случайность? нет, скорее удача.

Ритмичные биты приятно бьют по ушам, заставляют голову слегка покачиваться в такт. Ноги под столом не могут устоять, слегка пританцовывают. Все тело в музыке. Она течет по венам, становится частью кровяного состава и каждой клеточки. Прикрытые глаза довершают, полностью унося сознание в другое пространство. Чонгук, медленно потягивая виски из своего стакана смотрит на танцпол. Все погружены в атмосферу этого клуба. Ноги переступают в плавных движениях и все тело погружается в танец, не замечая ничего вокруг. Хочется отдаться этой музыке и забыть о своих переживаниях и усталости. Чонгук решил долго не засиживаться и вышел на улицу. Приятное дуновение охватило тело и запустилось под одежду через слегка растегнутую  чёрную рубашку, которая на своём владельце сидела просто идеально. Она была заправленна в чёрные свободные брюки, что струились по ногам. Сверху рубашки был накинут того же цвета пиджак, все же на дворе конец сентября, а передние пряди волос были завязаны в хвостик. На губе и бровях красовался пирсинг серебряного цвета. Чонгук достал из правого кармана джинс зажигалку, а из другого кармана недавно купленную пачку сигарет. Он затянулся, ощущая как по горлу перекатывается пар и как смола оседает на легких.  —Надо бы завязывать. — он затянулся ещё пару раз и выкинул сигарету в мусорку. Чонгук шёл по пустым сеульским улицам. Дорогу освещали фонарные столбы и изредка проезжающие машины. —Новый клуб что-ли? — он остановился перед яркой розовой вывеской, которую раньше никогда не видел. Чонгук обошёл все клубы в этом районе, да и не только в этом, но и в соседних. И точно не припомнит чтобы в этом месте стоял клуб. —"rose noire". Он открывает дверь где его встречает молодая женщина и вежливо просит прежде показать паспорт . Чонгук странно на нее покосился, обнаружив черную маску с кружевами, закрывающую губы и нос, какие были у всех. Здесь довольно тихо, играла лишь умеренная мелодия. Он не ходил по стрипклубам, поэтому удивился не обнаружив музыки на полную громкость. Комната, состоящая из бордового цвета, какого-то притягательного и соблазнительного, ограничивалась минимализмом в плане мебели, а вот на декор не пожалели денег. Полотна малоизвестных художников красовались на стенах, и Чонгуку хватило на них одного взгляда, чтобы отметить про себя их бросающий в глаза гротескный стиль. Посередине стоял ресепшен, где, как понял Чонгук, нужно зарегистрироваться и прочесть пару правил. Это не заняло больше минуты, нужно было всего лишь паспорт показать, чтобы возраст удостоверить, и оплатить небольшие воны. Его имя так и не ввели в компьютер, оправдывая это полной анонимностью. Затем на экране монитора отобразился список личных стриптизеров и стриптизерш, которые обеспечат ему полный релакс-вечер со всеми услугами. В глаза ему так и бросалось имя «Ким Тэхен». Нет ни фото, ни даже намека на описание внешности. В клубе на это было как-то плевать, ведь сюда приходили смотреть на изгибы тела, на эластичные движения и откинуть все напряжение рутинных проблем. Ему протянули маску как у женщины, полностью закрывающая нижнюю часть лица.  