Глава 7

В губах Фредди всё ещё покалывало целую минуту после того, как Роджер вышел из туалета. Он провёл пальцем по усам и прерывисто вздохнул. Что только что произошло? С каких это пор Фредди целовал кого-нибудь в губы? Это было его правилом — единственной вещью, которая не давала ему пострадать. Поцелуи в губы были интимными. Это было погружение с головой в эмоции, на которые никогда нельзя было ответить взаимностью. Всё, что Фредди хотел сделать, это успокоить Роджера. Он выглядел таким… Испуганным там, перед лицом этого невыносимого Артура. Фредди не собирался обрушивать поток слов, настолько мягких и нежных, что они с таким же успехом могли исходить от кого-то другого. Он всего лишь хотел разгладить упрямую складку между бровями Роджера. Поцелуй не входил в этот план. О, кого он обманывал? Его собственные слова эхом отдавались в голове Фредди: Я думаю, ты стоишь большего, чем то, что он предлагает. Он определённо думал о поцелуе, когда наклонился к лицу Роджера и прошептал эти слова ему на ухо. На самом деле, все его существо жаждало этого поцелуя. Однако в наши планы не входило, чтобы этот поцелуй зажёг что—то глубоко внутри Фредди – что-то гораздо более значительное, чем простая похоть. Просто что-то менялось каждый раз, когда Роджер обращал свои небесно-голубые глаза на Фредди. Это потрясло его устои. Это заставляло его подвергать сомнению всё, что, как он думал, он знал. Конечно, это было потрясающе, но в то же время чертовски страшно. Фредди обхватил раковину обеими руками, приходя в себя. Он уставился на своё отражение в зеркале. Он выглядел неопрятным, что редко себе позволял. Его волосы, которые он тщательно зачесал назад, чтобы сохранить лишь капельку кудряшек, теперь были растрепаны, локоны торчали вперёд сами по себе. Он быстро намочил руки и разгладил их. Он не был уродом — на самом деле нет. Он никогда не был самым красивым мужчиной в зале, но у Фредди были приличные черты лица. У него был сильный подбородок, и ему не раз делали комплименты по поводу его глаз. Даже то, что он считал своими самыми вопиющими недостатками, а именно огромные зубы и кривой нос, никогда не мешало мужчинам платить непомерные суммы денег за секс с Фредди. С другой стороны, мужчины, которые были готовы платить за секс, не были самыми разборчивыми людьми на планете. Тот факт, что у него никогда не было недостатка в клиентах, свидетельствовал не о красоте Фредди, а скорее о похотливости его собратьев. Он мог бы сказать то же самое о Роджере, но это не подходило. У Фредди помутился рассудок, когда он обнаружил, что не может так легко ставить Роджера в один ряд с другими мужчинами. Выходя за дверь, Фредди мельком заметил в зеркале свой неправильный прикус. Он застонал, осознав, что весь вечер сидел и улыбался, как чеширский кот, даже не потрудившись прикрыть свои отвратительные зубы. Обычно он прикрывал рот, когда это было в человеческих силах, предпочитая улыбки с закрытыми губами и смех, прикрываемый рукой. Забывание сделать что -то, что было настолько укоренившимся в нем, было признаком комфорта, который Фредди чувствовал рядом с Роджером. Такая грубая уязвимость спровоцировала реакцию Фредди на бегство. Он мог незаметно выскользнуть за дверь. Он мог вернуться к своей жизни — к привычной ему нормальности — и полностью забыть об этом очаровательном мужчине, сидящем там. Фредди мог бы носить костюм и научиться пользоваться вилкой для салата, но он никогда по-настоящему не принадлежал бы миру Роджера. Идея о том, что у них может быть какое-то другое будущее, кроме их деловых операций, была просто иллюзией. И всё же, даже обдумывая свой побег, Фредди прекрасно понимал, что не может оставить Роджера один на один с Артуром. Во-первых, он должен был быть “помощником” Роджера. Было бы не сулило ничего хорошего, если бы он сбежал, даже не придумав веского предлога. Во-вторых, Фредди еще не получил денег. Он чувствовал жадность, даже