30 000

Нононожик угрюмо опустил взгляд с рыжей трактирщицы в междумирском наряде на карты, нечаянно встречаясь взглядом с мини-Ашрой, все ещё продолжавшей попытки выбраться из двумерного пространства игральной карты, подорвав белое пространство к чертям. Пустотник снова молча проклял себя за безалаберность, непроизвольно сильнее нахмурившись и стиснув карты, отчего контрабандистка-оборотень с одной из карт болезненно выдохнула. Мироходец в шарфе тут же ослабил хватку, не желая лишний раз причинять боль тем немногим людям, что пошли за ним в это опасное, как казалось ранее, приключение. ...Сейчас это больше напоминало кошмар. — Ходи-ходи давай, булочка~ — протянула Юни, обманчиво мягко прищурившись. Бросив взгляд на чужую гримасу, Нононожик был готов поклясться, что в глазах оппонентки даже не черти пляшут, а нечто куда более древнее и кровожадное скалит клыки из темного омута синих глаз, заманивая глупцов подойти поближе. Был ли он тоже среди этих глупцов? Или нет? Почему Юни, ранее помогавшая ему, сейчас со смехом играет мироходцами в карты, задавая странные, а иногда и просто оскорбительные вопросы? Пустотник снова опустил взгляд на карты, вспоминая то противоречивое двоякое чувство, возникшее при первой встрече в тогда-ещё-Поэне с рыжей трактирщицей. Вот, к чему это было - а он уж было начал сетовать на свою интуицию, что, впрочем, ранее его не подводила ни разу. — Упс, кажется, твое время на ход истекло~ — Матильда хихикнула, сверкнув взглядом, выглядя полностью наслаждающейся всем происходящим, — Не похоже на тебя - терять карту из-за нерешительности. Пустотница прищурилась ещё сильнее, из-за чего ее глаза стали похожи на щелочки, и протянула руку к застывшему Нононожику, одним цепким движением вытягивая из чужой колоды карту с оборотнем. Юлия, поняв, что ее карта - вместе с ней, что и расстраивало обоих мироходцев - покидает колоду, сдержала вздох, напоследок молча отдав честь. Пустотник медленно моргнул, не зная, что делать из-за сжавшей грудь бури чувств. Будь у него, как в Алотерре, фрактальный модуль, Райя бы уже пыталась привести его в чувства, зафиксировав по - скорее всего - всплеску гормонов все творящееся с его ощущениями безумство. Однако Райи не было. Не было и уже четырех его товарищей, проигранных Матильде. Нононожик протяжно выдохнул, фокусируясь на настоящем. Он изначально сел за игровой стол, только чтобы расколдовать друзей, а потом пойти вместе с ними дальше, к некому Яинмодиву. Цели не изменились, разве что дополнились - теперь надо было ещё отбить товарищей, потому что предсказать, что с ними будет делать такая Юни, было нереально. — Так, а теперь вопрос! Дай-ка подумать~ — рыжая, ранее почти всю игру бывшая наигранно ласковой, снова сбилась на холодный тон и откровенно напрягающий взгляд, — Скажи, Нононожик, ты помнишь, как закончилась наша последняя встреча до Поэны? Хотя, нет, мой вопрос прозвучит немного не так, — пустотница хекнула, вернувшись к привычной улыбчивости и прищуру, — Чем закончилась наша последняя встреча до Поэны? Пустотник моргнул, непонимающе чуть приподняв брови в немом вопросе. Конечно, он не помнил - изначально не ставил перед собой такой цели, а сейчас вспоминать было немного поздно - хотя Нононожик готов был поставить шарф на то, что это как-то неслабо связано с нынешним безумием. — Что же, хех, ты продолжаешь выбирать проигрыш, — непонятно чему усмехнулась мироходка(?) в междумирском плаще, переворачивая песочные часы, — Начинай~ Пустотник послушно выложил нужное количество карт, вынужденно расставшись с картой Хулио - у того была подходящая масть для комбинации, а у самого мироходца был явный недостаток карт. Что-то, что теперь явно не грозило Юни, лениво перемешивавшей в руках увесистый карточный веер. — Оу~ я бы сказала, что ход неплохой, но эта комбинация не сработает, — трактирщица легко уронила на стол часть своих карт, перебивая теми атаку, после чего одним движением забрала простые карты соперника, а ту, в которой был заключён оборотень, взяла в другую руку, поднеся оскалившегося и упавшего на пятую точку от неожиданного перемещения карты Хулио поближе к остальным картам. — Хехехе, было