Вернутся к фанфику
Глава 20
3 февраля 2026, 18:00Тони
Тони уже и забыл, насколько красивым может быть вид с балкона пентхауса. Он совсем не скучал по городу, когда они переехали в домик в лесу. Он даже сам удивился от того, какое облегчение испытал, оказавшись вдали от места, которое так долго считал домом. Жизнь в домике пошла ему на пользу, им всем. Жизнь вдали от суеты, в окружении природы, а не толп людей, стало способом отгородиться от плохих воспоминаний: червоточины, потерянной семьи Мстителей, призрака Питера. Он убеждал себя, что дело в тишине, в природе, в анонимности, что именно поэтому ему там так хорошо. Но это была ложь. Он был трусом. Ему было проще отвернуться от той части жизни, чем позволить себе скучать по ней. По нему. Даже в этот ранний час машины внизу уже бродили как возбуждённые муравьи. Город, который никогда не спит, и так далее. Хотя скорее город, который перебрал кокса на вечеринке, вырубился в подворотне, а проснувшись вспомнил, что к завтраку ему нужно быть в другом месте. Или это было ещё одно из его старых воспоминаний. Он услышал, как открылась дверь, и обернулся. К нему шла Пеппер в своей любимой пижаме, в пушистых штанах с единорожками. Подарок на День матери от Морган, которая была уверена, что это «мамин стиль». Молча он обнял Пеппер, развернул её к окну и поцеловал в лоб. Они вместе смотрели на машины внизу, пока солнце начинало пробиваться сквозь здания. — Здесь так спокойно, — пробормотала Пеппер. Тони в ответ промычал. — Тебе приснился кошмар? — тихо спросила она через пару минут. Он кивнул, уткнувшись ей в макушку. Ему не хотелось что-то говорить. Просто в тишине чувствовать, что кто-то рядом. Пеппер выдохнула и крепче сжала ткань его свитера. — У тебя давно их не было. Последний был до того, как… — Её ладонь мягко скользнула по его боку. — Хочешь поговорить? Нет, не хочет. Но это ничем не поможет, картинка перед глазами всё равно так просто не уйдёт. Он тяжело выдохнул. — Это был Питер, — сказал он. Она кивнула, будто и ожидала такого ответа. — Питер и Говард. Он… я не смог его остановить… — Горло пересохло, и неожиданно для себя он почти всхлипнул. Пеппер крепче обняла его обеими руками. Тони уткнулся лицом в её шею, а в голове снова и снова проигрывалась сцена, где молодой Говард с размаху бьёт Питера. Пеппер гладила его по спине ровными, успокаивающими кругами, пока его дыхание не стало спокойнее. Тони чуть отстранился. Он был более собранным, но злость всё его не отпускала. — Я не должен был отпускать его туда. Одна мысль о том, что Питер даже просто спал в соседней комнате с этим типом… У меня аж волосы встают дыбом. Когда в понедельник он позвонил ей и рассказал, что узнал, что увидел и что Питер сказал — она плакала. Пеппер Поттс, железная леди, генеральный директор Stark Industries, женщина, которая настолько редко плакала, что эти моменты можно было пересчитать по пальцам, в тот момент непрерывно рыдала на протяжении пяти минут. — Я знаю. — В её голосе звучала та же боль. — Но Питер сказал, что поговорит с Мэй сегодня, верно? — Да. Боже, он был в таком ужасном состоянии, когда говорил по телефону… Мне стоило нечеловеческих усилий в ту же секунду не сорваться, не поехать туда и не выбить всё дерьмо из этого ублюдка. Пеппер провела рукой по его плечу. — Это было бы глупо. Ты же не хочешь оказаться в тюрьме и оставить Питера одного разбираться со всем этим. — Если бы ты видела, что он с ним сделал… — Зубы Тони