Вернутся к фанфику
Глава 27
12 мая 2026, 18:00Питер
Утром он встал от пения птичек. Открыв глаза он увидел, что яркое утреннее солнце уже пробивалось сквозь щели между досками, но без телефона он не имел ни малейшего понятия, какой час. Он включил старенький телевизор и увидел, что было почти 6 утра. Чёрт, он хотел уйти раньше. Сумка уже была собрана, поэтому он закинул её на плечо и вышел из сарая. — Куда-то собрался? Сердце Питера забилось чаще, когда он обернулся и увидел Клинта, сидящего на тюке сена у двери амбара. В руках он держал какую-то деревяшку и маленький нож, а на земле у ног валялась уже гора стружки, как свидетельство о том, сколько времени он уже здесь провёл. Клинт встал. Выражение лица у него было нейтральное, но Питер всё же сжал сумку крепче. Его взгляд судорожно бегал по окрестностям в поисках путей к бегству, но тут было некуда бежать. Он был посреди глуши. Тут даже паутина не поможет. — Я думал, ты никогда не проснёшься. — В голосе Клинта слышалась лёгкая насмешка, но Питер не понимал, почему. — Они всё-таки вам рассказали, — сухо ответил Питер. Клинт вопросительно вскинул бровь. — На самом деле нет. Я шпион. Ты правда думал, что я не замечу чужака на своей территории? М-да… этого Питер не учёл. — И ещё, Купер не способен съесть столько пиццы за одну ночь, чтобы его не стошнило. Наступила напряжённая пауза. — Пошли, тебе не помешает тёплый напиток. Клинт двинулся в сторону дома, и Питер не знал, что ещё делать, кроме как пойти следом. — Садись, — сказал Клинт, когда они вошли в тёплый дом. Питер уселся за кухонный стол, смотря как Клинт ходил вокруг, заваривая чай. Питер вдавил ноготь в деревянную столешницу, оставляя отметины. Что будет дальше? Как ему выбраться? Может, он сможет убедить Клинта, что так будет лучше? Его размышления прервала кружка горячего шоколада, поставленная перед ним, и два кусочка тоста. — Ешь, тебе нужны силы, — сказал Клинт. Аппетита у Питера не было, но он всё же начал есть тосты, чтобы хоть чем-то заняться, чтобы не смотреть на Клинта. — Так почему ты здесь? — спросил Бартон, садясь напротив. Одну руку он положил на стол, другую на спинку стула. Питер поднял взгляд на его серьёзное лицо. — Извините, я не хотел выдавать ваше местоположение или что-то вроде того. Я просто оказался поблизости и… мне нужно было где-то переночевать перед тем, как отправиться дальше. — Куда ты собираешься идти? Питер пожал плечами, и он услышал, как Клинт тяжело вздохнул. — Ты многих успел перепугать. Его лицо исказилось. Почему Тони и Пеппер были обеспокоены? Они, по идее, должны радоваться, что он ушёл. Особенно после всего, что случилось. — Это был несчастный случай, Питер. Никто тебя не винит. — Голос Клинта был тяжёлым, а взгляд хмурым. Питер снова увидел образ упавшей Морган, услышал её крик. Он резко мотнул головой и вдавил ногти в дерево сильнее, углубляя царапину. Они должны меня винить. Из‑за меня сплошные проблемы. — Она пострадала из‑за меня, — пробормотал Питер. Он услышал отчётливый шум реактивного двигателя и резко поднял голову, уставившись на Клинта. — Вы сообщили ему? Лицо Клинта ещё сильнее сморщилось. — Конечно я сообщил. Питер снова опустил взгляд. К горлу подступила тошнота. Клинт положил руку ему на плечо. — Пойдём. Ты же знаешь, как он ненавидит ждать. Питер молчал, пока они шли к полю. На этот раз Тони прилетел на Квинджете. Питер никогда раньше на нём не летал, но сейчас в нём не было ни капли восторга. Когда они подошли ближе, Тони уже спускался по трапу. Лицо у него было каменное. — Бартон. — Голос Тони был жёстким. Питер обхватил себя руками и опустил взгляд. Хоть он и не видел лица Тони, но чувствовал на себе его прожигающий взгляд. — Паркер, в джет. Питер двинулся, но остановился перед Клинтом. Он достал деньги, которые дал ему Купер, и протянул мужчине. — Купер дал мне это. Вы можете…? — Клинт взял деньги с грустным кивком. — Я просто пришёл. Они не знали, что я приду. Пожалуйста, не злитесь на них. Лицо Клинта снова смягчилось. Он сжал плечо парня. — Никто ни на кого не злится, Питер. За его спиной Тони фыркнул, и Клинт метнул в его сторону злой взгляд. — У меня нет целого