Часть 4

Проснувшись на следующее утро, Тимур чувствовал себя так, будто это не Оля вчера пила, а он. Голова болела, глаза слипались, не давая нормально пробудиться. Как бы не было тяжело подняться, парень всë же встал с кровати и, похлопав себя по щекам, пошëл на кухню, дабы сначала выпить обезболивающее, а потом заварить себе кофе. К сожалению, всë, сказанное Адаму вчера, Баженов помнил. Но, честно, хотелось забыть. И чтобы у Авдеева из памяти тоже все события ночи стëрлись. Конечно, Тимур понимал, что, увы, ничего уже не сделать, но помечтать ведь не грех. — Да что ж такое, — у парня потемнело в глазах и он потëр виски, нагнувшись над столом. Ожидал, когда наконец подействуют таблетки, которые тот успел выпить, и нальëтся кипяток из фильтра в кружку, куда ранее насыпал сахар и кофе. — Да пройди ты… — Что-то случилось? — Адам неожиданно залетел на кухню из-за чего Баженов случайно стукнулся макушкой об навесной кухонный шкаф, находящийся прямо над столом. — О-ой, извини! — Да чтоб тебе могилу раскопали, — Тимур захныкал и, держась за голову, сполз на пол, жмурясь. — Ты же знаешь, что я ненавижу неожиданности. И встань на пол, хватит левитировать! Адам вздрогнул и моментально сел на стул, — так как тот был ближе, — удивлëнно смотря на Баженова. Да, похоже, не стоило его пугать после вчерашней ночи, тут бы любой разозлился. Но Авдеев всë равно подобной реакции немного не ожидал, поэтому испугался, вжав голову в плечи. — Ты как щенок побитый, честное слово, — хмыкнул Тимур, посмотрев на Адама, после чего наконец встал и взял кружку, помешал получившийся напиток, затем сел за стол. А обезболивающее наконец начало немного действовать, но вот на месте удара наверняка будет синяк. — Я пока не очень себя чувствую, так что пока не будем начинать проверять вчерашнюю теорию. — Так ты всë-таки уверен в своëм решении? — Авдеев почесал щëку, отведя взгляд. — Уверен или нет, а провести проверку надо. И кому, как не мне, — Баженов пожал плечами и отпил немного кофе. — А вообще… Есть ли призраки, подобные тебе? Какого не вспомню, все думали о том, что умерли, что надо найти убийцу и прочее. Зациклились, глючили. Скажем так, добрых и адекватных, как ты, я не встречал ни разу. Или я просто не обращал внимания на них, не знаю… — О, так я добрый? — Адам снова посмотрел на парня удивлëнно. Кажется, он начал узнавать больше новых положительных черт Тимура. — Добрые в том смысле, что не нападут, — пробурчал тот. — Хотя глюки твои всë равно выводят меня на панику. — Ох, — Авдеев вздохнул и опустил взгляд, задумавшись над вопросом Баженова. Он не был привязан к дому или вещи, поэтому летал абсолютно везде, где хотел. Даже в пределах Москвы была куча призраков, которые не думали о своей кончине. В основном это почему-то были дети и подростки. Если младших ещë можно было понять, ибо те до сих пор не осознали, что произошло, и вряд ли это сделают, то каким образом старшие умудрялись сохранять спокойствие? Для Адама это было загадкой, но хотя бы с такими призраками он мог спокойно поговорить. Жаль только, что те исчезали довольно быстро. Куда? Парень и об этом понятия не имел. Возможно ли, что перерождение всë-таки существует и они обрели новую жизнь в лучшей стране и семье? Или Рай с Адом есть и те наконец смогли попасть на одну из сторон? Или просто улетели в другие города, которые Авдеев до сих пор не посетил? — Да, есть и хорошие призраки, но они в основном дети или подростки. Не знаю, почему. Взрослые чаще встречают и проводят смерть в панике. Хотя и среди них могут найтись нормальные. Но я их не видел. Тимур непроизвольно вздрогнул и продолжил уже нервно пить кофе, услышав про