стиснулись так, что послышался скрежет. — Это было куда хуже всего, что делал мой отец. Он даже рядом не стоит. — Не стоит сравнивать, милый. Травмы — это не соревнование. Травма. Он никогда не думал о том, через что прошёл с отцом, как о травме. Когда первый психотерапевт сказал ему, что это насилие, он рассмеялся. Но с годами понял, насколько это его сломало, начиная с наркотиков в подростковом возрасте, проблем с тактильностью и заканчивая тем, как он избегал близости. Ему всегда казалось, что он недостаточно хорош. Он не ответил на её слова, просто сильнее прижался к ней. Нужно было отложить свои проблемы и сосредоточиться на Питере. Тони выпрямился и глубоко вдохнул прохладный манхэттенский воздух. Сегодня будет трудный день для Питера. И он будет рядом на каждом шагу.Питер
Питер не был уверен, во сколько вернулся, но было уже поздно, а заснуть всё так и не получалось. К счастью, ему не попалось ничего слишком опасного или сложного — иначе либо его бы размазали по асфальту, либо он сам бы кого-то случайно уничтожил… и он не был уверен, что хуже. Повезло, что на патруле он всего лишь остановил пару угонщиков, спугнул грабителей-неудачников и помог кому-то завести машину. И всё же это дало ему чувство пользы и контроля. Пусть и ненадолго. Казалось, что всю ночь его мучили мысли, но раз уж он проснулся, уткнувшись лицом в мокрое пятно собственной слюны, значит, всё-таки в итоге сумел уснуть. Из кухни доносились звуки готовки Кевина. Желудок жалобно заурчал, но Питер не горел желанием встречаться взглядом с Кевином или слушать сотню и один вопросов Альфи о жабах или о чём там сегодня он захочет поговорить. Выбора у него не оказалось. Он только оделся, как дверь распахнулась. — Ты проснулся, — «констатировал» Кевин. За ним раздался голос Альфи: — Пап, а можно я… Кевин обернулся в дверном проёме, чтобы ответить сыну: — Я сказал: иди в свою комнату и смотри мультики на планшете. — Ура! — восторженно пискнул мальчик, а Кевин шагнул внутрь и прикрыл дверь. — Представь моё удивление, — начал он ледяным тоном, — когда я пошёл в туалет в час ночи, а тебя в комнате не оказалось. И нигде в квартире тоже. — Взгляд Кевина был жёстким, а мышцы на шее напряжены. Питер и без паучьего чутья понимал, куда всё идёт. — Я… э-э… — пробормотал он. Вчера он так погрузился в свои мысли, что даже не подумал, что Кевин мог проверить его присутствие. — Я то думал, что после прошлого раза я отучил тебя от такого. Но ты опять смылся. Питер вспомнил ощущение ремня по спине. — Прости… — Прости. Всегда одно и тоже, Питер. Никому твои извинения не нужны. Я даже больше скажу, никому ты здесь не нужен. Питер застыл, когда Кевин схватил его за ворот и швырнул на пол. Он и опомниться не успел, как тяжёлый ботинок рухнул на пальцы, и в руке что-то хрустнуло. От боли он вскрикнул, а Кевин, навалившись всем весом, ещё четыре раза ударил его в бок. Питер попытался свернуться, чтобы защититься, но нога зажала его ладонь. Кевин снова поднял ботинок и дважды топнул ногой. По руке пронеслась такая боль, что в глазах всё побелело. — В окошки лазить теперь не получится, да? — прорычал Кевин. Он дёрнул Питера за футболку и впечатал в стену. Ткань воротника больно впилась в шею. Питер задыхался, хватая воздух рваным дыханием. — Узнай твоя тётя про это, ты бы её разочаровал. — И вот тут Питер поймал себя на мысли, что впервые согласен с Кевином. Последнее, чего он хотел, это чтобы Мэй узнала. — С её беременностью ей