❤️‍🩹

2007 год, 29 мая       Я шёл за Васильком следом по узкой тропинке между высокими зарослями кустарников.       То и дело за мою новую черную футболку цеплялись колючие ветки дикой малины, а иногда больно по ногам обжигала ненавистная крапива.       В добавок, на глаза мне постоянно лезла ёбанная чёлка. Кажется, красивая стрижка, вот только до жути не удобная! Постоянно приходиться её поправлять.       «И чего это Василёк надумала идти куда-то?» — подумал я и укоризненно посмотрел на идущую впереди меня девушку.       Она была худенькая, с черными короткими волосами.       — Ну чего ты тормозишь? Догоняй!       Вася обернулась и строго посмотрела на меня своими синими, буквально васильковыми глазами.       Именно поэтому она для меня и Василёк. Не потому, что зовут ее Василиса. Кстати, она терпеть не может это имя. Говорит, что родители перечитали слишком много сказок и не нашли ничего лучшего, чтобы назвать её таким «древним» именем.       «Ну ты же у нас вся такая премудрая, — дразнил её я, — значит не зря тебе родители дали это имя». На что Василёк всегда обижалась и надувала губки: «Перестань, а то обижусь! Ты же знаешь, что мне больше нравится имя Эвелина. И почему меня не назвали так?».       Ну, как бы Василёк не хотела быть Эвелиной — она для меня простая Вася, всё-таки, я знал её буквально с песочницы, так что, в детстве ей нравилось своё имя, а уже своё ей перестало нравиться к годам десяти, то есть, всего четыре года.       И на самом деле Василёк, девушка любившая стиль эмо, мало была похожа на сказочную царевну.       — Ну и куда ты меня тащишь? — подал голос я.       Я в очередной раз поправил чёлку, и глянув на Ваську, запустил руку в карман моих джинсов. В них вечно полно барахла, так что какую-то мелось найти практически невозможно. Возможно найти только одно.       И это сигареты. Да, возможно, кто-то меня будет осуждать, но тем не менее, я не считаю, что курение — это прям нечто страшное и опасное для жизни. Скорее наоборот. Главное, что бы родители не спалили.       Достав одну сигарету, я убрал пачку обратно, и поджёг сигару.       Зажав её двумя пальцами, я поднёс к губам сигарету, аккуратно стиснув её зубами, вдохнув и выдохнув пар.       Василёк обернулась, поморщив нос. Так я и знал, что она будет убивать меня взглядом!       В отличии от меня, Васька не курила. Точнее, сейчас не курила. Если вспомнить её года два назад — то без сигареты Василька будет трудно представить.       А сейчас она придумала, что видите ли, курение вредит здоровью. Тьфу!       — Ты опять? — закатила глаза она.       — Можно подумать ты вся такая у нас святая! — усмехнулся я, ускоряя шаг, так что мы поравнялись с Васькой, — Кто из нас употребляет, ты или я, м?       Василёк смутилась. Господи, как она мило смущалась! Я обожал смотреть, как эта вечно твёрдая, железная леди начинает краснеть, выходить из себя, да и иной раз стесняться. Это выглядило уж слишком мило, что хотелось смеяться.       — Мы почти пришли, — выдавила она из себя, что бы перевести тему.       Я перевёл вжгляд с красного лица Василька вперёд. Каких-то метров десять и… Заброшка. Обычная. Ни чем не отличающаяся от сотен других, по которым я неоднократно ходил, да и знал множество из них.       И ради этого я шёл долбанный час?!       — Василёк, ты же не хочешь сказать, что я шёл сюда час только ради этого?       — Я Эвелина! — как я ожидал, фыркнула Васька. Как бы не так! Была бы она Эвелиной, то было бы в паспорте написано, а так и я Людвигом первым могу быть! — И не только ради этого. ***       Я, находясь уже внутри этой долбанной заброшки оглядывал её.       Обычная. Абсолютно. Не могла же Васька меня просто так притащить сюда?       Но здесь ровно точно такое же недостроенное здание, как рядом с нашим домом! Такие же материалы, такие же графити, такие же стены. Всё точно такое же.       Я вопросительно поднял бровь, глянув на нашу «Эвелину».       — И что ты хотела мне тут показать?       Васька молча указала рукой на лестницу. Ну, если она говорит подниматься — значит, действительно надо послушать её.       Я медленно поднялся по лестнице. Стоит. Не падает. Все хорошо.       Что-ж… Второй этаж практически ровно такой же, разве что здесь были какие-то странные предметы.       А именно — ножик с черепами, который я купил Ваське в метро, две свечи, спички и бинты. Что это она задумала?       — Давай-давай, — поторопила одна, садясь у одной из свечей по-турецки, — Садись.       Я повиновался, садясь у второй свечи.       — Зажги.       Вот ещё, раскомандывалась! Ещё не доросла, что бы старшими командывать!       Но не спорить же с ней. Я вздохнув, взял спички, поджёг их об шершавий бок коробка, и зажёг свечи.       — Что теперь?       — Мы должна покляться, что будем друзьями до конца жизни, — заговорческим голосом, произнесла Василёк. Что за детские игры? Ну, ладно, коль ей это интересно, то могу представить себя ребёнком, — И поможет нам в этом Древний нож и Клятва на крови.       — Я тебе его на прошлой неделе купил в метро, — хмыкнул я.       — Всё равно, — махнула она рукой, и вновь сделала заговорческий голос: — Рома, ты готов?       Я кивнул. Даже если бы я сказал, что не готов — это бы ни капли не повлияло.       Хотя, нет. Мне бы дали больнючий подзатыльник, или щелбан, так что против Василька я решил не идти.       Иногда она и вправду напомянала ребёнка — как сейчас, например. Кажется, всего на два года младше меня, а ведёт себя как первоклассница. Ну, ладно, зато с ней никогда не скучно.       Вася взяла в руки этот нож.       Признаюсь честно — я никогда не разбирался в клятвах, и тому подобному. Так что, я даже не понимал, чего от меня хочет Васька, как эта клятва должна проходить, да и тому подобное. Всегда я относил все клятвам, мистике, гаданиям — не скажу, что прям плохо, но скорее относил это к чему-то глупому, ненужному, детскому, для девушек.       Васька пронесла ножик над огнём свечи, что я даже побоялся, что металл может расплавиться. Но нет, он остался на месте, так что можно не беспокоится.       Занеся нож ввысь, она воткнулась им в свою ладонь. Я испугался. Ей, длжно быть очень больно. Но Василёк даже не вздрогнул, хотя на пол уже текла её кровь. Стойкая женщина!       Протянув нож мне, она глянула на меня.       Я вдохнул и выдохнул. Закрыв глаза и не смотря, я ударил остриём ножа по ладони. Кровь брызнула струей, но я не колыхнулся.       Василиса, взяв меня на руку, как рукопажатие, тихо произнесла:       — Я, Вася Змеёва, клянусь, что останусь с Ромой Златниковым другом на вечно.       Стоп. Она назвала себя Васей? Значит, для неё это действительно важно, а я должен поверить.       Крепче сжав руку Васи, я произнёс:       — Я, Роман Златников, клянусь, что останусь другом с Васей Змеёвой на вечно.