думая об этом, но если он сейчас уйдет, то потеряет огромную зарплату, которую ему обещали. Итак, Фредди вернулся к столу, откинулся на спинку стула и сосредоточился на своей тарелке, а не на водовороте сложных эмоций, которые теперь занимали место в его голове. До конца ужина Роджер едва смотрел на него. Это немного разочаровывало, но Фредди решил, что так будет лучше. Возможно, он осознал то же, что и Фредди, а именно, что они были идиотами, раз привносили чувства в то, что должно было быть не более чем трахом. Конечно, они ещё не совсем трахались, но… Возможно, Роджеру нужно было, чтобы Фредди сделал несколько открытых движений. Некоторые мужчины, особенно те, у кого не было большого опыта общения с другими мужчинами, не говоря уже об эскорте, нуждались в руководстве. Возможно, именно это Роджер пытался показать своими страстными поцелуями и флиртом. Фредди был тем, кто превратил это во что-то большее, придав слишком большое значение простой похоти. Тем временем, вернёмся к делу за столом: Артур не собирался прекращать продвигать идею покупки компании Роджера, и он работал над этим, как собака над костью. Роджер твёрдо сказал ему, что ему нужно подумать об этом. “Я бы хотел поговорить со своими коллегами”. “Ты ведь принимаешь свои собственные решения, не так ли?” Артур усмехнулся, прежде чем громко слизнуть соус с пальцев. “Поскольку это повлияет и на жизни моих сотрудников, я хочу, чтобы этим занялись другие люди, прежде чем я приму окончательное решение”, - сказал Роджер с таким достоинством, что Фредди подумал, что он настоящий святой. Даже он, не склонный к конфронтации, хотел показать Артуру язык от имени Роджера. Они закончили трапезу на высокопарной ноте и неловко попрощались, пообещав связаться с ними как можно скорее. В машине Роджер громко выругался и стукнул рукой по сиденью. Но больше он ничего не сказал. Он отвернулся к окну, фактически закрывшись от комментариев. Итак, Фредди тоже хранил молчание. Тишина, повисшая в машине, не должна была вызвать разочарования прямо в желудке Фредди, но это произошло. Он хотел, чтобы Роджер оглянулся, сказал что—нибудь – что угодно. С другой стороны, Роджер, вероятно, корил себя за то, что потерял контроль над собой в ванной, за то, что так самозабвенно целовал Фредди. Фредди пытался завязать разговор четыре раза за время поездки в машине (не то чтобы он считал). Скорее, он думал о том, чтобы начать разговор. Он открывал и закрывал рот, как золотая рыбка, в то время как Роджер мрачно смотрел в окно. Только когда они оказались в лифте отеля, Роджер повернулся к Фредди, как будто заново заметил его. “Спасибо”, - сказал он, встретившись с Фредди взглядом, в котором слышалось раскаяние. “Я знаю, это было чертовски жестоко”. Если бы не служащий, Фредди, возможно, остановил бы лифт и упал на колени, чтобы снять стресс с Роджера. В конце концов, именно за это ему платили. Это то, что сделала бы любая стоящая проститутка. Черт возьми, ему следовало отсосать Роджеру в машине по дороге домой, будь проклят водитель. Однако он вообще не мог приблизиться к брюкам Роджера. Как только они вошли в гостиничный номер, Роджер направился прямиком в туалет, плотно закрыв за собой дверь. Завершающий щелчок замка подсказал Фредди держаться подальше. Он откинулся на спинку дивана, нервно теребя руки. Услышав звук льющейся воды в душе, Фредди включил телевизор и бесцельно побродил вокруг циферблата. Наконец, после того, что казалось вечностью, дверь ванной открылась, и Роджер вышел в облаке пара. Вокруг талии у него было обернуто полотенце, но кожа на груди всё ещё блестела от влаги. Фредди представил себе привилегию вытирать тело Роджера и приятно вздрогнул. “Ну, привет”, - промурлыкал он. Роджер наклонил голову и улыбнулся. “Ты выглядишь уютно”, - сказал он с легкостью, от которой Фредди чуть не обмяк от облегчения. На самом деле он не думал, что Роджер сердится на него, но, тем не