лишний стресс ни к чему. Так что ради неё я промолчу про твои ночные вылазки. Ах, вот оно как. Речь вообще не про побои, а про то, что он сбегал. Какая неожиданность. — Какой ты добрый, — пробормотал Питер и получил мгновенный удар в рёбра, которые и так уже трещали. Кевин отпустил его, и он рухнул на пол. Питер остался лежать, задыхаясь от боли, и мог только ждать, пока она хоть немного стихнет. Он слышал, как Кевин вышел из комнаты, а потом как они вместе с Альфи покинули квартиру. Он попробовал шевельнуться, но резкая боль кольнула так, что тошнота подступила к горлу. Ему пришлось сдерживать рвотный позыв. Нет, пока без движений. Только дыхание. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. И только тогда до него дошло: он впервые нарушил обещание, данное Тони.---
Питер пробрался в кабинет химии и почувствовал на себе взгляды одноклассников. Учитель поднял голову, и Питер подошёл, передав ему записку о причине опоздания. — Хорошо, Питер, твой партнёр по лабораторной всё тебе объяснит. Питер, стараясь не тревожить рёбра, медленно сел на кресло рядом с Эм-Джей. — Привет, — прошептал он. Она боковым зрением посмотрел на него. — Дерьмово выглядишь. — Тебя тоже с добрым утром. В кармане у Питера завибрировал телефон; достав его он заметил, что пришло несколько сообщений от Тони. ТС: Доброе утро, малыш. ТС: Ты хоть немного поспал? ТС: Алло? ТС: Паркер? Если я ещё раз напомню про нашу договорённость, у меня лопнет аневризма. Питер печатал той рукой, что не была повреждена. ПП: Проспал, опоздал в школу. Расслабься. Ответ пришёл мгновенно. ТС: Расслабься? Я — Тони Старк, я не расслабляюсь. ПП: Давай потом поговорим? Я вляпаюсь в неприятности, если учитель спалит меня с телефоном. ТС: Ладно. Надеюсь, они отучат тебя дерзить. Питер чуть улыбнулся и попытался сосредоточиться на том, что говорит учитель. — Что я пропустил? — тихо спросил он свою подругу. — Надо описать эксперимент, который делали вчера. Питер достал тетрадь и начал рыться в сумке в поисках ручки. Послышался отчётливый стук, и Питер на столе увидел ручку. Эм-Джей закатила глаза. Он улыбнулся в ответ и потянулся за ней. Вдох. Он скорчил болезненную гримасу, когда попытался поднять ручку травмированной рукой. — Чёрт. — Эм-Джей посмотрела на его опухшую руку. Её лицо стало мрачным. — Зажал руку дверью, поэтому и опоздал, — проговорил он. Вау, он действительно отточил искусство вранья. Даже не запнулся. — Неряха, — тихо рассмеялась она. Питер снова попытался взять ручку, но Эм-Джей положила руку ему на предплечье. — Можешь позже сфоткать мою страницу, — сказала она. — Спасибо. — Он улыбнулся и немного расслабился. К концу урока он едва мог удержать внимание. Пальцы болели сильнее, чем рёбра, пот выступил у основания шеи. Он облегчённо вздохнул, когда прозвенел звонок. В коридоре его снова выловила Эм-Джей. — Тебе нужно обратится к врачу. Она слишком опухла. — Да, может позже. Мне нужно… ты знаешь… на урок. — Он смутился. — Ладно, лузер, — коротко сказала она и ушла. Питер бросился в туалет и заперся в кабинке. Он вынул руку и стал рассматривать её. Два пальца распухли как колбаски, остальная рука была синевато-пурпурной. Он надавил на один палец и чуть не вскрикнул от острой боли. Виднелась деформация, это был перелом со смещением. Если оставить как есть, даже с его исцелением, если оно вообще сработает, кость может срастись криво. Он глубоко вдохнул и стал аккуратно вправлять кости по линии. Боль была как вспышка. Перед глазами пронеслись пятна, и он не смог сдержать рвоту. Благо он был у унитаза и выблевал желчь из пустого желудка. Он присел на пол, прижав голову к двери кабинки, глубоко вдохнул и потянулся к другому пальцу.Тони