дня, Паркер, — недовольно бросил Тони. Питера пробрала дрожь от его тона. Он резко развернулся и поднялся в джет, стараясь держаться на расстоянии и не смотреть Тони в глаза. Внутри он увидел место, где сидел мужчина. Его пальто было небрежно брошено на кресло. Питер осмотрелся и, заняв самое дальнее кресло, буквально осел в него. Он слышал, как мужчины разговаривают снаружи, но решил не вслушиваться в разговор. Через пару минут раздались шаги Тони и знакомое шипение. Трап закрывался. Питер чуть приподнял голову, пока Тони стоял к нему спиной и что‑то вводил на панели управления. Когда тот повернулся, Питер быстро отвёл взгляд. Злость от Тони была сильно ощутима. Питер ждал, когда тот заговорит. Когда накричит на него, но взрыв всё не наступал. Это было похоже на один из приёмов Кевина — тишина, тяжёлые взгляды, а потом… удары. Ожидание было хуже всего. Только сейчас это чувствовалось иначе. В этот раз он действительно это заслужил. Он просто будет ждать, пока Тони будет готов, и примет наказание.---
Два часа тянулись, словно вечность. Он сидел, уставившись в пустоту, царапая ногтем подошву ботинка. Сейчас, когда он возвращался на место преступления, он снова и снова прокручивал в голове случившееся. Пульс подскакивал каждый раз, когда он видел в памяти плачущую Морган в руках Пеппер и Тони, кричащего ему идти к себе. Он должен был просто подождать там и принять наказание. Сбежав, он только всё усугубил. Но что бы Тони ни сделал, это будет заслужено. Он заставил себя перестать представлять, как именно Тони это сделает, так как от этих мыслей его чуть не вырвало. — Босс, мы прибыли в Нью‑Йорк. Посадка на Башню начнётся приблизительно через две минуты. Каждая мышца в теле Питера напряглась, так что он еле дышал. Посадка была мягкой, и он до последнего не хотел выходить. Но как только джет коснулся земли, он почувствовал, как Тони поднялся. Он услышал, как Тони щёлкнул пальцами перед его лицом. — Идём. — Питер послушно последовал за ним в пентхаус. Когда он вошёл в здание, которое последние недели называл домом, голова у него закружилась. Привычный запах, который обычно успокаивал, теперь заставил сердце биться чаще. Свет позднего утра, льющийся в комнаты, казался неправильным, ведь в последний раз всё тут было таким тёмным. Он услышал, как Тони позвал Пеппер. Пальцы сильнее сжали ремни сумки, когда за этим последовали лёгкие, быстрые шаги. Пульс сорвался в бешеный темп, когда Морган бросилась к нему, зовя по имени. Её лицо сияло от такой широкой улыбки, что синяк, тянущийся от щеки к слегка припухшему носу, почти терялся. Но увидеть эти уже проявившиеся синяки было слишком больно. Желудок Питера сжался так сильно, что его чуть не вырвало. Он отступил от её протянутых рук. — Прости, — пробормотал он слова, которые даже на десять процентов не отражали того, что он чувствовал. И резко направился в свою комнату. Я не могу. Я не могу этого сделать. Это всё моя вина. Маленькая, невинная Морган… — Питер… Питер. — Недовольный голос Тони прозвучал позади. Глубокий, низкий, полный злости. Питеру хотелось, чтобы всё закончилось прямо сейчас. Он забежал в комнату и подошёл к шкафу. Он должен быть где‑то здесь. Тони уже стоял в дверях. — Я не позволю тебе уйти, Питер. Голос был жёстким. Питер чувствовал, что так правильнее. Лучше всё сделать так, чтобы Морган этого не увидела. Он нащупал мягкую кожу и снял ремень с вешалки. Лицо Тони сморщилось от непонимания, когда Питер обернулся. За два шага он оказался перед ним, боясь поднять взгляд и увидеть в его глазах разочарование, ненависть и всё остальное, что он ожидал. Он вложил ремень в руки Тони, затем быстро стянул через голову футболку и встал к стене, опираясь руками. Он тяжело дыша в ожидании удара. Но секунды шли, и ничего не происходило. Он рискнул обернуться. Тони молчал, и его глаза были полны слёз. С тихим стуком ремень соскользнул из его пальцев на пол. Питер поднял ремень и снова попытался вложить его Тони в руки. Но тот не взял его. — Я не буду тебя бить, Питер, — выговорил он, и голос звучал так, будто ему физически больно. Пульс Питера снова ускорился. О чём он говорит? — Я причинил вред Морган, мистер