менее, было приятно слышать мягкость в его голосе. Фредди пошевелил пальцами ног, закинутыми на подлокотник дивана. “Уютно, как жуку в коврике”. Роджер широко улыбнулся. Затем, словно что-то вспомнив, нахмурился. Он подошел к мини-бару и порылся в маленьких пластиковых бутылочках с ликёром. “Позволь мне”, - сказал Фредди, вскакивая. Он пересёк комнату и положил руку на плечо Роджера. Роджер повернул голову, его взгляд на долю секунды опустился на губы Фредди, прежде чем он кивнул. “Хорошо. Виски с большим количеством льда, пожалуйста ”. С этими словами он направился обратно к дивану и бесцеремонно плюхнулся на него. Взгляд Фредди переместился на талию Роджера, где его полотенце было расстегнуто, едва прикрывая то, что было у него между ног. Ему хотелось наброситься на него, снять его стресс раз и навсегда (вместе со стрессом самого Фредди, если уж на то пошло), но он сосредоточился на текущей задаче. Немного выпивки могло бы только помочь делу. Он порылся в шкафчиках и холодильнике, до краёв наполнил стакан кубиками льда, а затем высыпал в него две мини-бутылки Jameson. Он взял две крошечные бутылочки «Столичной» для себя, стакан не понадобился. “Вот ты где”. Роджер взял охлажденный стакан и кивком поблагодарил, прежде чем сделать огромный глоток. Фредди вскрыл пластиковую бутылку водки и, поморщившись, залпом опустошил её. Роджер посмотрел на него с явным весельем. “Любитель водки, да?” Фредди вытер рот тыльной стороной ладони и наполовину пожал плечами, наполовину кивнул. “Ну что ж, за ваше здоровье”, - сказал Роджер, делая ещё один глоток, из-за которого его бокал почти осушился. Фредди открыл и залпом выпил вторую бутылку водки, пытаясь поспевать за Роджером. Тепло водки немедленно растеклось по его ногам и развязало язык. “Значит, ты не думаешь, что продашь свою компанию?” Лицо Роджера потемнело, и Фредди пнул себя. Почему он не мог сказать что-нибудь приятное, что-нибудь кокетливое, что угодно, кроме того, о чем Роджер старался не думать? Проклятая водка. Роджер допил остатки своего ликера и вздохнул. “Извини”, Фредди дал задний ход. “Я только хотел… То есть нам не обязательно говорить об этом сейчас”. Роджер покачал головой. “Нет, всё в порядке. Мне не нужно притворяться, что я об этом не думаю”. Он откинулся на спинку дивана, открывая Фредди прекрасный вид на свою обнаженную грудь, вплоть до полотенца, которое едва прикрывало его бёдра. Фредди прикусил губу и подавил стон при виде этого зрелища. Тепло от водки больше распространялось не только по ногам. Он усилием воли вернул своё внимание к лицу Роджера. “Мне нужно подумать об этом со строго финансовой точки зрения”, - продолжил Роджер. “Я не должен позволять себе эмоционально вовлекаться в бизнес”. Фредди быстро кивнул, в голове у него приятно кружилась голова от выпитого. “Я точно знаю, что ты имеешь в виду. Мой сосед по квартире всегда говорит мне: ‘Фредди, не вмешивайся’. Когда я с парнем, я как робот. Я просто делаю это ”. Роджер сухо усмехнулся. Фредди продолжал. “Нельзя поддаваться эмоциям, когда ты выкидываешь фокусы. Вот почему никаких поцелуев. Это слишком личное ”. Вздрогнув, он вспомнил поцелуй Роджера в ванной в ресторане. Его лицо мгновенно вспыхнуло. Он взглянул на Роджера, который внимательно рассматривал его. “Это…” – пробормотал Фредди. “Кроме… С тобой”. Он отвёл глаза, твёрдо засунув ногу в рот. Роджер махнул рукой. “Нет, нет, я всё понимаю. Мне самому следует почаще следовать этому совету. Видишь ли, Фредди…” Он наклонился вперёд и посмотрел Фредди прямо в глаза. “Моя проблема в том, что я, кажется, не могу разделить их”. Фредди уже не был уверен, о чём именно они говорят, но, тем не менее, от слов Роджера по всему его телу пробежал румянец. Роджер поставил свой пустой стакан на стол. Затем он наклонился вперёд и положил руку на щёку Фредди. Большим пальцем Роджер провёл по его губам. Глаза Фредди затрепетали от неожиданного прикосновения