Ревность

      Прошло еще несколько дней после свидания с Сяо. Венти собрался и ушёл на работу, думая только о встрече с яксой.       Встретившись с парнем в комнате отдыха, бард тут же сел рядом и положил голову ему на плечо. — Все в порядке? — осторожно спросил адепт, погладив младшего по руке. — Все… Все нормально, — вздохнув, ответил Барбатос, прикрыв глаза.       Через несколько минут оба были готовы и зашли в подготовленную комнату по сигналу.       Алатус первым делом обнял младшего, после чего полез целоваться. Бард охотно прильнул к губам яксы. — Сегодня, по плану, я буду грубым… — еле слышно прошептал брюнет, чтобы его голос не попал на камеру, — извини, если что, — после этого старший укусил нижнюю губу Барбатоса. — Трахай меня так, как последний раз в этой ебаной жизни… — тоже шепотом ответил Венти, но так, что его могло быть слышно.       Алатус усмехнулся, после чего повалил Тотошку на кровать. Оператор ходил вокруг, порой останавливаясь, чтобы запечатлеть процесс как можно качественнее.       Сяо снял с младшего одежду, откидывая ее в разные стороны, порой не задумываясь о том, что она трещит от резких движений. — Да… Давай… Будь жестким… — шепотом тараторил младший, чувствуя как внизу приятно ноет от возбуждения.       Вскоре Сяо вошел в барда, заставляя его звонко и достаточно громко застонать. — Д-да… Боги, да… — проскулил Тотошка, выгибаясь.       Якса действительно был грубым в этот раз. Кровать громко скрипела под двумя телами, что предались страсти. — Грубее… Грубе-гха!.. Умоляю… — громко стонал Венти, чувствуя как его грудь вжимает в матрас сильная рука.       Барду нравилось это чувство. То, как Сяо входит во всю длину, задевая чувствительные точки и безошибочно попадая в самое приятное место.       Каким наслаждением было чувствовать каждый миллиметр адепта в себе. Тотошка стонал на пределе своих голосовых связок. Не было сомнений, что на следующий день он не сможет разговаривать.       Якса знал свое дело. Парень спокойно вытрахивал из младшего его душу, доводя чуть ли не до потери сознания.       Венти кончил, впрочем, адепта это не остановило. Только отойдя от разрядки, архонт почувствовал как в него снова входят грубо, не давая даже отдышаться.       Архонта снова трахали, но в этот раз даже без единого шанса на передышку. Барбатос уже чувствовал как темнеет в глазах. — Красны-гкх… — выдавил из себя младший стоп-слово.       Адепт моментально остановился, тяжело дыша. Венти громко вдохнул. Так, как будто несколько минут провел под водой.       Тотошка пытался отдышаться еще несколько минут. Сяо отстранился, наблюдая за младшим. — Прости, ветерок… Перегнул палку, — тихо прошептал брюнет, когда оператор опустил камеру. — Ну ты и выдал, — гоготнул парень с камерой, — я думал, что ты его затрахаешь до смерти. — Завались, Дек, — пробормотал брюнет, гладя Тотошку по голове.       Бард приластился к руке старшего тихо скуля его имя. — Д-дайте мн-мне пять м-минут… — прошептал Венти сорванным голосом. — Тебе пару дней надо минимум, — виновато усмехнулся старший. — Сяо прав. Да и материала достаточно уже. Жаль, что без окончания актива, — хмыкнул оператор, почесав щеку. — Д-давайт-те доснимем… — прошептал архонт, приподнимаясь.       Адепт тяжело вздохнул, потерев переносицу. — Только окончание, — пробормотал старший, целуя Барбатоса в лоб. — Ну вы еще… Ай ладно. Вы этим занимаетесь последний час, — усмехнулся Дек, водружая камеру на свое плечо, — дайте знать, как будете готовы. — Давай я сейчас просто на него кончу, а потом склеим как цельное видео. Не думаю, что Венти протянет лишние минут десять, — вздохнул старший. — О как… Ну… А что? Идея, — хмыкнул оператор.       Сяо довел себя до пика рукой, после чего вошел в барда и, сделав пару толчков, кончил вовнутрь с громким стоном. Венти же что-то прохрипел, окончательно обмякая и теряя контроль над собственным телом.       После этого оператор заснял то, как из Тотошки вытекает белая горячая жидкость. — Все. Вы молодцы, отдыхайте, — сказал Дек, после чего вышел из комнаты, оставляя парней наедине. — Я… Я не знал, что ты можешь быть таким… Таким грубым и жестким… — прошептал бард, обнимая старшего за шею, — поцелуй меня…       Сяо вздохнул, покорно заваливаясь обратно на кровать. После этого он поцеловал младшего в губы, прикрыв глаза.       