возраст. У него не укладывалось в голове то, что кому-то взбрело в голову убить ребëнка. Они даже жизни не видели, никому ничего плохого не сделали, а их уже закидывают в смерть, из которой нет выхода. «Выхода нет только из гроба» или как там говорят? И это как раз их случай. Хоть умершие и, к сожалению или счастью, продолжают познавать мир уже в облике призраков, но это не отменяет того факта, что они больше не смогут провести время с любимыми, родными людьми. Для Баженова это было бы самым ужасным наказанием. — Понятно, — парень сам не понял, когда голос успел охрипнуть, поэтому, прокашлявшись, продолжил: — Но не совсем понятно, каким образом дети спокойные. Мне казалось, что маленьким труднее принять, что они больше никогда не увидят семью. В привычном понимании… И что их больше никто не видит. — Не знаю, правда, — Адам вздохнул и пожал плечами. — Говорю чисто по тому, с кем общался и кого видел. Наверное, детям, которых встречал я, легче было смириться со смертью, чем взрослым. В том плане, что они еë осознали, но легко приняли. Опять же, хрен знает, почему именно. Подростки вообще отдельный вид людей, хах. Ой, я такой взрослый, родители мне не нужны, — передразнил он. — Может быть, для них это оказалось возможностью сепарироваться от родителей. И поэтому они проще это приняли. Не утверждаю, а лишь предполагаю. Почему-то конкретно у самих призраков я этого не спрашивал, — парень снова пожал плечами и отвëл взгляд. — А зря. Надо бы спросить, когда появится возможность. — Забей. Тебе это вряд ли понадобится, а нашему делу это погоды не делает, — сказал Тимур, допивая наконец свой напиток. Голова как раз перестала болеть, что, конечно, радовало и позволяло начать приводить мысли в одну сформированную кучу, чтобы собраться для вселения. — Так, ждëм Олю и начнëм пытаться. — Зачем? — Авдеев посмотрел на Баженова, вопросительно изогнув бровь. — Чтобы ты не выкинул ничего странного, — пробурчал Тимур и поставил кружку в раковину, после чего вернулся на место. Адам в ответ лишь что-то недовольно пробормотал себе под нос. — Прости, я ещë не особо тебе доверяю. Примерно через полчаса Спящая Красавица наконец пробудилась и пришла на кухню, вопросительно посмотрела на уставившегося на неё Баженова. — А, точно, ты же что-то сказать хотел, — вдруг вспомнила она вчерашние его слова. — Ага. Мы тут решили эксперимент устроить и мне надо, чтобы ты проследила за нами, — сказал парень, кивнув и сцепив руки в замок. — Нам надо проверить теорию с вселением призрака в тело. — Ну, про одержимость ими ведь и так все знают, разве нет? — Оля начала наводить себе кофе, но продолжала внимательно слушать Тимура. — Да, но всё это лишь теории, которые не проверены практикой. И как на практике это работает, мы не можем знать точно. И работает ли вообще, — он помотал головой и пожал плечами. — А этому Адаму я всё ещё не до конца доверяю. Так что проследи за ним. Постарайся связать, если что. Адам что-то пробурчал и пнул ногой стол, из-за чего сам призрак чуть замигал, а Афанасьева вздрогнула, так как видела, что это сделал не Баженов. Хоть она и знала, что Авдеев рядом, он есть, но всё же привыкнуть до конца у девушки не получалось, так как парень был невидимый и словно ветер сдвигал предметы. — Хорошо, — Оля вздохнула и, доделав напиток, взяла кружку, чтобы потом сесть Тимуру на колени и начать пить. Парень же, улыбнувшись, обнял еë за талию и положил голову возлюбленной на плечо. — Будешь моей защитницей, — промурчал Баженов и чмокнул Афанасьеву в щëку, на что та хихикнула и прижалась к нему ближе. Адам некоторое время наблюдал за развернувшейся картиной, а после отвернулся, так как было