Глава 4. Ночь, улица, таверна, рынок

      После разговора с Годриком Маркел, Анфиса и Кайли направили свои стопы к ближайшей таверне. Там темный маг спросил о свободных комнатах и, узнав, что таковых две, внес плату за обе на ближайшие пару дней. Хозяин был в восторге от такой щедрости и на радостях принялся предлагать «совершенно секретную информацию» о том, как обстоят дела в Серебряных Городах.       − Опять какие-нибудь непроверенные слухи, − фыркнул Маркел.       − Нет, очень даже точные сведения, − просипел хозяин трактира с видом заговорщика.       − Какие же?       − Заплатите – узнаете!       − Хитрец-молодец! Но ты не на того напал. Я сам о Серебряных Городах столько знаю, что тебе и не снилось.       − Слушай, Кайли, пойдем пока, − предложила Анфиса Георгиевна. – Что-то мне кажется, ничего интересного мы тут не услышим. А их препирательства для наших ушей уж точно не классическая музыка.       − Да, − кивнула монахиня. – Можем в комнаты заглянуть.       На этом и порешили. Вышеупомянутые комнаты располагались на втором этаже и выходили окнами на улицу. Обе они являли собой низенькие темные помещения с минимальным количеством мебели. Протяжно скрипели под ногами старые половицы. Солнечные лучи с трудом пробирались через запыленные стекла окон и обессилено падали на пол жиденькими смутными полосочками.       − Да уж, отель минус пять звезд, − мрачно хмыкнула Анфиса Георгиевна.       − Анфиса, а тебе как больше нравится: спать на диване или на кровати? – спросила Кайли, которая в это время пробовала на ощупь сидение дивана. – Ничего себе, да он же каменный!       − Отлично, значит, я на диване.       − Погоди, я сейчас ещё тут проверю… − с этими словами монахиня направилась к кровати и принялась за её осмотр. – А кровать вполне себе нормальная.       − Вот и спи на кровати.       − Нет, погоди, на кровати будешь спать ты. А я на диване. Что мне сделается?       − Я на тебя обижусь – вот что тебе сделается, − ответила Анфиса Георгиевна. – Говорят тебе, диван занят.       − Да что ты так упрямишься? – всплеснула руками Кайли. − Я же как лучше хочу, для тебя стараюсь, глупая!       − А тебе не пришло в голову, что ты не единственная альтруистка в этой комнате? – строго поинтересовалась Анфиса Георгиевна, скрестив руки на груди. – И пока ты хочешь сделать как лучше для меня, я пытаюсь то же самое сделать для тебя?       Кайли смущенно улыбнулась:       − Спасибо!       − Да не за что. А диван всё-таки я займу, − сказала Анфиса и поспешно села на вышеупомянутый предмет мебели, чтобы её уж точно нельзя было выселить. – Кстати, этот диван напоминает мне о доме. У меня в комнате такой же каменный. Ума не приложу, почему они такими становятся. Мне кажется…       Однако Анфиса Георгиевна не договорила, ибо в этот самый момент скрипнула хлипенькая дверь и на пороге явился Маркел собственной персоной.       − Разместились? – лаконично спросил он, скептически оглядывая убогую комнатушку.       − Как видишь, да, − ответила Анфиса.       − Довольны?       − Вполне, − кротко ответила монахиня.       Зато Анфиса Георгиевна не смолчала и быстро высказала всё, что думает:       − А я нет. Кошмарное место. Удивлюсь, если ночью к нам не приползут тараканы, или крысы, или кто похуже – уж не знаю, какое экзотическое зверье водится у вас в Асхане!       − Да, кстати, по поводу «экзотического зверья», − заговорил Маркел, с мрачной усмешкой выслушав Анфису. – К вам могут заглянуть искатели героев. Будут спрашивать, не хотите ли наняться на службу такому-то, какой у вас опыт командования войсками и т.д., и т.п.       − Ясно-понятно, спасибо за сведения, обязательно наймемся, − хихикнула Анфиса Георгиевна.       − Да такую неуживчивую ворчунью никто не наймет. Думаю, искатели героев тебе даже денег дадут, чтобы откупиться.       − То же могу сказать о тебе, − хмыкнула Анфиса Георгиевна.       − Да ко мне практически в каждом трактире пристают с предложениями, − закипятился Маркел.       