Вернутся к фанфику
Часть 3. Голос
9 июня 2024, 21:39Голос в голове все так же звучал тихо и леденяще:
— Кстати, Гарри, тебе… тебе нравится убивать людей? — Гарри ощутил легкий укол вины, но голос продолжил. — О, что за лицемерие, Гарри? Ты уже убивал, ты прекрасно знаешь, о чем я веду речь.
Несмотря на свой внутренний протест, Гарри молчал, пытаясь игнорировать слова голоса. Где-то глубоко была часть его, которая была против такой жестокости, но другая часть — та часть, которая несла боль и страдания долгие годы — была согласна с голосом.
— Это ведь чувствуется так… хорошо, Гарри — добавил голос.
В груди ощущалось жжение, его глаза были все так же прикованы к тряпке, он не мог поверить в то, что мысль, которую он пытался изо всех сил игнорировать, так легко была озвучена вслух.
— Ничто не сравнится с ощущением, когда человек… исчезает… — продолжал голос, казалось, это произнесли прямо на ухо Гарри.
Тело вздрогнуло от холода слов, его пальцы сильнее вцепились в ткань в его руках. Он снова почувствовал вину, но одновременно еще сильнее — желание согласиться.
— Верно, Гарри? — спросил голос, и без того прекрасно зная ответ.
Его слова звенели в голове, как звон колокольчиков. Сердце сжалось, мальчик пытался держать свои эмоции под контролем, но слова глубоко проникали в его мозг, пробуждая неясные картины того, что он сделал с теткой Мардж.
Вдруг он почувствовал, как что-то теплое стекает на его губы. Он медленно проводит языком по верхней губе, ощущая стальной вкус. Он проводит рукой под носом, натыкаясь на вязкую субстанцию. Он смотрит на свои испачканные пальцы, а затем на свою тряпку, на которую уже упало несколько красных капель. Голос внутри головы молчал, тишина затянулась.
— …слишком долго, — произнес чем-то недовольный голос. Гарри ожидал продолжения, но его так и не последовало.
Он вновь остался один в холодной тишине чулана, зажимая свой испачканный нос. Накатила волна усталости, которая весь вечер тлела где-то внутри него. Он тяжело вздохнул, до сих пор чувствуя вкус металла во рту.
Веки начали тяжелеть, противостоять сонливости становилось все сложнее, мышцы налились свинцовой тяжестью. Гарри вяло моргнул несколько раз, пытаясь сфокусировать взгляд. Он снова прикоснулся к своему носу, уже покрывшемуся коркой засохшей крови, и устало вздохнул. Он знал, что ничего еще не закончилось, голос в какой-то момент снова вернется и продолжит пытать его разум. Но сейчас хотелось только одного — хоть немного отдохнуть. Он ссутулился и медленно закрыл глаза. Руки и ноги не желали двигаться. Гарри позволил себе наконец отдохнуть, не зная, что принесет завтрашний день.
Он не знал, сколько он проспал, когда внезапный стук в дверь чулана заставил его рывком проснуться. Спина резко выпрямилась, глаза уставились на дверь, сердце забилось быстрее. Там кто-то был.
— Вставай и иди готовь завтрак! — раздался противный голос Петуньи.
Гарри поморщился от прозвучавшего голоса, но тут же сел ровно, пытаясь привести себя в порядок. Он медленно встал и потянулся, разминая одеревеневшие мыщцы. Затем взялся за дверную ручку.
— Что это у тебя с носом? — недовольно спросила Петунья.
Гарри потупил глаза, его рука инстинктивно прикрыла нос.
— Н-ничего, я просто… ударился, — пробормотал он виновато.
— Как всегда такой неуклюжий, — пробурчала женщина, отмахнувшись. — Быстро иди готовить завтрак! Дадли с Верноном скоро проснутся.
— Хорошо… — ответил он, направляясь в сторону кухни.
Готовка еще давно превратилась в его повседневную рутину. Он знал, что нужно делать: положить четыре ломтика бекона на разогретую сковороду, поджарить несколько яиц, нарезать хлеб и сварить кофе. Гарри методично и молча выполнял свои обязанности, его руки действовали уже автоматически. Вскоре завтрак был готов, как раз к приходу Вернона и Дадли, которые уже успели удобно расположиться за столом. Кузен начал насмешливо хохотать, как только увидел нос Гарри.