Взяли под руку и повели в самую дальнюю комнату. Чонгуку также сообщили, что каждую комнату, свой владелец обустраивает сам. Так что когда он зашёл, а женщина осталась в коридоре прикрывая дверь, он был заворожен утонченным вкусом своего будущего стриптизера. Тускло-фиолетовый свет с прожектора освещал кабинет. Здесь был только  чёрный кожаный диван, а рядом с ним кофейный столик, украшенный чёрной розой. Вино с известной для Чонгука маркой и хрустальный бокал. В воздухе витал приятный аромат вишни  одурманивающий каждого и ароматизированные свечи пунцового оттенка. Посередине же установлен пилон. Генератор дыма окутал всю комнату туманом, что так манил своей загадочностью. Чонгук уселся на диван, выпил пару бокалов сладкого вина, ощущая, как красная жидкость усладительно сжигала горло и согревала желудок. Чонгуку не пришлось долго ждать, но стоило пареньку зайти на мини поркет, высотой чуть больше чем тот, на котором был установлен диван, как тут же атмосфера переменилась. Сначала было холодно, словно на улице, Чонгук не мог объяснить это чувство, когда перед ним стоял юноша невысокого роста с смоляными волосами и угольными глазами, опьяняющими своей глубиной. Чонгук непривычно тонул в них. Он так и застыл, держа бокал в руках. Тэхен медленно шагает, точно под ритм бархатной песни, где шепча, подпевает ласкающий слух голос парня, весь обнаженный до торса, и видит, как у Чонгука перехватывает дыхание. На парне были надеты короткие шорты, что подчеркивали рельефность бёдер стриптизера. На голени красовались темно-фиолетовые чулки. На нем также была маска. Кружевная со стразами, кокрас под цвет чулков, тоже темно-фиолетовая. Полупрозрачный халат постельного оттенка прекрасно сидел на смуглых плечах. Он сделал пару переворотов на шесте, а затем игриво скинул с себя халат, пытая Чонгука пламенным взглядом. Ноги продолжали двигаться в ритм спокойной мелодии. Чонгуку так и хотелось прикрыть глаза, насладится атмосферой, но не мог, ведь перед ним танцевал парень, похожий на тёмную фею. Он будто взлетал, опираясь на шест, и делал это настолько элегантно, что казалось будто он отрастил крылья. Чонгук сидел не моргая, не отвлекаясь даже на бокал вина, который он еле удерживал в руках. Парень начал выкручиваться на пилоне каждый раз выпячивая свой аппетитный зад. Он чувствовал на себе взгляд, взгляд не человека, а зверя, готового вот вот сорваться с цепи. Начиная медленно опускаться с шеста, он взял барный стул, который все это время стоял неподалёку от стриптизера и элегантной походкой направился прямо к Чонгуку. Того аж передернуло когда парень сел на стул, отодвинул ноги назад, опираясь на носки своих ног и начал подпрыгивать словно оседлал чей-то член. При этом он издавал весьма характерные звуки, что ласкали уши. Чонгук смотрел, облизывая губы. Как же он сейчас завидовал этому стулу. Он уже было потянулся рукой к этим идеальным подтянутым бедрам. Хотел ощутить и потрогать рукой это наверняка горячее тело. Но его руку перехватили и вместо поглаживания по бедрам, её начал ласкать язык. Парень облизывал каждый палец и толкал его прямо себе в горло, а когда отпускал и начал проделывать свои махинации с другим пальцем, тот начинал холодеть. Это было до ужаса приятно и никакой секс даже рядом не стоял. И в тот самый момент, когда оба парня уже были не в состоянии сдерживаться и чуть было не набросились друг на друга, кожа сиденья проломилась, видимо не выдержав быстрых скачков стриптизера, а газлифт, вместе с кожей от шорт пришелся прямо в анус парня. Тот вскрикнул и грохнулся прямо на кофейный стол потянув за собой и Чонгука, а бутылка вина улетела на пол расплескав жидкость по всему ковру. —С тобой все в порядке? — начал взволновонно трести он Тэхена пока тот держался руками за низ своего тела закатывая глаза от невыносимой боли. —Да..да.. наверное.