Через пол часа Венти более-менее пришел в себя и, на трясущихся ногах, направился в ванную, что прилегала к комнате как раз для того, чтобы отмыться от работы.       Однако ослабшее тело подвело Барбатоса. Паренек, не пройдя и двух метров, начал падать. Благо, реакция не подводила брюнета и он рванул к Венти, подхватывая его на руки.       Бард охнул, чувствуя как сильные руки поднимают его. От этого внизу заныло от возбуждения, не смотря на присутствие, пусть и приятной, но все же боли от недавней близости.       Адепт занес младшего в ванную, после чего залез в ванну и пристроил архонта сверху, чтобы он не садился, по понятным причинам.       Венти устроился на старшем сверху. Прикрыв глаза, Барбатос почувствовал как на них сверху льется прохладная вода из душа. — Мне так хорошо с тобой, Сяо… — прошептал Тотошка, потеревшись щекой об грудь Алатуса. — Мне с тобой тоже, — отозвался старший, зарывшись пальцами в темные волосы.       Венти еще несколько минут был в сознании, но после заснул, прижимаясь к брюнету.       Барбатос проснулся минут через двадцать, все еще в ванне, все еще со старшим в обнимку. — Спишь? — прошептал архонт, поднимая голову. — Пока нет, — тихо ответил брюнет, взглянув на младшего. — Поцелуй меня, — вздохнул Тотошка, после чего надул губки, чтобы показать парню то, как он нуждается в поцелуе.       Адепт повел плечом, после чего коснулся губ Барбатоса своими. Венти обнял яксу за шею, приподнимаясь повыше.       Через пару минут архонт отстранился и потеревшись щекой об грудь старшего, начал подниматься.       На все еще немного трясущихся ногах, Венти вышел из ванны и пошел одеваться. Адепт не заставил себя ждать и вышел через пару минут после Тотошки.       Одевшись, Барбатос вздохнул, после чего повернулся к брюнету, что успел надеть только свои джинсы, и залез на него с ногами, подобно тому, как коала висит на дереве. Сяо замер на пару секунд, после чего обнял архонта, придерживая его снизу.       Венти уткнулся носом в плечо старшего и закрыл глаза. С Алатусом можно было чувствовать себя как за стеной. Парень умный, сильный и красивый. На него можно положиться.       Бард втянул носом запах яксы. Адепт же усмехнулся и поцеловал нежный изгиб шеи Тотошки. Венти тихо хихикнул, после чего слабо укусил плечо Сяо. А потом еще раз. И еще один… Барбатос оставлял еле заметные следы от зубов на коже старшего. Тот никак не сопротивлялся, позволяя младшему делать метки. Даже наоборот чуть наклонял голову так, чтобы барду было удобнее. — Можно я пару дней поживу у тебя? — прошептал архонт, зарывшись пальцами в волосы старшего, — не думаю, что Дилюк, видя как я хожу враскоряку, поверит в то, что меня так сильно ебут на должности администратора отеля…       Якса рассмеялся, после чего поцеловал Венти в шею. — Можно конечно. Буду только рад твоей компании, — тихо ответил парень, касаясь носом уха Тотошки. — «Я рад… Это же еще пару дней передышки от него. Эти отношения все более и более невыносимые…», — подумал бард, прикрыв глаза, — «но если я просто брошу его, он ведь… Он начнет творить хуйню, я уверен. Написывать будет точно. Может сталкерить еще… Блять, как сложно», — подумал архонт, перебирая волосы брюнета.       А ведь все начиналось красиво. Цветы, комплименты и прочие ухаживания. Красноволосый покорил Барбатоса своей галантностью. Ну, может быть немного тем, что мужчина был на семь лет старше, а Венти хотелось «попробовать» кого-то кроме своих ровесников.       Об этом паренек думал всю поездку до дома адепта. Вдруг, его поразила мысль, что неприятным холодком прошлась по его телу. Ведь с Сяо все тоже самое. Парень всегда ласков и внимателен к архонту. Но надолго ли? Адепт тоже уделяет Барбатосу много внимания: водит на свидания или просто проводит с ним время. Разница между Алатусом и Рагнвиндром только в том, что Сяо старше не на семь лет, а на пять и не пытается при любой удобной возможности склонить Тотошку к интиму.       