Директор Морита, впрочем, держался довольно неплохо. Тони за свою жизнь привык к чрезмерной лести людей. Сначала по отношению к его отцу, а потом и к нему самому, когда его изобретения стали популярны. Когда они переехали в домик у озера, Тони впервые ощутил анонимность. Это было то, чего у него никогда не было. Геройский фанатизм почти сошёл на нет. Ну, они ведь проиграли, и хотя большинство людей не винило его напрямую в пропаже близких, сияние их «героизма» явно померкло. После того как они повернули Щелчок вспять, волна обожания резко возросла. Мир находился в коллективном смятении: все были счастливы вернуть родных, но одновременно напуганы возможностью снова их потерять. Тони не завидовал поколению щелчка. Им явно достанутся самые гиперопекающие родители. Директор Морита как раз рассказывал Тони о своей семье. Это было ещё одно обстоятельство, к которому Тони пришлось привыкнуть: теперь люди хотели благодарить его за то, что он вернул их близких. Ещё до войны Бесконечности кругом было полно критики в адрес Мстителей, что и привело к ужасной истории с соглашениями. Единственным хорошим последствием битвы с Таносом стало то, что команда снова собралась вместе. — Правда, вам не стоит меня благодарить, мистер Морита. Мы все потеряли кого-то после Щелчка. Честно говоря, это было самое эгоистичное, что я сделал. — Слова Тони заметно успокоили собеседника, и он видел, как тот расслабился. — Я думаю, замечательно, что вы возобновили стажировку Питера в Stark Industries. Это огромная возможность для него. — Нам повезло, что он у нас есть. Такие дети… они будут лучшими из нас. Их разговор прервал стук в дверь. — Войдите, — сказал директор. В кабинет вошёл бледный, вымотанный Питер, с одной рукой, глубоко засунутой в старое худи Тони. Завидев Старка, он явно удивился, а в его взгляде появилось ещё и недоверие. — Мистер Старк? Что вы здесь делаете? Тони поднялся. — Ты оставил сумку в лаборатории. Я был неподалёку и решил занести её. — Это было не совсем правдой. Ночью Питера в костюме накрыла паническая атака, и Тони хотел увидеть его лично, убедиться, что с ним всё нормально, особенно перед разговором с Мэй. Он освободил весь день и собирался торчать в Квинсе, чтобы быть рядом. Мэй понадобится его помощь не меньше, чем Питеру. — Спасибо, — пробормотал Питер и забрал сумку. Тони нахмурился. Что-то было не так. — Ничего, если я провожу его до класса? Нужно обсудить дела компании. — Конечно, рад был видеть вас снова. И спасибо… ну, вы понимаете. Тони тепло улыбнулся и вывел Питера в коридор. — Ведите, мистер Паркер. Они пошли по пустому коридору. Что-то было неладно с походкой Питера. Он шёл сгорбившись и словно оберегая самого себя. Будто от любого толчка он рассыпется. — Хороший день, малыш? — А вы как думаете? — В голосе Питера звучал до боли привычный подростковый сарказм, и Тони едва удержался от улыбки. — И какой урок я тебе сорвал? — Испанский, хотя… — Лицо Питера чуть оживилось, и это было приятно видеть. — После моего блестящего урока вчера, думаю, «пятёрка» у тебя уже в кармане. Питер хмыкнул. — Спасибо, что принесли сумку, но я бы позже сам зашёл. — Я подумал, что вечером ты будешь слишком занят. — Тони вскинул бровь, наблюдая, как