5. Бэд гаи - лохи.

      Холод. Бесконечный, беспощадный, удушающий. Пробирающий до костей, высасывающий все силы. Тело то и дело содрогалось от мелкой дрожи. Найтмер старался взять себя в руки, согреться, успокоить беспокойный уставший разум, но он не мог. Он был слаб, и все возможности успокоиться ускользали от него через пальцы, не оставляя после себя ничего, кроме холода.       Это знойное утро должно было согреть его после беспощадного сумрака ночи, но от ясного солнца лишь сильнее морозило. Тонкие цепляющие ростки холода, что впивались в кожу ядовитыми лозами, уже давно проросли в его сердце, опустошённом настолько, что в нём не оставалось ничего, кроме обиды и тоски. Почему все ушли? В какой момент это произошло? Почему он один? Он сидел, оперевшись на могучий ствол древа, у самой корневой системы матери, но он не чувствовал тепла, не чувствовал жизни. Всё вокруг него было мертво, лишь ненависть липкими каплями падала с яблок наверху, сбивая с травинок сияющую росу, поглощая тьмой единственный источник жизни. Найтмер искал спасение от холода в собственных руках, растирая ледяные ладони и обнимая себя, поглаживая по плечам, утыкаясь лицом в колени, но всё было тщетно. Он не сможет согреться, пока в его сердце бушуют ледяные ливни, которые, кажется, никогда не утихнут. Ледяные капли словно стекали по его рукам, капая на землю и заставляя брюнета очередной раз содрогаться, так много боли приносила эта вода. Мир вокруг погряз в тумане, его не было видно, он был так далек, такой холодный… — Найтмер… — раздался позади знакомый голос. Когда он пришел?! Неужели Найт так сильно погрузился в себя, что даже не услышал шагов? — Привет, давно не виделись, да? У меня так много работы в последнее время… — на сердце вдруг стало куда лучше, дождь поутих, и заместо него пришло тёплое солнце. Брюнет не хотел смотреть на брата, но он знал, что тот рядом, по крайней мере сейчас. Да… Так давно не виделись, будто целую вечность не виделись, ты ведь всегда так занят, не мог остановиться и на секунду. А он так соскучился, так сильно… Ему так не хватало его, но вот он тут, совсем рядом! Они могли бы столько всего обсудить, побыть вместе, но… — Кажется, в этой деревне и в правду никто не справится без меня, хах. Они все так нуждаются в моей помощи… Кажется, я правда им нужен, представляешь? Я вчера допоздна помогал Мэри по дому, она даже позволила мне переночевать у них, они такие добрые монстры, да? — …он всегда выбирал других. Всегда жители этой чертовой деревни, лживые, мерзкие, мелочные, были для него на первом месте, он всегда выбирал их и никогда его. Почему он и сейчас говорит о них? Разве он не беспокоится за своего брата? За своего родного брата, которого он открыто игнорирует и избегает в угоду этих тварей? Зачем он снова говорит о них? Почему он никогда ничего не спрашивает? Ему все равно? Ему все равно… Ему плевать, как и всегда. Ладно, отлично. Пусть тогда уходит к тем, кто его правда любит и нуждается в нем. — Уйди. — через силу прохрипел Найтмер, лишь бы он ушел, лишь бы он не давал ложных надежд и не делал снова больно. — Ты помнишь Нила? Хотя нет, навряд ли… Представляешь, не так давно шайка монстров подожгла его дом… В пожаре погибли его жена и сын, он очень сильно пострадал, даже лишился руки… Мне было его так жаль, поэтому я помог найти виновных и наказать их. — Ему плевать на этого чертового Нила. Кто это вообще такой?! Почему ему должно быть не все ровно?! Почему он рассказывает это ему? Издевается? — Уйди. — Он соврал мне, что уезжает из деревни, но я встретил его поодаль от деревни, в лесу. Он так закрылся в себе, охладел, кажется, он правда всех возненавидел… Когда мы встретились, он пытался нести одной рукой брёвна, ну я и предложил ему свою помощь. И знаешь что? Он отказался! Как он вообще собрался построить дом одной рукой, а? Да, забыл сказать, он пытался построить новый дом, но у него ничего не получалось, очевидно, но я все равно ему помог и позвал ещё людей на помощь! Он сначала возмущался, но теперь у него есть хороший, новый дом! Здорово, правда?       Плевать! Плевать, Найтмер ничего не хотел знать ни о Ниле, ни о его доме, ни о его руке, ни о жителях деревни. Почему Дрим считает, что ему интересно это слушать? Тучи на душе снова начали сгущаться, уже накрапывал мелкий дождь. Он и так испытывает неприязнь к Нилу, потому что его предпочли этому однорукому кошаку, а теперь ещё и хвастаются этим. Хвастаются о том, какой же Дрим молодец, какая прекрасная яркая звездочка, настоящее солнышко этой деревни, без него тут никто не справится, конечно, куда уж там уделять хотя бы пару минут времени своему родному брату, которому, кстати, тоже очень плохо? Его величество не спустится к нему ради каких-то там догонялок или других игр, не поговорит с ним, именно с ним, а не расскажет о ком-то постороннем. Великий Дрим не захочет слушать его новые сказки, это ведь так глупо, есть дела намного важнее. Конечно, лучше быть с весёлыми друзьями в деревне, чем со своим хмурым братом. Люди в деревне хорошие, они забоятся о нем. Конечно, у него же больше нет никого, кто мог бы о нём позаботиться, верно?! — Уйди! — слово сорвалось громким, пронизывающим до костей лаем. Он уже кричал, он просто хотел, что бы его услышали и оставили в покое! — Ой! Ты чего это? Ты за что-то зол на меня? Ты же сам просил меня рассказать тебе о жителях деревни, вот. Я обещал рассказать тебе, когда время появится, вот! Время появилось! — Что? Он что?! Да когда это вообще было?! И он решил вспомнить об этом именно сейчас?! Поздно, поздно, как же было поздно, это как прийти на праздник через неделю после его проведения и требовать кусок пирога! Мерзко, ему было ужасно мерзко на душе, это нельзя было описать словами. Как же ему было мерзко, паршиво, просто отвратительно. Злость закипала в венах, она бурлила и была готова вылиться наружу, но встала болезненным комом в горле. — Уйди! Уйди! Уйди-Уйди-Уйди-Уйди!!! — Да что с тобой случилось?! Где мой брат, который любит улыбаться? Я беспокоюсь о тебе, слышишь? Мне страшно видеть то, что с тобой происходит! — Спрашиваешь, где твой брат? Так он сдох. Он сдох там же, где ты оставил его гнить, игнорируя, полностью отрицая его существование.       