Отдых

Последнее время Порш чувствует себя лишним. Это началось после появления Тавана и его скорой смерти. Сколько бы не пытался убедить себя в том, что Кинн принадлежит только ему и никому другому, никак не получалось поверить в это. У них действительно много работы и очень мало свободного времени друг для друга. И это сводит бармена с ума. По настоящему, медленно и очень изнуряюще. Он в самом деле ненавидит эти чувства, которые хочется вырвать из груди и похоронить где-нибудь на заднем дворе особняка, но не может. Постоянно следит за теми, кто приходит на переговоры к Кинну. Старается находиться рядом и держать себя в узде. Но и не отпускает невидимый поводок на шее мужчины. Кинн принадлежит только ему. Тогда почему он до сих пор смотрит миленькой модельке в глаза, которая явно не прочь полакомиться чужим. Деньгами, телом и душой. Эти ночные бабочки — разрушители семей. Порш знал это. И опять держался. Сжимал свое колено под столом, закусывал щеку до крови, но терпел, чтобы не портить имидж своего парня. Кинн принадлежал только ему. Телом и душой. Сердцем. Тогда почему Порш до сих пор не может простить ему Тавана? Забыть чертового Марша, который грел кровать Анакинна после того, как тот уволил Порша. Почему? Что с ним не так? Порш никогда не был ревнивым. Ему по большей степени всегда все равно, что и как. Только если это не касается Кинна. Может быть, это безумие? Может быть, это боль обиды до сих пор играет на струнах души? Или, может быть, доверие к Терапаньякуну потерпело крах? А если все вместе? Как быть? Как забыть то, что тревожит тебя каждую ночь, приходя во снах? Как забыть то, что пальцы Кинна касались чужой бархатной кожи? Как? Порш не знал. Кинн же чувствовал, что что-то не так. Китисават избегал всего. Касаний, объятий и поцелуев. О сексе речи не шло. Таван все разрушил. Сделал его любимого, ненасытного, активного и характерного мальчика безмолвной тенью. Простым телохранителем. Обломал крылья огненному фениксу. Кинн не знал, что ему делать. Работы из-за Тавана и побега Вегаса стало в три раза больше, чем было до этого. Переговоры шли не так, как надо. Дядя Кан никак не унимался и требовал, чтобы первая семья заново перепроверила всех своих телохранителей. А Кинну хотелось одного. Увезти Порша по дальше от всего, что их окружало. Чтобы его любимому наконец то стало лучше. Например, к морю. Андаманскому. Тёплому и красивому. Лучше всего для этого подходит Пхукет. У Кинна, к сожалению, не было там недвижимости, но ради Порша он мог скупить добротную часть курортной зоны. Лишь бы Китисават пришел в себя. Наконец-то отдохнул и забыл обо всем, что произошло. Ментальное здоровье Порша — единственное, что по настоящему интересовало Кинна. Ни работа, ни дела, даже не потерянный без вести кузен, сбежавший как последний трус. Только Порш и его благополучие. Поэтому спустя пару дней, как только последняя сделка разрешилась в пользу семьи, Кинн начал потихоньку готовиться к отпуску. Часто отсутствовал дома. Забирая с собой Бига, уезжал в неизвестно направлении, а возвращался с ещё более уставшим видом. Для Порша это был знак. Плохой. И он устроил скандал. Наорал на Кинна, выгнал Бига за двери пентхауса и лег спать в другом крыле квартиры. Под утро успокоился и вернулся в кровать мафии, который поцеловал Китисават в лоб и продолжил крепко спать. Днём он снова уехал. Биг снова был с ним. И снова он вернулся не в себе. Да какого хуя? Яростно думал Порш, пока дёргал заусенцы на пальцах. На следующий день он решил проследить за ними. Кинн ездил... К их общим друзьям? Но... Почему без него? Вернувшись домой, даже из машины не стал выходить. Молча пялился перед собой, пока Пит не постучал по лобовому, приводя парня в чувство. Питу на самом деле тоже не хорошо. Вернувшись из плена Вегаса, побитый, словно собака, он оказался сломлен, как фарфоровая кукла. — Чего загрузился? — спрашивает друг. — Последнее время Кинн ведет себя очень странно, — прижимая руку к лицу, устало вздыхает Порш. — Ты не лучше, — хлопает его по плечу и протягивает сигарету. — Пошли покурим. Кинн вернулся домой за полночь. Пьяный в хлам. И по глупости кинул папку с документами на столик в коридоре. Все же ему удалось выкупить у Тайма виллу, стоящую особняком в конце небольшой бухты, обсаженной пальмами. Она представляла собой красивое сооружение, встроенное в ландшафт, с гладкими каменными стенами и черепичной крышей. Перед ней расположена широкая веранда, с которой