В этот момент кто-то грубо толкнул нашего темного мага внутрь комнаты, присовокупив замечание следующего плана:       − Ишь ты, стоит, как столб, посреди дороги, ни проехать, ни пройти! Тоже ведь, наверно, какой-нибудь героишка-неудачник, который уже тридцать лет бродит по тавернам, а его никто не нанимает.       Второй голос, густой бас, принялся энергично выражать своё согласие со словами собеседника.       − Это я-то неудачник! – взбеленился Маркел и вылетел из комнаты, хлопнув дверью.       − Ой, что сейчас будет, − обеспокоенно покачала головой Кайли.       − Ну, думаю, ничего ужасного не случится. Поругаются, может, подерутся, а там и разойдутся. Ужин ведь скоро, кушать-то всем хочется.       При последних словах личико монахини заметно побледнело. Она поднялась с места и спешно направилась к двери.       − Э-э, ты куда? – изумилась Анфиса Георгиевна. – Уж не побежала ли разнимать нашего «идейного лидера» с теми двумя молодцами?       − Нет, я не затем… Хотя это тоже можно… По дороге ведь…       − Да куда ты?       − Ужин готовить.       − Тьфу, ты пропасть, совсем у меня голова дырявая! Не сообразила. А тебе нужна моя помощь или нет?       − Спасибо, конечно, но до этого твоя помощь скорее тормозила, чем ускоряла готовку. Не обижайся только за такую прямоту.       − Ничего, я знаю, что из меня повар никудышный. Погоди, но ведь надо же ещё забежать на рынок или в лавку какую-нибудь. Одной капустой сыт не будешь.       − А вот эту работу я смело могу доверить тебе, ты у нас человек пробивной. Думаю, ты умеешь торговаться.       − Я бы так не сказала. Скорее, я умею зверски бесить людей любого возраста и характера. Это моя суперспособность, − хихикнула Анфиса.       − Ну, меня ты совсем не бесишь, − возразила монахиня.       − Ты просто ещё плохо меня знаешь. Тоже когда-нибудь будешь на меня ворчать.       − Не буду, − убежденно ответила Кайли и улыбнулась Анфисе.       Покинув комнату, девушки разделились. Монахиня отправилась на поиски кухни, несколько беспокоясь, удастся ли сговориться с поварами из таверны, чтобы они поделились с ней рабочим местом, а Анфиса Георгиевна смело двинулась по коридору, уже воображая себе, как будет затариваться на рынке, как вдруг…       Деньги!       Денег-то нет. Вернее есть, но то рубли. Вряд ли асханцам известна сия валюта.       А у кого есть деньги? У Кайли вряд ли, она монахиня. У Маркела, конечно, есть, но он сейчас…       Додумать Анфиса не успела.       Из-за угла вылетел Маркел и с грохотом рухнул на пол. Он тут же вскочил, оправился, гордым движением закинул себе на левое плечо правый угол плаща…       «Прямо Цезарь из мультов про Астерикса», − подумала Анфиса и захихикала, представив себе Маркела в съехавшем на нос лавровом венке.       Между тем Маркел схватился за рукоятку сабли, придавая своей позе как можно более угрожающий и воинственный вид.       − Знаете ли вы, несчастные, что это за сабля? – громовым голосом вопросил он.       − Не знаем и знать не хотим, − ответил уже знакомый нам бас.       − Не хотите – и не надо. Только я вам сейчас этой саблей…       − Кхе-кхем, Маркел, прости, что отвлекаю, − затараторила Анфиса Георгиевна, скорым шагом приближаясь к некроманту. – Но, перефразируя Терминатора, мне нужна твоя наличность.       − Слушай, ты не видишь, я занят? – возмущенно ответил он.       − Да, какой-то ерундой. Кстати, господа, − произнесла Анфиса Георгиевна, внезапно оборачиваясь к двум драчливым грубиянам, − вы не видели поблизости лича? Он тут неподалеку должен бродить. У него с рук ещё бинты свисают, глазницы сверкают потусторонним огнем, и нижняя челюсть падает, когда он слишком много смеется. Откликается на имя Винченцо, любит рассказывать жуткие, но забавные истории и… Эй, господа, куда же вы? Я даже не представилась!       Однако «господа» уже исчезли из поля зрения Анфисы Георгиевны.       − Как просто, − изумилась она. – Только сказала про Винченцо, так они и смылись. Ловко! Надо иметь в виду, что твою нечисть все разумные живые существа стараются обходить за километр.       − А я только начал входить во вкус драки.       − Видела я, как ты «входил во вкус». Через весь коридор, небось, летел, любитель острых ощущений. Так, слушай, мне некогда с тобой беседовать. Повторяю: «Мне нужна твоя наличность».       − А зачем тебе? – подозрительно сощурился Маркел.       − Что-нибудь купить, потому что Кайли не маг, чтобы готовить еду из воздуха.       − Точно? – протянул Маркел, вынимая кошель и принимаясь отсчитывать монеты. – А то мало ли. Пойдешь на рынок, а по пути наткнешься на… Хотя нет, что это я? Ещё не доставало собственноручно дать инструкцию по тому, как навредить мне… М-м… Так, вот держи.       − Спасибо, − изумленно произнесла Анфиса Георгиевна, принимая из рук Маркела внушительную горсть монет. – Щедро. Я думала, ты мне вообще какой-нибудь ломаный грош сунешь и пошлешь на все четыре стороны.       − Так, слушай, быстрее шевели ластами, пока твоя мысль не материализовалась.       − А можно последний вопрос от «ластоногого»?       Маркел возвел глаза к низкому потолку и раздраженно проворчал:       − Валяй.       − На что я могу наткнуться по пути на рынок? Я заинтригована.       − На камень можешь наткнуться и полететь носом в землю.       − Ну, это не ответ.       − Как так, не ответ? Ты спрашивала, на что ты можешь наткнуться. Я сказал. А теперь исчезни, ты начинаешь меня раздражать.       Анфиса Георгиевна только фыркнула и гордым шагом независимой женщины устремилась к лестнице. Когда же наша героиня вышла на улицу, то от досады чуть не выругалась: деньги-то она взяла, а о местоположении рынка не спросила. Хотя Маркел может и не знать подобных вещей, такому напыщенному петуху самолюбие вряд ли позволяет нисходить до прогулок по рынкам. Что же, придется выяснять дорогу у прохожих.

***

      − Люди добрые, во имя Эльрата одумайтесь!       Этот вопль отчаяния грянул над улицей так резко, что Анфиса Георгиевна, возвращавшаяся в трактир после удачной прогулки по лавкам, вздрогнула и выронила тяжелую корзину. Хлеб, курица, морковка и свекла высыпались на истоптанную тысячами ног землю. Анфиса Георгиевна опустилась на колени и принялась спешно собирать свои покупки, пока сновавшие туда-сюда прохожие ничего не растоптали и не распинали. Попутно она изрыгала гневные проклятья в адрес страдальца, вопиявшего в столь людном месте посреди бела дня и пугавшего своими возгласами народонаселение города.       Вдруг Анфиса Георгиевна заметила, как к ней приблизились ноги, частично скрытые длинным балахоном. Вот хозяин ног сел на корточки и таким образом оказался в поле зрения девушки уже в полном великолепии своего сана, который, судя по непростому, хотя и перепачканному землей одеянию, был достаточно высок.       Священнослужитель принялся спорыми движениями собирать с земли морковку и закидывать её в корзину. Анфиса Георгиевна на пару мгновений застыла, подозрительно вглядываясь в своего нового знакомца. Особенно привлекло её его лицо – круглая физиономия средних лет с кривым носом и глазами навыкате, запыленная и грязная.       − Вам что-то нужно? – спросила она наконец.       − Извиниться, − лаконично отрапортовал священник, не отрываясь от собирания рассыпавшихся покупок.       − За что? – протянула Анфиса Георгиевна, уже догадываясь, однако, какой ответ её ожидает.       − Это я крикнул и нечаянно напугал вас.       − Да ничего страшного. Не понимаю только, зачем так орать.       Священник заметно оживился и устремил на Анфису Георгиевну внезапно вспыхнувший взгляд цепких глаз, полный тайной надежды.       − Вас же тоже пугают и нервируют отряды полумертвой нечисти, которые располагаются лагерем в окрестностях города? – выпалил он и вытаращился на свою собеседницу, словно ждал от неё неслыханного чуда.       − Какие отряды? Погодите… Вы хотите сказать, что поблизости собирается основная армия Маркела? Или вы лишь о тех воинах, которые прибыли с ним сегодня?       − В том то вся и соль, что уже целую неделю количество всякой богомерзкой нечисти в округе значительно увеличилось. И мне кажется, что это связано с прибытием Маркела.       Анфиса Георгиевна взяла в руки корзину и поднялась с земли. Её примеру последовал и священник.       − Я, к сожалению, не знаю всего. Ходят слухи о какой-то новой войне, кажется, с магами. Немало местных жителей одобряет союз королевы с этим мерзким порождением некромантии. Наверно, именно поэтому она и выбрала этот городишко, чтобы организовать здесь нечто вроде штаба.       − Зачем же вы кричали?       − Я хотел обратиться к народу с пламенной речью, воззвать к их совести и подвигнуть их на активное противостояние некроманту. Я забрался на бочку, чтобы меня было слышно и видно. Но в итоге её просто выбили у меня из-под ног. Поэтому-то я и ограничился лишь одной фразой. Зарывшись носом в землю, немного наговоришь.       Анфиса Георгиевна долгим, испытующим взглядом всматривалась в незнакомца.       − Вы знаете, куда я сейчас направляюсь? – спросила она.       − Домой, наверно, − пожал плечами священник.       − Ну, ту убогую таверну я никогда не назову своим домом, хотя там и есть диван, на удивление похожий на мой, − рассмеялась Анфиса Георгиевна.       Ещё немного помолчали. Анфиса Георгиевна опустила взгляд на корзину и хмыкнула:       − А ведь вы и представить себе не можете, как вы рисковали сейчас, высказывая своё мнение о Маркеле.       Священник напрягся.       − О чем вы?       − О том, что я… прибыла сюда с его отрядом. Я могла бы рассказать ему всё, что вы сейчас сказали. Особенно ему «понравилось» бы «мерзкое порождение некромантии».       Священник возмущенно всплеснул руками, и его надрывающийся голос яростно звякнул:       − Вы…       − Подождите, прошу, послушайте меня. Не смотрите так осуждающе! Я ничего ему не скажу. Честное слово. Я согласна с вами и тоже не доверяю этому Маразмаркелу. Мне совсем не нравится его деятельность. А его войско – это просто какой-то ночной кошмар после вечернего просмотра ужастиков! Чтоб оно сквозь землю провалилось.       Искренность, с которой говорила Анфиса, произвела на священника благоприятное впечатление. По крайней мере, его взгляд больше не выражал гнева и презрения.       − Да, если бы оно провалилось сквозь землю, всё было бы гораздо проще, − вздохнул он.       Лицо Анфисы Георгиевны вдруг просветлело, и она схватила своего нового знакомого за руку.       − Слушайте, зайдем-ка за угол, чтобы нас не увидели из окон.       Священник повиновался, и спустя пару секунд они оказались в темном узком переулочке между таверной и жилым домом.       − Можно ли устроить так, чтобы вся эта нечисть… эм… провалилась под землю в прямом смысле? Магией какой-нибудь… Или чем тут у вас ещё действуют?       − Есть заклинания, способные разрушить чары некроманта и вернуть неприкаянные души в мир по ту сторону, но, понимаете, тут нужно найти достаточное количество светлых магов, готовых на такой шаг. Ведь никому неведомо, как отреагирует королева на такое событие и чью сторону она поддержит. Она хочет вернуть своего Николаса, а любовь, как известно, ослепляет и заставляет делать глупости.       − А если провернуть всё в тайне, ночью, например? Никаких свидетелей, а армия исчезла: рассыпалась в прах, и поминай, как звали.       Священник воззрился на Анфису с изумлением и радостью:       − А это… это… Ха, ведь это мысль!       Анфиса между тем продолжала развивать свою идею:       − Что до королевы, то… тут, надеюсь, нам удастся опередить Маркела и рассказать о его планах. Но нужно действовать осмотрительно и осторожно. Найти бы ещё веское доказательство готовящегося им предательства… Письменное, желательно… Гм…       − Головастая ты, − с уважением произнес священник. – Я Эрик, кстати.       − Анфиса Геор… − проговорила было Анфиса, но, завидев, как вытянулось лицо Эрика, решила опустить свое отчество. − Просто Анфиса.

