Просьба.

— Ну и зачем вы снова пришли ко мне, Мария? Архипова виновато сидела напротив Августа, стараясь не смотреть в его глаза. Мужчина деловито закинул ногу на ногу в ожидании её ответа. Ей не хотелось обращаться к нему за помощью, чего не давала ей её высокая гордость. Но это было необходимо. Вы спросите, почему? А как бы вы поступили, когда узнали, что бесчестные люди осквернили непорочность вашей дочери? *** — Назовите еще раз свое имя, фамилию и расскажите подробнее вашу ситуацию. Мария Архипова-младшая сидела перед полицейским. Ее чайные глаза совсем покраснели от беспрерывных слез последние пару часов. Взгляд устремился в одну точку, не желая реагировать на внешние действия. Девушка сидела, монотонно накручивая мелкую, окрашенную в синий, прядь волос, намокшую под очередным Ленинградским ливнем, и дрожащими губами пыталась вымолвить хоть что-то. — Девушка? — еще раз обратился к ней полицеский. Игорь Гром, кажется так его звали. Она не запомнила. — Вам, может, воды? Она отрицательно покачала головой. Ничего не хотелось. Тут полицейский наклонился ближе и спросил, понизив громкость голоса: — Может чего покрепче? Он не стал дожидаться ответа и аккуратно достав из заветно-потайного ящичка небольшой бутылек крепкого спиртного и налил в ограненный бокал, очевидно стоявший здесь именно для этого. Когда Игорь поставил перед девушкой стакан с напитком, она не задумываясь опрокинула его, коротко выдохнув от крепости. — Лучше? — тихо спросил он, сев обратно в кресло. Он не хотел торопить девушку с ответами, видя, что случилось что-то ужасное. То, что ломает, бьет, крошит на части. Мария кивнула в ответ и сказала дрожащим голосом: — Только далеко не убирайте бутылку. Полицейский усмехнулся и кивнул, достав бутылку обратно и поставив её рядом с собой. Девушка начала рассказ. — Меня зовут Мария Сергеевна Архипова. Мы с мамой недавно переехали сюда из Москвы… И вчера с моей подругой, с которой общались по интернету , мы решили пойти в клуб. Ну-у, вернее не с подругой. Гром напрягся и вопросительно посмотрел на нее. — С другом. Не парнем. Но это не помешало ему сделать…— она запнулась. Голос снова задрожал, челюсть затряслась в предпаническом состоянии. — Что сделать? Она резко открыла бутылку и опрокинула её залпом, сделав несколько крупных глотков. Потом с характерным звоном поставив на стеклянный стол, она сказала: — Он изнасиловал меня. Она закрыла лицо руками, не хотев показать ему свои слезы. Мать ей строго настрого запретила ходить в полицию, потому что если в отделе узнали бы о том, что произошло с её дочерью, трудно было бы представить положительную реакцию. Кто-то пожалел бы, а кто-то — осудил. Этого Архипова-старшая и боялась. Общественное осуждение вовсе было ни к чему ей, оно только бы испортило репутацию нового лица Санкт- Петербургской полиции. — Мария, — начал было Игорь, — я не смогу понять до конца вашу боль. Мне очень жаль. Но, прошу вас, постарайтесь рассказать дальше. — Ну, что рассказывать, я много выпила, тусили в этом клубе все утро, поэтому я сейчас и сижу тут так рано… Время было действительно очень ранее, лишь наступило 9 утра. — Он проводил меня до дома. Когда мы пешком прошли несколько этажей. Потом внезапно мы начали целоваться,я была сильно пьяна и подумала, что ничего не зайдет дальше этого, но потом… он прижал меня к стенке и … Слезы хлынули из глаз, из Марии вырвался дикий крик, который она тут же заглушила, прижав бутылку к горлу. Игорь выслушал все, что она сказала, с большой внимательностью. Пока он переваривал все рассказанное, его пронзило невероятное отвращение к