Венти думал об этом, глядя на то, как брюнет готовит им еду, стоя у плиты. — «Будет ли твоя настоящая сущность отличаться от той, которую ты показываешь.?», — сказал про себя младший, сверля спину адепта взглядом, — «будет ли так же, как было с Дилюком…?»       Барбатос поднялся со стула, после чего подошёл к старшему сзади и, обняв его, уткнулся лицом в основание шеи. Парень замер, но потом продолжил что-то нарезать. Остановился он только для того, чтобы погладить руки младшего. Но вдруг якса взял барда за запястье и, поднеся ладонь Тотошки к лицу, коснулся губами кончиков пальцев паренька.       Венти хихикнул, после чего на ощупь нашёл нос Алатуса и коснулся его пальцем. — Буп, — вновь захихикал бард, отстраняясь.       После этого Барбатос взглянул на время и оставил старшего в покое. Зайдя в спальню, архонт взял ноутбук и зашел на сайт. По расписанию у него онлайн-урок. Несмотря на то, что Венти перешел на заочное обучение, он еще и усиленно работал для того, чтобы натаскать свои знания.       Тотошка поздоровался с преподавательницей и занятие началось.       Венти занимался усердно. Каждый из его преподавателей хвалил паренька за умение быстро схватывать информацию. И ведь архонт действительно старался.       В какой-то момент в комнату зашел Сяо и преподнес младшему тарелку с легкими закусками и чаем. Бард слабо улыбнулся. Якса же усмехнулся и ласково потрепал его по голове. Девушка, что объясняла архонту математику, хихикнула, после чего сказала: — У тебя такой милый парень, — от этих слов бард покраснел.       Зависнув на пару секунд, Тотошка хотел было начать отрицать, но вместо этого смущенно улыбнулся. — Спасибо… — Ну что ж… Вернемся к матрицам.       Через полтора часа Барбатос закончил и, закрыв ноутбук, направился на кухню. — Спасибо за мини-слойки, — улыбнулся младший, обнимая яксу со спины, — мне понравилось…       Старший молча обернулся и поцеловал Тотошку в нос. — А теперь можно и нормально поесть, — ответил он, кивнув на стол, на котором стояла миска с салатом и две тарелки с ароматным рагу. — Сяо, ты — волшебник, — прошептал бард, садясь за стол.       Через несколько дней были назначены съемки. Когда Барбатос приехал в офис, он увидел, что Алатус сидит не в одиночестве, а рядом с… тем самым блондином, что снимался в том видео, где Венти познакомился со старшим.       Якса просто беседовал с парнем, обсуждая предстоящие съемки. Бард молча подошел к ним, садясь рядом с брюнетом. Адепт как-то бессознательно приобнял младшего, продолжая дискуссию с блондином. — А вы не знакомы? — удивленно пробормотал старший, взглянув на двух окружавших его парней, — ну… Венти, это Итэр. Итэр, это Венти, — неловко улыбнулся старший.       «Косичка» протянул барду руку, а тот неохотно ее пожал. Что-то Тотошке не нравилось в этом золотоволосом пареньке, что беседовал с адептом. — Там такое дело… — начал Сяо, обращаясь к Барбатосу, — у нас по сюжету тройничок. Итэр — полный пассив. Я, соответственно, полный актив. Возьмешь на себя роль универсала? — Я? Д-да… Ладно, — вздохнул паренек, обнимая руку брюнета. — Все нормально? — обеспокоенно спросил старший, взглянув на барда. — Нормально, — ответил паренек, отведя взгляд. — Венти? Можно на пару слов? — попросил Итэр, перегнувшись через адепта. — А? Ну… Пойдём, — пожал плечами бард, поднимаясь с диванчика.       Блондин завёл Тотошку в уборную и замер, видимо обдумывая свой вопрос. — Что ты хотел со мной обсудить? — настороженно спросил архонт, скрестив руки на груди.       Итэр немного помялся, но затем робко спросил: — А вы с Сяо… Ну… Встречаетесь?       Барбатос нервно рассмеялся, чем смутил «Косичку» еще больше. — Мы? С Сяо? Нет… С чего ты вообще это взял? — Ну вы постоянно ходите вместе. У вас партнерство. Я как-то видел вас вместе в ресторане, когда ужинал с сестрой. — Нет, между нами ничего нет. И не может быть. Это… бред какой-то, — слабо усмехнулся Венти. — Вот как… Ну… Ну ладно, — Итэр слабо улыбнулся, — спасибо за ответ.       После этого блондин вышел из уборной оставив барда наедине с мыслями о собственном ответе и о том, верит ли сам архонт в свои слова.       