и легкой шероховатости пальцев Роджера. “Почему бы тебе не найти хороший фильм по телику и не расслабиться”, - мягко сказал Роджер. “Я ненадолго спущусь вниз”. Его тон предполагал, что он хотел побыть один, поэтому Фредди не стал допытываться. Он просто наблюдал, как Роджер встал и направился в спальню. Несколько минут спустя появился Роджер в струящихся льняных брюках и мягкой на вид футболке, от которой Фредди захотелось свернуться с ним калачиком прямо здесь и сейчас. Он почти попросил Роджера не уходить – остаться с ним на диване, даже если все, что они делали, это обнимали друг друга, — но Фредди знал, что никогда не сможет попросить о таком. Как только Роджер выскользнул, Фредди выпил ещё две мини-бутылки алкоголя, но сдержался, чтобы не пойти дальше. Последнее, что ему было нужно, - это похмелье. Вместо этого он нашел по телевизору “Some Like it Hot» и уселся смотреть его, несмотря на постоянные зевки. Некоторое время спустя собственный храп Фредди разбудил его, и он вздрогнул. Он неловко свернулся калачиком, прижав подбородок к груди. Он огляделся, переориентируясь на окружающую обстановку. В телевизоре были только размытые помехи, и Фредди взглянул на часы на стене. Он нахмурился, когда понял, что Роджер всё ещё не вернулся. Сразу после ухода Роджера Фредди переоделся в халат. Теперь он встал и потуже затянул пояс на талии. Он пошёл в спальню, где заглянул внутрь, на случай, если он каким-то образом пропустил возвращение Роджера. Кровать была аккуратно застелена, рядом аккуратно стояла пара тапочек. Фредди надел их на босу ногу и вышел из комнаты, пересёк номер и вышел за дверь. В лифте Фредди понял, что одет лишь наполовину. Он украдкой взглянул на свои ноги и подумал, не вернуться ли в номер за подходящей одеждой. Однако, прежде чем он успел изменить свой план, лифт звякнул и служащий обернулся. “Вестибюль, сэр”. “О, да”, - ответил Фредди, пытаясь казаться шикарным, несмотря на обстоятельства. “Спасибо”. Он прошёл мимо мальчика, который, вероятно, сверлил Фредди взглядом. Затем он направился к стойке администратора, надеясь найти там Питера Фристоуна. Наверняка у него был бы какой-нибудь совет, не так ли? Возможно, какая-нибудь поучительная история.… Но Фиби нигде не было видно. Конечно, нет, в этот нечестивый час ему было уютно в своей постели — именно там и должен был быть Фредди. Тем не менее, он подошёл к стойке, где женщина вежливо, но настороженно кивнула ему. “Могу я вам помочь, сэр?” “Я ищу только Роджера. Мистер Тейлор, это…” Одна её бровь поползла вверх, затем так же быстро опустилась обратно. “Я полагаю, он в столовой”. Она кивнула направо. “По тому коридору. Двери слева от вас”. “Спасибо”, - сказал Фредди, выпрямляя спину, как будто это было совершенно нормально для мужчины в халате искать другого мужчину посреди ночи. Двери в столовую были закрыты, но Фредди услышал доносившуюся оттуда музыку. Нахмурив брови, он осторожно приоткрыл одну дверь. Из задней части зала доносилась фортепианная музыка: какая-то мелодия, которую Фредди слышал, но не мог вспомнить. Он оглядел большое пространство, в основном пустое, за исключением нескольких сотрудников, сидящих за пустыми столами по всему залу. Они не заметили, как Фредди открыл дверь, потому что все их взгляды были устремлены вперёд, где на возвышении стоял рояль. Фредди потребовалось больше времени, чем следовало, чтобы понять, что за пианино сидит Роджер. Он наклонился вперед, как будто рухнул на инструмент, извлекая несколько нот, которые могли бы принадлежать Бетховену. Как только Роджер закончил, сотрудники послушно захлопали. Фредди не смог удержаться и двинулся к Роджеру, словно под действием какой-то магнитной силы. Роджер поднял голову. “Фредди”. Фредди не столько услышал своё имя, сколько увидел, как оно слетело с губ Роджера. Одно это зрелище манило его дальше, пока их тела почти не соприкоснулись. Он уставился на руки Роджера, всё