Руки тряслись, холод обрушился на тело с новой силой, гигантской ледяной волной накрывая Найтмера с головой. Этого не унять, это уже не дождь, это не смерч, потоп или цунами — это катастрофа, которую он держал в себе и не мог выпустить, не имел права, так как прекрасно понимал последствия. Это бесполезно, это никогда не оканчивалось чем-то хорошим. Он знал, что просто поругается с братом, и это ни к чему не приведет, если не станет только хуже. Это как биться головой об стену, бесполезно, только лоб расшибешь или сотрясение заработаешь. Он столько раз пытался поговорить с братом, столько раз умолял его остаться, столько раз просто унижался перед ним, пытаясь заинтересовать, а теперь он просто говорит о том, что беспокоится? Где эти беспокойства были раньше? Ах, ну да, не было времени, он был занят своими новыми друзьями, конечно, само собой, как он мог забыть-то? — Уйди. Уйди, просто уйди, уйди, умоляю, просто уйди, пожалуйста, пожалуйста… — уже обессиленно шептал брюнет. Кричать бесполезно, ему было больно, ему было так больно, так чертовски больно говорить, так больно даже просто дышать… — Почему вместо того, чтобы улыбнуться мне, ты… Ты стал каким-то психом! То есть… ты просто «уйди-уйди-уйди-уйди-уйди»! Почему?! Почему ты хочешь, чтобы я ушел?! Поговори со мной! Я же как раз здесь, чтобы помочь! Я здесь, чтобы поддержать тебя! Я нашел для тебя время! Я специально выделил время на тебя! Так почему?! Почему ты прогоняешь меня?! — Нашел время… Спасибо, огромное спасибо, но уже так поздно, поздно, зачем ты говоришь это, если очевидно, что тебе плевать? Для чего ты это делаешь? Зачем ты снова строишь из себя героя? Я же знаю, что ты не такой, ты добрый, ты ласковый, ты легко злишься, плачешь, если что-то не выходит, так зачем? Зачем ты это делаешь? Для чего? Для кого? Тут ведь нет никого, кроме нас, а я и так знаю тебя, я не хочу видеть тебя героем, который всех спасает, я хочу видеть тебя своим братом… — Уйди… — он не выдержал. Стало так ужасно горько, что по щекам крупными каплями потекли горячие слезы. — Умоляю, просто оставь меня… — Найт, пожалуйста! Вот он я! Я ведь тут, рядом! Позволь мне помочь! Почему ты прогоняешь меня, как невменяемый?!       Ты не рядом… Ты уже так давно не рядом…

***

— Босс! — звонко раздалось совсем рядом, — Босс, проснись! — Я не спал, Киллер. — монотонным спокойствием прозвучал Найтмер, не сдвинувшись с места ни на миллиметр. — О, да? Я просто общался с Хоррором и вдруг почувствовал себя так плохо и тоскливо. Я подумал, что меня просто снова накатило, но когда Хоррор сказал, что он себя тоже так почувствовал, я сразу подумал о том, что это тебе снова снятся кошмары! — присаживаясь у кровати и складывая руки на матрасе перед собой, активно рассказывал брюнет. Он смотрел на владыку негатива, как крохотное животное, так внимательно, пристально. — О, да? Извини, просто вспомнил кое что, не думал, что начну что-то выплескивать. — ладонь лениво легла на чужие волосы, тут же пачкая их, в прикосновении ощущая короткие волосы только мокрыми сосульками. Киллс же сразу потянулся к чужой руке, потираясь о неё, окуная в жижу всю макушку. — Снова что-то про детство? — Верно. — Ну вот, я же говорил, ты снова кошмары видел. — немного обеспокоенно произнёс парень, прикрывая глаза, чувствуя, как плавно двигаются чужие длинные пальцы на голове в почёсывающих движениях. Влага тела Найтмера давно перестала ощущаться как нечто инородное, скорее наоборот. — Как там новенький? Как ты его, кстати, назвал? — Я его не называл, прикинь, у него уже было имя, и это не Санс! Его зовут Кросс, ну, если б у меня была возможность дать ему погоняло, я бы его так и назвал, на нем же огромный крест! Да и весь он облеплен этими крестами, — весело хохотнул Киллер, но потом сразу удручённо вздохнул: — Он с нами совсем не разговаривал, видимо, он очень тяжело переживает потерю своей ау. Я отдал ему свою комнату, так что пока сплю у Даста. — Хмм, — задумчиво протянул Найтмер и поднялся, присаживаясь. Он аккуратно убрал руку с чужой макушки, утягивая за собой и жижу, оставляя черные волосы в той же относительной чистоте, в которой они были ранее. — Это нормально. Ты сказал ему, что он может выбрать любой другой дом в этой ау? — Да, сказал, но он пробормотал что-то типа «я хочу сначала немного здесь освоиться». — Ясно. — Найт лениво расправил щупальца и на секунду прикрыл глаза, — Вы уже завтракали? — Не-а, ещё пока ничего не готово. Хоррор позовёт, когда можно будет идти к столу. Кстати, не хочешь поесть с нами? — Нет, у нас будет ещё один новенький. Я сейчас пойду за ним. — Ого, еще один? Как-то часто у нас гости в последнее время, так и места на всех скоро не хватит. — Не оставлять же их в пустоте, учитывая, как много в них негатива. — Босс, ты такой добрый и великодушный! Давай, удачи, буду ждать тебя! — замурчал брюнет и приблизился к хранителю негатива, оставив смачный чмок в ту область, где должна была быть щека. Киллер хитро ухмыльнулся, уже слизывая со своих губ остатки негатива, довольный своим действием. Под абсолютно немигающий взгляд распахнутого глаза он помахал боссу на прощанье и неуклюже вывалился из абсолютно чёрной комнаты, куда свет попадал только из горящей лампы на столе.       