Пламя

За окном темно, комната освещена лишь светом уличных фонарей и огнём от камина. На улицах царствует зима, что ставит свои законы. Она бережно и аккуратно рисует узоры на окнах. Зимушка разбушевалась не на шутку! Холод был хуже чем в Антарктиде… Закоченелые пальцы и несколько слоёв одежды, сами дали понять всю суровость этого времени года. Злой ветер с морозом наметает пятнышками мелкий, рыхлый снежок. Веточка тончайшими своими пальчиками держала большой пышный ком. Улицы спавна были пусты, казалось, метель выгнала всех людей из этого места, оставив дома в одиночестве. Но они все сидят у жарких каминов и попивают горячий, обжигающий язык, шоколад. И сам новогодний воздух так дивно пахнет корицей и можжевельником и лишь слегка дымом от огня в каминах. Настаёт тот момент, когда душа просит весны. Часы тикают… С каждой секундой, новый год всё ближе и ближе! Безразличные дни смотрятся друг в друга, как в зеркальное отражение. Но этот зимний день не был обыденным для Вмути. Жуткая метель, что напала на спавн, заставила девушку остаться дома. Её верный друг Опти вызвался забрать часть её работы в Дельте, и она позволила себе взять законный выходной. Зеленовласка была очень благодарна и возражать не стала. «Чтобы я ещё настаивала потратить свой выходной, который у меня бывает редко, среди кучи бумаг? Нет!»: подумала она в тот момент. Именно сейчас Вмутя была в домике, что построил для них двоих Гельмо. Сам парень был на кухне и готовил горячие напитки, чтобы наконец-то согреться. Несмотря на толстые стены, холод смог пробраться и сюда, в самое сердце дома. Зеленоглазка была одета в тёплой, пушистой свитер по самое горло и в тёплых штанах. На ногах красовались милые коричневые носочки с изображением оленей. Девушка держала небольшой листок бумаги — письмо от Опти. Он прислал ей поздравление с приближением нового года. Она улыбнулась письму и отложила его на книжный столик, на котором находилось несколько книг и пульт от телевизора. Однако, смотреть его сейчас совершенно не хотелось. Хотелось лишь смотреть как завораживающе в танце своём извиваются языки пламени в камине. Вмутя потерялась в своих мыслях при виде огня. Прервал её Гельмо, тем, что поставил на столик две кружки с какао. Зеленоглазка потянулась за кружкой и взяла её. Отпив немного, она посмотрела на Гельмо. — Может следует подкинуть больше дров? — Успокаивающе спросил он. — Пожалуйста. А то до сих пор дрожу от холода. Он присел у очага, взял небольшое полено и закинул в пламя. Языки пламени стали гореть ярче прежнего и заиграли друг с другом. Был слышен гулкий звук потрескивания брёвен и приятный запах дыма. Вмутя не успела моргнуть глазом, как опять улетела куда-то из этого мира в свои мысли. Парень накрыл свою девушку пледом, но и это она и не заметила. Он плюхнулся на диван возле любимой. Зеленовласка просто приблизила чашку к губам и немного отпила из стакана. Через секунду она отстранила стакан. Напой обжог язык, вот она и вздрогнула. — Блин, горячий — Выругалась она горячему шоколаду. — Я всегда такой. — Неудачно пошутил Гельмо, мило улыбаясь. Она ничего не ответила, даже не улыбнулась и не посмотрела на него! Она просто перебирала пальцами конец полотна. Гельмо ожидал совсем другой реакции. Зеленоглазый напрягся и серьёзно посмотрел на любимую. — Вмутя, всё хорошо? У тебя ничего не болит? — Д-да, всё хорошо. Просто холодно – Нервно улыбнулась она. Она повернулась к нему и посмотрела в его глаза. Парень осторожно убрал слегка заросшую чёлку с лица и непослушные локоны за ухо. Затем спокойно и нежно провёл рукой по её щеке, затем спустился ниже, пальцем поглаживая кожу в том месте, где должны быть ямочки, что скрылись в печали девушки. Они смотрели друг другу с глазу на глаз. Храбрость, доброта, вера… Всё было в её душе! Она — его вдохновение, Афродита, Муза и… И тот огонёк в душе, что смог оживить его. Она тот человек ради которого появился стимул жить. Появилась причина дышать ради этого человека! Вмутя та самая, с кем он хочет дышать и провести всю свою жизнь рука об руку. Она — его огонёк! И он намерен продолжать жить… лишь бы только она была рядом! — Милая, я живу с тобой достаточно и знаю, когда ты лжёшь… Пожалуйста, скажи, что