ещё лежащие на слоновой кости. “Я не знал, что ты играешь”. Роджер рассмеялся, но это вышло больше похоже на вздох. “Пианино никогда не было моим инструментом. Я играю достаточно хорошо…” Он замолчал, затем посмотрел на Фредди. “А ты? То есть играешь.” Фредди почувствовал прилив сил в голове, когда кивнул. “Ну”. Роджер подвинулся и похлопал по скамейке. Фредди оглянулся назад, откуда пять или шесть сотрудников с интересом наблюдали за ним. “Не беспокойся о них”, - сказал Роджер. “Их смена почти закончилась, поэтому они любят заходить сюда и немного поболтать перед уходом домой. Тогда иди ”. Он указал на пианино. “Сыграй мне что-нибудь”. Грудь Фредди сделала что-то забавное в ответ на это приглашение, и он быстро сел, прежде чем смог отговорить себя от того, что собирался сделать. Он выпрямился и положил руки на клавиши, как учил его учитель игры на фортепиано много лет назад. Конечно, он долго не продержался бы в этой позе, по крайней мере, после того, как начал. Ему никогда не удавалось поддерживать надлежащую форму. Прошло много времени с тех пор, как Фредди держал в руках такое прекрасное пианино. Тяжесть слоновой кости под кончиками пальцев, их гладкая прохлада вызвали у него волну ностальгии. Он начал играть, сначала медленно, вспоминая мелодию, которая, как он когда-то надеялся, станет полноценной песней. Фредди поморщился от скованности в пальцах, но чем дольше он играл, тем легче это становилось и тем больше он увлекался. Все остальное не имело значения. Он чувствовал на себе взгляд Роджера, но не оборачивался. Сыграв последнюю ноту, Фредди закрыл глаза и вздохнул. На секунду в комнате повисла тишина, показавшаяся невесомой и неземной. Затем Фредди осмелился взглянуть на Роджера. Он осекся, увидев выражение его лица. Рот Роджера был приоткрыт, а в глазах читалось такое глубокое восхищение, что Фредди почувствовал это в животе, как будто он прыгнул с большой высоты и оказался в свободном падении. “Джентльмены”, - сказал Роджер, не сводя глаз с Фредди. “Не могли бы вы оставить нас, пожалуйста?” Наконец, он оторвал взгляд, чтобы окинуть взглядом зал, где сотрудники начали вставать и направляться к выходу. “Спасибо”. Фредди смотрел, как уходят последние из них. Он медленно повернулся к Роджеру, который снова смотрел на него, как будто они никогда не уходили, как будто они не могли насытиться им. “Люди всегда делают то, что ты им говоришь?” Вместо ответа Роджер указал подбородком. “Встань”. Фредди немедленно подчинился, ответив на свой собственный вопрос. “Иди сюда”, - Роджер подвел Фредди так, чтобы тот встал между Роджером и пианино. Его руки легли Фредди на талию. Клавиши пианино зазвучали, когда к ним прижались ягодицы Фредди. Он не смог сдержать стона, когда Роджер уткнулся лицом в его живот, лежащий на мягкой махровой ткани. Фредди опустил глаза в тот же момент, когда Роджер поднял глаза, и их взгляды встретились. Единственным словом, которое тогда существовало в голове Фредди, было «пожалуйста», но, казалось, оно не могло слететь с его губ. Роджеру не нужно было это слышать, потому что он уже развязывал пояс на халате Фредди. Фредди ахнул, когда руки Роджера коснулись его обнаженной талии. Одним быстрым движением Роджер встал, срочно отодвинув табурет от пианино. Его руки погрузились в волосы Фредди, жадно расчесывая их. Нервные окончания Фредди зазвенели от удовольствия, и он выгнул спину, запрокидывая голову. Рот Роджера в мгновение ока оказался на его шее, целуя нежную кожу и нежно посасывая ее. Фредди наслаждался ощущениями, не обращая внимания на умоляющие всхлипы, вырывающиеся у него изо рта, или на то, как его тело требовательно прижималось ближе к Роджеру. По сути, они были на публике. Что мешало кому-то войти и увидеть, как двое мужчин корчатся друг против друга? Мысль вылетела у Фредди из головы, когда рот Роджера снова коснулся его горла, лизнув местечко возле челюсти, отчего у него подогнулись