грустно на это смотреть. Призрак понимал, что сам виноват в том, что в его жизни не было подобной любви и романтики. И Авдеева, вроде, даже устраивали, скажем так, «парни на ночь»… По крайней мере, он так думал до тех пор, пока не встретился с этой парочкой. У Тимура был тот, на кого он мог положиться, кто будет ждать дома после работы и обнимет, поцелует, в очередной раз скажет, что любит. А у Адама? Уже никогда такого не произойдëт. И в этом снова виноват он сам, его образ жизни. Доверяй, но проверяй, как говорится. Но Авдеев этого не делал и, возможно, именно поэтому погиб. — Что ж, погнали, — Авдеев и сам не понял, когда успел углубиться в свои мысли настолько, что Оля умудрилась выпить за это время кофе и отставить посуду в раковину. — В комнату или здесь? — В комнату. Если что, там будет мягче падать, — хмыкнул Баженов и вместе со всеми пошëл в спальню. — Всë, что произойдëт в этой комнате, останется в этой комнате. Как и всегда, — Адам и Афанасьева в ответ синхронно кивнули, после чего парень, вздохнув, сел на кровать. — Давай. — Ты ведь понимаешь, что я не знаю, как это сделать? — Авдеев виновато поджал губы, обняв себя за плечи. Если с касаниями было проще разобраться, то как вселяться в тело… Это зависит от эмоций призрака или человека? Физического состояния? Обычная концентрация вообще поможет? Столько вопросов, а ответов нет. — Ну, сконцентрируйся для начала. Представь, как ты проникаешь в моë тело, захватывая над ним власть, — пробурчал Тимур и прикрыл глаза раскинув руки. — Звучит жестоко и двусмысленно, — хмыкнул Адам и всë же послушно начал воображать то, о чëм сказал парень. Было сложно, ибо он даже не знал, что именно ему надо было увидеть в своей голове. Но в конечном итоге, Авдеев тоже прикрыл глаза и попытался войти в Баженова сначала рукой, а после и вовсе навалился, проникая внутрь. На удивление, призрак не рухнул на кровать. Как бы Адам описал ощущения от вселения? Странные. Крайне странные, ибо тело есть, ты, вроде, можешь им управлять, но оно не твоë и полностью его себе подчинить ты не сможешь, как это было при жизни. Чëтко ощущалось сдавливание, так как всë-таки в этой оболочке теперь были две души. Будто напал сонный паралич, но ты при этом не спал и не спишь, да и двигаться тебе никто не мешает, просто не даëт это совершить в полную силу. Авдеев сделал вдох и выдох, после чего открыл глаз и осмотрелся. Всë было нечëтким, так как Тимур надел очки. Но, если подумать, подобного быть не должно, ибо призрак в теле парня, а не сам по себе. — Ничего не вижу, — Адам приподнял правой рукой очки. У него при жизни не было проблем со зрением, поэтому данный аксессуар оказался ему крайне неудобен в использовании. — А я без них ничего не вижу. Чьë тело, тот и решает, — пробурчал Баженов, шлëпнув левой рукой по правой. — Ты ещë и мазохист, себя избиваешь, — Адам закрыл тот глаз, которым владел. — Жестокий ты. — Кхм… Очень странно ваш диалог выглядит, честно говоря, — наконец подала голос Оля, а Авдеев и Тимур посмотрели на неë почти одновременно. Как успели ощутить парни и увидеть сама девушка: ни у Адама, ни у Баженова не было полной власти над телом. Авдеев, например, не чувствовал левой части от слова «совсем», а вот правой мог спокойно двигать. Это, конечно, создавало рассинхрон, так как тот же глаз поворачивался в совершенно противоположную сторону от той, в которую смотрел хозяин оболочки. — И не говори. Ощущается тоже странно, — пробурчал Тимур, потерев висок, после чего взял свой телефон, чтобы посмотреть на отражение. Как, конечно, не ожидалось, глаз, который захватил Адам, стал несколько светлее и был теперь не чëрным, а карим. — Хмх, вселение