тревожит твоё сердце? Из-за чего кошки на душе скребут? — Честно говоря, я переживаю из-за Нагибайки. С тех пор как он подался в бега плакала возможность вернуть мой правый глаз. Арасаки с каждым днём становятся всё опаснее…. Гельмо сжал кулаки от этих слов. У него в голове не укладывалось, как можно было обидеть такое милое создание?! Но прямо сейчас он рядом с ней. Прямо сейчас всё хорошо, и она в безопасности. — Не переживай любимая. Я обязательно найду Нагибайку и тогда он поплатится за всё, что сделал! Вмутя ничего не сказала в ответ. Лишь продолжила отрешённо смотреть на языки пламяни. Так продолжалось некоторое время, пока Гельмо случайно не коснулся её руки. — Вмутя, да ты вся ледяная! – Удивлённо распахнул он свои изумрудные глаза. Гельмо сложил её руки в замочек и своими же руками обхватил ладошки. Затем преподнёс к лицу и стал дышать на них тёплым воздухом, пытаясь согреть единственную. К лицу Вмути прибежала кровь, щёчки порозовели от такой милоты со стороны её парня. Придя в себя, она поняла, что это не самый лучший способ наконец-то почувствовать теплоту. Не долго раздумывая, в голову пришла идея. — Гельмо… Она села ещё ближе, так, что она слышала его дыхание. Оторвав его от занятия - продолжила: — Я знаю как нам согреться… - Она посмотрела ему в глаза и ухмыльнулась. — Тебе понравится… Здесь и сейчас есть только они, они вместе: тело к телу, глаза в глаза. Она запустила свои руки под его свитер с оцелотами. Холодными пальцами она проводила вверх и вниз по его торсу медленно, изучающее. Гладит ладошками живот, чувствуя, как сокращаются мышцы под её касаниями. По телу пробежалась стая мурашек то-ли от наслаждения, то-ли от холода. Гельмо покраснел и непонимающе посмотрел на девушку. Он взял её ладошки в свои руки и внимательно посмотрел ей в глаз, как бы спрашивая, а готовы ли они к такому? Это ведь будет их первый раз… Вмути лишь аккуратно вынула свои руки из его ладошек и провела правой по его щеке, увлекая в невесомый, вочти нивинный поцелуй. — Мы готовы… - Утвердительно сказала она. В ответ на это он легонько, не желая навредить, закусил мочку уха и затем приступил к шее и ключицам. Опаляя кожу дыханием, он целует её, оставляя на шее засосы. Это было подобие метки, что так и говорила: «Она — моя». Вмутя закрыла глаза и полностью отдалась. Ещё немного поигравшись, дразня её, щекоча своей бородой и милыми поцелуями, он перешёл к другому. Он прильнул к её губам, втянув в жадный поцелуй. Их языки сплелись, как языки пламени в камине. Поцелуй был ненасытный, так не хотелось отрываться, почувствовать весь вкус клубники целиком и полностью. На секунду оторвавшись друг от друга набрать воздух, они опять продолжили этот момент. На этот раз девушку потянулась, чтобы украсть его поцелуй. Немного покусывая нижнюю губу, она села ему на колени, всё ещё находясь с ним под пледом. Он откидывается на спинку дивана, и Вмутя садится сверху, не прекращая поцелуй, а наоборот углубляя его. Зеленоглазка времени не теряла. Ледяными кончиками пальцев скользит по торсу осторожно, изучающе. Щеки её раскраснелись, язычок беспрестанно скользит по губам, выдавая её волнение и желание. Тем временем Гельмо стягивает с неё свитер, а затем футболку, открывая вид на грудь второго размера, которую закрывал чёрный кружевной лифчик. Она не отстаёт, разрывая поцелуй, снимает с него свитер, но разочаровываться. Ведь там, под свитером был ещё один свитер. Она смотрит на него недовольным взглядом, на, что он просто пожимает плечами и говорит: — Было холодно, что я мог поделать? Не желая на таком моменте заканчивать начатое, Вмутя просто забила ботл и продолжила получать удовольствие. Зеленоглазка взялась за края свитера и потянула вверх, снимая его через плечи парня. Опять поцелуй. Девушка приоткрывает рот, не сопротивляясь, и сама скользит языком навстречу. Не разрывая поцелуя, пальцы девушки беспрепятственно скользят вниз. Впрочем, их быстро перехватывают. Девушка сняла с него ремень. Она откинула пояс назад, звякнув бляшкой. Она позволяет ему освободить себя от остатков одежды, оставляя себя перед ним открытой и беззащитной — обнаженной. Убрав лишний лифчик, он мнёт грудь, играя с сосками. Он разорвал