[I] 2. Глава.

Прошло пару секунд, прежде чем Фэн Синь смог что-то сказать: —Но Му Цин! Ты слышал, что он сказал? — Нервы уже сдавали, и тот не сдержал повышенного тона, адресованный не столько в сторону мужа, сколько в сторону нового члена семьи, что так бессовестно позволил себе язвить на его супруга. Му Цин же развел руками и опустил их себе на пояс, недовольно начиная ворчать:  — Он ребенок, а ты здоровый дядька, которому не хватает мозгов догадаться, что руку на ребенка поднимать нельзя, тем более на своего! И тебе бы, по-хорошему, извиниться перед ним надо! — Мужчина в этот момент уже повернулся к самому мальчику, говоря все таким же строгим тоном— Спрошу еще раз, ты голоден? Цоцо стоял в ступоре, ведь после его выходки за него не только заступились, но и проявляли… заботу? Но все же тот нахмурился и засунул руки в карманы. — Если только немного, и вообще, зачем устраивать такой концерт из-за обычного подзатыльника? — раздраженно бросил Цоцо. «Обычного подзатыльника?» подумал про себя Му Цин, но не стал озвучивать свои мысли. Лишь проигнорировав вопрос, сказал садиться обоим в машину.  Сев в машину, никто и слова не проронил. Все были на взводе и никому такие изменения не пришлись по душе. Фэн Синя это пугало, он не знал, что должен делать обычный отец, становиться им он не собирался, а тут как снегом среди июня выпал, внезапно появившийся на голову сын. Му Цин же не знал, что думать, в отличии от своего мужа, тот не столько переживал на счет родительства, сколько за то, что у его супруга есть тринадцатилетний сын от другой женщины! Сама Лань Чан показалась ему знакомой, но мужчина не стал забивать голову всякими глупостями и сосредоточился на основной проблеме. Цоцо же сидел на заднем сидении, глаза уже были на мокром месте от злости, он злился на отца, который бросил его, на мать которая решила от него избавится, на нового супруга отца, ведь тот, по его мнению, увел того из семьи. Фэн Синь, заметив в зеркале сына в слезах, повернулся и спросил: —Ты чего ревешь? —Тон случайно прозвучал грубовато, будто бы мужчину раздражал плач ребенка, а не то, что тот волнуется, все ли у него в порядке. Конечно, все было не в порядке, он буквально сидел в машине с неизвестными ему людьми, в другом городе и единственная опора в лице его матери оставила на попечение этим двум. Цоцо быстро вытер слезы, отворачивая голову к окну, язвительно говоря, что это не его ума дело.  Фэн Синь уже хотел что-то сказать, но его остановил голос Му Цина: —Не трогай его, пока что, — голос звучал тихо и слегка неуверенно, что было весьма редким явлением. —Но Му Цин...  —Дома поговорим. ***   Приехав в кафе, те все так же молча сели за столик. Цоцо в таком месте был впервые, мама его не водила в подобные заведения, говоря о том, как это вредно и дорого. В средствах мальчик всю жизнь был ограничен, ни карманных денег от матери, ни даже мобильного интернета для школы. Только недавно тот стал подрабатывать в свободное время от школы, чтобы иметь возможность покупать себе фигурки. Поэтому тот был весьма удивлен тому, что его повели в кафешку. Сидя за столом, мальчик просто крутился на месте, осматривая здание изнутри, в которое они зашли. То отвернется от стола и упрется локтем о спинку стула, на котором сидел, чтобы рассмотреть другие семьи, то сядет равно и будет изучать меню, оставленное обслуживающим персоналом. Му Цин на долю секунды заметил в Цоцо не озлобленную личность, а самого обычного ребенка, за которым просто приятно наблюдать. Фэн Синь же заказал кучу всего, что могло бы понравиться мальчику, хоть Цоцо и был весьма нахальным и резким ребенком, выпрашивать что-то за чужие деньги он не хотел, даже когда ему сказали не стесняться и выбирать все что тому приглянется. От такого объёма заказанной еды Му Цин пихнул локтем своего мужа, шёпотом говоря: — Ты куда столько еды заказал? Ты думаешь он столько осилит??