Тело Найтмера тут же утонуло и растворилось в жиже, плавно выныривая уже в другом пространстве, собираясь в цельную, вытянутую фигуру. Расправляя щупальца и нависая огромной тенью в бесконечной пустоте, он явился перед мужчиной, что бессильно лежал на спине, мутно, обреченно глядя в пустоту, игнорируя странный черный образ, что видел краем глаза. За время, что он провел тут, он успел уже слишком много чего увидеть в надежде увидеть хоть что-то. — Как долго ты тут? — глухо зашептал Найтмер и смуглый мужчина, таки соизволив заметить своего гостя, дрогнул всем телом, резко вскакивая с места, сразу же начиная удивленно разглядывать внезапно возникшую фигуру. — Ты что вообще такое?! — удивленно выдал он, но тут же отказался от своих слов. — Ладно, уже не важно! Плевать! Вытащи меня отсюда! Быстрее! Умоляю! — голодный и замученный, новый знакомый кое-как поднялся на шатающихся ногах, складывая ладони чуть ли не в молитве. — Пойдем, — кивнул хранитель негатива и протянул свои щупальца к оголодавшему, что тут же с недоверием и брезгливостью попятился назад, но, взглянул в лицо монстру и не считывая никаких признаков агрессии или желание навредить, тот всё же аккуратно прикоснулся пальцами до щупальца, замечая необычную, липкую, скользкую текстуру прохладной слизи. — Оах! — громко вскрикнул мужчина, когда вместо плавного действия щупальце мгновенно увеличилось и обволокло его, сжимая со всех сторон подобно змее, скрывая под собой и его лицо, заставляя того испуганно и даже странно-возбужденно вскрикнуть, выдыхая воздух в густую жидкость, тут же в ней пропадая.       Вынырнул он уже в совершенно другом, неизвестном мужчине месте, сваливаясь в шоке на пол в попытках отдышаться. Жадно глотая воздух, новый гость стал нервно оглядываться — он больше не находится в пустоте, что не могло не радовать. Так. Кажется, дом, куда он попал, чертовски сильно похож на его собственный, вот только вокруг были чужие люди, которых он видел впервые. — Привет! — заулыбался перед ним какой то лохматый брюнет с чернильными подтёками у глаз, что тут же стал ходить вокруг него, исследуя, разглядывая. У него потекла тушь и тот до сих пор её не смыл? — Откуда ты? Как тебя звать? — Э, а, С… — блондин проглотил слова и подбирая руки с пола, положил их на свои колени, не отрывая взгляда от энергичного парня, успевая уловить только последний вопрос, — Санс. Я Санс. — О! — Твой час настал, — шёпотом сообщил снова тот чернильный монстр, что уже нависал тенью позади брюнета, вводя «новенького» в ступор. Когда этот тентаклевый столб здесь появился? И почему он появляется так внезапно?! Это его фишка или типа того??? Как много вопросов и как мало ответов. — Знаешь, в этом доме слишком много Сансов на костяной метр, поэтому мы раздаем клички! — прояснил ситуацию Киллер и подошел ближе, вглядываясь в его лицо, разглядывая тело и татуировку на плече. — Знаешь, ты какой-то пошлый, раздетый весь, намалёванный… О! — щёлкнув пальцем, мужчина указал на незнакомца. — Будешь Ластом. — Что? Почему «Ласт»? — интересовался чернильный монстр. — Я так чувствую! — отмахнулся брюнет и снова вернулся к «Ласту» — Я Киллер, босса зовут Найтмер, — брюнет кивнул в сторону чернильного хранителя негатива, а потом на парней, что, оказывается, всё это время сидели на диване. Оба выглядели достаточно подавленными, но один из них с интересом наблюдал, — Это Даст и Кросс, там еще на кухне Хоррор должен быть. — Он пришел сегодня? — удивился Найтмер и получил положительный кивок: — Сказал, что решил нас навестить и наготовить всякого! Я же сказал, что разговаривал с ним утром. — Ясно. Я, вероятно, не обратил внимания. Буду у себя, если узнаешь что-нибудь, передай мне. — Хорошо, босс! Хорошо отдохни там! — кинул Киллер, наблюдая за тем, как Найт уже покинул гостинную и скрылся за дверью в кладовку. Вся черная слизь, что была на одежде и на полу, поползла за хозяином, пролезая в щель под дверью. — Ну рассказывай! — внезапно снова обратился к мужчине Киллер. — Что? — поднимаясь с пола, уже куда более уверенно заговорил Ласт, оглядываясь. Он с интересом изучал знакомый интерьер, что действительно являлся полной копией его собственного дома, только в других цветах. Странно, непривычно, но не так уж и плохо. — Как ты попал в пустоту? Твоя ау была уничтожена? Или ты шел-шел по лесу и внезапно вывалился в пустоту? О, или может ты проводил какие-то опыты с машиной в секретной комнате и вылетел из своего мира? — заинтересованно залепетал Киллер, усаживаясь на диван рядом с, видимо, его друзьями. — Откуда ты…? Ох… Так это называлось «пустотой»… Я, э… Нет, моя… Что такое «ау»? — спросил смуглый блондин, присаживаясь на подлокотник, деловито складывая ногу на ногу, а локоть на спинку, подпирая кулаком элегантную скулу. — Ох, ну, ты по любому уже об этом догадался! Ау — это сокращение от слов «альтернативные вселенные», что-то типа разных вариаций одного и того же мира. Их много, мы все являемся тут другими версиями тебя, но из других ау, а попадаем мы сюда… разными способами, точнее, ну, Босс нас всех нашел и привел сюда, кроме, пожалуй, Даста. Это его ау. — задумчиво рассказывал Киллер, внимательно наблюдая за чужими эмоциями на лице, четко замечая, что его поняли. Обычно по глазам видно, когда человек что-то понимает, а когда вообще не вдупляет чо происходит. — Так они все-таки реальны… Я раньше думал только о— — О таймлайнах, но и это кажется логичным, да, мы тоже, до того как попасть сюда, — хохотнул Киллер, и Ласт улыбнулся, но чувствовал себя странно, вроде бы и был в безопасности, но что-то не то. Ладно, по крайней мере это лучше, чем находиться в «пустоте». — Так и… Что теперь? — Расскажи, как ты оказался в пустоте! — А, точно, — блондин немного замялся и задумчиво прикусил губу, отводя взгляд. — Ну… Я был в «У Гриллби», вечером, ну, как обычно, немного скучал там, все дела, а потом ко мне подошел парень. Мы встречались раньше, Делит вроде, да, ну и он отвел