Вернутся к фанфику

Часть 7. Ритуал

13 июня 2024, 23:36

Хогвартс. 8 августа 1985 года. 19:30.

В кабинете сидели трое. Первый мужчина, высокий и худой брюнет, выглядел как живой мертвец. Он сидел тихо, в ожидании действия умиротворяющего бальзама. Второй мужчина, массивный и грозный, сидел в кресле слева. Он тихонько что-то бормотал под нос, время от времени кивая головой. За столом перед ними стоял старик. Его лицо было мрачнее грозового неба, на лбу можно было сосчитать все его старческие морщины. Мужчины молчали. Шепот и бормотание Грюма были единственными звуками, нарушавшими напряженную тишину. Дамблдор пристально вглядывался в своего старого знакомого, а потом, наконец, прервал тишину, обернувшись к профессору: — Северус, как именно ты узнал, что он вернулся? — Я работал над зельем, закатал рукава до локтей и увидел ожившую метку на предплечье, — он снова показал руку в доказательство своих слов. Дамблдор внимательно осмотрел руку зельевара. — Было ли сегодня внеплановое собрание у Пожирателей? Грюм зло усмехнулся на этот вопрос, а Северус, уже более-менее успокоившийся, ответил ровным тоном: — Нет. И это самое странное. Дамблдор хмыкнул, а Грюм наконец снова открыл рот, добавляя немного яда в свой голос: — Вероятно, Темный Лорд решил не привлекать внимания. — Может, ты и прав, Аластор, — ответил Дамблдор задумчиво. Грюм лишь ухмыльнулся на это, а Северус тихо вздохнул. Он несчастно посмотрел на Дамблдора, надеясь на помощь. Директор наконец заметил взгляд зельевара и спокойно кивнул ему. — Мы не должны паниковать, мальчик мой, — однако в его голосе слышалась нервозность. — Какая тут паника? — хмыкнул аврор. — Кажется, ты единственный, у кого так сильно тревожится сердце, Альбус. — Осторожнее, Аластор, с теми словами, что выходят из твоего рта, — ровным тоном произнес Дамблдор, на что Грюм лишь осклабился. — Ах, так ты боишься того, что я могу сказать? — он покачал головой с притворной грустью. — Ты стал слишком мнительным, Альбус. — Что будем делать, директор? — прервал разгоравшуюся дискуссию Снейп. — Как всегда, будем надеяться на лучшее и готовиться к худшему, — Дамблдор с грустной улыбкой посмотрел на молодого профессора. Грюм бросил взгляд на часы и резко встал из кресла. — Мне пора, — коротко ответил мужчина. Альбус посмотрел на своего старого друга исподлобья. — Уже? — спросил он недовольным тоном. Грюм криво усмехнулся на это недовольство. — К сожалению, Альбус. Дамблдор вздохнул разочарованно и пожал плечами. — Хорошо, иди, — ответил он наконец, и мужчина быстро вышел из кабинета.

Малфой-мэнор. 8 августа 1985 года. 13:00.