Питер напрягся. — Верно? — надавил он. Питер поёрзал, но с напряжённой челюстью всё же кивнул. — Ещё один урок после этого? А потом домой? — Да. Звонок вот-вот прозвенит. Так что если не хотите, чтобы вас раздавила сотня ваших фанатов, лучше… — Он кивнул на дверь. — Верно, мне стоит отпустить тебя обратно к el aprendizaje. — Тони вытащил телефон. — Скажу Хэппи подъехать. Ой… Он нарочно уронил телефон, и тот со звоном упал на пол. — Подними, пожалуйста. Я старый, а ты ближе к земле. Он смотрел, как Питер наклоняется. Его тело напряглось, а правая рука так и осталась глубоко в кармане. Тони не сводил с него глаз, когда тот протянул телефон. — Вообще-то, мы почти одного роста. И я всё ещё расту, — усмехнулся Питер. Тони ухмыльнулся. — Ну, допустим. Спасибо, малыш. До встречи. Он коротко отдал ему честь, и Питер даже улыбнулся в ответ. Это было хоть что-то. Тони уже сидел в машине, когда набрал номер друга. — Клинт, пацан снова врёт мне.Питер
Пульс Питера успокоился только к концу последнего урока после неожиданного визита Тони. Первая мысль была о том, что Старк узнал о происшествии утром, но потом он быстро прикинул, что это вряд ли, если только Кевин сам не проболтался. Скорее всего, Тони просто проверял его. Наверное он узнал, что вчера ночью во время патруля у него случилась паническая атака. Обычно это ощущалось как забота, но теперь казалось душным контролем. Тони не понимал: он не мог разрушить жизнь Мэй. Он не мог снова лишить её семьи. Только не во второй раз. Но он также знал, что от Тони так просто не отвяжешься. Старк — это как собака с костью. Неважно, что он делал как Человек-паук, в его глазах Питер всегда оставался ребёнком, которого нужно спасать. Тони не понимал, что Питер делает осознанный выбор. Он не знал, что делать. Но точно не собирался рассказывать ей всё сегодня. Может, получится заставить Старка отстать хоть на некоторое время. Может, Кевин сам успокоится. Если я буду лучше, он от меня отстанет. К моменту, когда Питер вернулся в квартиру, он чувствовал себя чуть увереннее. Он сможет убедить Тони, что ничего особенного не происходит. Что всё было всего лишь пару раз. Что Кевин застукал его, когда он прокрадывался домой, и пытался «воспитать» слишком жёстко. Питер станет мастером отмазок, если придётся. Он неловко возился с дверным замком левой рукой и наконец смог её открыть. — Питер, смотри, кто заглянул! Питер резко повернул голову и застыл: на диване сидели Тони и Мэй, попивая чай. Сцена пугающе напоминала их первую встречу, только сейчас он не чувствовал никакой ностальгии. — Т…Тони! Что ты здесь делаешь? — Голос удалось удержать ровным, хотя взгляд Старка приковал его к месту. — Был по соседству, — легко ответил тот. — Подумал, что так и не видел ваши новые апартаменты. Я тут как раз рассказывал Мэй, что не могу перестать думать о нашем вчерашнем разговоре. — На лице появилась опасная улыбка, и у Питера всё сжалось внутри. — О…о, правда? — В голосе прорезался писк. — Ага, про философию заговорили. Немного Ницше, «Об истине и лжи во вненравственном смысле»… — челюсть Тони дёрнулась, но глаза не отрывались от Питера. — Я и не знала, что ты интересуешься философией, — удивилась Мэй. — Иногда. У Питера, кстати, было много мыслей на этот счёт. Какая тебе цитата понравилась? «Молчание хуже: все секреты когда-то становятся ядовитыми». Хорошая фраза. Мэй посмотрела на племянника с уважением. Питер понял: надо срочно увести Старка. — Слушай, Тони, раз