бы некрасиво разделять близнецов надолго, да~? Оу, и что же это, — Юни притворно удивилась, — Снова моя очередь спрашивать? А ты на диво азартен, булочка~ Тогда, пожалуй, скажи, какого это - вести своих "друзьяшек" в смертельную опасность, можно сказать что на смерть ради своих эгоистичных целей, м? Глаза Юни удовлетворённо блеснули, когда провокационный вопрос прорвал молчаливую оборону собеседника - вместе с его самообладанием, что также в случае пустотницы рассматривалось как приятный бонус. — Это неправда! — возмутился Нононожик, даже хлопнуп ладонью по столу, отчего часть лежащих на нем ещё не распределенных и уже сыгранных карт подпрыгнула, перестав быть идеально сложенной, на что Матильда осуждающе качнула головой, — Я не вел их на смерть! И уж тем более я иду за Эбардо не из эгоизма! — Правда? Насколько вижу, из всей твоей компашки ты один что-то из себя представляешь в ранге местных "тяжеловесов" - других пустотников у тебя нет, — Юни тактично умолчала о Эшли. Нет, она бы, конечно, могла сказать про эту какую-то рандомную блондинку, но Бен по каналу связи уже не кричал, а выл сиреной, что этого делать нельзя. Юни очень не хотелось, чтобы этот грязный шантажист из своей карты продолжил выть всю игру, мешая веселью - так что да, конкретно в этом случае было легче промолчать, а не сдать девчонку как стеклотару. Тем более, что это только усиляло ее аргумент - Матильда не особо поняла, почему внезапная дочь Эо развела секретность на пустом мес- ах, да, дочь Эо. Рыжая мироходка мысленно хлопнула себя по лбу - разгадка была очевидна - что же, один вопрос снят. — То есть, пока бы ты храбро сражался с саппортом, — одной интонацией высмеяла предположение Юни, упоминая известную местным классификацию бывшего гаранта, — То оставил своих друзьяшек на растерзание Довину Баану и его лаборантам? Как жестоко, булочка, мне нравится. Это так тебя характеризует. Ну, знаешь, поставить личную месть выше. Нононожик опустил взгляд потемневших от эмоций глаз на стол, незряче уставившись на точку перед собой от сдерживаемого гнева и прочих клубящихся в груди чувств. Было ясно, что Юни намекала на какой-то другой давний случай между ними, но пустотник не помнил того. — Я не понимаю, про что ты, — отчеканил слова пустотник, на миг подняв яростный взгляд от столешницы, — Я неосознанный мироходец. И мои друзья прекрасно справятся с одним безумным учёным. — Хехе, конечно~ Трактирщица, продолжая смеяться, выкладывает на стол карты маленького номинала, явно предлагая контрабандисту задать вопрос. Мироходец не обманывает ожиданий, легко перебивая тройки и четверки более весомыми картами. — Кто ещё стал приспешником Эбардо, кроме Баана? Юни пересекается взглядом с Беном. "Ты же не собирае- Юни, нет! Это стратегическая информация, пусть лучше карту тянет!" — протестует Ави, выполнявший в их маленькой пати роль навигатора и советника. Сама трактирщица была капитаном и лидером, выставляя цель, к которой хитроумный убийца и прокладывал далеко не прямой, но наиболее безопасный и интересный путь. Понять возмущение пернатого было легко - Ард пообещал тому при переписи восстановить Скайзерн - откатить разрушение, прибить Зефириона, не суть важно, как по мнению воровки - из-за чего убийца был решительно настроен довести бывшего гаранта до конца, горя энтузиазмом куда больше, чем Матильда. — Хе~ дай-ка подумать, — Юни прикрывает глаза, заглушая канал связи червефона, игнорируя нахмурившегося - явно больше расстроенного, чем разъяренного - Бена, — Эо, Довин, я, мой милый крылатый мальчик-с-пальчик, — Матильда проигнорировала теперь уже слышимые всем карточным узникам ответные обзывательства крылатого великана, — мой папенька~ хехехе~ А, ну и ещё какой-то лавочник с удочкой и сам господин гарант~ — пропела последние два слова мироходка, — Эо особенно хвалил его за тактический гений и помощь, так что это было сложно пропустить, хех~ Фран выглядел крайне возмущённо, даже выхватив волшебную палочку, но, запертый в двумерном пространстве карты, покарать обидчицу не смог. — Это неправда! — возмутился бывший ныряльщик. Ранее его крик можно было сравнить со звуковой атакой, однако