меня к себе, а потом что-то распсиховался, после чего выкинул меня в эту «пустоту». — Погоди, «Делит»? Ты про Эррора что ли? — Киллер похлопал ресницами и было видно, как в его голове что-то щёлкнуло от осознания, так как в следующую секунду брюнет уже отвернулся, похлопал ладонями себе по лицу и практически запищал в них через какие-то гортанные звуки, после чего глубоко вдохнул через нос и позволил себе пару-тройку истеричных смешков, не обращая внимания на то, что Кросс уже покинул их, — Ыгх! Кха-! Какой ужас, Я даже не хочу знать, зачем он тебя украл, — практически захрюкал брюнет, раскрасневшись от хохота, возвращаясь взглядом к новому другу, что вопросительно на него глядел. — Вы знакомы? — Ещё бы! — прыснул снова парень, но, всё же заставив себя успокоиться, он выдохнул и внезапно воскликнул: — Так! Погоди! Так тебя из твоей ау вывели? Клёво, ты не бездомный! О, это хорошо, надо рассказать боссу! Так, расскажи, как выглядел твой мир! Ну, так, в общих чертах. — Ну, эм, вроде ничего необычного… — Подземелье? Сноудин-Вотерфолл-Хотленд-столица? — Ага. — Хорошо! — парень тут же соскочил с места, но Ласт его остановил: — Эй! Погоди, что ты собрался делать? — Будем искать твою ау, чтобы вернуть домой! Даст, пошли! — Нет. — отрезал мужчина в капюшоне, даже не глядя в их сторону. — Ну давай! Мог бы и помочь. — Нет. — Ладно, как хочешь, — пожал тот плечами и уже собирался уходить, но вместо этого тот резко замахнулся и со всей силы шлепнул друга по затылку, тут же давая деру, уже с хохотом подпрыгивая в увороте от возникших из-под пола костей, что точно были настроены на его быстрое убийство, но, к сожалению или счастью, брюнет успел скрыться за дверью под лестницей с громким «босс!».       Из той комнаты ни Найтмер, ни Киллер больше не вышли. Молчание витало в воздухе тяжёлым грузом, становилось откровенно неловко. Парень рядом точно не располагал к разговору и, кажется, совсем забыл о том, что, вообще-то, не один здесь, ведь он уже тихо шушукался с кем-то другим… очевидно, невидимым или не существующим. После всего того, что он увидел за сегодня, он был готов поверить и в невидимых друзей, и в призраков, но в любом из случаев Даста беспокоить не хотелось. Ласт тихо выдохнул, аккуратно сложил руки на коленях и в раздумьях уставился в пол. В какой чертов момент он свернул не туда, чтобы оказаться в этом кошмаре? По крайней мере, он был рад, что выбрался из пустоты, ведь пробыл там, казалось, целую вечность. Он старался сохранять спокойствие, и с его-то выдержкой выходило неплохо, он искренне верил, что вот-вот найдет выход или кого-то живого, но стоило ему наконец позволить себе впасть в истерику от вида бесконечной пустоты, как его тут же нашли, удача? Магия? Он не знал, слишком много странного произошло, слишком много. Он наклонился, пряча лицо в ладонях и тихо вздыхая. Он сильный, он справится и попадет домой. Всё будет хорошо. Этот парень сказал, что они будут искать его ау. Папс, наверное, так сильно беспокоится от его ухода, хотя, когда он в прошлый раз «покидал свою ау», как оказалось, никто даже не заметил его пропажи. Странно, но так даже лучше. Всё же не хотелось расстраивать этим брата. Как бы он ни переживал, это точно делу не поможет. С этим парнем в капюшоне говорить неохота, тот беленький с крестом ушел… Кажется, кто-то еще был на кухне? Авось получится поговорить? Он очень на это надеялся, ведь неприятное чувство некомфортности начинало наполнять его даже больше, чем в пустоте… Он аккуратно покинул свое место, пряча руки в карманах своих коротких шорт, быстро прошмыгнул в кухню. Найти ее было не сложно, дом и в правду оказался абсолютной копией его собственного.       Проходя на кухню, он тут же встретился с приятным запахом чего-то жаренного. На плите все бурлило и шкворчало, по крайней мере, он так слышал, ведь не видел плиты за чужой спиной. Под большой мешковатой одеждой было не видно, но вот, судя по ногам, что спичками тянулись из-под темных шорт, этот товарищ был просто непростительно худ, и это тут же бросалось в глаза. К сожалению или счастью, но присутствие нового гостя на кухне даже не заметили, и под шкворчание масла, хриплый голос тянул ноты, заставляя провалиться в свой отдельный мир, вызывая у Ласта мурашки по спине, ведь звучал тот воистину жутко. Ну, жутко или нет, но загробные напевы не позволят ему отступить от своего намерения найти хоть кого-то нормального в этом дурдоме. Смелость, настойчивость и страсть всегда делали свое дело, потому Ласт смело шагнул к незнакомцу, нависая над ним из-за явной разницы в росте. Этот парень был ниже, поэтому его нехитрый подкат мог бы и сработать. — Хей, ты что, не знаешь, как стоит приветствовать новых приятелей? — мурлыкающе хихикнул Ласт, включая всё своё обаяние и харизму на максимум. Ещё никто не смог перед ним устоять.       Наблюдая головой, что была даже в помещении плотно запрятана под капюшон с пушистым грязноватым мехом, он тихо сглотнул, чувствуя, как по спине новой волной забегали мурашки. Голос затих. Длинные худощавые пальцы, больше похожие на скелет, обтянутый кожей, в неестественном движении отложили кухонный прибор, слегка вздрагивая мизинцем. Чужое дыхание странно участилось, и он медленно начал оборачиваться и поднимать взгляд на нового гостя, от чего стало совсем не по себе. Из-под меха выглядывающее лицо выглядело так же, как его руки, но куда хуже. К сожалению, это были ещё цветочки, ведь когда повар снял капюшон для удобства, Ласт мог уже ясно видеть залитый кровью левый глаз, что слепо глядел на него. Под холодно-голубыми глазами темнели впалые мешки. Его взгляд двигался неправильно, мимика двигалась неправильно, глаз дернулся, практически не мигая, а форма его черепа была неверной, вмятой, неживой. Он не выглядел живым, он не выглядел настоящим, вот теперь стало по-настоящему страшно. Любые слова застряли комом в горле, заставляя трусливо попятиться назад от ужаса, от вида кого-то настолько болезненного, ужасающего. Так не должно быть, так точно не должно быть. В этом доме одни больные и сумасшедшие уродцы? Они тут все такие ненормальные? Каждая частичка его тела отвергала вид этого парня, ужас скользил по венам, скребясь в сердце кошками, хотелось исчезнуть в тот же миг. Ласт уже пожалел о том, что не остался с тем шизиком в гостинной.       