Часть 1

Говорят, что выезд за город, на природу — это всегда очень весело и здорово. Ян Чонин вам точно мог сказать, что это не так. Он не любил все эти вылазки «на дачу» с родителями и их друзьями. Поэтому сейчас он сбежал от, уже достаточно накаченных алкоголем родственников, в тишину этой самой природы. Побродив по саду, он обнаружил садовые качели, поприветствовавшие его тихим скрипом. Он с облегчением вздохнул и плюхнулся на них. Чонин успел устать от десятков одинаковых, раздражающих вопросов типа «А девочка у тебя есть?». И чем больше лилось алкоголя, тем пошлее становились вопросы. Выдержка подвела парня, и он сбежал. — Можно к тебе, Чонин? — Он удивленно поднял глаза на молодую женщину, задавшую этот вопрос и так неожиданно прервавшую его уединение. — Конечно, присаживайтесь! — Чонин передвинулся чуть в сторону, освобождая место на садовых качелях, на которых сидел уже битый час, залипая в игру на телефоне. Родители притащили его сюда, на дачу к родственникам, которые справляли какой-то там дохулион лет совместной жизни, и Чонин не понимает, каким образом он-то к этому причастен. Когда они поженились, его еще и в помине не было. А ему сейчас девятнадцать. Женщина присела и со вздохом облокотилась об спинку качелей. — Тебе тоже здесь скучно? Чонин повернул голову и посмотрел на нее непонимающим взглядом. Но в ответ на ее вопрос кивнул. — Да, скучно. Вообще не понимаю, зачем было меня сюда тащить? Гулял бы сейчас спокойно с друзьями. Женщина засмеялась. — Да, я в твои годы тоже так думала всегда. Странная у взрослых привычка, таскать детей везде с собой. Особенно, когда дети уже совсем не дети… Чонин поймал ее оценивающий взгляд на себе. Его соседка по качелям была очень красива, даже на его, еще не оформившийся взгляд. Каскад рыжих волос спадал волнами на оголенные плечи. Летнее платье — сарафан голубоватого цвета на тонких бретелях красиво облегал высокую грудь. Женщина сидела, закинув нога за ногу, и полы платья при движении качелей бесстыдно распахнулись, открывая вид на длинные стройные ноги в босоножках на тонкой шпильке. — Ты меня помнишь, Чонин? — Она задала вопрос и слегка наклонилась в его сторону, еще больше демонстрируя свое декольте. Чонин замешкался. Почему-то от этого простого ее движения, кровь прилила к щекам и кое-куда еще. — Д…да, помню. Вы ведь тетя Кейт из Лос-анджелеса, верно? Дочь знакомых моих родителей? — Почти угадал, дорогой. Только я Кейт, а не тетя Кейт, если можно. А то я чувствую себя такой же старой, как спонсоры нашего с тобой сегодняшнего одного из самых тупо просранных вечеров. Чонина развеселила эта фраза. — Хорошо, Кейт! А ты классная! Не знал, что взрослые могут быть такими крутыми и веселыми! — Да уж… Честно, говоря, Чонин, я себя совсем не ощущаю на свой возраст. Мне скучно с ними, — она махнула головой в сторону дома, откуда слышались пьяные выкрики и какое-то подобие песен. — Я ведь в последний раз тебя видела, когда тебе было…ммм, семь или восемь лет, и ты был очень милым мальчонкой. А сейчас… — Кейт неожиданно коснулась своей рукой накаченных бицепсов на руке Чонина (не зря он в последний год полюбил качалку), сжав их своими тоненькими пальчиками. От этого контраста у Чонина что-то сильно ухнуло вниз и побежали мурашки от прикосновения. — передо мной совсем не мальчик, но муж. Ты стал очень красивым мужчиной, Чонин. — Парень смущенно опустил голову. Слышать комплимент от такой красивой женщины, нет, девушки, исправился он в своей голове, было очень приятно. Близость Кейт его будоражила и порождала в голове всякие красивые, но запретные картинки. Чонин в свои девятнадцать лет еще ни с кем не встречался и даже, к своему, стыду ни разу по-настоящему не целовался. — А чем ты здесь занимался? Ролики смотрел, наверное? — Кейт с любопытством взглянула в телефон Чонина, который по прежнему светился, подсвечивая экраном его смущенное лицо. — Да нет, играю. — А можешь мне показать? Если, конечно, я тебе не помешаю и не буду отвлекать. — Он неопределенно махнул головой. «Ну, вот последнего точно не могу обещать» — пронеслось в голове Чонина. Он разблокировал погасший телефон и начал кое-как, немного путаясь, объяснять правила игры, в которую играл. Кейт слушала очень внимательно, улыбаясь иногда чему-то. Чонин вздрогнул, когда его плеча коснулась теплая мягкая щека, а