— Му Цин впервые так себя вел, обеспокоено задавал вопросы и суетился по малейшим пустякам, тот нервно постукивал пальцами по столу отбивая четкий ритм. —А-Цин успокойся, если не съест, просто заберем с собой, — Фэн Синь положил свою руку на руку мужа пытаясь его успокоить. Му Цин косо посмотрел на мужа, уже взглядом давая понять, насколько глупая мысль доносится из его уст: — Если у тебя не рот, а черная дыра, то это не значит, что ребенок столько же съест — Фэн Синь же после этого заявления не стал спорить и просто смирился.  Цоцо, наблюдая за этой картиной, не смог сдержать усмешки, особенно когда взрослого человека отчитали, как маленького ребенка. Однако улыбка моментально спала, стоило официанту принести часть блюд. На подносе были десерты и напитки, где среди всего этого красовался шоколадный чизкейк. Цоцо, увидев перед собой тарелку, вопросительно глянул на отца: — Это че? — Вопрос прозвучал довольно грубо и с ноткой предъявы. Му Цин ничего не ответил, находясь в небольшом шоке от поведения. Даже в свои юные годы мужчина не позволял себе такой дерзости, особенно в присутствии взрослых. Фэн Синь снова почувствовал себя неудобно перед сыном. Такая реакция показалась ему странной, словно он вновь не смог произвести хорошее впечатление в первый же их день: — Что-то не так? — В голове мужчины настойчиво крутилось убеждение, что шоколад любят все дети, поэтому без сомнения заказал самый шоколадный десерт, который только был в этом кафе.  —Ну, если хочешь от меня избавиться прямо сейчас, то ничего такого, — в голосе мальчика слишком очевидно звучал сарказм, — у меня аллергия на шоколад. Му Цин сразу же среагировал, убирая тарелку с десертом от ребенка. Суровый взгляд тут же упал на мужа, не одобряя его поступок, в то время как сам Фэн Синь лишь неловко опустил взгляд на десерт.  — И вообще, — Цоцо откинулся на спинку стула, недовольно скрещивая руки, — можно было спросить меня, чего я хочу. Фэн Синь сильнее почувствовал угрызения совести и вину перед сыном, но на это он решил лишь промолчать. *** Подъезжая к дому, Цоцо наконец-то перестал безотрывно смотреть в окно. Находясь на заднем сиденье машины, он пересел ближе к середине. Мальчик взглянул на приближающийся дом через лобовое стекло, не до конца осознавая, что они едут именно к нему. Боковым зрением Му Цин заметил макушку Цоцо, заметив его заинтересованность, тот не дождавшись очевидного вопроса, первый прервал тишину: — Тебе помочь донести сумки до твоей комнаты? — На этот вопрос мальчик мгновенно глянул на супруга отца. — У меня будет своя комната?! — С огромным удивлением спросил мальчик, будто бы не до конца веря в сказанное.  У Цоцо было уйму смешанных эмоций. Стоило ему выйти из машины, то он тут же уставился на этот дом. Перед ним стояло то, что он всегда считал недоступным для таких, как он. И если сперва в его голове был восторг от всего происходящего, то сейчас его нахлынула волна негодования. Он всю жизнь жил с матерью в ужасных апартаментах, где протекал потолок и был весьма ощутимый сквозняк из окон, пока его «горе-папаша», как говорила мама, оказывается живет припеваючи.  Мальчик сложил руки в карманы своей толстовки, раздраженно пиная колесо машины. Кстати, машины у них с матерью тоже не было.  — А ведь ты даже алименты не платил, — невзначай сказал мальчик, молча проходя мимо отца, на которого он даже не взглянул. Фэн Синь сбился со счету, сколько раз он уже был виноватым за день. Му Цину такое заявление в сторону своего супруга очень не понравилось. Может он и пока не особо справляется с ролью отца, но Фэн Синь даже не был в курсе о существовании своего собственного ребенка. О каких алиментах могла идти речь? — Молодой человек, сбавьте тон и регулируйте свой жаргон, — Му Цин строго взглянул на мальчика, пока тот в свою очередь остановился и взглянул на него. — А ты вообще кто для меня? Не припомню, чтобы ебырям моего отца, давали право мной помыкать. — на этом Цоцо поставил точку в их разговоре. Точнее, только он так считал, ведь у Му Цина потихоньку начинали сдавать нервы.  