Чужой взгляд скользнул по телу Ласта, и он тут же ощутил себя в ужасной опасности, особенно когда тонкие, иссохшие губы разомкнулись, давая на секунду увидеть ряд редких зубов, плохо, очень-       Тот резко двинулся, снова схватился за капюшон и тут же натянул его на кривую голову, словно в попытках скрыть свой недуг. Ласт опешил. Кажется, ужас перед ним сильнейшим образом смутился. — О Дриммуры, почему мне не сказали, что у нас гости? Ты меня ужасно напугал… — часто запинаясь, мямля, с явно неправильным произношением заговорил хриплый голос. Он отшатнулся, с учащённым дыханием прижимаясь поясницей к столешнице, лишь бы увеличить расстояние между собой и прекрасным незнакомцем. — И-извини, — Ласт и сам запнулся, неловко почесывая затылок, — Я не хотел тебя, м… — по итогу он только больше растерялся, уже не зная что делать и как себя вести. К счастью, худощавый парень не растерялся, лишь задумался на секунду и, взяв себя в руки, снова отвернулся к нему спиной, лишь бы не держать зрительный контакт. — Все в порядке… Какое имя дал тебе Киллер? — Кажется, Ласт, если я правильно помню. — Вот как… Ты голоден?       Ласт замялся, только сейчас понимая, что и в правду невероятно голоден. В пустоте это не ощущалось, а может, он просто не обращал внимания на свои ощущения, когда наконец выбрался, но стоило ему подумать о еде, как голод пришел. Как поступить? Если это альтернативная вселенная его мира, тогда… Тут определенно должен быть «У Гриллби». — М, нет, спасибо. Я пойду, прогуляюсь, наверное… — Если ты надеешься поесть в городе или найти кого-нибудь, у тебя ничего не выйдет. Подземелье пусто. — с легкой грустью в голосе рассказывал Хоррор. — А? Что? А почему так? Тут вообще никого кроме вас нет? — Раньше тут были жители, но… М… В общем, теперь их нет. Это всё, что я могу сказать, — повел он плечом, немного гремя посудой. — Я приготовил завтрак, если ты голодный. Тут не много, просто яичница, немного бекона, каша манная, немного фруктов есть, панкейки, омлет, могу сделать кексов, если хочешь. Или могу сварить другую крупу, если найду её, или- — Ого, а не слишком много всего? — немного усмехнулся Ласт, аккуратно присаживаясь за стол. Терять ему нечего, да и вариантов, как оказалось, у него не слишком много, а есть очень хотелось. — Да? Думаешь? Ну, нас в доме много, да и… Считай, у меня просто странность такая: всегда кажется, что еды мало. К тому же, больше тут никто не готовит, а мне готовить только в удовольствие… — хрипло проговорил Хоррор. Ласт лишь видел, как тонкие пальцы потянулись за парой кусков бекона, а потом чужой голос затих и сменился на глухое жевание, а после — влажный звук языка. Кажется, он облизывался. Казалось, что в этот момент даже масло утихло. — Ну, так, это, ты что-то будешь? — Омлета хватит, спасибо. Кетчупа не найдется? — Само собой найдётся, — усмехнулся мужчина и отошел к холодильнику, доставая знакомую красную бутыль, поставив её на стол вместе с тарелкой, — Санс-мечательного аппетита, мой новый приятель. — Хе, — неловко сорвалось с губ, очень неожиданный каламбур. В попытке поддержать диалог, мужчина замурлыкал в привычной манере: — кажется, не только я тут любитель Санс-сационных шуток, хм? — Ох, ты бы знал, как я изголодался по хорошим каламбурам, — накладывая себе яичницу с беконом, Хоррор неловко присел рядом. Всё же, есть в неплохой компании намного приятнее. — Да? Тот черноволосый сказал, что вы все тут Сансы, разве нет? И никто не шутит? — после первой вилки, положенной в рот, следующие мгновения были как в тумане — Ласт и не заметил, как у него пропала добрая половина омлета, что была жестоко отправлена за щёки, дожидаясь своего часа. В этот момент блондин был готов закрыть глаза во всех смыслах и расцеловать Хоррора, ибо это был, кажется, лучший омлет за всю его относительно недолгую жизнь. Блаженно что-то мыча, причмокивая, мужчина смаковал блюдо с огромным удовольствием. Он уже и забыл, что о чём-то спрашивал.       Неловко из-под меха Хоррор наблюдал за гостем, смущённо захрипев только тогда, когда изголодавшийся мужчина чуть замедлился в поглощении еды и, кажется, был более расположен к разговору: — Что скажешь? Съедобно?       Шумно сглотнув, Ласт уже более оживлённо залепетал: — Ты шутишь? Дорогуша, да это бесподобно! Ты типа из какой-то кулинарной ау?       На чужой вопрос Хоррор тут же замялся и неловко сгорбился, неосознанно стараясь спрятаться от собеседника, совсем сжимаясь. Чёрт, теперь его было как-то даже неловко бояться — такого маленького, стеснительного, вроде безобидного. Кажется, из всей этой шайки этот паренёк был самым безобидным. Делать тут всё равно нечего, так почему бы не поговорить с ним? — М, ладно, не хочешь — не говори, дело твоё. Можешь тогда, мм, рассказать мне немного об этом месте, о твоих дружках? В конце концов, о себе.       Выглядывая из-под меха, мужчина увидел только спокойно завтракающего Ласта. Встретившись с ним взглядом, в глазах больше не читалось столько ужаса, страха, опасения. Только… дружелюбие? Интерес? Конечно, неловкость до сих пор билась в беспокойном сердце, но со временем это должно пройти. Кажется, больше никто не собирается завтракать, так что, почему бы им не поесть вдвоём за разговорами? — Оу? Да, конечно… Так, есть ли что-то, что бы ты хотел узнать?