из-за карты было сложно говорить громко, отчего грозный выкрик был еле слышимым писком. — А ты докажи, — продолжила хихикать Юни, — Как доказывал, где лучше всего обосноваться и почему. Бен попытался было что-то передать по каналу связи, однако озадаченно замер, после чего, пожав плечами, сел. "Да-да, я слушаю?" — тут же отреагировала Матильда, чуя что-то интересное, и делая вид, что это не она буквально пару минут назад "отрубилась" от связи. "Я тебе расскажу по секрету, а ты вдруг возьмёшь и вслух об этом скажешь, как сейчас, так что нет уж. Да и какой смысл в навигаторе, если его маршрут никого не волнует?" — Бен обидчиво отвернулся, красноречиво сев к пустотнице спиной, распушив крылья. Юни мстительно встряхнула карту. — И~так, раз возражений нет, на вопрос я ответила. Ходи, Но. И помни - мы играем на жизни твоих друзей! — Юни моргнула, хихикнув с особо идиотским выражением лица, — Я забыла об этом упомянуть, но да не важно. На враз посеревшего на пару оттенков мироходца было откровенно больно смотреть, однако от развернувшегося зрелища Матильда лишь повторно разразилась злобным хихиканьем. А после разбила чужую комбинацию с грацией слона в посудной лавке - быстро и чрезмерно разрушающе. Пустотница повертела в руках трофейную карту с отчаянно пищащим Франом, из-за тряски карты заваливаюшимся то на один бок, то на другой, из-за чего эльф и возмущался, забавно пища. — Каково это, разбить междумирскую маску? Нононожик, ни на миг не перестав провожать взглядом карту друга, молча показал трактирщице средний палец. — Какие справедливые вопросы для неосознанного. — Для неосознанного - несправедливые, ну так и ты не неосознанный - так, просто скучающий чмоня, — закатила глаза рыжая, явно обидевшись на показанную ранее фигуру и показывая её же в ответ, — Отвечать будешь? Пустотник замер, уставившись на ладони. Зная мироходца в шарфе достаточно долго, Юни могла с уверенностью предположить, что тот и правда пытался вспомнить - ещё бы он не попытался, с такой мотивацией! Мироходка едва сдержала истеричный смех. Наконец поднять эту тему было болезненно и для неё - пусть и не настолько, как для Нононожика, у которого пока что не всех друзей отобрали. Ожидания воровки оправдались, когда мироходец вдруг вздрогнул, спешно отряхнув ладони друг о друга. — ...выматывающе. Матильда недовольно фыркнула. Слишком лаконичный ответ был плох краткостью - его не хватало. Мироходке явно не хватило короткой, почти болезненной судороги, тенью пробежавшей по лицу пустотника, однако Юни не спешила наступать. Ей сказали потянуть время, так что она его потянет. Потянет так, что пустотник и сам не рад будет, что в один не самый хороший день решил идти на штурм игрушечной базы "Арда" - хах, ну что за глупый псевдоним? Нононожик, подведший под собственные опасения довольно логично звучащую теорию, прищурился, ещё сильнее сжимая побелевшие губы. И нахмурился, когда оппонентка выложила на стол три туза. Парировать этот ход было нечем, так что мироходец снова обеднел на три карты, которые ему было наименее жаль. Смутную тревогу - у самих заключённых в карты, но не у пустотника с покерфейсом - вызывало стабильное "худение" доступных контру карт. Впрочем, Нононожик паниковать не торопился, хоть и блестел хмурым взглядом все подозрительнее. Задаваемые ему вопросы были странными и явно включали события, о которых пустотник в шарфе не помнил - или, как настаивала воровка, не хотел помнить. Юни тупо моргнула, стараясь не скривить лицо в недовольной гримасе. Нононожик достал откуда-то из недр своего потрепанного карточного веера аж трех королей, коих и выложил на стол, хищно сверкнув взглядом. И черт с ними, королями, но вот это поведение мироходке было знакомо. Пустотница молча, но с крайне очевидным намеком посмотрела на Ави. Убийца также молча кивнул, и, забыв про недавнюю обиду, взмахнув крылом, меняя обозначение своей карты с вальта на джокера. Вара, чью карту аккуратно встряхнули, разбудив низкорослую убийцу, повторила трюк пернатого великана, жульничая, чтобы вскоре увидеть карты соперника. Нононожик нахмурился ещё сильнее, словно приобретая угрюмую монобровь. — У тебя не может