открывается вид на пляж и океан за его пределами. Волны же мягко набегали на песок пляжа, который ведет от виллы к небольшому причалу в конце залива. Это место, несомненно, станет местом тишины и умиротворения для любого человека. И Кинн уверен, что не ошибся с выбором. Сюрприз накрылся медным тазом, когда, проснувшись с бодуна, Анакинн еле вышел на своих двоих в коридор и встретился с Поршем, который внимательно рассматривал три документа. — Извини, это, видимо, твое. Подумал, что мои документы, которые я просил пару дней назад для отчёта принесли, — поспешно извинился он. — Это... Порш... — думал, что сказать. Но тот лишь поднял руку. И, вернув бумаги в папку, протянул ее мафиози. — Меня не касается твоя работа, ведь так? — с натянутой улыбкой перебил парень. — Это твоя жизнь. Твои покупки... — Та-ак, а ну пойдем со мной, — перехватив ладонь, Кинн потащил их обоих к дивану и мягко усадил свое сокровище. — Прежде чем начнёшь говорить, что ты всего лишь телохранитель, послушай. Я купил эту виллу для нас. И после завтра мы вылетаем на джете на Пхукет. Хотел устроить сюрприз, но как видишь. Пожалуйста, не переживай и не накручивай себя. Это маленький отпуск для нас двоих. Внимательно выслушав слова Кинна, Порш проморгался и залез к нему на бедра, сразу же обнимая за шею, укладывая подбородок на плечо. Мужчины аккуратно провел рукой по напряжённой спине и, сжав шею, оттянул его назад, чтобы вглянуться в растроганный взгляд. — Кажется, пора начать собирать сумки? — поцеловав Китисават в щеку, он не переставая улыбался, как дурак. — Ты позволишь нам самим заниматься этим? — удивился Порш. — Конечно, — кивнул Терапаньякун. — Я хочу провести с тобой каждую секунду этого отпуска. Они тщательно подготовились к поездке на Пхукет, собрав в свои сумки все, что им может понадобиться. Парни позаботились о том, чтобы взять с собой удобную одежду для жаркой погоды и достаточное количество солнцезащитного крема для защиты кожи. Упаковали купальные принадлежности для многодневного пребывания на пляже и удобную обувь для прогулок по острову. И позаботились о том, чтобы не забыть такие предметы первой необходимости, как туалетные принадлежности, удобные подушки и постельное белье, а также самые важные из них: фотоаппарат и зарядное устройство. Все же Кинн не забывал о любви Порша фотографировать все, что его окружало. Поэтому он положил самую дорогую и профессиональную зеркалку в одну из сумок. Управились всего за пару часов. А потом провели остаток вечера в объятиях друг-друга. *** Держась за руки, влюбленные поднялись на борт своего частного самолета и пристегнулись перед долгим путешествием на Пхукет. Салон самолета был роскошным и просторным, с удобными сиденьями и широко открытыми окнами, из которых открывался захватывающий вид на небо. Во время взлета они смеялись и делились историями, предвкушая приключение, в которое им предстояло отправиться, и захватывающие возможности Пхукета. Как только самолет поднялся в воздух, они расслабились и наслаждались роскошной поездкой, потягивая шампанское и делясь интимными моментами, пока летели к месту назначения. За все это время улыбка не сходила с лица Порша, а счастье Кинна не переставало греть изнутри. Когда самолет приземлился на Пхукете, группа телохранителей уже ждала Кинна и Порша, чтобы забрать их и отвезти на виллу. Мужчин подвели к элегантному черному автомобилю и провели внутрь, где они почувствовали себя членами королевской семьи, пока телохранители загружали их багаж в багажник. Пара сияла от восторга, когда автомобиль мчался по потрясающим пейзажам Пхукета, а телохранители прилагали все усилия, чтобы они благополучно добрались до места назначения. По дороге к своей частной вилле Порш не прекращал восхищаться прекрасными пляжами и пышной зеленью, чувствуя себя важной персонами в этом райском уголке. Погода на Пхукете в день приезда была просто великолепной. Небо было ярко-голубого цвета, а солнце ярко светило, отбрасывая мерцающие блики на кристально чистую воду. Теплый океанский бриз нежно обдувал пальмы, растущие вдоль пляжа, и температура была почти идеальной. Порш не мог сдержать восторга, когда вошел в роскошную виллу с видом на живописное морское побережье. Современный дизайн и высококлассная мебель прекрасно дополняли потрясающий вид на океан. Китисават осматривал окрестности с широкой улыбкой на лице, представляя себе время, проведенное в этом прекрасном уединенном месте. Просторные