***

      Их вылазка не дала особых результатов, вселенную их гостя так и не удалось найти. Вернулись домой они уже только к вечеру, с пустыми руками. К их возвращению всё уже затихло в вечернем мраке под зашторенными окнами, скрывающими бесконечный день Сноудина, и выключенным светом. Киллер зевнул в ладонь, а после потянулся, разминая спину. — …В любом случае, мы хорошо прогулялись. Ну ладно, я пошел, а то сейчас прямо тут и усну. Доброй ночи, Босс! — Сладких снов, Киллер, — почти беззвучным шепотом попрощался Найтмер. Снимая с плеч свою темно-синюю куртку, Киллер аккуратно стряхнул с неё жижу, после чего вышел из чужой комнаты, направляясь к себе. Закрывая за собой дверь, он оглянулся вокруг. М-да, после комнаты Найта, даже в полной темноте дом выглядел куда светлее. Киллер усмехнулся мыслям о слишком негативном окружении Найтмера и, обходя лестницу, стал лениво по ней подниматься, протяжно зевая в свою куртку. Он вдруг замер прямо у двери в комнату Даста и затаил дыхание, прислушиваясь: в полной тишине ночи еле слышно доносился чей-то голос. Киллер совсем тихонько зашагал к комнате, где поселили Кросса, и прижался ухом к двери, снова вслушиваясь. Совсем тихий шепот, ему не разобрать. Он выглянул в гостинную, диван пустовал. Не значит ли это, что Ласта поселили в комнату к Кроссу? Оу! Он улыбнулся, неужели новенькому удалось разболтать их тихоню?! Стало так интересно! Он так старательно пытался вывести Кросса на разговор, но тот все отнекивался! Интересно, о чем они говорят? Он сглотнул, выпрямился и ехидно улыбаясь самому себе, тихонько постучал в дверь пару раз и, не дожидаясь ответа, опустил дверную ручку, приоткрывая дверь. — О, смотрю, вы подружились? — тихо шепнул Киллер, заглядывая в мрак комнаты и удивился. Ласт-то стопроцентно дрых на матрасе. Дрых без задних ног, тихо похрапывая, лицом в подушку. — А? — охнул Кросс, сидящий на краю кровати. Он выглядел крайне растерянно. — Ой, я думал, что ты с Ластом тут перешептываешься! С кем болтал? — с огромным интересом поинтересовался брюнет, подходя ближе, бросая куртку на пол у чужого матраса. Тут все постелено, да и сам Кросс сидел в одних… Лосинах? Как это назвать? То есть, собирался спать, а может и уже спал, но внезапно подскочил. — Да я… эм. Ни с кем. Мне просто не спится. — неловко отводя взгляд, вздохнул блондин, очевидно пытаясь снова отнекиваться. — Не-не-не, ты уже не отвертишься, я все слышал! Ты с кем-то говорил, не ври! У тебя тоже есть кто-то, кого я не вижу? — Киллс уселся на пол рядом, складывая ноги под себя, от чего точно испачкал шорты пылью с обуви, но кто в темноте увидит-то? Да и кому не плевать? — «Тоже»? — Ага, Даст видит своего брата и уверен, что он всегда рядом с ним, поэтому он постоянно с ним разговаривает! Даже если спросить у него, сколько нас в доме, он обязательно скажет на одного больше! Он даже спит на полу, рядом с пустой кроватью брата! Только у него напрямую не спрашивай об этом, злиться будет, — хихикнул тот, слегка походя на крысу. Кросс только сейчас заметил отсутствие одного зуба в чужой хитрой ухмылке. — Оу, я думал он, это… сам с собой… — почесывая затылок, повел плечом Кросс, чувствуя себя слегка неловко. — Ну, оно-то так и есть, Найт говорит, что его брат живёт в его голове, поэтому его, скорее всего, на самом деле нет. Ну или он призрак, фиг его знает. — Вот как… — У тебя тоже кто-то такой есть? — упираясь руками в матрас, в неподдельном интересе двинулся к парню Киллер, рассматривая пространство рядом с прищуром, словно так он смог бы что-то лучше разглядеть. — Я… я не уверен, на самом деле… тц… — он попытался спрятать взгляд, — Я вижу монстра-скелета. Он говорит, что его зовут Чара… — О! — Он сказал, что наши души случайно слились в момент, когда я… уничтожил свой мир… точнее, он уничтожился из-за того, что наши души случайно слились… — О! О-о-о! Ты тоже слился с Чарой?! — в абсолютно неуместном и необоснованном восторге заискрился Киллер. — …«Тоже»? — неловко повторился Кросс. — Как и я! — А? — Ага! Моя ау переживала один геноцид за другим, очень и очень много раз, пока Чара не предложила мне присоединится к ней и… — он внезапно осекся, отводя взгляд в сторону, — ээмх… — ему стало не по себе. Ком воспоминаний засел в горле грустью и, кажется, негативом. Он зажал ладонью рот в попытке остановить рвотный позыв. Сейчас не время, потом, сейчас он потерпит. — Если не хочешь, можешь не рассказывать… — Хм, нет… Нет, я в порядке… Ну и я согласился, у меня не было особого выбора… Я устал сражаться. А потом всё как в тумане, она захватила мое тело и уже моими руками убивала всех по кругу, думаю, это приносило ей удовольствие, не знаю. Она убивала всех, а потом сбрасывала, и так раз за разом, снова и снова, пока наши души не слились окончательно. Мы… Я… потеряли способность сбрасывать, и, м злость забрала меня. Я был очень зол, ненависть Чары была во мне постоянно и будто бы множилась… Я плохо помню что было потом, но в какой-то момент пришел