быть два джокера, — отрицательно махнул головой контр. — Оу~ и почему же, булочка? — Потому что у меня три джокера, — на стол легли ещё три карты. — Да ты шулер! Неплохо-неплохо~, — Юни хихикнула, делая вид, что жульничала сейчас не она, — Вот только это тебе не поможет. Нононожик ничего не ответил, но его взгляд был, как по мнению воровки, весьма красноречив. — Что? — наконец не выдержала пустотница. — Ты так и не сказала, какие правила, и что это за игра, — осуждающе покосился на оппонентку мироходец, получая в ответ полный оскорбленной невинности взгляд, крайне быстро сменившийся приступом смеха. — Мы играем в карты! Пхехехе, Нононожик, неужели ты не знаешь, что это? Карточное изображение Бена бросило короткий осуждающий взгляд из-под челки, продолжая вертеть в руке кость из птичьего крыла. Не прекращая играться с костью, убийца, уже возвращенный обратно в колоду воровки, почти ленивым движением крыла достал до края карты, поменяв номинал карты на шестерку. Не то чтобы вопросы Юни к пустотнику были неинтересны - Ави едва успевал черкать заметки на полях дневника на тему "какие травмы Матильда явно забыла проработать у психолога", не собираясь игнорировать этот тревожный даже не звоночек, а оркестр. Убийца тихонько скосил взгляд на карту с Эшли, против воли хмурясь. Девочка - хотя скорее заноза в заднице - явно унаследовала от отца мозги, а от матери характер со склонностью сделать кому-нибудь пакость и что-нибудь спереть - да ту же казну например. Нет, Бен признавал, что по факту казну украл он, но вот идейным вдохновителем была как раз эта малявка! Которая и принесла расписание охраны, зелья невидимости и многое прочее, подготовившись так, что расследование, в которое напросился убийца, до сих пор стоит на месте, несмотря на гнев гаранта, крайне желающего пожать руку шею неустановленным ворам. ...а возможно, дело было не в предусмотрительности блондинистой язвы, присмиревшей под чутким взглядом Пуговицы, а в ее папаше-Арде, который вполне мог саботировать ход расследования таким образом, чтобы в его и "о-боже-какая-милая" дочуркину сторону никто и не смотрел. Все же период Арда на посту гаранта не просто так с радостью чуть ли не забвению предали, без каких-либо споров(!) согласившись на кандидатуру бывшего ученика Абсолютного Зла(!). И это при том, что Змей почти всегда голосует в пику Шраму, а Шляпа непонятно из-за чего поссорился с Мускатом, который, кстати, свою неприязнь передал "по наследству" нынешней главе гильдии пряностников. В общем, приходу Сан-Франа радовались как второму Новому году... до тех пор, пока не поняли, что Ард, ранее загруженный бумажной волокитой, теперь свободен как птица в небесах - ну, когда не смотрит за мелким орущим свёртком, которым в то время была Эшли. Учитывая же, что пустотник трясся над своим блондинистым чудовищем как не каждая курица над своими яйцами, опасения оказались напрасными. Бен отвлекся от размышлений из-за магической вспышки и последовавшего за той инфернального хохота, со стыдом отмечая, что хохотала Юни - не то чтобы он против смеха, но не когда от этого "смеха" - а точнее звуковой атаки, вот явно ее этот визгливый эльф покусал! - он чуть инфаркт не словил! Ави торопливо встал, щёлкнув пальцами для призыва портала, покидая белое карточное пространство, пока воровка залилась ещё более злобным хохотом, пытаясь что-то сказать, но задыхаясь от смеха - вообще, шутки с порталами были невозможны для "карточных узников", но так и Бен узником не был. Скорее диверсантом. Потому, когда пришло время, беспрепятственно ушел в один из миров, оставляя за собой пустую карту и хихикавшую мироходку(?) в междумирском прикиде. Юни, отсмеявшись, обмахнулась картами как веером. — Ах, булочка~ — воровка снова глубоко вдохнула, против воли снова зайдясь смешками, — это было ближе всего к моему убийству из всех попыток. Пожалуйста, не делай так больш- хехехе! — снова сорвалась на смех трактирщица, увидев дернующееся веко мироходца в шарфе, — Ты опять это делаешь! И как не стыдно?