Почти с первой минуты съемок Барбатос понял, что такой формат ему не нравится от слова совсем. Пока что Венти не мог выделить какой-то конкретной причины, но точно знал, что это некомфортно.       Пусть Сяо уделял внимание обоим, Тотошка все равно стремился крутиться у парня почаще. Вот Алатус касается губ блондина своими и бард тут же лезет к старшему целоваться. Стоит брюнету прикоснуться к "Косичке" и паренек жмется к адепту, требуя ласки.       Однако особо пользоваться этой схемой Венти не мог. Большую часть времени оба трахали Итэра поочередно то в рот, то в зад.       Барбатос испепелял старшего взглядом, когда тот, намотав золотистые волосы на свое запястье, заставлял блондина давиться своим членом. Да и когда Итэр громко стонал, когда его нагибал адепт.       Единственный момент, к которому Венти относился нейтрально, а не негативно, это когда они трахались «паровозиком». То есть Сяо сзади, Итэр спереди, а Барбатос между ними. Однако секс между последними двумя держался лишь на том, что член у Тотошки стоял потому, что сзади двигался якса, поддерживая возбуждение младшего.       Съемками архонт остался категорически недоволен. Однако причина все еще оставалась для него загадкой. О ней Венти думал всю дорогу домой.       И все же, в какой-то момент паренек ее осознал — он ревнует. Ему не нравится, когда Сяо с кем-то другим. Видя старшего с Итэром, бард хотел порвать блондина на мелкие кусочки, дабы только он был с Алатусом.       Барбатос раз за разом прокручивал моменты, где парень целует блондина, берет его и так далее. Все эти фрагменты вызывали у Венти ни что иное, как жгучую ревность, которая неприятным током проходилась по его телу.       После тех самых съемок, Барбатос начал нарочно холодно относиться к яксе, который все так же стремился ходить с Тотошкой на свидания. Но видя действия барда, брюнет принял этот вызов, начав играть по правилам Венти, что еще больше пугало младшего, вызывая в нем мысли о том, что Алатусу на него плевать.       Но всего лишь через месяц адепт от таких игрищ сломался. — Может, ты хочешь мне что-то сказать? — вопрос, который напугал архонта.       Сяо выцепил Барбатоса где-то в коридоре и слегка перегородил ему проход. — Я? Не хочу, — пробормотал бард, пытаясь пройти дальше. — А мне кажется, что хочешь. Давай не будем вести себя как дети и обсудим то, что тебя беспокоит?       Бард недолго ломался, после чего согласился и они с Сяо направились в кафетерий, где когда-то прошло их первое свидание. — Может расскажешь, почему ты, с недавних пор, решил начать меня избегать, игнорировать и выводить на ревность? — сказал Алатус, сев за столик. — Я… Просто… Помнишь, у нас были съемки… Ну, ты, я и Итэр, — начал издалека Венти. — И ты приревновал меня к нему? — тяжело вздохнул старший, потерев переносицу пальцами.       Бард подвис на несколько секунд, после чего смущенно кивнул. — Вот как… А раньше ты не мог мне этого сказать? Если бы ты просто объяснил свое поведение ревностью, то мы оба меньше бы страдали… Да и… Зачем ты ревнуешь? В чем причина? — Я… Я просто не могу. Не могу смотреть, как ты прикасаешься к другим. Целуешь, обнимаешь. Шепчешь им пошлости. Я хочу… Я хочу, чтобы это все было только для меня, — откровенно признался Тотошка, виновато опустив взгляд. — Венти ты… Ты балбес, — вздохнул Алатус, тихо хихикая. — Справедливо, — опустив голову, ответил бард. — Понимаешь, мы — порноактеры. Даже если бы мы встречались, нам приходилось бы ебаться просто по профессии, понимаешь? Знаешь, почему я пошел в порноиндустрию? Потому что я любвеобильный. Я обожаю секс. — Мы могли бы сниматься только вдвоем. Ты и я… Мы ведь в тот раз дали добро на тройничок, верно.? — Ты и я? Разве ты не говорил, что отношения между нами это бред какой-то? — ехидно заметил якса, почесав щеку.       Барбатос замер. По его телу будто прошелся разряд тока. — Откуда ты… — Итэр подошел ко мне. Сказал о твоих словах и предложил начать встречаться. Парень он не ревнивый, — вздохнул адепт. — И… И что ты ему ответил? — спросил бард, хотя, как ему казалось, он уже знал ответ на этот вопрос. — Я сказал ему… — адепт замялся, но все же продолжил, — сказал, что люблю тебя.