тому, кто сделал это с Юной, невинной девушкой. « Вот урод. Воспользовался лишь тем, что она много выпила. Мразь.» — Только Прошу вас, — продолжила она, просяще посмотрев на полицейского, — не рассказывайте ничего маме. Она не хочет, чтобы кто-то об этом знал. Гром кивнул и протянул ей бланк для заполнения заявления. — Я понял. Заполните, пожалуйста, заявление, а потом я переговорю с вашей матерью. Девушка начала заполнять документы дрожащей рукой. В глазах еле фокусировалось изображение букв, так как крепкое спиртное без закуски, да еще и похмелье после клуба, давало о себе знать. *** — Хольт, мне нужна ваша помощь.— Архипова-старшая подняла взгляд на мужчину, собрав свою волю в кулак и откинув прядь белых волос назад. — Я вас внимательно слушаю. Вдох и выдох. Просить— всегда не просто для нее, но сейчас придется. — С моей дочерью сделали ужасное. И, боюсь, что правосудие здесь бесполезно. Ее изнасиловали. Отец того человека, кто сделал это с ней, является одним из крупных особ Санкт-Петербурга. — женщина старалась говорить сдержанно, однако голос её дрожал от волнения и злости. Она ненадолго замолчала. Воцарилось напряженное молчание. Взгляд ко взгляду. Позвоночник Августа заискрился, что было видно через его белый халат. Он поморщился от боли, искривив уголок рта. Однако , сделав вдох, он спросил у женщины: — И что вам нужно конкретно от меня? Архипова сжала кулак и, собравшись, сказала ему, стиснув зубы: — Я хочу, чтобы вы отомстили ему. Лицо Хольта в тот момент выражало не то что бы удивление. На нем высветилось задумчивое выражение лица, на котором отражался выбор: отомстить женщине за дочь или остаться равнодушным? — Мария, я понимаю, что вам больно. Но как именно вы хотите отомстить? — Я хочу сделать ему как можно больнее. И превратить жизнь его и его отца в ад. Хольт ухмыльнулся. — Назовите имя. — Кирилл Гречкин. — Ах, этот самовлюбленный мажор. Слышал о нем здесь. Хольт встал с кресла, пройдя к Марии ближе. — Знаете, я не могу сказать, что ваше предложение меня привлекает. Однако я не могу не спросить: опишите подробности. What I must do? (Что я должен сделать?) — Я хочу, чтобы вы лично довозили мою дочь до дома, когда она возвращается из института, это первое. Второе: устроить Гречкину настоящий ад в СМИ— накопайте на него что-нибудь, устройте слежку, а затем…— она щёлкнула пальцами. Это означало лишь одно—уничтожить его. —Кхм…что ж…тогда вы в ответ тоже окажете мне услугу. Запустите мои дроны в полное пользование в отделе полиции без соревнования со штатными работниками, как договаривались изначально. Идёт? Архипова была готова на всё. Её радовало лишь то, что он согласился, пусть и с таким условием. В глазах её загорелась надежда на то, что хотя бы эта мразь не скроется от судьбы. —Идёт. —Отлично. —они крепко пожали друг другу руки. —Во сколько мне забрать завтра вашу дочь? *** Мария-младшая быстро шла под дождём. Можно было бы вызвать такси, но она не хотела. Хотелось того, чтобы этот холодный летний дождь смыл с неё ту грязь, которой запятнал её обнаглевший донельзя Гречкин. Отойдя подальше от полицейского участка, чтобы её никто не увидел из посторонних лиц, она встала под навес какого-то магазина и достала из кармана электронную сигарету. Трудно было держать её в дрожащих от холода пальцах. Приторный сладкий вкус проявился на губах. Маша задумчиво затягивалась и выдыхала дым, размышляя о том, что рано или поздно ей придётся смириться с этим. Мама отказалась оплачивать дочери курс терапии у психиатра, аргументировав это тем, что «ты сильная девочка и справишься со всем сама». Мария, безусловно, сильно