По просторному коридору летящей походкой шла высокая и стройная женщина с блестящими голубыми глазами, ее волосы были цвета платины, а на лице играла улыбка. Она подошла к высоким резным дверям из темного дуба и одним легким жестом толкнула одну из створок, заходя в просторную гостиную. Переступив порог комнаты она воскликнула: — Я вернулась!... — в конце фразы голос женщины резко оборвался. Перед ней предстала пустая комната, лишь мужчина, сидевший в кресле у камина, разбавлял собой ее интерьер. Его аристократическое лицо было искажено нервозностью, белые волосы, когда-то собранные в низкий хвост, неаккуратно спадали на плечи. Прижимая левую руку к груди, мужчина смотрел на стакан с янтарной жидкостью, стоявший на кофейном столике у камина. Его серые глаза были затуманены задумчивостью. Некоторое время женщина стояла неподвижно, как статуя, но наконец подошла ближе к мужчине и опустилась в соседнее кресло. — Дорогой? — окликнула она его. Мужчина вздрогнул. Он перевел взгляд на женщину. — Люциус, милый, что произошло? — увидев лицо супруга, она почувствовала, как ее пробрало беспокойство. Люциус наконец пришел в себя, выпутав голову из паутины мыслей. — У нас проблемы, — ответил он тихим тоном и, отхлебнув из стакана, протянул ей левую руку с закатанным рукавом. Женщина схватила запястье мужа и замерла, увидев черную метку на бледной коже. — Как? — в голосе послышались истеричные нотки. — Когда? Люциус резко отвел взгляд, делая очередной глоток из стакана. — Я играл с Драко, — мужчина сделал паузу. — Как вдруг он начал весело кричать «Змейка, змейка!». Я сначала подумал, что Добби создал ее с помощью магии, но потом он дотронулся до моего предплечья. — Люциус шумно сглотнул. — А дальше все как в тумане. Я взглянул, куда тыкал своим пальчиком Драко. Затем спросил, не хочет ли он посмотреть на маленьких павлинов в саду, — он вновь отхлебнул из стакана. — Его глазки так засияли, что я тут же велел домовику забрать его и устроить пикник в саду. Я пообещал, что мы к нему присоединимся, как только ты вернешься, — Люциус поднял взгляд на жену. Она кивнула. — Так вот, я отправил его в сад, а сам начал ждать. Минута, десять, полчаса. Ничего. Я уже начал бояться, что он заявится в мэнор для показательной казни, но время шло, и вот ты уже вернулась, — мужчина откинул голову на кресло и закрыл лицо руками. — Нарцисса… Давай сбежим, — в голосе слышалось отчаяние. Нарцисса смотрела на своего мужа и видела его беспомощность и потерянность. Она встала и подошла к его креслу со спины. Нежно обхватив лицо мужчины руками, она прикоснулась лбом с его макушкой. — Тише… Люциус, я здесь, с тобой, а в саду нас ждет сын, — она поцеловала его в лоб. — Приведи себя в порядок и направляйся в сад, мы с Драко будем тебя ждать, а вечером свяжись с Северусом, — чего только стоило это спокойствие, с которым говорила женщина, но нельзя, она не должна напугать Драко. Напоследок проведя ладонью по щеке мужа, к которой тот тут же прильнул, она вышла из гостиной и направилась в сад.

Азкабан. 8 августа 1985 года. 16:30.

