Джош. — Хороший вопрос, — смутилась Дженна. — Чаще всего Тайлер настаивает на встрече с терапевтом. Например, на следующей неделе на терапию точно пойдёт Андре, хочет этого сам Андре или нет. И это, естественно, тоже будет внесено в расписание. К семи вечера привезли пиццу, и подростки подтягивались к большому столу на кухне. Джош посчитал их: пять мальчиков и четыре девочки. Кто-то не дошёл, подумал Джош, но решил пока не вмешиваться. Он узнал только долговязого Андре и Нэнси, которая ярко накрасила губы и глаза и снова кокетливо поглядывала на него. — Ура, пицца! — воскликнула пухлая девочка, которая казалась младше остальных. — Давай подождём Тайлера, Лиз, — сказала Дженна, перехватывая руку, которая уже тянулась к куску. — Я здесь, — сказал Тайлер. — Все в сборе? — Руби не захотела выходить, — Дженна поджала губы. — Ладно, — кивнул он. — Кто-нибудь разговаривал с Руби сегодня? — Она не хочет ни с кем разговаривать, — отозвалась Нэнси, откидывая прядь волос на спину. — Я отнесу ей пару кусочков, — Дженна взяла тарелку. Как только Тайлер уселся за стол, все как по команде приступили к еде. Джош сидел напротив и с удивлением наблюдал за этим: подростки шутили и радостно общались, наливали друг другу сок или воду из кувшинов. От враждебного настроения, свидетелем которого он стал сегодня днём, не осталось и следа. Джош перевёл взгляд на Тайлера: тот внимательно слушал мальчишку, который сидел с ним рядом и что-то ему рассказывал. Интересно, промелькнуло у Джоша, умеет ли Тайлер улыбаться. — Пока вы едите, хочу отметить, что нам нужно сегодня сделать в течение вечера, — Тайлер положил себе на тарелку кусок пиццы. — Во-первых, давайте как следует поприветствуем Джоша, нового супервизора, который теперь тоже будет приглядывать за вами. Подростки побросали свою пиццу и, жуя, зааплодировали и заулюлюкали. Джош смутился, но привстал и поклонился, как супер-звезда на сцене. — А мы уже с Джошем сегодня познакомились, — протянула Нэнси, подцепив кусок пиццы. — И очень мило поговорили. Джош кашлянул и налил себе воды. Он почувствовал, как Тайлер уставился на него. — Это правда? — спросил он, переводя взгляд с Джоша на Нэнси и обратно. — Угу, — промычал Джош. — А ты мне не веришь, что ли? — возмутилась Нэнси, повернувшись к Тайлеру. — Небось вешалась ему на шею, как это обычно бывает, когда в радиусе двух метров появляется новый симпатичный мужик, — сказала её соседка и хихикнула, поглядывая на других. — Заткнись, Изадора, — прошипела Нэнси и принялась остервенело жевать пиццу. — Девочки, пожалуйста, — вмешалась Дженна. — Как там Руби? — спросил Тайлер. — Лежит лицом к стенке, — Дженна пожала плечом и села за стол. — Я пригласила её к нам, но она даже не отреагировала. Я оставила ей пиццу на тумбочке. — А что с ней такое? — спросил кто-то. — Долгая история, — он выпрямился и обвёл всех взглядом. — Что возвращает меня ко второму пункту нашего сегодняшнего вечера: скажите пару слов о себе. Я уверен, что Джош пока не запомнил, как кого зовут. — Кроме Нэнси, — сказала Изадора, и та показала ей средний палец. — И меняяяаа, — Андре обаятельно улыбнулся. — Ты же запомнил меня, Джош? Тайлер говорит, что такого, как я, трудно забыть и легко потерять, — сказал он, и все захихикали. Джош перевёл взгляд на Тайлера, и заметил, как тот покачал головой, прикрыв глаза. После того, как все представились, Тайлер попросил Изадору принести большой лист бумаги, и они принялись составлять расписание. Туда вносилось всё: каждый день был расписан по минутам, от подъёма и кто кого во сколько будит, до — кто какой фильм выбирает для просмотра в воскресенье вечером. Стоял невероятный шум: подростки перебивали друг друга, отказывались что-то делать и тут же соглашались. Самым громким был Андре особенно, после того, как узнал, что завтра у него встреча с терапевтом. — Я не хочу! Я не буду! — верещал он. — Опять эта сраная Дэбби будет ебать меня этими сраными вопросами! — Следи за языком, — строго сказал Тайлер. — Мне поебать, — Андре сердито сложил руки на груди, но остался сидеть за столом. Самым тихим был чернокожий паренёк, который сидел рядом с Тайлером и лишь изредка кивал, когда упоминали его имя. Джош запомнил его: это был Ник, и он был единственным чёрным подростком. В его правом ухе блестела серёжка, он был коротко подстрижен и смотрел на всех с усталой отстранённостью. Что-то в его манерах, во взгляде, в том, как он вёл себя, напоминало Тайлера. Джош нахмурился: Ник был явно старше остальных и, возможно, давно проживал в центре, много общался с Тайлером и поэтому стал чем-то напоминать его. Джош вспомнил, что Ник, по словам Дженны, был проблемным, и присмотрелся к нему внимательнее: какие проблемы может создавать этот тихий и покладистый парень? После того, как расписание было составлено, пицца съедена, две девочки — Изадора и Сара — принялись убирать со стола. Тайлер подошёл к Джошу и сказал: — Пойдём