поцелуй и перешёл на работу ниже ключиц. Он продолжал одарять её тело поцелуями. Она тихо стонет от незамысловатой ласки и чуть выгибается вперед, недвусмысленно потираясь о парня. Руки скользят всё ниже и ниже. Он притягивает её к себе. Казалось, что воздух стал тяжёлым. В комнате стало душно. Огонь не утихал, а даже стал пылать ещё ярче. Будто он вышел из-под контроля! Бревна растрескиваются и через некоторое время ничего кроме пепла не остаётся. Комната заполняется не только любовью, но и приятным ароматом горящего дуба. Они переглянулись и поняли, настал следующий этап в этом деле. Парень быстро стянул с неё штаны, оставив в одних трусиках. Его рука скользит по внутренней стороне бедра к влажной от возбуждения промежности. Он легко скользит пальцем по половым губам, массирует клитор и без труда проникает в щелку. Один палец, второй — она вся дрожит, по телу то и дело проходит волна мурашек, от возбуждения ей некуда себя деть, и она только кусает губы — то свои, то его во время поцелуев. Вмутя тяжело дышит и медленно расстегивает молнию джинс, дразня его и поглядывая на лицо своего возлюбленного. Пытаясь не смущаться, она стянула с него джинсы. Лица их были похожи на помидоры. Такие же красные… Теперь время перейти к десерту. К самому пикантному… Она снимает его трусы и откидывает куда-то вдаль, может там, где находилось давно забытый плед или лифчик. Зеленоглазка обхватила рукой половой орган и стала проводить по нему вверх-вниз, от головки до самого основания. Он возбуждался всё больше, и его половой орган набухал. Парень стонал через зубы, то как ему было приятно от происходящего. Немного времени прошло, как они опять перешли на следующий уровень. Трусики Вмути отправились ко всем остальным вещам. Он держит её за бёдра и медленно насаживает на половой орган. Она с тихим стоном привыкает, после чего помогает задать нужный темп. Он горячий, большой, трётся о стенки влагалища, и чувство такое восхитительное. Волосы прилипают к намокшей спине, тянутся, но и это чувство не способно приглушить порочную тянущую сладость внизу живота, выбивающую из груди стоны с каждым толчком. Пока та привыкает, он целует за ушком, чуть ведёт носом по линии челюсти и уделяет внимание нежной коже шеи. Поцелуи словно горят на ней, посылая по телу искорки удовольствия. Мерные толчки заставляют выгибаться на диване. По комнате плывут звуки стонов и прерывистого дыхания, вперемешку с игрой огня. Он целует её в припухшие губы и наконец отпускает руки. Поясница и бедра Вмути извивались завораживающие плавно, превращая всё это действо в прекрасный чувственный танец. Пальцы одной тут же закрываются в волосы у основания шеи, притягивая ближе к себе, вторая же скользит по его груди, лаская кончиками пальцев. Настал конец игре… У Вмути, от макушки до пят проходит волна, сметающая все на своем пути, и их тела обмякает в приливе теплой слабости, а через несколько мгновений она чувствует, как и он вздрагивает всем телом. По её шее стекают капли пота, волосы наверняка сбились в воронье гнездо, на лице — форменное безумие. Но сейчас ей всё равно, как она выглядит, потому что знает, что в глазах Гельмо она прекрасна. Тонкие пальчики бездумно выводят замысловатые узоры на его груди, голова девушки покоится на его плече. Он накрывает ее пледом и легко целует в макушку, на что та благодарно улыбается и трется щекой о плечо. Их пальцы переплетаются. — Согрелась? — Спросил Гельмо свою музу, играясь с её волосами. — После такого я вся пылаю, ненаглядный! Они лежали, тесно прижимаясь друг к другу. Зеленоглазка наслаждалась моментом. Она слышала музыку, усладу для её ушей — сердцебиение любимого человека. Человека, что зажёг пламя в её душе. Ну, а огонь в камине и не думал угасать. Он был как их любовь — со временем не угаснет и водой не потушишь, а метель — обычный пустяк… Веки становились тяжелей. До жути хотелось спать. Вмутя зевает и говорит: — Холод нам с тобой не помеха, пока мы любим друг дружку. — Она закрыла глаза и представила другие ночи, что они проводят вместе — Наша любовь — это наш огонь, пламя. Любовь, что мы питаем - наше спасение… наша жизнь… Вмутя опять зевает и окутывается в мир снов. За ней отправляется и Гельмо.