~ Я больше не сбегу, доктор ~

Пятки и кончики пальцев отдавали болью, требуя тепла, но разум был сконцентрирован на отражении в зеркале. На рёбрах красуются шрамы вскрытия, идущие по линии лёгких. – Твои лёгкие слишком прекрасны для такого больного ребёнка как ты. Подумываю сварить из тебя борщ и угостить им моих бывших сокурсников. «Вряд ли я такая особенная на вкус. Но если Вы будете этим довольны, доктор...» Но юная девушка тут же вздрогнула и ударила себя по щеке. Её сознание становится зависимым, всё больше подчиняясь садисткой натуре учёного. Но последняя здравая клетка твердит: «Беги, Коллеи! Спасайся!». Она убежит. Накинув на своё истерзанное тело белую кофту, Коллеи последний раз взглянула на своё отражение, поправила волосы и приоткрыла окно своей каморки. Вздохнув, девочка вылезла через него и со всех ног убежала вперёд, раня свои ноги о камушки. Все люди были слишком странно одеты – будто монстры, вышедшие из книг ужасов. Сама Коллеи была одета не лучше, – какие-то лохмотья и бинты, – но… Какой сегодня день? Держась тёмных переулков, девушка с трепетом стремилась вперёд, в свободу. Но вместе с радостью перемешивалось желание полностью отдать своё бренное тело в лапы Иль Дотторе. Даже если разрежут, даже если накачают – лишь бы его прихоти были удовлетворены. И к каким чувствам прислушиваться? Прибежав к берегу, Коллеи присела у воды и посмотрела на водную гладь. «Зря я сбежала… Не должна была… Нет, я должна быть свободна!» Бедное дитя мечется между здравостью ума и затмением, между законностью и незаконностью, между "выбрать себя" и "выбрать науку". Из этих размышлений её вывел всплеск воды рядом. Коллеи вздрогнула и обернулась. Неподалёку присел юноша, который будто и не заметил никого. Его голубые глаза отражали какую-то отрешённость, а кожа была такой же бледной. – Добрый день – поздоровалась девушка. Она тут же отвернулась и убрала прядь зелёных волос за ухо. Юноша очнулся и бросил быстрый взгляд на незнакомку. – Здравствуйте – блондин провёл рукой по воде. – Как Вы думаете, насколько прекрасными были древние подводные существа? Коллеи впала в ступор. Она никогда не думала о древности, к тому же волновалась, когда с ней заговорили. – Возможно они были прекраснее людей – пробубнила девушка, спрятав нос в согнутых коленях и ожидая осуждения за отсутствие гуманизма. – Я тоже так считаю… Разглядывая переливающийся и замысловатый корпус ракушек, я часто представляю весь мир подводным царством. Люди не так милы, как рыбы или крабы. – Вас тоже как-то обидели? – удивилась Коллеи. Она понимала этого юношу, а если он говорил о чудовищности человека, как и она сама, то значит у него есть какой-то шрам, быть может душевный. У него же не вырезали кожаные ткани прямо на глазах? Юноша молчал, с сочувствием глядя на девушку. Видимо он всё понял, но… Трудно вынести непрошеное сожаление здоровых и полноценных! Коллеи чувствует себя несчастной. Зря она сбежала из лаборатории. За пределами каморки было осуждение, сочувствие, усмешки… «Простите, доктор. Я была неправа...» – думает нездравая часть сознания девушки. "Друг" лишь отвернулся от неё, прикрыв рот рукой. – Ты как все. Раздражаешь. Знаешь, я удивлён, что ты ещё жива. На твоём теле нет места, которое я смог бы вырезать... – Почему Вы отвернулись? – спросила Коллеи, отмахивая мысль о своём уродстве. – Простите, я… Мы не должны были встречаться – юноша поднялся и убежал во весь дух, будто увидел монстра. Сама девушка поднялась, сдерживая слёзы и направилась обратно в лабораторию. Заприте её, она уродливая, ужасная, одинокая! В голове Коллеи прокручивает свою раскаяние за побег. Она больше никогда не сбежит и всецело отдастся в руки доктора! Её поведение было плохим, она понесёт достойное наказание. Боли она не боится, нет. Она боится осуждения. На пороге её ждал сам Дотторе. Молча он взял её за руку и привёл в комнату. – Я знал, что ты придёшь – сказал мужчина, вталкивая девушку. – Простите, пожалуйста. Я больше не сбегу, доктор – смиренно сказала Коллеи, смотря в пол, пока учёный вытаскивал скальпель. – Не сбежишь. Чисто физически не сможешь – Дотторе крепко схватил руку и одним взмахом отрубил палец. Брызнувшая кровь испачкала садистскую улыбку и хищный взгляд. Коллеи вскрикнула, но рефлекторно. Было очень больно, но если доктор доволен – она счастлива. Это наказание за плохое поведение, за побег, за свою никчёмность. – Хороша ли моя душа? – хрипло спросила девушка, закрывая рот, пока мужчина тщательно отрубал конечности и складывал в ржавый металлический тазик. – О, конечно! Твоё безнадёжное тельце уже отслужило своё, и ты облегчаешь мне работу своим послушанием. Коллеи прикрыла свои фиолетовые глаза и улыбнулась, когда её язык отрезались, и металлический привкус крови заполнил рот и водой лился в горло. Душу она отдала – на остальное тело ей всё равно. «Прощайте, доктор» – прохрипела она и ушла в вечное забвение.