прогуляемся. Они вышли на улицу: воздух был прохладный и влажный. Тайлер задрал голову к небу и глубоко вдохнул. Джош с удивлением отметил, что он моложе, чем хотел казаться: стиль в одежде у него был как у деда, и усталость накладывала свой отпечаток, но если его переодеть и дать выспаться, то он наверняка бы выглядел чуть старше того же Ника, подумал Джош. — О чём вы говорили с Нэнси? — спросил Тайлер, повернувшись к нему. — Что? — спросил Джош, опять чувствуя себя идиотом. — У тебя какие-то проблемы со слухом? — серьёзно спросил он. — Марк не упоминал об этом. — Нет, я… — Джош почесал в затылке. — С Нэнси мы говорили о… Лолите. Она вела себя вызывающе, явно хотела, чтобы я повёлся на её уловки. — А ты повёлся? — Конечно нет. — Хорошо, — кивнул Тайлер. — Ей пятнадцать. Она работала в вэбкам с тех пор, как ей исполнилось одиннадцать. В прошлом году она сделала аборт и попала к нам. — Аборт? Она умудрилась забеременеть, работая в вэбкам? — сказал Джош и подумал: чёрт, почему сегодня он такой нелепый; он осторожно покосился на Тайлера. — Ты правда думаешь, что сейчас ты как-то очень смешно пошутил? — спросил тот. — Прости, я просто… — Джош потёр лицо. — Сегодня первый день, я очень нервничаю. Тайлер промолчал и направился за дом. Джош вздохнул и пошёл за ним. — Как тебе ребята? — спросил он, разглядывая цветы. — Весёлые, — ответил Джош, и Тайлер снова посмотрел на него своим фирменным немигающим взглядом. — То есть, я хотел сказать, что… они и правда весёлые. Иногда. Видимо. — Ага. Очень, — Тайлер отвернулся. — Ты читал файл Руби? — Читал. — Весело тебе было? — Тайлер наклонил голову набок. — Не очень, — ответил Джош, смущаясь с каждой секундой больше и больше. — Она очень любит отца, но с ним явно что-то не так, — продолжил Тайлер после паузы. — Он хочет её забрать, но если это произойдёт, то ничем хорошим это не закончится. — Что ты имеешь в виду? — спросил Джош. — В их отношениях, между Руби и её отцом… что-то не так, но этого типа очень сложно поймать за руку, — сказал Тайлер. — Такие, как он, от горячего говна откажутся. Поэтому я пока не знаю, как поступить, — он заглянул Джошу в глаза. — А как можно поступить? — спросил он. Лицо Тайлера вдруг приняло хитрое выражение: глаза заблестели, он тонко улыбнулся. Как будто у него была давно продуманная стратегия по работе с отцом Руби, но он не хотел пока этим делиться. Джош хмыкнул. — Я буду держать тебя в курсе, — Тайлер опустил глаза и перестал улыбаться. — А что насчёт Ника? — спросил Джош. — Дженна сказала, что Руби и Ник сейчас самые проблемные. Почему? Про Руби я понял, там всё сложно, но Ник? Он показался мне таким тихим и спокойным. — Не весёлым? — Тайлер метнул на него взгляд, и Джош усмехнулся. — Именно. — В том-то всё и дело, — его лицо застыло, как маска. — Он очень тихий, он очень скрытный. Он ненавидит себя, своё тело и то, кем он является. У него было две попытки самоубийства, очень острые депрессивные периоды, которые мы с трудом пережили, — Тайлер вздохнул. — Последний раз это было два года назад, с тех пор он в ремиссии, но… — он помолчал. — Ему скоро восемнадцать, и ему придётся покинуть центр. За последние полгода он сильно замкнулся в себе: он почти ни с кем не разговаривает, он просто делает то, о чём его просят делать. Вывести его на откровенный разговор, что с ним действительно происходит — невозможно. — Даже терапевту? — Особенно терапевту, — Тайлер качнул головой. — Было время, когда он делился со мной очень многим, но сейчас с ним что-то происходит, и это мне не нравится. Я вижу, как медленно, но верно отгораживается от меня и от остальных. — А как насчёт антидепрессантов? Он их принимает? — Джош мгновенно почувствовал, что спросил что-то не то: Тайлер поджал губы, его тонкие ноздри гневно встрепенулись. — В нашем центре никто не принимает ни антидепрессанты, ни какие-либо другие препараты. Мы от них отказались. — Но почему? Мне кажется, тому же Андре они бы пошли на пользу… — Тебе кажется? — его глаза метали молнии. — Ты вообще в курсе, как антидепрессанты воздействует на подростков? Ты знаешь, что некоторые препараты нельзя принимать, пока им не исполнится двадцать один? — Но есть же… — не сдавался Джош. — Это дерьмо превращает их в зомби, — с напором продолжал Тайлер. — Это только кажется, что можно закинуться лекарствами, и кожа сразу разгладится, боль уйдёт, и жить сразу станет легче. Ни хрена. Нет никаких волшебных таблеток и никогда не будет, понятно? — Я читал другое, — разозлился Джош. — Почитай ещё раз, — Тайлер сделал шаг назад. — И не вздумай снова поднимать эту тему, особенно среди них. Я могу на это рассчитывать? — Да, — нехотя отозвался Джош: ему хотелось возразить во многом, но он сдержался. — Тогда разговор окончен, — он развернулся и пошёл к дому. Джош посмотрел ему вслед, немного потоптался на месте и решил пойти спать. Это был долгий и утомительный день, и он понимал, что это было только начало.