Найтмер, и все стало хорошо. — пожал он в конце плечами и неловко улыбнулся. Было видно, что эта короткая история далась ему тяжело. — Он выгнал из тебя Чару? — Что? Хах, нет, нет конечно, как бы он это сделал? Чара теперь буквально часть меня. Точнее… Ее больше не существует, как и меня как «Санса». Он просто забрал меня из моей пустой ау и теперь я просто Киллер. — Воу… пустой… ты всех убил? Но твоя «ау», все еще существует, выходит? — Именно так! Так что я в каком-то роде понимаю твою боль, ты ведь тоже их всех убил? Я правильно понял? —… — блондин промолчал, не хотел отвечать. Ему стало очень горестно от того, как легко прозвучал этот вопрос с чужих уст. — Ты не волнуйся только! Даст тоже это сделал! Не расстраивайся, просто, ну, обстоятельства сложились таким образом, мы тут все не без греха. Думаю, Хоррор очень недолюбливает нас за это. — За убийства? Я могу его понять, хах… — Ага. — А что у него? — Его мир голодает, все подземелье лишилось ядра и еды. У них там ужасный голод, мы ему помогаем с едой, а он за это часто навещает нас и кормит в ответ! — Какой ужас… — Ну, а кому легко? — пожал он плечами. Настала тишина, оба замолчали, не зная, что сказать дальше. Кросс задумался, немного нахмурившись. Киллер слегка хмыкнул, глядя за чужой эмоцией. Найт выглядит так же серьезно, когда задумывается о чем-то. Он не переборщил с рассказами? Не слишком сильно залез в душу? Он-то привык, что обычно, когда он перебарщивал, ему сразу давали это понять, обычно по лицу, рукой, ногой, щупальцем, а тут совершенно чужой человек, вынужденный жить с ними. Киллс просто подумал, что если расскажет о себе, об остальных, то Кроссу будет не так страшно открываться. Ему ли не знать, как больно вскрывать старые раны, хотя для Кросса рана была совсем не старой, свежей, открытой и, кажется, слегка подгнивала. — Нет… — совсем глухо, почти не слышно сорвалось с чужих уст, прерывая тишину. — Мм? — тут же отозвался Киллер, заинтересованно наклоняя голову, будто непонимающий пёс. — Нет, прекрати. Это ужасная идея. Пожалуйста, мы это уже обсуждали. — наклоняя голову куда-то в сторону, словно там кто-то стоял, что-то шептал, явно не держа за собой цели уведомить всех об их разговоре. Он словно просто пытался остановить поток мысли кого-то, кого Киллер не мог видеть. Тут до него дошло, что Кросс не уходил в мысли — он слушал и злился от услышанного. — О! Ты разговариваешь с Чарой? Что она говорит? — Я… я не… Мгх, — он замялся, но, видимо, решил, что не хочет больше ничего держать в секрете. — Чара — он… — О! А у меня, кажется, была девочкой… — внезапно вклинился в мысль брюнет, а после вскинул одну бровь, — хотя, я не уверен… — Он всё говорит о том, что мы могли бы найти способ попасть в твою пустую ау и воссоздать там новую ау для нас… — покачал он головой, вздыхая. — О как, — Киллер проморгался, собирая мысли в кучу, — Звучит неплохо, думаю, вы могли бы попробовать! Я не против, если вам нужно разрешение. Было бы интересно глянуть, че у вас получится. — Нет! — резко отрезал Кросс, — Нет, ты не понимаешь… Я вовсе не хочу этого, я не хочу создавать новое. Гастер, мой отец, он пересоздавал мой мир раз за разом, раз за разом, сбрасывал и создавал по новой, аж 10 раз, за что Чара и так зол на него. Чара хочет создать что-то лучше, чем то, что создавал отец, но он не понимает, что если сделает это, то станет таким же, как он! Чара хочет мира, где мы могли бы быть «не идеальными», но мы уже такие! Мы уже такие были, а он не слушает, не понимает! Я не хочу создавать новый мир, который потом снова наскучит им! Я просто хочу брать то, что имею… Я просто хочу спокойной жизни… Я пойму, если ты не поймешь… — О-о, не, ну, в этом есть своя логика. Аж 10 раз? О Дриммуры, наш мир просто нечто. Я думал, что уже все странности в нем повидал! Хах. — неловко почесал тот затылок, пытаясь поддержать парня. Кросс хмыкнул, качая макушкой, кажется, он был рад чужому принятию. — Дорогуши, — внезапно раздался тянущий голос, о нахождении владельца которого все благополучно забыли, — У вас очень милые посиделки и разговорчики, вводящие меня в полный экзистенциальный ужас, но какого черта, простите, вы его проводите в комнате, где я пытаюсь спать? Вы хоть представляете, как недосып плохо влияет на кожу? А я уже очень долгое время нормально не спал! — ох… — Ой. Извини, я забыл про тебя. — пожал плечами Киллер, упираясь руками в матрас, — Нам уйти? — Ласт вздохнул, поднимаясь с матраса и пригладив белые волосы к затылку, опустил руку за спину, подтягивая боксеры. — Не нужно, вы уже сбили мне весь сон. Пойду-ка усыплю жажду, — тихо хихикнул он, поднимаясь с тёплого спального места и, вальяжно виляя бедрами, удалился из комнаты. — Окей, давай, — помахал рукой ему в след Киллер и вернулся взглядом к Кроссу, складывая ногу на ногу, — Кросс? — Да? — Знаешь, я рад, что нам удалось так поболтать и узнать друг друга поближе. Но, если честно, ты выглядишь очень депрессивно и как-то загнанно, как раненное