— О, посмотрите все на этого идиота! — воскликнул он. — Снова ударился носом о стену?
Гарри нахмурился, но ничего не ответил. В это время Вернон хмуро посмотрел на Гарри, а затем на Петунью.
— Какого черта с его носом? — спросил он недовольным тоном.
— Он утверждает, что просто ударился, — ответила Петунья, наливая кофе в чашку. — Но я не удивлена, — женщина встала из-за стола и подошла к Гарри, который собирался нести тарелки к столу.
— Я сама, иди смой это безобразие, — она небрежно помахала рукой, веля ему уходить.
Гарри кивнул, радуясь возможности умыться. Он молча ушел наверх. В ванной Гарри вгляделся в свое отражение в зеркале. Он сразу же обратил внимание на свои глаза — под ними залегли темные круги усталости, подчеркивающие его и без того бледную кожу. Волосы, немного лохматые от природы, сейчас казались настоящим спутанным гнездом. Под носом была чуть размазанная засохшая корка крови. В целом, Гарри выглядел слишком замученным, худым и маленьким для своего возраста, и уставший взгляд ярко зеленых глаз лишь доказывал это.
Он дотронулся до своей щеки, слегка надавливая на неё. Он знал, что выглядит плохо. Его кожа была слишком тонкой, почти прозрачной, и обтягивала каждую выступающую кость. Он вздохнул и отвернулся от зеркала, прекрасно зная, что дальше будет только хуже. Гарри включил воду в раковине и начал умываться.
Он плеснул в лицо холодной водой, пытаясь хоть немного взбодриться. Кожу щипало от контраста температур, но Гарри не отстранился, ему нравилось это ощущение — хоть маленькая встряска для разума. Он тщательно умылся, смывая остатки засохшей крови и, подняв голову, снова посмотрел в зеркало. Он все еще выглядел устало, но, по крайней мере, избавился от следов крови. Гарри взял полотенце и стал вытирать лицо, как вдруг что-то его отвлекло. Он замер, уставившись в зеркало, ощущая, как по коже пробегают мурашки. Кто-то стоял прямо за его спиной.
Широкая тень нависала над ним в зеркале. Он начал медленно поворачивать голову, сердце бешено колотилось в груди, отдаваясь в ушах набатом. Осознание того, что он больше не один в комнате, словно окатило ледяной водой. Глаза в ужасе расширились, заняв, казалось, половину лица. Гарри резко обернулся…
Но там никого не было. Гарри стоял один, в страхе вглядываясь в пустоту перед собой. Тень исчезла так же внезапно, как появилась. Он выдохнул и снова посмотрел на свое отражение в зеркале. Гарри нахмурился, пытаясь понять, что только что произошло. Тело все еще дрожало. Он еще раз окинул взглядом комнату, но все было как и прежде: бежевая плитка на стенах, белые полотенца на полке небольшого шкафчика, корзина для грязного белья, шторка в цветочек, прячущая чугунную ванну.
— Просто усталость, — пробормотал он себе под нос. — Просто бред.
Гарри глубоко вдохнул и постарался успокоиться перед возвращением вниз. Каждый шаг по лестнице отдавался эхом в его голове. Дадли и Петунья уже закончили завтрак, а Вернон читал газету за столом.
Когда Гарри вошел в комнату, Дадли усмехнулся, а Вернон нахмурился.
— Наконец закончил, а? — грубо спросил мужчина.
— Д-да, сэр, — Гарри ответил тихо, садясь на свое место за столом. Он старался не смотреть на кузена, потому что знал, что это только подольет масла в огонь.
— Ты выглядишь так, будто готов упасть в обморок, — добавил Дадли насмешливо. Гарри посмотрел на свою тарелку и нахмурился, увидев в ней лишь незначительные остатки еды. Он знал, что его всегда кормили в последнюю очередь, если вообще кормили. Его глаза снова пробежались по столу, и он увидел, что остальные тарелки уже опустошены. Дадли с довольным видом почесал свой большой живот. Петунья встала из-за стола, собирая посуду.