Стоило Цоцо отдалиться, как тут же в Фэн Синя полетел багаж ребенка: — А-Цин? — Фэн Синь даже не успел спросить, что не так, как его перебили. — Сам неси сумки «своего ребенка»! — Му Цин сделал сильный акцент на последних двух словах, оставляя мужа в недоумении.   Фэн Синь тяжело вздохнул. Взяв сумки, тот направился в сторону их дома, ощущая явное раздражение своего супруга. Цоцо уже подходил к забору, осматривая его вдоль и поперек. Он был сделан в стиле художественной ковки и имел множество сложных узоров. Эта ажурная воздушная конструкция обладала большим количеством изящных элементов. И как бы сильно его внимание не было сконцентрировано на непривычном для него месте, он сразу же заметил приближающегося к воротам собаку. Это был маленький черный лабрадор. Он не выглядел грозным, щенок бежал так быстро к воротам, что успел пару раз споткнуться на своих коротких лапках, перевернуться и вновь встать. Он спешил так сильно, что не успел притормозить и врезался в ворота, громко проскулив. — Фэн Синь, ты что снова не запустил его в дом?! — Му Цин даже не был удивлен, будто это происходило не впервые, но тон звучал очень раздражительно и грубо. — А-Цин, ты слишком драматизируешь, что может случиться? — Он взглянул на забор и заметил, как щенок предательски пролез между металлических прутьев, — Нань Фэн... — В этот раз заскулил уже сам Фэн Синь. Цоцо радостно сел на корточки, после чего к нему подбежал щенок, явно приветствуя нового друга. Нань Фэн радостно прыгнул на мальчика, начиная облизывать его руки, так как выше он не дотягивался. Цоцо начал смеяться от того, что ему было щекотно, но собаку отстранять от себя тот и не собирался. Мальчик всячески поглаживал собаку и сюсюкался с ней. Му Цин открыл ворота, пропуская супруга с сумками первым, после же ожидая, пока Цоцо с щенком на руках соизволит зайти во двор. Увидев суровый взгляд Му Цина, мальчик встал, отряхнулся и взял щенка на руки, проходя мимо мужчины.  Закрыв ворота за собой, он тяжело вздохнул. Нань Фэн растоптал все его посаженные растения, погрыз клумбу и оставил небольшой подарочек у крыльца. Неподалеку Му Цин обратил внимание на кота, который вальяжно разгуливал по двору. Вид его был слегка потрепанным и уставшим. Мужчина подошел ближе к коту начиная его гладить: — Бедный Фу Яо, опять тебя пес загонял? — После этих слов, он взял сфинкса на руки и явно недружелюбно глянул на Фэн Синя, — Ты почему кота оставил на улице?! Фэн Синь не успел ответить, как следом раздался голос мальчишки: — У вас еще и кот есть?! — Радостно воскликнул Цоцо, выпуская из рук щенка и подходя к Му Цину. Кот лениво открыл глаза, но особо не проявляя интерес к новому человеку, вновь их закрыл. Му Цин, словно чувствуя свое животное, чуть отошел: — Не стоит его беспокоить, он не любит детей, — Му Цин лукавил, потому что не мог прямо сказать ребенку все что думает о нем. Цоцо не стал настаивать, не видя сейчас предрасположенности ни от кота, ни от Му Цина. *** Конец дня. Ребенку провели небольшую экскурсию по дому и показали свободную комнату, в которой тот может расположится. Сама комната была почти абсолютно пуста. Так как приезд мальчика был неожиданным, Фэн Синь успел собрать только кровать и поставить стул для вещей.  