— пролмямлил себе под нос парень. —В больницу не нужно?? — Чонгук начал ещё сильнее трести его за плечи чтобы тот пришёл в себя. —Нет нет, в больницу я точно не поеду, тем более уже все прошло, — сказал Тэхен, а затем захихикал на что получил взгляд полный недоумения. — Да просто ситуация забавная, мы вроде как уже поебаться решили, а тут такое. —Уж не знаю что ты себе там решил, но не я точно. —А, понял, а что по твоему означал твой же взгляд наполненный пошлыми картинками? —Отстань, извращенец, пальцы мои тут лизал и ещё говоришь мне что-то. —Тебе же понравилось? — Тэхен склонил голову набок и высунул язык. —Не отрицаю, что понравилось, — ухмыльнулся парень смотря сверху вниз и поглаживая тэхеновы бедра. —Тогда может продолжим у меня дома? —Обязательно, Ким Тэхен. ******* Чонгук не отрывается от сладких губ, что крепко прижимает его к себе, спину оглаживает тёплыми ладонями, вдоль позвоночника ловко пробегается. Тэхен бедром толкает входную дверь своей квартиры, до которой они добрались не без труда. Самым сложным оказалось держать себя в руках после того, как они оказались в кабине лифта один на один. Чонгук подхватывает Тэхена под бёдра и поднимает на руки, пальцами впивается в округлые ягодицы. Тэхен в чужие губы улыбается и ещё ближе льнёт. Чонгук кусает его за нижнюю губу, заставляет тихо застонать. —Какой же ты сладкий, — шепчет Чонгук, держа Кима одной рукой, а второй стягивает с себя пиджак, что сейчас слишком сильно мешает. Тэхен тихо смеётся, соскальзывает на пол и, схватив парня за руку, тянет в сторону спальни. Чон на ходу расстёгивает первые три пуговицы на своей рубашке, тут же переключается на черную толстовку Тэхена, которую быстро стягивает и отбрасывает на пол. —Твоих предпочтений не знаю, поэтому говори, если я что-то сделаю не так. — Чонгук губами прижимается к его щеке и спускается ниже, выцеловывает каждый миллиметр нежной кожи, отчего Тэхен дышит тяжело и пальцами стягивает рубашку на его спине, голову запрокидывает, позволяя парню гораздо больше. Он хочет полностью Чонгуку принадлежать, хочет быть его. Весь и навсегда только его. И Ким знает, что тот все его желания чувствует и разделяет. Постель проседает под весом сразу двух человек. Чонгук ощущает, как его горячее тело соприкасается с прохладными шёлковыми простынями, что только создают контраст, но ничуть не остужают. Он влажными поцелуями покрывает его шею и ключицы, косточки зубами прихватывает. —Ты прекрасен, — шепчет. —Как и ты, — Тэхен обвивает руками шею Чонгука и притягивает его ближе, снова целует. Чонгук поцелуями спускается, но теперь ниже, доходит до груди и губами захватывает твёрдый сосок парня, который тихо вздыхает, запуская пальцы в чужие волосы. Чонгук кончиком языка очерчивает виднеющиеся мышцы пресса, что выглядят очень красиво и нежно… Ким идеальный для Чонгука во всех местах. Он быстро расправляется со штанами, губы в трубочку вытягивает, когда видит на Тэхене симпатичное бельё от Селин, что прикрывает только пах. Чон кончиками пальцев поддевает широкую резинку с черными крупными буквами и медленно тащит вниз, высвобождая из-под ткани аккуратный небольшой член, что тут же прижимается к плоскому животу. Тэхен рвано выдыхает, роняя голову на кровать — растущее с каждой секундой возбуждение слишком распаляет. Ты даже тут ахуенный, — Чонгук прижимается губами к влажной головке, языком обводит, отчего Тэхен дёргается и тихо стонет. —Дразнишь.. — шепчет Тэхен после того как Чонгук резко открывается и переворачивает Тэхена на живот и ставит на коленки. Чонгук усмехается и языком мажет по колечку мышц, чувствует, как во рту оседает сладковатый привкус вязкой смазки. Тэхен пальцами стискивает шёлковую простыню, щекой прижимается к мягкой ткани и зажмуривает глаза. Чонгук подносит пальцы ко рту парня, и тот без промедлений начинает их посасывать, уделяя внимание каждой фаланге как тогда, в клубе. Чонгук