Вернон отложил газету в сторону и взглянул на Гарри через стол.
— А теперь ступай и помой посуду, — сказал он холодным тоном, указывая толстым пальцем на раковину в кухне. Гарри кивнул, борясь с желанием возразить. Он встал и взял стопку грязных тарелок из рук Петуньи, а затем двинулся в сторону кухонной мойки. Пока он мыл посуду, к нему из-за спины подошел Дадли, неся тарелку с едой, к которой Гарри не успел притронуться. Демонстративно высыпав содержимое тарелки в мусорку, он протянул ее Гарри.
— Приятного аппетита, — с довольной ухмылкой на лице произнес кузен, а затем обратился к своей матери. — Я гулять! — и вальяжной походкой прошел к входной двери.
Гарри продолжал мыть посуду, чувствуя, как внутри поднимается раздражение. Он в очередной раз остался голодным, но не хотел показывать свою обиду перед Верноном и Петуньей. После того как Дадли ушел, Вернон встал из-за стола и подошел к Гарри, держа газету в руках.
— Я хочу, чтобы эта кухня была вымыта до блеска, когда я вернусь, — сказал он резким тоном, указывая на стол.
Мальчик кивнул, не отрывая взгляд от посуды. Вернон ушел вместе с Петуньей, оставляя Гарри одного. Тишина кухни давила на голову мальчика, а мысли начали возвращаться к прошлому. Он почувствовал, как по телу пробежал неприятный озноб. Гарри вытер руки полотенцем и посмотрел на настенные часы. Час до полудня. Ему предстоял еще долгий день. Гарри вздохнул и снова схватился за губку, чтобы начать протирать стол. Рука зацепилась за какой-то выступ на деревянной поверхности, и на предплечье появился небольшой порез. На его краях начали набухать маленькие бисеринки крови.
Гарри вздрогнул, ощупывая царапину на руке. Она была не глубокой, но все равно достаточно болезненной. Он быстро оторвал от бумажного полотенца узкую полоску и приклеил ее на рану, пытаясь остановить кровь.
— Какой же ты неуклюжий, — в голове прозвучала насмешка.
Голос раздался внезапно, заставив Гарри подпрыгнуть от испуга. Он понял, что голос вернулся, и не знал, как к этому относиться. Он знал, что голос лишь плод его воображения, но это все равно начинало его злить.
— Что тебе надо? — пробормотал он себе под нос.
— Моешь посуду и убираешь за ними, как жалкий слуга, — прозвучало холодно.
— Я уже почти закончил, — ответил он тихо, стараясь звучать спокойно.
— Как всегда, такой послушный мальчик, аж тошно, — снова прозвучало в голове. — Остается только удивляться, почему ты так легко позволяешь всем садиться на твою шею.
— А что я еще могу сделать? — Гарри резко ответил, чувствуя, как внутри начинает подниматься новая волна раздражения. — Я ничего не могу изменить!
— О да, конечно же не можешь, — голос в голове издал пренебрежительный смешок. — Ты всегда такой безропотный, беспрекословно подчиняющийся всем указаниям, как подобранный с улицы щенок. Ты слишком слаб, чтобы хоть что-то изменить.
Гарри стиснул зубы от злости. Он ненавидел этот голос, который говорил только лишь абсолютную и жестокую правду.
— И что предлагаешь делать? — он резко ударил по столу.
— О, наконец-то ты проявил хоть какую-то стоящую эмоцию, — ответил голос насмешливо. — Идеально. Дай волю своему гневу, мальчик, дай ему вырваться наружу. Отпусти себя. Неужели ты не хочешь почувствовать ту сладкую силу как тогда, с жирной теткой Мардж?
Кровь отлила от лица Гарри.
— Это было другое, — ответил он тихо, стараясь выкинуть из головы пробудившиеся словами голоса воспоминания о том случае.
— Ну конечно другое, — голос снова издал смешок. — Ты случайно не забыл, как она кричала и дрожала от страха? Помнишь, как она хрипела и задыхалась? Ты так прекрасно справился с ней, Гарри.