уж ты тут… поможешь с проектом по информатике? Он у меня на компьютере. — Конечно, малыш. — Тони поставил чашку. — Вернёмся через минутку, дорогая Мэй. Питер закрыл дверь в комнате и сразу обернулся к нему. — Что, чёрт возьми, ты творишь? — сорвался он. — Мы же договорились, что я сам расскажу ей! Тони шагнул к нему так резко, что Питер инстинктивно отступил и упёрся спиной в дверь. — Да, и ты сказал, что предупредишь меня, если что-то случится. Но ты этого не сделал! — Старк резко выдернул его руку из худи, и свет лампы упал на уродливо опухшую, синюшную кисть. Питер мгновенно отдёрнул её, но сопротивления не последовало. Тони лишь посмотрел на руку ещё секунду, затем поднял на него тёмный, жёсткий взгляд. — Так как я могу быть уверен, что ты не врёшь и насчёт того, что расскажешь ей? — Я… — Питер ненавидел, когда его называли лжецом, но ведь это была правда. Он соврал, но по веской причине. — Бьюсь об заклад, сейчас ты тоже не особо хочешь «тёплых объятий», да? — Старк ткнул пальцем в его бок. — Откуда ты… неважно, дело не в этом… — Питер шумно втянул воздух. — Ты вообще не собирался ей рассказывать, так? Ты просто водил меня за нос? — Взгляд Старка прожигал насквозь. — Что ты думал, Паркер? Что я буду вечно верить твоим отговоркам, пока однажды мне не надоест? Ты собирался вечно скрывать побои и притворяться, что всё нормально? — Я не знаю, ладно?! Я не знаю… — Его начало тошнить от нервов. — Ну, к счастью, у меня есть все ответы, — жёстко сказал Тони. — Если ты сейчас же не выйдешь и не расскажешь ей всё сам, то это сделаю я. В лице Старка не было и намёка на компромисс. Весь запал Питера разлетелся в пыль. — Ладно… ладно. — Он рухнул на кровать и закрыл лицо трясущимися руками. — Я позвоню тебе после. — Я никуда не уйду. — Даже без этого серьёзного тона, Питер прекрасно видел недоверие в глазах Старка. Но злости он не чувствовал. Только холодную, упрямую решимость. Естественно он никуда не денется. Если бы он не был здесь, я бы этого не сделал, правда? — Дай мне минуту. — Тони поднял бровь. — Просто минуту один на один… чтобы прийти в себя. Тони указал на окно. — Ты не вылезешь из него в тот же момент, как я отвернусь? Питер посмотрел ему в глаза. — Не вылезу. Тони кивнул и, немного поколебавшись, легко сжал Питеру плечо. — Всё будет нормально. Просто резко сорви пластырь, ладно? Немного боли сейчас — и Мэй станет счастливее в будущем. Питер кивнул и почувствовал холодок на плече, когда Тони убрал руку. Он услышал, как дверь открылась и закрылась, и вдалеке расслышал, как Тони разговаривает с Мэй. — Можно я сяду здесь и проверю почту? На мгновение у Питера наступило спокойствие. Он понял, что нужно делать. Быстро схватил сумку из шкафа, набросал туда пару вещей: костюм и всё, что показалось важным. Дверь тихо заскрипела, он поставил сумку у порога и вышел в гостиную. Тони опирался о кухонный стол и смотрел в телефон. Мэй складывала бельё на диване. Питер заметил крошечных динозавриков на носочках Альфи. — Где Альфи? — спросил он. — Хм? — Мэй обернулась. — Он играет с соседними мальчишками. Кев заберёт его позже. Питер кивнул и шагнул вперёд, ухватившись за спинку дивана, хоть это и причиняло боль травмированной руке. Его взгляд упал на полку с фотографиями: снимки него, Бена и Мэй вместе, фото родителей, маленький Питер в парке, несколько кадров с Мэй. Далее он увидел фото Кевина и Мэй с их свадьбы, новорожденного Альфи, розового и зевающего, лежащего на