пальцы на ногах. Он качнул бедрами вперед, отчаянно желая трения, пока не почувствовал ответную твердость. “Боже”, - простонал он. “Мне нужно—” Язык Роджера прошелся по уху Фредди, и от его горячего дыхания Фредди обезумел. Роджер придвинулся ближе, и Фредди раздвинул ноги, позволяя ему устроиться там поудобнее. Движение казалось естественным, как плавное действие, которое он проделывал тысячу раз. Тепло прижавшегося к нему Роджера было новым и волнующим, но в то же время глубоко знакомым, чего, как он уже знал, он будет жаждать заново, как только всё закончится. Роджер наклонился, чтобы провести языком по соску Фредди, затем нежно поцеловал его. Фредди опустил глаза и увидел, что Роджер смотрит на него с такой неприкрытой любовью, что у него перехватило дыхание. Он давно не испытывал такой неприкрытой, необузданной потребности, и это чувство почти пугало его, хотя он не мог остановить его так же, как не мог остановить товарный поезд. Рот Роджера приоткрылся, как будто он хотел что-то сказать, и он сделал вдох, как будто мог, но вместо этого снова наклонился, чтобы поцеловать Фредди в низ живота. Фредди со стоном прислонился спиной к пианино. Он подался тазом к Роджеру, жаждая его прикосновений, его живот трепетал под натиском поцелуев Роджера, которые опускались всё ниже и ниже. “Боже”, - простонал он. Пальцы Роджера вцепились в пояс Фредди и одним быстрым движением сдернули с него нижнее бельё. Фредди ожидал этого, но из его рта всё равно вырвался отчаянный звук. Роджер уставился на него так беззастенчиво, что Фредди прикрыл рот рукой, чтобы не заскулить вслух. “Прекрасно”, - сказал Роджер хриплым шепотом. Фредди не был уверен, что правильно расслышал. (Он не мог этого знать.) Но у него не было времени дважды подумать об этом, потому что рот Роджера оказался на нем, скользкий и горячий, а его глаза закатились. “О!” – ахнул Фредди. Несколько секунд он ничего не мог поделать, кроме как замереть в блаженстве. Наконец, он посмотрел вниз и увидел, как розовые губы Роджера обхватили его эрекцию. Зрелище было почти невыносимым, и он содрогнулся. Роджер описывал языком круги. Фредди задыхался и стонал, сдерживая себя от удовольствия. Он был уже так близок к краю, что активно пытался не кончить слишком рано. Он хотел продлить чувство, опыт, но в основном близость. Не было времени осознать, что Роджер действительно взял его в рот, что он доставлял Фредди такое глубокое и интимное удовольствие. Левая рука Роджера блуждала по телу Фредди, лаская его плечо, грудь и талию, в то время как его рот совершал самый возмутительный грех. У Фредди мелькнула мысль, что ему следовало бы прикоснуться к Роджеру, а не опираться на его руки и позволять ему делать всю работу, но это было так приятно – чувствовать, что о тебе так заботятся, что он на мгновение притворился, что заслужил это. Рука Роджера нашла его руку, и он крепко сжал её. Из всего прочего, именно это опрокинуло Фредди. Его оргазм накрыл его подобно грому, и всё его тело замерло в экстазе. Он плыл на волнах удовольствия, которые каскадом пульсировали от его головы до пальцев ног. Когда он наконец смог сползти с пианино, которое протестовало какофонией диссонирующих нот, ноги Фредди подкашивались. Роджер усмехнулся. “Всё в порядке?” Фредди рассмеялся вместе с ним, сопротивляясь желанию пошутить о том, что Роджер сбил его с толку. “Да”. Роджер улыбнулся. Его взгляд опустился на губы Фредди, но он не пытался его поцеловать. “Может, вернёмся наверх, пока нас не застукали за осквернением пианино…?” Фредди быстро обернулся, чтобы убедиться, что они ничего не испачкали на инструменте. Он инстинктивно взял уголок своего халата и вытер блестящую черную поверхность. “Не волнуйся”, - сказал Роджер. “Я не пропустил ни капли”. Фредди повернулся к нему, его щёки пылали. “О боже”. Роджер тоже покраснел. “В любом случае,” сказал он, отводя взгляд. “ Нам лучше подняться наверх. . . . . .