Азкабан — тюрьма волшебного мира. Здание представляет собой треугольную башню. Его стены, мрачные и сырые, омываются ледяными волнами Северного моря. Внутри царил полумрак, по стенам были натянуты цепи, на которых периодически можно было увидеть замерзшие и обезображенные тела заключенных, они висели в воздухе словно летучие мыши. Ужасное зрелище, а что еще хуже, вопли и стоны осужденных, что наполняли своей пронзительной отчаянностью воздух. Башня насчитывала семь этажей. Первый этаж представлял собой входную зону, где располагалась дверь и небольшое окошко с решетками. Второй этаж — пристройка — представлял собой комнату для охранников, где они несли вахту. Остальные пять этажей были заполнены камерами для осужденных. Чем ниже, тем громче слышались отовсюду леденящие душу стенания заключенных. Так же, чем ниже, тем больше и чаще их пытали дементоры, а камера становилась все меньше и теснее. В самых нижних камерах узники буквально заполняли все свободное место в ней, а дементоры кружили над полусгнившими телами. Дементоры — существа, что представляют особую опасность для волшебников, ведь они высасывают все положительные эмоции, начиная от хорошего настроения и заканчивая положительными воспоминаниями. Чем дольше человек находится в окружении дементоров, тем он становится ближе к эмоциональному исходу, превращаясь в почти труп. Дементоры совершали свой обход, иногда они просто проходили мимо, задевая холодом изможденного узника, а иногда, задерживаясь у одной из камер, пробирая до костей своим холодом так, что на стенах буквально появлялся иней. Чем ниже был этаж, тем чаще дементоры заходили в гости. На шестом этаже царила тишина, которая резко прервалась хриплым мужским смехом, доносившийся из самой дальней камеры. Мужчина внимательно рассматривал свое левое предплечье и тихо бормотал на русском: — Вернулся, родимый, — он резко усмехнулся, а потом снова посмотрел на свою руку, будто не веря своим собственным словам. Из соседней камеры донесся женский голос. Острая и звонкая хрипотца: — Ну что, Долохов, не прошло и пяти лет, а мы уже свихнулись? — Кого ты обманываешь, мы давно свихнулись, — Долохов хрипло рассмеялся. — Просто теперь мы официально сошли с ума. Из камеры напротив раздался мужской голос. Он был сильным и грубым: — Белла, оставь бедолагу уже в покое. — О, Джагсон, но ты только посмотри на него! — прохрипела Белла, явно веселясь. — Такой довольный, как никогда, будто выиграл в лотерею. — Заткнись! — ответил Долохов резко. — Просто у меня наконец-то есть повод быть довольным. — О, вот оно что! — воскликнула женщина и весело хохотнула. — И по какому же случаю тебя так разобрало? — спросила Белла. — Какой веселый дементор к тебе прикоснулся? — Ну, это не дементор, — ответил Долохов, прокашлявшись. — Тогда кто ж тебя так рассмешил? — не отставала Белла. — Дура, посмотри на руку! — Что? С ума сошел? — Белла помотала головой с усмешкой и внимательно посмотрела на свое правое предплечье. — Ну и? Рука как рука. — Не правая! — ответил Долохов, усмехнувшись. — На левую смотри. Белла наконец посмотрела на левое предплечье. — Ах! — протянула она и тут же осеклась. — Какого… Долохов довольно хмыкнул, довольный реакцией своей соседки. — Ну наконец-то! — ответил он. — Неужели до тебя дошло? Белла наконец пришла в себя. — Родольфус! Родольфус! — звала она. Из дальнего конца раздался осипший, слабый голос: — Белла? Что стряслось? Белла громко крикнула на весь коридор: — Он вернулся! Милорд вернулся! — она запрокинула голову и звонко расхохоталась. Родольфус отвлекся от своих мыслей и взглянул на предплечье. Он резко выдохнул, а потом услышал, как громко расхохоталась Белла. — Мерлин… — тихо произнес он. — Я так давно не слышал ее смеха. Все Пожиратели услышали слова Беллы и подхватили ее смех, что эхом отдавался по всему этажу.