животное или типа того, тебя реально сильно все это беспокоит, да? — Ясное дело. — Это нормально, но если тебе прям совсем плохо, Босс мог бы помочь тебе! — Найтмер? — Да! Он питается негативом, может съесть всю твою грусть. Ситуацию это, конечно, не исправит, да и Чару не вытащит, но на душе станет куда легче, плюс отрубишься моментально! — Правда? — Конечно! Босс самый милый и чудесный человек, он обязательно тебе поможет! — Человек? Я думал, он монстр… — Не, он просто покрыт негативом… Ну, этой жижей, под ней он человек! Очень высокий и невероятно красивый… Но он очень не любит это показывать, — задумчиво улыбнулся тот, уже чуть уплыв в сонные мысли о Найтмере. — Хех… Знаешь, я не уверен… Не уверен, что хочу ему всё рассказывать, снова всё повторять… Не хочу, чтобы мне так помогали… Я даже не знаю, зачем тебе это всё рассказал. Я бы предпочел разбираться с этим сам, ладно? С Чарой, с собой, имею в виду, да и… Ты сам сказал, что он мало чем поможет. — Да не волнуйся ты! — он хлопнул блондина по плечу. — Босс не любитель задавать много вопросов и лезть в бошки, ну, если ты сам не захочешь, конечно. Говорю же, он просто очень аккуратно и нежно все съест! Это довольно приятно, мы все к нему ходим, когда конкретно накатит! — он резко прервался, когда на весь дом раздался очень мужественный визг, заставляя обоих обернуться на дверь. — Что это было? — явно навострился Кросс, напрягаясь и всем своим видом показывая, что готов к бою в любой момент. — О! Узнаю этот пронзительный визг, только босс может довести до такого ужаса! — загоготал тот и резво поднялся с места, хватая нового приятеля за руку, — Пошли!       Им не понадобилось много времени для того, что бы прошмыгнуть по лестнице и оказаться напротив кухни, где им открылась занимательная картина: Найтмер стоял у холодильника, спокойно попивая молоко прямо из пачки, щупальцем держа запасть костлявого Гастер-бластера, что дымился от того, что проглотил фиолетовый заряд. В это время рядом, свалившись на пол, за сердце держался Ласт, пытаясь отдышаться от испуга и, кажется, восстанавливаясь от микро приступа. — М? Киллер? Уже поздняя ночь, ты должен был спать. — наградив новоприбывших совсем коротким недовольным взглядом, кончиком языка слизывая молоко, но он лишь поморщился, пальцами убирая с языка жижу. — Ага, но я заболтался с Кроссом и ему нужна твоя помощь. — Мнгм, хорошо. — прошептал он, не слишком заинтересованно, но и без колебаний соглашаясь с кивком. Хранитель негатива резко сжал бластер сильнее, заставляя его рассыпаться магическим прахом. Он оставил молоко в холодильнике и закрыл его, лишая глаз единственного источника света, став уходить в свою комнату. Киллс кивнул в его сторону, приглашая Кросса проследовать за ними, прямиком в кладовку. Как оказалось, комната была просто огромной, но остановило Кросса другое — пол был затоплен жижей, Киллер ее точно не боялся, прыгая в нее в неё с разбега и пуская небольшие всплески, уверенно шагая за Найтом.       Найтмер остановился, оглядываясь на гостя, что остановился в дверях в одних лосинах… или это были колготки? В любом случае, взгляд бирюзового глаза выглядел крайне недовольно, но, фыркнув, он заставил жижу разойтись в стороны, очищая путь для их нового гостя. — Спасибо, — неловко шепнул блондин, проходя внутрь. — Садись, — позвал его Киллер, испачканный в ненависти по колено. Он отодвинул один из стульев, приглашая присесть. Кросс не стал заставлять всех ждать, слегка растерянно уживаясь, активно пытаясь игнорировать голос Чары, что только и твердил, что «это всё бред, что ему стоит уйти и что они все глупые клоуны, творящие бред». Он неловко ощутил, что оба мужчины оказались у него за спиной и, если быть откровенным, ему очень не нравилось происходящее, он был готов схватиться за меч в любой момент. — И что от меня требуется? — зевнул Найтмер, растягивая щупальца. — Кроссу плохо спится от плохих мыслей. — Все так плохо? — Мнгм, думаю, он плохо спал в последнее время, — присаживаясь на край кровати, забрасывая на нее ноги. — Хорошо.       Кросс слушал их диалог, но не понимал, когда все должно начаться. Ему не сказали расслабиться, не сказали что-то делать, эти двое просто замолкли. Ничего не происходило. Тревога плавно покидала его тело, он успокоился, тело расслабилось, мысли плавно покидали его голову, оставляя за собой лишь бесконечный белый шум. Он откинулся спиной на спинку стула, глупо пялясь в одну точку перед собой. Ему больше не было страшно, грустно, он не чувствовал злости или опасности. Внутри него стало совсем пусто. Мир вокруг него потерял любые краски, стало… просто никак. Он ничего не чувствовал. Глаза сами по себе прикрылись, пока в голове шумел ветер, ему больше ничего не хотелось, кроме того, чтобы просто заснуть и оставить этот пустой мир хотя бы на время. Сон пришел так быстро… — Все? — Мнгм, отключился. — Ты хорошо его опустошил? — В нем было так много… Словно в нем негатива на двоих… — Хах, а-то. — В смысле?