ещë и на тело влияет. — Ага. Ты совсем спортом не занимаешься? — Авдеев захныкал, попытавшись размять плечо. — Всë болит. И это уж точно боль не от поднятия тяжестей. Тебя собственная спина не держит… — Заткнись, — Баженов нахмурился и стукнул левой ногой по правой. В данный момент он тоже не чувствовал другую сторону тела, поэтому вся боль, вероятно, передавалась Адаму. — Изверг, — пискнул призрак, схватившись за место удара. — Чтобы не выкобенивался. Спортсмен, блин, — пробурчал парень, отведя взгляд. — Да, спортсмен. Хип-хопом несколько лет занимался, а что? — Авдеев тоже нахмурился. — Я модель вообще-то. Надо же своë тело в тонусе держать. — Ага, конечно, — Тимур закатил глаз. И всë-таки странно было говорить буквально с самим собой, поэтому он постарался перевести тему: — Так. Мы не чувствуем части тела друг друга. Давай попробуем встать, — парень поставил свою руку на кровать, намекая, что для начала им надо оттолкнуться. Адам всë понял и сделал тоже самое, после чего оба смогли встать на ноги. — Так… Я шагну, потом ты, — снова скомандовал Тимур. И в этот раз Авдеев его послушался, благодаря чему они дошли к Оле. — Умнички, — сказала девушка и погладила их по голове, на что Адам смутился, а Баженов улыбнулся. — Пф, и всë-таки странно, что у вас по части на каждого. — Ага, я ещë и разноглазый теперь. Как Адам, — хмыкнул хозяин тела. — Из всего этого делаем вывод, что Адама в любом случае убила эта девушка. У призрака нет полной власти над телом, так что, даже если она и была одержима, второй частью тела она совершала ровно то, что хотела она, — сказал он, прислонив указательный палец к своим губам, размышляя. — Так что, поймай мы хоть призрака, хоть девушку, это в любом случае будет именно тот, кто нам нужен. Хотя, проблема ещë в том, что мы не знаем, что Бог считает законченным делом… — Опять ты всë о Боге, — цыкнул Авдеев, закатив глаз. — Ты в моëм теле, так что помолчи, — пробурчал Тимур. — В общем, Бог или ещë что. Мы не знаем, что у этого на уме. Если призрак будет считаться, то это проблема, потому что только Адам может взаимодействовать с другими призраками, а мы не знаем, могут ли они друг другу хотя бы навредить. А если человек… Кхм, я женщин не бью, — Баженов неловко отвëл взгляд. Оля же, посмотрев на глаза, нашла половину Тимура и положила руку на его щëку, серьëзно уставившись на него. — Тим, она в первую очередь убийца, а уже потом женщина. Тем более, если она нападëт первой, тебе придëтся еë ударить, — сказала она, а Адам хмыкнул. — Ты чего хмыкаешь? Я серьëзно. — Это не Тимур хмыкает, а я, — Авдеев поднял руку, прикрыв глаз. — Я это к тому, что правильные вещи говоришь. Не стоит делить подобных людей на пол в принципе. Это нелюдь, — Афанасьева в ответ улыбнулась и кивнула, отстранившись от Баженова. И именно в этот момент Адам неожиданно вышел из тела парня из-за чего тот отшатнулся вправо, ударившись о шкаф, а после и вовсе сполз на пол. Авдеев тем временем лежал на кровати, ибо его отбросило туда, мигал, жмурясь и пытаясь отдышаться. Призрак вëл себя так, словно его душили только что. А вот Тимур трясся, будто побывал в Якутии зимой или Антарктиде. — Т-тим, ты как? Всë хорошо? — Оля запереживала и сразу встала на колени перед парнем, взяла его лицо в свои руки. — Принести таблетки? — Нет, всë хорошо, — тот в ответ замотал головой, пытаясь унять дрожь во всëм теле. И вправду было ощущение сильного холода, которое Баженов не чувствовал, когда Адам был внутри. — Просто холодновато, сейчас п-пройдëт. — Боже, — выдохнула девушка и прижала парня к себе, стараясь таким образом его чуть-чуть согреть. — Больше. Такое. Не пра-актикуем, — сказал