— Заткнись! — Гарри взмахнул рукой, пытаясь сбросить наваждение. — Просто заткнись!
Голос проигнорировал его восклицание и стал тихим, но настойчивым.
— Ты наконец-то почувствовал власть в тот момент, не так ли? Ощутил, каково быть сильным. И это было прекрасно, — Гарри почувствовал холодный пот, выступивший на лбу, а сердце словно упало в желудок. Он услышал правду. Это было прекрасно — видеть страх в глазах тети Мардж, как она задыхалась от нехватки воздуха и пыталась ухватиться за ускользающую от нее жизнь…
— Н-нет, — пробормотал он тихо, но голос снова заговорил, не дав закончить фразу.
— Не пытайся обмануть меня и себя. Ты хочешь снова это почувствовать. Хочешь быть сильным. Хочешь снова обрести контроль над чей-то жизнью.
— Да, — покорно ответил Гарри.
— Вот и хорошо. Хватит лгать себе, — голос прозвучал почти ласково.
Гарри почувствовал, как его охватило какое-то странное спокойствие после этих слов. Голос прав, ему стоит перестать держать эмоции под контролем. Он шумно выдохнул.
— Но кто же ты все-таки такой? — в голосе мальчика чувствовалось настороженность.
— Я? Я часть тебя? — неуверенно ответил голос.
— О, чушь собачья! — резко ответил Гарри. — Никто не разговаривает сам с собой без серьезной на то причины.
— Хорошо, хорошо, не кричи так, — голос посерьезнел. — Я буду честен с тобой, но пообещай, что не испугаешься. Договорились?
Гарри колебался. Разговор со звучащим в голове голосом казался бредом сумасшедшего. Но любопытство победило.
— Хорошо, — ответил он наконец. — Договорились.
— Хорошо, — голос снова стал спокойным и уверенным. — Итак, я являюсь частичкой чужой души.
Гарри от удивления распахнул глаза.
— Ч-чужой?… К-как это возможно? — он запинался о собственные слова, пытаясь хоть как-то осмыслить сказанное.
— Я понимаю твое недоумение, — ответил голос. — Но это действительно так. Я часть души одного очень сильного и великого волшебника.
Гарри попытался переварить услышанные слова. Волшебник? Душа? У него уже начинала болеть голова.
— Значит, ты как привидение? — спросил он спустя паузу.
— Можно и так сказать, — ответил голос. — Это довольно сложно объяснить. Просто скажу, что я не могу показаться в этом мире, и единственное место, где я могу говорить с тобой, находится внутри твоей головы.
Гарри нахмурился. Голос казался таким спокойным и рассудительным, но его слова никак не укладывались в голове.
— И ты можешь всегда слышать мои мысли? — спросил он подозрительно.
— Не все, — честно сказал голос. — Только те, которые напитаны сильными эмоциями. Такими как гнев, радость, страх, ненависть, боль, любовь... — последнее слово он произнес не совсем спокойно.
Гарри поморщился. Это звучало слишком личным.
— Почему я должен тебе верить? — спросил он. — Как я могу быть уверен в том, что ты не лжешь?
— Ты прав, у тебя нет никаких гарантий, — ответил голос. — Но ты должен мне верить, потому что я говорю абсолютную правду. Я бы не вмешивался в твою жизнь, если бы не считал тебя достаточно сильным.
— Достаточно сильным? — переспросил Гарри.
— Да, — прозвучал утвердительный ответ. — Ты держишь свои эмоции под контролем, но твоя сила просто ждет возможности проявиться.
— Какая сила? — с непониманием в голосе спросил мальчик.
— Разве ты не помнишь, как тело Мардж исчезло, стоило лишь тебе этого захотеть? — голос звучал озадаченным.
Ощущение странного спокойствия вернулось, а слова эхом отдавались в голове. Голос не ошибался. Тело действительно исчезло в ту ночь, правда затем оно появилось в парке недалеко от дома Дурслей.
— Как такое вообще возможно? — спросил он наконец, чувствуя легкое головокружение.
— С помощью магии, разумеется, — ответил голос, но сразу же добавил. — Ты потратил слишком много энергии, я должен прекратить с тобой разговаривать, — после этих слов голос исчез.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!