***

      Поздним вечером, после ужина, Анфиса и Кайли сидели в своей комнате. Монахиня с интересом расспрашивала нашу героиню о Земле, как там живут люди, какие у них радости и горести. Однако Анфиса на этот раз отвечала как-то рассеянно, без вдохновения. Она то и дело хмурила брови, поглядывала на дверь и как будто что-то обдумывала.       − Слушай, Анфиса, а…       − Погоди.       Анфиса соскользнула с дивана, бесшумным шагом дошла до двери, растворила её и вынырнула в темноту коридора. Кайли осталась сидеть на кровати и широко раскрытыми глазами глядеть вслед своей подруге.       Спустя полминуты Анфиса вернулась.       − Что же, в щели под дверью больше не видно света. Похоже, он спит.       Кайли вопросительно взглянула на подругу:       − Почему тебя так волнует, спит он или нет? Или… С тобой что-то случилось, пока ты ходила на рынок?       − Да, случилось. И по этому поводу мне надо с тобой серьезно поговорить, − произнесла Анфиса, заговорщически понижая голос.       Монахиня и учительница тихо зашептались, вздрагивая от каждого шороха в коридоре.

***

      Маркел давно потушил свечу и лег на койку, но так и не мог заснуть. Он ворочался с боку на бок, что-то невнятно бормотал и вздыхал. Иногда темный маг застывал на несколько минут и завороженно глядел на призрачный серебристый луч лунного света, пробивавшийся сквозь щель ставен и словно ножом рассекавший темноту комнаты.       − Не спишь?       Внезапный вопрос заставил Маркела подскочить и сесть на постели.       − Опять ты? Фиона, хватит меня пугать! Меня инфаркт может хватить, я же в возрасте.       − Прости, я не хотела. Что с тобой? – спросила сердобольная женщина-призрак.       − Да так, ничего, − уклончиво ответил Маркел. Ему не очень-то хотелось распространяться о своих мыслях.       − Я же чувствую, что-то не так. Ох, и зря ты ввязался во всю эту затею. Зачем тебе власть?       − Я уже говорил тебе… Но дело не в этом. Понимаешь, я тут о смерти стал задумываться.       − Если учесть твой род занятий, ты о ней должен думать всегда, − заметила Фиона.       − Не ехидничай. Я серьезно.       − Я не ехидничаю. Мне правда хочется знать, что с тобой творится.       − Понимаешь, как только в моем отряде появилась эта Анфиса, началась какая-то несусветная ерунда.       − Что ты имеешь в виду? Как по мне, так всё, как было, так и осталось: ты невозможный злопамятный ворчун, Винченцо продолжает травить свои сомнительные анекдоты, а армия осталась такой же полумертвой и гадкой.       − Внешне да, но… Вот сон тот дурацкий, будто я воскрешенный скелет-воин в армии некроманта нового поколения. К чему он? Давеча мне ещё большая чушь приснилась: словно я бегу через бесконечный лес, а за мной гонится огромный лев. Причем я откуда-то знаю, что если он доберется до меня, то не должно случиться ничего страшного, но всё равно продолжаю спасаться от него. Мало того, какая-то часть меня очень хочет прекратить погоню, повернуться и помчаться навстречу этому льву… Странно как-то…       Фиона крепко задумалась.       − Честно говоря, вообще не понимаю, к чему бы это могло присниться. А вдруг тебя ждет поражение в твоем начинании, и какая-то часть тебя подспудно радуется этому грядущему проигрышу?       Маркел гневно взмахнул руками:       − Типун тебе на язык! Этого ещё недоставало! Так, всё, надоело, я – спать.       С этими словами Маркел снова улегся и отвернулся к стене, обиженно сопя.       − А что я такого сказала? Сам спросил: «К чему бы это?» Я ответила, что думала. Чего обижаться-то? – пожала полупрозрачными плечами Фиона и призрачным облачком опустилась на кресло.