волосы, пахнущие лилиями, щекоткой отразились сначала на шее, а потом где-то глубоко внутри, разбудив что-то до сих пор незнакомое ему. Он осторожно повернул голову. Девушка задремала, постепенно опуская голову вниз. Уставшая после перелета и очевидно убаюканная его монотонным инструктажем к игре. Чонин, чувствовал неловкость, но все же, стараясь не разбудить девушку, осторожно уложил ее голову себе на плечо, перекинув через нее руку и смущаясь, положив ее на спинку качелей. Теперь он смог спокойно, не стесняясь, разглядеть ее. Она была действительно красива. Рыжие волосы красиво оттеняли светлую, почти прозрачную кожу. Прямой, чуть вздернутый на кончике носик и алые пухлые губы. Чонин сглотнул. Почему-то очень захотелось узнать их на вкус. Чонин не сдержавшись, едва касаясь, провел костяшкой пальца по ее щеке. Девушка вздрогнула, но не проснулась. Только облизала во сне свои прекрасные губы. Чонин едва не застонал. Он заблокировал телефон и отложил его, чтобы свет от экрана не разбудил Кейт. Парень помнил, что разница у них в возрасте была не более десяти лет и то, что Кейт уже успела выйти замуж за американца и развестись, оставшись жить в Америке, так как у нее там был небольшой бизнес. Эти новости он периодически слышал на типичных посиделках от старших родственников. Кейт вдруг завозилась во сне и слегка повернувшись боком, перекинула руку через Чонина, обняв его за талию. Он замер. Рядом с ней было так тепло и уютно. От нее чувствовалось что-то совсем иное, не похожее на то, что он испытывал, когда на него на прогулках вешались девчонки-ровесницы, привирая, что им холодно, чтобы Чонин их приобнял. Здесь он чувствовал какое-то обволакивающее, ласкающее всё его нутро, тепло, пропитывающее его запахом цветов, исходящих от нее. Внезапно вторая рука девушки опустилась на его пах. «Это ведь она во сне, да?» Кадык несколько раз дернулся в попытке проглотить то ли стон, то ли вздох. Он перестал слышать что-либо вокруг. Белый шум накрыл его со всех сторон. Тонкие пальчики сжали его уже ощущающееся возбуждение. Он прикрыл ладонью рот, все еще наивно веря в душе, что девушка спит. Он едва повернул голову, и эта вера полностью разрушилась, когда его губы накрыли те, о которых он мечтал несколько минут назад. Нежная женская ручка легла на его щеку, гладя и поворачивая его лицо в свою сторону. Чонин замычал, но не прервал поцелуй. Внезапно юркий язычок, растолкав преграду из его неопытных и еще неумелых губ и ровного ряда почти что стиснутых зубов, ворвался внутрь. Первый вырвавшийся из собственного горла стон напугал самого Чонина. Он дернулся, но Кейт только усилила напор, прижимая парня к себе, играя с его языком и тщательно исследуя его рот. Рука в это время все более настойчиво сжимала его совсем не маленький член, который теперь, в возбужденном состоянии восхитил Кейт своим размером. — Чонин, малыш, да ты совсем уже не малыш! Не стесняйся, ну же… — Прошептала она и вновь приникла к его губам, но уже более нежно, мягко сминая их по очереди, проходясь языком а потом слегка прикусывая. Чонину не хватало воздуха. Он задыхался. От ее волнующего запаха. От ее обволакивающего тепла. От ее сладких и до безумия мягких губ. В какой-то момент он наконец, перехватил инициативу, оказавшись способным учеником. Теперь его язык нырнул к ней, углубляя поцелуй. Чонин, все еще не веря в происходящее, сорвал ее первый стон, обхватив ладонью упругую грудь и нежно сминая ее под тканью легкого платья. Кейт подалась ближе. Молодое красивое тело рядом так влекло, и возбуждало, слегка подталкиваемое состоянием легкого опьянения. От его такой милой неловкости, неуклюжести, с лихвой окупающейся необузданной, еще сдерживаемой, но так сильно чувствующей страсти, у девушки срывало крышу и мокрело в трусиках. Она была уже далеко не неопытной в таких ласках, но этот мальчик смог ее распалить, расжечь что-то такое… большое и опасное. Чонин целовал ее нежно, придвинув уже по собственной инициативе ближе к себе. Девушка взяла его руку и опустила к себе на ягодицы, словно прося Чонина об этой ласке. Он не мог отказать, сжимая и поглаживая упругую попу. Он оторвался от ее губ, и они впервые посмотрели друг на друга. Разгоряченные неожиданной страстью, с пылающими лицами и горящими затуманенными глазами. — Зачем? — этот вопрос сорвался с губ Чонина, когда он