Литтл Уингинг, Тисовая улица, дом 4. 8 августа 1985 года. 22:00.

Гарри уже закончил принимать ванну и сейчас стоял перед зеркалом. Его тело блестело от капель воды, волосы спутались и прилипли к лицу, а глаза смотрели на свое отражение. Он начал внимательно разглядывать мышцы рук, груди, спины, будто видел себя впервые. Руки невольно скользили по телу, касаясь каждого участка кожи. — Скелет, — выразил свое мнение Мора. Гарри вздохнул. — Спасибо за комплимент, — ответил он с легкой усмешкой. — Просто честное мнение, — ответил Мора. — Ты действительно слишком худой. Гарри вновь сосредоточился на своем отражении. Руки коснулись выступающих ключиц. Он поморщился, не от приятных ощущений, а от осознания. — Это поправимо, — утешающе сказал Мора. — У тебя теперь целый отряд нянек. — Отряд нянек. Звучит угрожающе, — Гарри тихо рассмеялся. Вдруг на кухне послышался шум, а потом чей-то голос. Гость прибыл. Гарри резко отвернулся от зеркала, уже зная, чей голос доносился из коридора, а Мора громко вздохнул. Гарри поспешно натянул одежду и вышел из ванной комнаты. По дороге в кухню мальчик пытался успокоить свое сердце и привести мысли в порядок. Он остановился у дверного проема. Его взору предстал вид распластанного на полу Грюма. — Ну все, прекращай маскарад, — чуть посмеиваясь, сказал мальчик. Грюм, услышав голос Гарри, со стоном сел. — Еще пять минут, сир, — ответил Пожиратель. Гарри лишь с улыбкой покачал головой и зашел на кухню. Послышалось тихое «Мордред», он сел на стул напротив Грюма. — Ну что, миссия прошла успешно? — спросил мальчик. Грюм внимательно посмотрел на Гарри, чуть прищурив свой единственный глаз. Затем Пожиратель усмехнулся. — Все прошло отлично, — ответил он. — У меня отличные новости, — Грюм наконец-то сел на стул, а руки сложил на груди. — Дамблдор в растерянности, — доложил Пожиратель. — А Снейп такое шоу устроил, жаль, что Вы не видели, — Грюм усмехнулся. — Северус Снейп, Пожиратель, который находится под крылом Дамблдора и является профессором в Хогвартсе. Я не в праве его осуждать, когда наш прежний хозяин начал сходить с ума, то каждый крутился как мог, — на словах о прошлом хозяине Пожиратель перешел на шепот. Гарри кивнул. — Хорошо, об этом потом, но что он натворил такого, что Дамблдор в растерянности? Грюм вновь усмехнулся. — Он заявился в кабинет директора с лицом мертвеца. Вы ведь не созывали всех, поэтому то, что метка активна, можно понять не сразу. Так вот, он заявился в кабинет и продемонстрировал метку, на Дамблдора как пуд воды вылили, и вот они сидели и думали, что делать и чего ждать. Пока они думают, что Темный лорд затаился, — мужчина сделал паузу. — Честно признаться, я думал он меня не отпустит. Лицо и тело Грюма начали медленно менять форму, изменяя свои черты. Кожа покрылась капельками пота. Процесс обратного превращения был довольно болезненным. Он стиснул зубы, пытаясь удержать стоны от неприятных ощущений. Через пару мгновений перед Гарри уже сидел Яксли. Он тяжело дышал, а по лицу стекал пот. — Мерлин, — слабо произнес Яксли и глубоко вдохнул воздух. — Я уже и забыл, как это неприятно, — он восстановил дыхание и посмотрел на Гарри. — Сир, я принес все для ритуала. Гарри кивнул и встал, намереваясь посмотреть на принесенные Яксли предметы. Пожиратель показал небольшой чемоданчик и поставил его на стол. Он открыл его с легким щелчком, обнажая содержимое. Гарри с любопытством заглянул внутрь. Внутри чемоданчика аккуратно было сложены все необходимые принадлежности для проведения ритуала: свечи, нож, чаша и деревянные куклы. Гарри внимательно осмотрел каждую вещь, стараясь запомнить каждую деталь. Затем он посмотрел на Яксли. — Хорошая работа. — Благодарю, сир, — кивнул он, довольный похвалой, и закрыл чемоданчик, чуть улыбнувшись. — Что ж, давай займемся делом, — предложил мальчик. Яксли серьезно кивнул и взял чемоданчик, не теряя времени зря. Мальчик показал мужчине подвал. Яксли осмотрелся и поставил чемоданчик на пол, аккуратно достав оттуда свечи. Гарри подошел ближе и помог мужчине расставить свечи. Ритуальный круг наконец был выстроен. Далее мужчина достал чашу и поставил в центр круга. Гарри молча наблюдал, как Яксли готовит остальные принадлежности для ритуала. Он следил за каждым его действием, будто запоминая каждый жест и движение. Яксли наконец поставил нож в центр чаши и поднял взгляд на мальчика. — Все готово, сир, — проговорил Яксли. — Теперь нужны тела. Гарри кивнул. Они молча поднялись на второй этаж и остановились перед одной из комнат. Гарри резко распахнул дверь и вошел. Дурсли лежали в кроватях, погруженные в сонное оцепенение. Их лица были безмятежны, глаза закрыты, дыхание ровное и спокойное. Гарри внимательно осмотрел родственников. Затем он указал на Дадли, лежащего на ближайшей к ним кровати. — Нужно начать с него, — проговорил Гарри. Яксли резко взмахнул своей палочкой, и тело Дадли легко поддалось волшебству, заскользив по воздуху. Пожиратель начал медленно водить палочкой в разные стороны, направляя тело Дадли в сторону лестницы. Гарри повернулся к кровати, где лежали Вернон и Петунья. Он посмотрел на