гостиные и открытая терраса манили Порша исследовать окрестности, а мягкий морской бриз, нежно шелестящий в пальмах за окном, только усиливал его ощущение безмятежности и расслабления. Наконец-то гнет от бесконечного потока мыслей утих, и он позволил ненадолго о пустить себя. Когда Порш первый раз заплыл в море, прохладные кристально чистые воды плескались о его тело. Он чувствовали, как тяжесть окружающего мира исчезает, когда без усилий плыл в объятиях моря. Соленая вода ласкала кожу, успокаивая и мягко смывая все накопившееся напряжение. Бармен был полностью погружен в этот момент, все мысли о проблемах в отношениях и любых других заботах были забыты, и он просто наслаждался умиротворенностью происходящего. Чувствовал себя свободным и умиротворенным, совершенно беззаботным и пребывающим в гармонии с окружающей природой. В то время как парень купался в море, Кинн отдыхал на песчаном берегу пляжа. Он смотрел на море, любуясь живописным видом кристально чистых вод и пальм, мягко покачивающихся на ветру. Шум волн, разбивающихся о берег, погрузил мафиози в состояние спокойствия и удовлетворенности, и он наблюдал, как телохранитель плывет дальше, наслаждаясь теплой водой. С наступлением темноты, на песчаный пляж вынесли столик и два стула.На ужин любовникам подали аппетитные блюда местной кухни Пхукета. В меню были блюда из свежих морепродуктов, такие как омары на гриле и острое карри из кальмаров, а также ароматные блюда из курицы и говядины, приправленные традиционными травами и специями. Ужин был дополнен разнообразными освежающими коктейлями, которые дополняли вкусы блюд, усиливая ощущение рая, которым наслаждалась пара. Когда Порш с Кинном закончили ужинать, Терапаньякун начал немного нервничать. Он беспокойно переминался с ноги на ногу, его одолевали сомнения. Хотел сделать своему парню особый подарок, но не мог избавиться от беспокойства о том, как он будет воспринят. Кинн безусловно наблюдал за своим парнем, пытаясь оценить его будущую реакцию, и сердце мафии тревожно колотились. Он так долго возился с подарком, зная, что это идеальный способ показать свою любовь, но неуверенность заставляла нервничать. Все, что касалось Порша, доходы быть идеальным. Дождавшись, когда останутся полностью одни, Кинн подошёл к Китисавату со спины и встал рядом с ним, смотрящим вдаль. Задумчивым и снова тревожным. Мягко коснувшись холодных пальцев рук, Кинн оставил горячий поцелуй на тыльной стороне ладони и полез в карман. Сердце колотилось, словно заведённый мотор. Порш же сверлил его непонимающим взглядом. Пухлые губы были вытянуты в полоску, а щеки покрылись лёгким румянцем. На душе так спокойно. Ни Тавана, ни Марша. Неужели именно так лечит море? Кинн поднимает свой полный любви взгляд и кладет в раскрытую ладонь Китисавата довольно большую жемчужину с продетой сквозь нее золотой цепочкой. — Я знаю, что ты переживаешь из-за моего прошлого, — тихо говорит Кинн. Ветер поднимает непослушные волны. — Но я верен только тебе. Только ты в моем сердце, душе и теле. Только твое имя я ношу у себя в сердце. Мафиози расстёгивает пару пуговиц своей лёгкой голубой рубашки. И только сейчас бармен понимает, почему он не видел его последние пару дней без верхней одежды. Даже во время секса. Надпись на рёбрах, а именно имя Порша, было выведено аккуратным знакомым почерком. — Это почерк Порче? — аккуратно спросил он и провел по ней пальцами. — Я просил у твоего мальца благословение. Сказал, что ты самое дорогое, что у меня есть. И даже если меня убьют в одной из перестрелок, то похоронят с частичкой тебя, — от чистого сердца излагает Кинн. — Идиот, — сморгнув слезы облегчения, Порш сжал подвеску и лбом уткнулся в ключицу мафиози. — Жемчуг символизирует чистую любовь и верность. Поэтому я и привез тебя сюда, к морю. Символизм. Понимаешь, о чем я? — усмехнулся он. — Я люблю тебя, — четко и ясно сказал Порш. — И я тебя, мой маленький феникс. Когда Порш и Кинн обнимались под теплым лунным светом, они чувствовали, как их сердца переполняет любовь. Прохладный морской бриз нежно ласкал их кожу, а звук волн, мягко набегающих на берег, наполнял воздух успокаивающим саундтреком. Красота ночного неба, усеянного бесчисленными звездами и серебристым сиянием луны, только усиливала глубокую связь, которая связывала их обоих. Они крепко прижимались друг к другу, полностью отдаваясь моменту и радуясь тому, что могут вместе пережить такой романтический опыт в райском уголке Пхукета.