ласково провел подушечкой пальца сначала по ее скуле, а потом по влажным покрасневшим и распухшим от его поцелуям губам. — Потому что хочу… — Девушка улыбнусь, откидывая голову назад, и Чонин, не сдерживая себя понял ее намек, осыпая прекрасную шею поцелуями. — И потому, что ты меня очень сильно привлекаешь, Чонин! — Она взъерошила его темные волосы на склоненной к ней голове. — Но ты ведь понимаешь, что у нас ничего не может быть? — Чонин на миг оторвался от прекрасной длинной шеи Кейт и посмотрел ей в глаза. — Ты там, я здесь. Ты уже бизнес-леди, а я… Я еще учусь. — Запомни, мой мальчик, если люди чего-то хотят вместе, то нет ничего невозможного. Ты ведь хочешь? Ах-х…боже… — ответом ей послужила спущенная с одного плеча бретелька и впившиеся в темно-коричневый сосок губы. Язык Чонина оказался настолько настойчивым и умелым, что девушка прикусила свою ладонь, дабы не быть слишком громкой. Спина выгнулась и громкий стон все-таки вырвался, когда Чонин, слегка прикусил горошину возбужденного его поцелуями соска, а затем втянул его в рот, играя с ним языком (и где только такому научился, паршивец?) — Ты такой…боже… Чонин, малыш… — Её рука потянулась к выпуклости на его паху. Она скользнула под резинку и совсем не стесняясь, достала наверх то, что скрывалось внутри. Ее брови удивленно поползли наверх. Размеру достоинства Чонина могли позавидовать многие ее предыдущие партнеры. Кейт легко соскользнула с качелей, прервав ласкающего ее грудь Чонина, и опустилась перед парнем на колени, отодвинув полы сарафана. — Что… Что ты делаешь? Не… не надо. Госп… — Чонин округлил от удивления глаза и шумно вздохнул, когда теплые губы опустились на его головку, мягко охватывая ее. В его голове взорвался миллиард фейерверков, оглушив его и одновременно рассыпая перед ним фонтаны разноцветных искр. Он задыхался и скулил от такого огромного спектра эмоций. Губы и рука Кейт очень правильно скользили по его члену, прокручивая и сжимая там где нужно. Погружая больше. чем на половину и снова доставая, облизывая и целуя, девушка сама стонала и наслаждалась. Рука Чонина опустилась ей на голову, зарываясь в мягкие волосы. Он стонал и не представлял, что может быть так хорошо. Чонин шептал всякие нежности. пошлости, перемежая со стонами и, неожиданно вырывающимися, матами. Сначала он просто гладил, а потом, ближе к финалу, вдруг намотал её рыжую копну на кулак и почти зарычал, уже откровенно ведя в движениях. Кейт позволяла. Мягко улыбаясь, она любовалась, как на ее глазах мальчик превращался в дикого необузданного мужчину. Чонин заметил, как ее рука скользнула в трусики и она запрокинула голову, позволив ему вбиваться ей в рот, при этом очевидно, лаская себя. — Черт… Кейт… ты… ахх… ты такая шикарная. — Со стоном он толкнулся еще раз, не позволяя себе это делать слишком грубо, и излился себе в руку, не желая пачкать девушку. Она смотрела на него и расслаблено улыбалась. — Боже, что ты со мной сделала? — Чонин все еще тяжело и рвано дышал, помогая девушке подняться и отряхивая пыль с ее коленей. Он усадил ее рядом и приведя себя в порядок с помощью подручных найденных средств, тут же приник к ее губам, гладя по волосам. — Это был твой первый минет? — Кейт хитро улыбнулась, держа его за руку. — Кхм.— Чонин вновь смутился, — Я тебе больше скажу, это был и мой первый поцелуй. Теперь настала уже очередь Кейт смутиться. — Прости, что украла твой первый поцелуй. Наверное, он должен был достаться какой-нибудь девушке, которая тебе нравится. — Он достался правильно. Той, кому нужно. — Его рука нежно сжимала ее ягодицы, иногда пальцами задевая кружево трусиков и играя с ними. Они резко отодвинулись друг друга, вовремя заслышав чей-то кашель и шаги. — Чонин, мы уезжаем, — Перед ними стоял отец Чонина. — О, Кейт и ты здесь, а мы тебя потеряли. — Да вот, гуляла и увидела Чонина. Поговорили с ним немного. — Чонин отвернулся, пытаясь скрыть пылающее лицо. — Да, Кейт очень много интересного про Америку мне рассказала. — Чонин поднялся с качелей. — Я готов ехать, пап. — Хорошо, ждем тебя. — И отец пошел назад к дому. Чонин подскочил к Кейт, жадно впившись в ее губы. — Мы же еще увидимся? Я еще так мало узнал твою Америку. Она улыбнулась, прикусывая его нижнюю губу и притягивая к себе. — Конечно, мой Колумб. Ты открыл меня заново, тебе и исследовать меня теперь.