Вальс в заснеженном парке

Виновато ли произошедшее в тот день или же проблема была в чем-то другом, но с тех пор они ни разу не разговаривали об этом. Впрочем, в маленькой кухне Дазая они не разговаривали вовсе. Осаму всё чаще забирал потерявшего сознание Чую с поля боя прямиком к себе, где обрабатывал его раны и оставлял отсыпаться в своей постели. Тот был вовсе не против такого развития событий, в такие дни он был в большем покое, чем когда-либо. Когда Чуя просыпался, Осаму поил его горячим бульоном и заставлял пить успокаивающий отвар. Чаще всего Чуя просыпался к ночи, поэтому сидели они обычно в полной темноте кухни, смотрели на ночной вид из окна и молчали. Кухня Осаму была не слишком большой, но, помимо кухонного гарнитура, вмещала в себя два глубоких кресла, в которых удобнее всего было устроиться, закутавшись в плед. Сами кресла были повёрнуты к окну занимавшему всю стену, друг от друга их отделял маленький журнальный столик. Сами окна не были ничем зашторены и вид из них был был прекрасным, особенно во время заката, когда кухня озарялась бледно-оранжевым светом. Подошла к концу осень, пришло время для зимы. Первый снег они встретили вместе. Ещё было сумрачно, но фонари уже горели и крупные хлопья снега, плавно опускающиеся на землю, было трудно не заметить. И у Осаму и Чуи этот вид вызывал невольное восхищение. Они завороженно смотрели как снег укрывает мягким, белым покрывалом всю улицу. Как верхушки деревьев облачаются в белоснежные шапки. Как сами хлопья кружатся возле ярких оранжевых фонарей и подсвечиваются золотистым светом. Чуя.. - в голосе Осаму было свойственное ему равнодушие - ты никогда не играл в снежки? Этот неожиданный вопрос застал врасплох его собеседника. - Нет, никогда - В голосе рыжика проскальзывала растерянность. - А пошли на улицу? - Зачем, Осаму? - Дазай вздрогнул. Виной этому были две вещи. Впервые Чуя назвал его по имени. И впервые Осаму обратил внимание на то, с какой интонацией это было сказано. Интонация человека, который потерял смысл всего. Интонацией самого Осаму. Нахмурившись, он внимательно посмотрел на собеседника. Определённо тот выглядел измученным и уставшим, не столько от работы, сколько эмоционально. "Что же творится в твоей душе, Чуя?" Будто прочитав его мысли рыжик повернул голову и их взгляды встретились. Они оба застыли на несколько минут. Первым не выдержал, как ни странно, Осаму. Поднявшись со своего кресла он хорошенько потянулся и протянул руку Чуе. - Пойдём. Перед выходом Осаму критическим взглядом осмотрел Чую. На нём был новый утеплённый плащ вместо того, что сжёг Арахабаки и новая же шляпа. Он едва заметно улыбнулся вспомнив как почему-то прошёл все магазины в поисках лучшей замены утерянному, а потом тайком пробрался в кабинет Чуи и оставил там то, что удалось найти. Возвращаясь в офис через несколько дней после первого пробуждения у Осаму рыжик заметил на своём столе коробку, в которую обычно запаковывают подарки. Открыв её он обнаружил плащ и чёрную шляпу с коричневым ремешком. Он, конечно, сразу понял чей это подарок и хотел было отблагодарить дарителя, но каждый раз что-то ему мешало. Так и осталась невысказанной благодарность. Вскоре Осаму вернулся держа в руках один из своих любимых шарфов. Его он протянул Чуе. - Ээ.. спасибо. - Чуя выглядел ещё более растерянным. Он обернул шарф вокруг шеи невольно вдыхая запах Осаму. "Вкусно пахнет..." пронеслось у него в голове и он тут же смутился и поспешил открыть дверь. Спустя минуту они уже были на улице. Осаму взял его за руку и потянул за собой, как оказалось, в парк, что находился возле дома. Парк был небольшим, но сейчас выглядел волшебно. Снег блестел под светом ярких фонарей, нигде не было следов людей, всё было девственно чистым и каким-то сказочным. Большие хлопья снега всё так же кружились и плавно опускались на землю. - Красиво? - Осаму повернулся к Чуе не отпуская руку того и внимательно посмотрел в голубые глаза. - Да... - Чуя не заметил как всё это время почти не дышал любуясь великолепием наступающей зимы. - Чуя... Ты не против? - Осаму встал перед ним в лёгком поклоне протягивая руку. Танцевать они умели оба. Чуя вложил свою ладонь в, почему-то на этот раз горячую руку своего партнёра, и кивнул. Они сделали шаг навстречу друг-другу. Вторая рука Осаму легка рыжему на талию, а его, в свою очередь, опустилась на плечо шатена. Это был очень красивый танец. Они кружились в плавном темпе падающих снежинок, отдалялись почти разрывая касание пальцев и снова поддавались друг-другу навстречу. Сейчас весь мир для них обоих сузился до этого парка. Они кружили в танце отпустив все чувства и эмоции, они наслаждались собой и друг-другом, наслаждались первым снегом, наслаждались чистым звёздным небом, наслаждались покоем в глазах друг-друга. И больше им никто и ничего не было нужно.