давит на мышцы указательным пальцем, наблюдает, как тот медленно скользит внутрь разгорячённого тела. Он добавляет второй палец, а затем и третий, отчего Тэхен нежно стонет. Он стягивает на себя простыню и воет, когда подушечки пальцев давят на простату. Чонгук нижнюю губу облизывает и засаживает пальцы до основания, специально с силой давит на самое чувствительное место, наслаждаясь тем, как Тэхен буквально задыхается под ним. Это зрелище слишком сексуальное, слишком красивое и слишком привлекательное, причём настолько, что в брюках становится очень тесно — молния болезненно давит на пах, но ещё надо немного потерпеть.  Он аккуратно опускает таз Тэхена на постель, тут же наклоняется к нему, чтобы развязно поцеловать, весь рот вылизать буквально парой мазков языка. Ким ощущает во рту собственную смазку, улыбается в чужие губы, что стали для него самыми желанными, самыми сладкими и самыми вкусными. Тэхен тянется к его брюкам, медленно расстёгивает пуговицу и молнию тянет вниз, в предвкушении закусывает щёку изнутри и пододвигается ближе. Чонгук, кажется, не дышит совсем, наблюдая за этими тягучими движениями, что заставляют томиться в сладостном ожидании. Ким явно знает, как его разогреть, нет, накалить до предела, и он всё для этого делает. Тэхен тянет брюки вниз вместе с бельём и крупная головка, высвободившись из-под ткани, ударяется о тэхёновы губы, оставляя на них влажный след от естественной смазки, который он сразу облизал и проглотил в себя. —Извини уж, — никапельки не смутившись, Чонгук выпутывается из всей ткани, что болтается в области колен. — Я не специально. —Брось, — Тэхен обхватывает его член у основания, головку обводит языком, как недавно сделал Чонгук, давит кончиком на уретру. Чонгук пальцами крепко сжимает вьющиеся пряди волос и всё равно немного надавливает Тэхену на затылок, чтобы тот наконец взял побольше. Тот не сопротивляется, в рот берёт примерно половину, глаза закрывает, позволяет парню толкнуться себе за щёку. Чонгук тихо стонет, тут же чувствует, что позорно спустит прямо сейчас, как самый настоящий девственник, если они не остановятся. Он толкает Тэхена в грудь, заставляет отползти к изголовью кровати и лечь на пышные подушки, чтобы было удобнее. —Где у тебя тут смазка? —Закончилась. —С кем?… — осторожно спросил Чонгук. Нет ну мало ли у этого чуда парень есть, или девушка, а он тут его отжарить собрался. —Знаешь, у меня под кроватью в красивой коробочке валяется прекрасный розовый вибратор, — Тэхен хитро улыбается предвкушая как сейчас он будет выдавливать всю свою слюну на этот красивый член. Но на удивление Тэхена, Чонгук поднял сумку парня и вытрихнул оттуда все содержимое, а из этой кучи барахла выкатилась баночка со смазкой. —Умно, — хмыкнул Чонгук и выдавив приличное количество смазки на член принялся растирать ее по всей длине. Он приставил головку ко входу, но входить явно не торопился. Чонгук вырисовывал круги и возил член то  вверх то вниз. —Ты издеваешься? —Можно и так сказать, — Чонгук вошёл резко, во всю длину. Тэхен даже не успел ничего сказать как за одним шлепком тел друг о друга последовал второй,а а затем и третий. Чонгук не давал передышки, он все ещё продолжая наращивать темп вдруг отстраняется, подхватывает ноги Тэхена и закидывает их себе на плечи, меняя угол проникновения, от чего парень задыхается моментально. Тэхен воздух хватает ртом, стонет громко, его сладкий голос отражается от стен, звенит в ушах и оседает где-то в памяти. Чон действительно будет помнить эти моменты всю оставшуюся жизнь, помнить, только когда не будет возможности повторить, а будет она теперь почти всегда.