Часть 2

Если бы кто-то решил открыть блокнот, лежащий в чулане под лестницей дома №4 на Тисовой улице они увидели бы надписи, которые были написаны твердой рукой с наклоном в левую сторону, такие как: 1)Почему на Косую Аллею меня сопровождал Хагрид? 2)Почему ко мне сел Уизли? 3)Зачем мне рекламировали Гриффиндор? 4)Почему у меня появились моменты в памяти, о которых я не помню? 5) Почему препятствия для Волан-де-Морта смогли пройти трое первокурсников? 6)Почему в школе находились существа класса ХХХХХХ? 7)Почему я пошёл за Хагридом без вопросов? Уже этого было достаточно для размышления. А ведь это только первый курс. Гарри не удержался и фыркнул: "Мдаааа... самая безопасная школа. А если приглядеться? Первый курс - одержимый Волан-де-Мортом преподаватель; второй - Василиск. Кстати, может мне с ним подружиться? Хмм... Ладно. Третий курс - оборотень-преподователь; четвертый - жутко опасный Турнир Трёх (Четырёх) Волшебников; пятый- темные артефакты и воскресший Волан-де-Морт; а седьмой - а, да, меня даже в школе не было..." Даже громкий топот Дадли и настырный стук тёти Петуньи в дверь не помешали нашему герою думать свои думы. Однако, когда к визгливомуголосу тёти примешался голос дяди , Поттер решил, что возможность дожить как минимум до 30 сейчас его мало волнует. Он простонал: —Даааа... Сейчас... —Живей! Мы не можем ждать тебя вечно!—рявкнула миссис Дурсль Гарри на пару минут превратил свою подушку в зеркало и ахнул. Нет, конечно он понимал, что провёл пару недель почти без еды, причём мало спя. Но такого результата он никак не ожидал. По-быстрому наложив иллюзию бодрого себя с длинными, до плеч, волосами(да, от прошлого не убежишь) он переоделся, попутно уничтожив забредших в его одежду пауков каким-то темномагическим заклятьем. Он забыл, каким, но главное, что оно было. Наконец, собравшись, он вылез из чулана и направился к кухне, слыша истерику Дадли о "том самом, самом любимом блокноте". И, конечно, Гарри прекрасно понимал, что в пропаже тетрадки обвинят его. И, хотя так и было, мальчик не очень хотел подставляться под удар. —Причешись—рявкнул мистер Дурсль, не поднимая взгляда от газеты. Гарри холодно ответил: —Думаю, что в этом нет необходимости —да и правда – его длинные волосы были мягкими, легко расчесывались и были лишь слегка волнистыми, чего нельзя сказать о его причёске первые 17 лет жизни мальчика. Все присутствующие с удивлением, которое, впрочем, тут же сменились презрением и ненавистью, посмотрели на "негодного мальчишку, осмелившегося перечить взрослым". Петуния взвизгнул а. Дадли свалился со стула. Вернон заорал на всё так же спокойного мальчика, который думал: "Кажется, я уже такое видел". —МАЛЬЧИШКА! ТЫ! ТЫ! ТЫ ВСТРЕТИЛ ИХ?! И ТЕПЕРЬ ФОКУСНИЧАЕШЬ?! ТЫ ХОЧЕШЬ НАС УБИТЬ!! —Silentio— прошипел тот, кому была адресована эта тирада. Дурсль-старший продолжал открывать рот, как рыба, выброшенная на берег, и глупо хлопать глазами. Троих, находящихся в комнате, пробрал озноб, когда 6-ти летний маг заговорил. —Мне надоело то, как вы со мной обращаетесь. Я не могу здесь находиться. У меня есть МОЙ дом. Я не сирота, у меня есть множество родственников в магическом мире. Сегодня я беру всё, что мне надо и иду на Косую Аллею. Тётя знает, что это такое. Там я получу ключ к своему дому— мальчик сделал неуловимый взмах рукой, и с его родственника слетело действия заклятья. К тому времени, как семейство, проживающее на Тисовой улице в доме №4, очнулось, абсолютно забыв о своём родственнике, сам виновник сего происшествия уже шёл по улочке, примыкающей к "Дырявому котлу".