~ Оу, ну ладно, это неплохая попытка, не могу тебя ругать за стратегию~ Юни, одним движением спрятав всю - почти всю, ведь ноунеймистая дочь Эо так и осталась в чужих руках - колоду - мироходка отказывалась признавать некое абсурдное облегчение от того, что карты удалось достать быстрее ожидаемого, и что наиболее разрушительные для психики оппонента вопросы так и не были заданы - отпрыгнула, уходя от удара сковородой. — Ты действительно хочешь ударить девушку сковородой? Оу, Нононожик, видимо, я тебя и пра-авда задела, хех~ Трактирщица взмахнула полами плаща как тореадор красной тряпкой, изящно перенаправив пустотника головой в камень. В поднявшейся следом за шумом пыли было сложно судить о повреждениях, как и о чем-либо вообще - видимость была околонулевая, чем и воспользовалась воровка, по щелчку создавая портал. — Стой! — пустотник, даже не потрудившись вытряхнуть из волос каменную крошку, ринулся обратно, понимая, что не успевает. — Ну явно не сижу! — скаламбурила под конец Матильда, исчезая в зелёном свете закрывающегося портала. Мироходец потемнел лицом, но ругательства сдержал. На руках у него осталась одна несчастная карта с сидевшей в ней Эшли, удивлённо хлопавшей ресницами. — Я поняла, как дестабилизировать эту штуку, — важно кивнула блондинка, разворачивая блокнот с записями текстом к пустотнику. Нононожик кивнул в ответ и, достав волшебную палочку, вчитался в записи, начав зачитывать с блокнота длинное заклинание, от которого карта начала светиться. — Ну, оно работает, это главное, — отойдя от приступа тошноты, наконец сказала Эшли, чуть не упавшая с непривычки на землю, как только ее выкинуло из взорвавшейся карты, отряхивая коленки от земли, — Спасибо, что подождал, пока оклимаюсь. Блондинка засеменила за шатеном, как за мамой уткой, изредка выглядывая из-за широкой спины контрабандиста и ёжась от холода Междумирья. Протянутую контрабандисткую куртку блондинка восприняла как дар свыше, тут же закутавшись в мех по нос. Нононожик, дойдя до следующего препятствия, хмуро уставился на огромный странно пахнущий шар из жидкого жира - рыбьего? - едва заметно колыхнулся, отражая движение какого-то существа изнутри желто-оранжевого вещества. — Теоретически, рыбий жир тоже горит. Правда, вонять будет, — Эшли создала на ладони фаербол и, дождавшись заинтересованного кивка от пустотника, бросила тот в жировое препятствие. Огромный пузырь зашипел, за считанные секунды поглотив огонь - к вящему недовольству обоих мироходцев, никак иначе на фаербол не отреагировав. Эшли недовольно цыкнула и, поправив шляпу магической гильдии, схватилась за палочку и гримуар. — Экстерминатус! Нононожик молча скосил взгляд на извергающую потоки пламени волшебную палочку, что, казалось, вот-вот сгорит от творящегося безобразия. Пустотник озадаченно моргнул. Деревяшка не горела. Впрочем, жировой шарик тоже гореть не хотел, шипя и пыша едким дымом на огненные атаки. Эшли, забив на гримуар, уронила тот, сунув руку под шляпу, чтобы успеть вытащить зонтик. Вовремя раскрыв зонт, мироходка прикрылась от дымовой атаки, проплавившей часть камня под ногами, спешно отбегая за спину пустотника. Нононожик, попав в едкий дым, чихнул, непонимающе нахмурившись. Это было не настолько опасно, чтобы убегать, не так ли? — Там камень проплавило! — возмутилась Эшли, поправляя бант на корсете, протестно скрипнувшим от подобных манипуляций, — Так, ладно. Если нельзя сжечь - заморожу. Блондинка перехватила палочку обратным хватом и перевернула гримуар вверх ногами, аккуратно высовываясь из-за спины пустотника, готовая спрятаться обратно при первой же опасности. Эшли юркнула обратно, торопливо раскрывая зонт, но до конца не успела, из-за чего сейчас брезгливо стягивала с ног сапожки, морщась и чуть не плача из-за запачкавшего всю округу рыбьего жира. Мироходка зацепилась взглядом за контрабандиста, выглядящего абсолютно чистым, и, не сдержавшись, пнула камень в булькнувший пузырь рыбьего жира. — Они же были совсем новые! — возмутилась блондинка, повторно раскрывая перед собой зонт, когда Нононожик, до этого выглядящий довольно чистым, резко решил отряхнуться, сбрасывая с себя редкие капли рыбьего жира. Эшли прикусила язык, сдерживая неуместные вопросы про укусы оборотней, которые любили отряхиваться таким же способом - из-за