Пожелав сыну сладких снов все разошлись по комнатам. Цоцо почти разложил все свои вещи так, как ему удобно. Не то чтобы у него было много вещей, даже можно сказать что мало, однако есть то, что для него имело большую ценность — ручная работа лимитированных фигурок с его любимыми персонажами. Ему было нелегко заполучить их, ведь все работы именно этого мастера имели высокую цену. Но цена ничуть не смущала Цоцо, ведь качество оправдывало все, начиная с мелких незначительных деталей и заканчивая уникальным покрасом, благодаря которым можно узнать автора работы. Эти фигурки не были куплены прямо из рук мастера, ему пришлось перекупать их у других людей, за сумму что была ниже оригинального ценника. Удивительно что он нашел б/ушные фигурки в идеальном состоянии. Он осторожно расставил их на подоконнике возле кровати, поправляя у некоторых фигурок детали, закрывающие откровенные части тела. Эротические фигурки Цоцо были главной гордостью в его коллекции. Несмотря на откровенные фигурки, мальчик вовсе не был озабоченным, и стороной обходил тему секса, считая это весьма мерзким занятием.  В то время из другой комнаты послышались крики: — Как я должен терпеть такое отношение к себе?! — Му Цин нервно наматывал круги по комнате, — Я терплю его, только потому что он твой выродок, но даже так меня с ног до головы облили дерьмом!! Просто прекрасно черт побери!! — Му Цин… — Не перебивай меня блять! — Му Цин уже срывался, он раздражительно жестикулировал, начиная по пунктам предъявлять мужу, — Я целый день терплю оскорбления от этого несносного ребенка и терплю твои проебы! Сначала дать ребенку подзатыльник, затем чуть не убить его, купив блять самый шоколадный десерт что только есть в меню, а потом еще оставить животных на улице, которые испортили мои клумбы и нагадили под дверь! Ну прям красота не правда ли!? Как бы Фэн Синь не старался ответить или успокоить мужа, Му Цин лишь сильнее заводился: — Я пытался быть к нему добрее, но он наотрез отказывается воспринимать меня больше, чем твоего ебыря! Как будто — Не успев закончить, его перебил Фэн Синь. — Но в конец концов ты же правда не являешься его отцом… — Этой фразой он пытался оправдать поведение сына, но так сделал только хуже. Му Цин, изначально стоявший к нему спиной, резко повернулся и на одном издыхании решил высказать все, что накипело: — Ну да, конечно! Это же «твой» ребенок, а я так, лишний, — его жестикуляция стала более резкой и агрессивной, — а мне по-твоему вообще заебись узнавать, что у моего мужа ребенок от другой женщины! А кто знает может у тебя еще дети есть, но уже от других девиц! Что я еще сука не знаю!? И твою ж мать, мы начали встречаться примерно спустя год как ты заделал ей чертового ребенка! Так хотел найти замену своей бывшей в моем лице!?....    На мгновение Му Цин сделал паузу, будто собираясь вновь с мыслями, но вместо этого его глаза начали слезиться: — Да и если бы ты знал о ребенке, то ты даже не обратил бы на меня внимание! Остался с ними, и все были бы счастливы! — Это было последнее, что сказал Му Цин. Голос уже охрип от криков и явно дрожал. Он отвернулся. Му Цин всегда так делал, когда эмоции брали верх над ситуацией и он переставал контролировать себя. Тот сам не заметил, как слезы начали течь по его щекам. Такое случалось крайне редко, а в спорах с Фэн Синем буквально никогда.  —А-Цин…—Фэн Синь быстро среагировал, подходя и обнимая со спины мужа. Му Цин пытался сопротивляться своей нежной натуре и всем видом показать, что он не нуждается в жалости, однако Фэн Синь наоборот желал утешить мужа. Крепкие объятия и очень трепетные поцелуи в макушку и правда отбивали желание сопротивляться. Фэн Синь дал тому достаточно времени, чтобы прийти в себя. —А-Цин…Опять ты себя накрутил. Ты никогда не был и не будешь чей-либо заменой. — Фэн Синь осторожно развернул мужа к себе лицом прижимая того к груди — И я люблю именно тебя, и никого более. —Это будет очень трудное лето —Сказал Му Цин вытирая глаза.