груди Кевина, и недавнее их фото, где Мэй смотрит на Кевина с глубокой любовью в глазах. Правая рука сама собой отжала спинку дивана и снова скользнула в карман. — Мэй, нам нужно поговорить. — Питер слышал, как сердце колотится в груди. — Дело серьёзное. Мэй обернулась, и, увидев его лицо, уронила в корзину сложенную вещь и полностью повернулась к нему, уделяя всё своё внимание. — Что с тобой, Питер? Ты словно призрака увидел. — Мне тяжело это говорить. — Он проглотил ком. — Я ухожу. В поле зрения Питера Тони дёрнулся и зашатался в кресле. — Что? — Голос Мэй дрогнул. — Ты о чём? — Я решил, что больше не хочу здесь жить, — ровно сказал Питер. — Я съезжаю. — Пит. — Голос Тони был мягким, в нём звучала озабоченность. Питер поднял руку, показывая, чтобы он замолчал. — Я не понимаю, — у неё начали наворачиваться слёзы, и он отвёл взгляд, чтобы не видеть их, — почему ты хочешь уйти? Мэй сделала шаг ему навстречу, но Питер отступил и поднял руку. Она замерла. — Мне здесь плохо. Я пытался, с тех пор как вернулся, но у меня не получается. — И это было правдой. Из-за Кевина всё здесь было невыносимо. — Это моя вина? — спросила она, и в тот момент Питер чуть не сдался. — Нет, это не твоя вина. Это просто… я. — Мы можем пройти терапию. — Она сжала край топа. — Мы можем пойти к специалисту всей семьёй. Возможно, нам стоило сделать это раньше, особенно после всего, что ты пережил. Уверена, что много кому из тех, кто вернулся после скачка, нужна помощь. — Дело не в скачке, — сказал Питер. — Я просто не хочу больше здесь жить. Я уже не ребёнок. Мне надо сосредоточиться на учёбе и поступлении в хороший колледж, и на моей работе Человека-паука. — Он выдохнул и продолжил. — Альфи — это уже слишком много, а теперь будет ещё один ребёнок. Я не хочу быть их нянькой. Мэй покачала головой, не веря в его слова. — Что ты несёшь? Я знаю, что Человек-паук важен, но ты всё ещё ребёнок, Питер. Ты не можешь просто уйти. Слушай, если мы слишком многого от тебя требуем, мы можем это обсудить. Но, Питер, ты же любишь Альфи, я это вижу, и он тебя обожает. Ты не можешь просто нас бросить. Мы — семья. — Нет, мы не семья. Не совсем. — Ему физически больно было это произносить. Эту ложь, но он заставил себя сделать вид, что ему всё равно. Голос вышел ещё холоднее, чем он репетировал в голове. Мэй разрыдалась и в отчаянии повернулась к Тони. — Тони?! На лице Тони отразилось искреннее удивление. Он только покачал головой, не понимая, и уставился на Питера широко раскрытыми глазами. Питеру срочно нужно было убираться отсюда. Когда он подхватил сумку и направился к двери, Мэй обогнула диван и бросилась к нему. Её грудь содрогалась от рыданий. Он застыл и не ответил на объятие, только стиснул челюсть и аккуратно высвободился, удерживая её руки подальше от себя. Она уже истерично рыдала и снова пыталась ухватить его, но он отстранился. — Питер, пожалуйста, не уходи. Эти слова кольнули его. Он редко ей перечил, но он напомнил себе, что всё это — ради неё самой. — Прости, но я должен. Так будет лучше, — тихо сказал он. — Но куда ты вообще пойдёшь? — Её лицо снова исказилось от боли. Питер закинул сумку на плечо. — Я разберусь. Её брови сошлись в гневной складке, так бывало только когда она действительно злилась. — Нет, я не позволю. Ты никуда не уйдёшь! Он открыл дверь, и она снова закричала: — Я вызову полицию и заявлю, что ты сбежал! Тебя вернут домой! Он проигнорировал угрозу и мягко улыбнулся ей. — Прости, тётя