чего с ними, кстати, и старались держаться на почтительном расстоянии, если "шабако-человеки" решали подойти к воде ближе чем на пятьдесят метров. — Там что-то есть, — снова юркнула за чужую спину блондинка, присев, когда пустотник с размаху швырнул сковородой по смутному нечто, проплывавшему в жировом пузыре. "Нечто" от удара увернулось, показав живописный чешуйчатый хвост и угрожающе клацнув челюстями с загнутыми острыми зубами, характерными всяким глубоководным рыбам. Эшли молча достала из шляпы бестиарий и книгу контактов гильдии убийц. Теория, кто именно им повстречался, была до обидного проста - до этого их сюда привела Вара-растяпа, закидал перьями Бен-меркантильный и издевалась/прикадывалась(?) Матильда-пустотница. Действительно, кого бы они могли встретить сейчас? Блондинка довольно угукнула, найдя нужную страницу и, вытащив фото из файла, показала то спутнику. — Похож, — тут же согласился Нононожик и достал удочку. Эшли повторно прикусила язык, умолчав, что подобный поступок в городе бы назвали как минимум видистким - разумные рыболюды вообще любили пооскорбляться на удочки и шутки про "поймал рыболюда на крючок". Даже если этот рыболюд и не рыболюд вовсе, а так, русалка. Мироходка моргнула, переведя ставший озадаченным взгляд обратно на фотографию. Не важно, зачем - Время, это очевидно - но как этот "Нер" из рыболюда человеческого подвида стал подводной и явно высокоранговой опасной хтонью? И почему только контр подумал, что нынешняя глубоководная хтонь похожа на рыболюда? Хотя да, сходство есть - как минимум уши-плавники у Нера остались прежними. Что до смены всей остальной внешности... Эшли вспомнила дикий, пробирающий до мурашек, абсолютно инфернальный хохот рыжей трактирщицы и отбросила этот вопрос как очевидно глупый. Чёртовы миропроходимцы и их фокусы, не иначе. Блондинка отвлеклась на плеск, круглыми глазами смотря на быстро скрывающегося в недрах рыбьего жира мироходца. — С другой стороны, а как его иначе побить? Эшли покрутила в руках волшебную палочку, неловко повздыхала, посмотрела на пузырь, да и принялась чертить защитные руны вокруг. Все же доносившиеся из пузыря звуки были... многообещающими. Что животный, полный ярости и боли рев, что звон сковороды, то и дело бившей по каким-то костям. Из-за рун, обеспечивавших неплохую защиту, мироходка не пострадала, когда из пузыря на дикой скорости вылетел Нер, и, пробив собой пару деревьев, скрылся в лесу. Эшли перевела взгляд на вернувшегося Нононожика, мощными ударами сковороды пробивавшего дыру в жировом пузыре и, вздохнув, перехватила палочку, подходя к союзнику на помощь. Следующими, кто им встретился, были уже знакомые летающие убийцы - изрядно обклееные пластырями, а пернатый переросток так и вовсе с рукой в гипсе. — Вы не пройдете! — на два лада синхронно заявили миньоны(?) Матильды, но контрабандист, не испытывая желания играть с теми по правилам - не когда на кону стояли его друзья - вынес обоих мироходцев почти не вспотев. Разве что от бега - под конец Ави не стеснялся кастовать "вытяжение жизни", попадать под которое было крайне противопоказано всему живому, как поняла из короткого объяснения контра Эшли. Сама мироходка тоже не скучала, очередями кастуя огненные смерчи на отряд убийц, которых и возглавлял пернатый великан - убийцы быстро закончились, и, как признавала Эшли, это было не из-за ее навыков, сколько из-за величины нагоняя, который обрушит на головы подчинённых Пуговица, если те хотя бы поцарапают ее дочь. Все же не только Ард трясся над единственной дочкой, хоть глава убийц и была менее очевидна. Эшли перехватила чуть не улетевшую шляпу, догоняя пустотника, что ранее несколько секунд тупо смотрел на исчезнувших в порталах убийц, а потом побежал, как ошпаренный, к Яинмодиву. Поняв, что своим ходом за разогнавшимся контром не успеет, мироходка вытащила из шляпы метлу - использовать для полета именно ее было не обязательно, но блондинке нравилось, как это выглядело, а также отсылки к ведьмам. Хотя, бесспорно, наибольшей ведьмой была не она, а выпрыгнувшая из портала Матильда, зачем-то нацепившая междумирскую маску вместо используемого ранее черного плаща.