них, а затем тихо отдал приказ: — Подними их. Яксли резко напрягся при звуке голоса Гарри. Он машинально взмахнул палочкой в сторону Дурслей. Глаза Пожирателя расширились, когда тела стали подниматься в воздух до произнесения им заклинания. Тут он понял, что Гарри отдал приказ не ему. Гарри же не обращал внимания на замешательство Яксли. Все его мысли были сосредоточены на том, чтобы завершить ритуал. Мужчина быстро пришел в себя и начал медленно идти в сторону лестницы, ведя перед собой тело Дадли. Он крепко сжимал в руке палочку и сосредоточенно следил, чтобы тело не налетело на стены. Наконец Яксли спустился в подвал и опустил тело Дадли рядом с ритуальным кругом. Вслед за ним влетели тела старших Дурслей, а затем вошел и Гарри. Яксли подошел к чемоданчику и начал рыться в нем в поисках деревянных кукол. Через пару секунд он достал их. Затем мужчина вернулся в центр ритуального круга, держа в руках деревянные куклы. Пожиратель положил деревянные куклы на тела Дурслей. Затем осторожно взял нож со дна чаши и крепко сжал его в руке. — Подожди, — остановил его мальчик. Яксли замер, вопросительно посмотрев на Гарри. Его взгляд скользнул от черт лица мальчика к ножу в своей руке. Наконец Яксли перевел взгляд на тела Дурслей, лежащие в кругу, и наконец проговорил: — Позвольте, сир, я сам. Гарри секунду молча смотрел на мужчину, а затем кивнул, дав разрешение. — Ты же хотел сам избавиться от них, — раздался голос Моры. Гарри проигнорировал голос, сосредоточив внимание на Яксли. Пожиратель внимательно посмотрел на тела, а затем перевел взгляд на нож в своей руке. Он чуть прищурил глаза, будто примериваясь. Затем Яксли резко пронзил ножом тело Петуньи. Мужчина сделал это без каких-либо эмоций, будто повторял один и тот же монотонный процесс много раз. Лезвие ножа легко скользило по плоти. По мере того, как нож входил в тело, Петунья вдруг издала тихий стон, а ее глаза резко открылись, будто пробуждаясь от долгого сна. Яксли сразу же вытащил нож и быстро вытер его о деревянную куклу лежащую на теле. Затем он снова повторил процедуру уже на теле дяди, Гарри все так же молча наблюдал. Дурсль издал всхлип, глаза его широко распахнулись. Яксли вновь быстро вытащил нож и вытер его о деревянную куклу. В третий раз Яксли не стал повторять процедуру, вместо этого поднял взгляд на Гарри. — Сир, — позвал он. — Да? — Мальчика тоже? — с неуверенностью спросил Пожиратель. Гарри молча посмотрел на Яксли, а затем перевел взгляд на тела. — Да, — твердо ответил он. Яксли кивнул и подошел к Дадли. Он резко пронзил ножом тело, которое тут же задергалось. Снова вытащив нож, он вытер его о деревянную куклу, лежащую на теле. Яксли отстранился. Мальчик все так же молча наблюдал за действиями мужчины, чувствуя, что все почти подошло к концу. Гарри прервал молчание. — Ты закончил? — спросил он. — Заканчиваю, — ответил Яксли, рассматривая деревянных кукол. — Теперь нужна Ваша кровь. — Зачем? — тут же напрягся мальчик. — Это часть ритуала, — ответил Яксли, отрывая взгляд от кукол, — нужно смешать Вашу кровь с ними. Это усилит связывающие чары. — Хорошо, — кивнул он, понимая логику. — Ваше запястье, — тихо произнес Яксли. Гарри осторожно протянул ему запястье. Мужчина крепко схватил его и резко прикоснулся ножом к коже, делая не глубокий порез. Мальчик прикусил губу. Затем мужчина поднес чашу, и кровь струйкой потекла в нее. Яксли подождал немного, а потом приложил лезвие плоской стороной к ране. Гарри молча смотрел на свою кровь, капли которой стекали в чашу. Он мог чувствовать легкое покалывание там, где нож соприкасался с рукой. Затем Яксли наконец отстранил нож и стал рассматривать рану. Кровь уже перестала капать, образовав небольшой рубец на запястье. — Сможете залечить? — поинтересовался мужчина. — Да, — ответил Гарри и отошел к стулу, который стоял в углу подвала. Яксли внимательно изучил каждую рану Дурслей, а после стал осторожно и неспешно наносить на раны по несколько капель крови Гарри, одновременно бормоча слова на латыни. Закончив, опустил пустую чашу на пол, а затем взял деревянных кукол. Встав перед телами, он снова что-то пробормотал, а после аккуратно засунул по кукле в каждую рану. Когда Яксли вставлял куклу в рану, он тихо произносил ритуальные слова, после чего рана начинала слегка светиться и затягиваться, запечатывая куклу внутри. После мужчина молча повернулся к Гарри. Гарри внимательно рассматривал тела, освещенные тусклым светом свечи. Затем он наконец перевел взгляд на Яксли. — Все готово, сир, — проговорил тот. — Теперь остается только дождаться действия чар. Гарри кивнул. Он чувствовал странную легкость, будто с его плеч наконец-то сняли огромный груз. Но он знал, что еще ничего не закончилось. Осталось самое главное — ожидание. Он вновь посмотрел на Яксли. — Сколько придется ждать? — спросил Гарри. — Трудно сказать, — ответил мужчина, — в подобных магических ритуалах сложно предугадать время. Это может занять как несколько минут, так и несколько часов. — В таком случае, пошли наверх, — сказал мальчик, — поговорим как следует.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!