Адам, делая вдохи на каждом слове. Ему не надо было дышать, поэтому призрак и сам не понимал, каким образом умудрялся задыхаться. Похоже, это кто-то им пытается намекнуть, что подобное повторять и вправду не стоит. — Без необходимости. Да. Но, если будет необходимость, то придëтся, — сказал Тимур, ближе прижимаясь к Оле, так как холод всë никак не хотел отступать, но рядом с Афанасьевой будто становилось теплее. — Кошмар… Неприятно, — выдохнул Адам, распластавшись на кровати и наконец успокоившись. Наверное, ему было проще отойти, потому что он не что-то физическое, да и призрачные органы, если они есть, не функционируют в принципе. А вот Баженов всë никак не мог прийти в себя, поэтому Оля укутала его в одеяло, продолжив обнимать. — Прости, — Авдеев вздохнул и сел рядом с парнем, но не слишком близко, опустив виновато взгляд. — Не извиняйся. Ты не знал, что такая реакция будет… Да и я тоже, — ответил тот, взяв девушку за руку и понемногу успокаиваясь. Холод начал резко уходить, поэтому Тимур наконец перестал трястись. — Всë, всë хорошо, — сказал Баженов, отстранившись от Афанасьевой и поцеловав еë в щëку, после чего сбросил с себя одеяло. — Фух… Так, без надобности больше так не делаем. Главное мы поняли. Одна сторона — моя, другая — Адама. Если нам придëтся при стычке с преступником соединиться, то я шагаю первым. Руки уже по ситуации, — сделал вывод парень, откинув голову назад и уставившись в потолок. — Но лучше не существовать так слишком долго… Иначе потом продолжить не сможем. — Опасно, — Оля поджала губы. Столько добиваться Тимура, чтобы потом он в какой-то момент пошëл на такое опасное дело? Но девушка понимала, что не вправе его отговаривать, раз Баженов уже всë решил. И может ли быть, что после этой помощи закончатся появления призраков? Триггеры и прочее? И всë наконец станет спокойно в их жизни. — Не переживай. Обещаю, максимум будут синяки и царапины, но я буду цел, — сказал он, взяв Олю за руку и поцеловав еë в безымянный палец, будто намекая на будущее предложение, о котором Афанасьева пока не знает. — И мы заживëм хорошо. Обещаю тебе… — Обнадëжил, — та закатила глаза и прижалась к парню, уткнувшись носом ему в шею. Стоит ли ему верить?.. Адам же, мельком посмотрев на них, вылетел наконец в окно. Он продолжал чувствовать себя виноватым за то, как прожил жизнь. А ведь мог бы такой же счастливой семьëй обзавестись… Ну, в пределах закона страны, точнее. А может и нет? У него ведь были деньги, что позволило бы с любимым человеком уехать в ту же Америку. У парня было всë, но он не делал ничего, чтобы сделать себя счастливым. — Да что ж такое, — Адам шмыгнул и осел на землю посреди двора, после чего осмотрелся. Везде люди: на лавочке пожилые и молодые пары, а на горках бегали дети. У Авдеева и любящие родные были, друзья в конце концов. И в какой момент он свернул не в ту сторону? Может быть тогда, когда согласился стать моделью? Или на первой же интимной связи с коллегой, когда решил, что без привязки к отношениям живëтся лучше? Наверное, второе более точно звучит. И он сам виноват в том, что у него не было и не будет никогда человека любящего, который готов был бы с Адамом пойти хоть на край света. И сейчас он начал понимать фразу «Поймëшь, когда повзрослеешь». Потому что и вправду понял, когда повзрослел. И речь не столько про возраст, сколько про взгляды на жизнь. Если следующая жизнь существует и Адам переродится, а не отправится в Ад, как ему говорил Тимур, то может ли быть, что парень найдëт себе нужного человека? Даже если без богатства и славы. Просто семью с любимым, с которым будет взаимность и реальная любовь. Так ведь можно?..