Мэй… Я люблю тебя… Но мне нужно это сделать. Я скоро вернусь и навещу тебя и Альфи, ладно? — Он на секунду остановился и заставил себя встретиться с ней взглядом, сердце сжималось от отражённой в её глазах боли. — Спасибо за всё, что ты для меня сделала. Когда он вышел за дверь, Мэй снова обмякла, и Тони подхватил её, заключив в объятия и успокаивающе что-то говоря. Питер услышал, как её истерика возобновилась, пока он мчался вниз по лестнице. Эхо её криков всё ещё доносилось, когда он выбежал на улицу.Тони
Тело Мэй дрожало в его руках, и Тони разрывался между желанием утешить сломанную женщину и порывом броситься за Питером. — Тони, я не понимаю. Ты знал об этом? О том, что он хотел уйти? Тони покачал головой, радуясь, что хоть тут мог сказать правду. — Понятия не имел, что он собирается уйти. Мэй дрожала у него в руках, и Тони усадил её на диван. — Куда… куда он теперь пойдёт? Где он будет спать? — Её глаза метнулись к нему. — Тони, он может тебя послушать. — Я попробую. — Он поднялся, но колебался, оставлять ли её в таком состоянии. — Иди, найди его, прошу. Убедись, что с ним всё в порядке. — Мэй сжала его руку. Тони побежал вниз по лестнице и выскочил на улицу, ожидая увидеть Питера где-то рядом, но того нигде не было. К бордюру подъехал знакомый автомобиль, стекло опустилось, и он увидел знакомое лицо Хэппи. — Мальчишку ищешь? — Да. — Он рванул туда как ошпаренный. Тони запрыгнул в машину, и они помчались в том направлении. — Пятница, отследи телефон Питера. — Он находится в трёх кварталах к западу, быстро движется пешком. Она вывела карту, и Хэппи молча последовал по маршруту. — Кажется, он остановился, — сообщила ИИ. Хэппи затормозил у указанного места, и Тони выскочил из машины, оглядывая улицы. Уже собрался было войти в один из магазинов, как странный звук привлёк его внимание. В переулке он увидел знакомый худи. Он осторожно подошёл ближе. Питер согнулся и его рвало. Этот звук отозвался тошнотой у самого Тони. Мальчишка выпрямился и вытер рот, грудь его часто вздымалась. — Парень, — мягко сказал Тони. Питер повернулся на голос, и Тони подумал, что никогда ещё он не выглядел таким юным. — Что ты там только что сделал? — Это же то, чего ты хотел, правда? — Его голос дрожал. — Кевин больше не будет меня бить. Тебе не придётся чувствовать себя ответственным за то, чтобы что-то предпринять. Она будет в безопасности, и у неё останется семья. Если она потеряет меня, это будет маленькая цена. Немного боли сейчас… как ты сказал. Сердце Тони упало. — Я совсем не это имел в виду. Питер не ответил, только пошёл мимо него. — И куда ты теперь? — Подальше от тебя. — Питер! Тот резко развернулся. — Возможно, у меня получится устроиться в приют для подростков, если я пойду прямо сейчас. — Какого чёрта? Какой приют? Садись в машину. — Мистер Старк… — Если ты немедленно не сядешь в чёртову машину, я вызову костюм и насильно туда тебя затолкаю! Злость мелькнула в лице Питера, тут же сменившись слезами. Он со злостью зашагал к машине и залез внутрь, вжимаясь в угол сиденья. — Домой, Хэппи, — сказал Тони, усаживаясь рядом. Машина тронулась, и тяжёлое дыхание Питера стало слышно отчётливее. Тони протянул руку и коснулся его плеча, но тот резко отдёрнулся. — Оставь меня в покое. — Его голос звучал скорее несчастно, чем сердито. Тони тяжело вздохнул и откинулся на кожаную спинку. Что, чёрт возьми, только что произошло?Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!