накричала на маму, выкинув в сердцах множество неприятных для Архиповой-старшей слов. Гречкина она ещё не заблокировала, так как ждала хоть каких-то объяснений, хоть и понимала, что Кирилл за это извиняться не будет. Было плохо. Она словно чувствовала вину за то, в чём даже не была виновата. Хотелось мести. Чтобы этому уроду тоже было больно. Вдруг она почувствовала лёгкое прикосновение ладони к своему плечу. Обернувшись, она увидела парня. Он был небольшого роста, со светлыми короткими волосами. Глаза его были наполнены обеспокоенностью и имели красивый зелёный оттенок, а прикрыты они были аккуратными очками, на стёклах которых лежало несколько капель дождя. —Девушка, у вас всё хорошо? Она устало улыбнулась ему. —Относительно да. Он кивнул. —А почему вы курите? Это же… так вредно. —Это успокаивает. —Но…—он хотел было что-то ещё сказать, но девушку он уже начинал раздражать, хоть и был очень милым и вежливым: —Парень, иди, куда шёл. —П-простите, я не хотел вас задеть. —он протянул руку и продолжил,—я—Дима. Я работаю здесь в полиции неподалёку, если вам понадобиться помощь—вот моя визитка. Я пожала ему руку в ответ. —Маша. Хорошо, обращусь как-нибудь. —Ну, мне пора. Приятно было познакомиться! Он мило улыбнулся на прощание и пошёл дальше под дождём в участок, накрывшись капюшоном, который и так уже промок насквозь. «Хм, странные конечно у этого Димы способы знакомства. Но он довольно хороший, я бы даже сказала, слишком. Может, стоить обратить на него внимание? Нет, я сейчас вообще ни о чём думать не могу. Стоп. А вдруг он знаком с Игорем? Оно и к лучшему. Я хочу, чтобы этому уроду досталось по полной.» Об этом сейчас размышляла она. А затем, побрела к метро, чтобы доехать до дома. *в участке* Дубин сидел, разребаясь в различных делах, которые завалили всё его рабочее место. Но никак сосредоточиться на них он не мог. Часть его мыслей были заняты работой, а другая часть—симпатичной, грустной и промокшей под дождём девушкой. Пусть он и заметил, что не сильно заинтересовал её, пусть так. Главное, что у неё был его номер. А дальше—время покажет. *** После очередной тренировки Хольт сидел и не мог отдышаться. Всё его тело было мокрым, на накаченной мускулатуре и торсе выступили капельки пота, а позвоночник искриться ещё сильнее, чем обычно. Под его горячую руку попался Отто, который случайно проходил мимо. —Otto!—,громко позвал хозяин,—come here. Уставший Шрайбер подошёл к Августу. Хозяин продолжил: —Do you remember I asked you to find Mary’s daughter? (Помнишь, я просил тебя найти дочь Марии?) Бородатая громздская фигура молча издала «угу» и протянула Хольту планшет с открытой страницей социальной сети. Это и была страница дочери Марии. Мужчина взял гаджет в руки и принялся подробнее страницу Марии-младшей. На ней были разного типа фотографии: с посиделок с подружками в Москве, из университета, и, конечно же, фото с мамой. Дочь была действительно сильно похожа на свою маму, единственное их отличие—стиль. Архипова-младшая хоть и придерживалась спокойного стиля в одежде, однако волосы ее были небрежно покрашены в приятно-голубой цвет, хоть от корней и был виден её природный рыжий цвет. Также он заметил, что девушка часто публиковала на своей странице какие-то рассказы и небольшие стишки, которые, судя по всему, она написала сама. Мужчина, внимательно рассматривая цепким взглядом каждую фотографию, слегка растянул краешек губ в улыбке. —She’s so interesting for first look. Okey, I’ll pick her up tomorrow. Personally. (Она довольно интересная на первый взгляд. Окей, я заберу её завтра. Лично.) ***