Старк. У неё синяки из‑за меня. Вы… вы должны. Тони промолчал, только покачал головой, и по его щеке скатилась слеза. Может, он просто не хотел делать это таким способом. — Я просто постою здесь, — выдохнул Питер. — Вы можете просто ударить меня и покончить с этим. Я не буду сопротивляться. Тони откинул голову и уставился на потолок, словно что‑то там искал. На лице виднелась боль, а по щекам текли слёзы. — Господи, малыш… — Его голос дрогнул. — Почему я должен тебя бить? У Питера сердце болезненно ёкнуло. Почему до него всё никак не доходит? Он же этого заслужил. Питер обеими руками крепко схватил Тони за футболку. — Я причинил ей боль. Мне нужно, чтобы вы… Он грубо толкнул мужчину, чтобы тот наконец сорвался на него. Он хотел, чтобы его ярость вспыхнула, и всё наконец-то закончилось. Ожидание было намного хуже. Но Тони даже не шелохнулся. — Давайте же, мистер Старк. — Он толкнул его сильнее, так, что тот сделал пару шагов назад. Отсутствие реакции только усугубляло его панику. Если бы он просто сделал это, всё бы пришло в равновесие. Тогда, может, всё бы вернулось на круги своя, и они жили бы как раньше. На третий раз Тони перехватил его запястья и не отпустил. — Нет, — резко сказал он. — Я тебя не ударю. Никогда. Слышишь? Питер поднял глаза. Горло казалось таким сжатым, что он едва мог вдохнуть. Слёзы катились по его лицу. — Пожалуйста… — прохрипел он от отчаяния. В этот момент Тони притянул его к себе и прижал голову Питера к своей груди. — Нет. Никогда, — услышал он шёпот прямо у уха. Питер задёргался как ошпаренный, вырвался из объятий и обхватил себя за плечи. — Но все, кто рядом со мной, либо страдают, либо умирают. Это я… это я всему этому причина. — Тебе просто ужасно не везло. А то, что случилось с Морган, это просто был несчастный случай. Она не перестала любить тебя. — Тони протянул руку, но Питер отступил. Он не заслуживал утешения. — Малыш, в тебе нет ни капли злости. Тони не понимал его. Все, кого я люблю, страдают. Я главная причина. — Это неправда, — резко бросил Питер. — Бен был бы жив, если бы не я. Тони покачал головой и снова двинулся к нему. — Пит, ты не можешь винить себя за это… Его застрелил преступник. — Он вышел из‑за того, что пошёл искать меня! Потому что у меня случилась, мать его, истерика. Я возомнил себя кем‑то особенным только потому, что у меня появились силы. Я упустил того парня, хотя я мог его остановить! Мог! Но Бен… Конечно, он не остался равнодушным! А я бы не пострадал от этого выстрела. Это должен был быть я. — Питер прижался спиной к стене, подняв руки, вспоминая кровь на ладонях. — Кевин расскажет Мэй, и она возненавидит меня. Он поднял взгляд на Тони, который осторожно приближался. — Не подходите ко мне. — Он резко выставил ладонь, останавливая мужчину. — Я не могу быть рядом с вами. Вы понимаете? Вы тоже пострадаете. И я не выдержу этого снова. Мои родители, Бен… Я слышал, как ваше сердце остановилось на том поле. Я слышал, как оно остановилось, и в тот момент я понял, что сделал это снова. Что я вас проклял. — Ты не проклятие, Питер, Господи… в моих глазах ты противоположность этому. — Голос Тони дрожал, а слёзы снова текли по щекам. — Ты хоть понимаешь, как мало людей я пускаю в свою жизнь? В свою семью? А тебя… Тебя было впустить легче всего. Ты же знаешь, что ты теперь мой ребёнок, да? — Нет. Я просто прокляну вас, как и всех, кого люблю. Кевин был прав. Мне правда надо было остаться мёртвым. — Нет. Не говори так! — Впервые голос Тони сорвался на крик, от которого Питер вздрогнул. Мужчина без сомнений шагнул вперёд и заключил его в объятия. Всё сопротивление, что оставалось в Питере, исчезло, и тело обмякло, наваливаясь на Тони. Резкая смена тяжести сбила Старка с равновесия, и они оба опустились на пол, но он не отпустил его, а наоборот крепче обнял и дал парню возможность выплакаться. — Я люблю тебя, Питер. Я не могу потерять тебя снова. Слышишь? Не могу и не потеряю.Тони
С тех пор, как они сели в самолёт час назад, ребёнок не произнёс ни слова. Ни единого слова. Даже ни одного из его бесконечных обычных извинений. Тони сжал челюсть и попытался вспомнить слова Клинта, что Питер ужасно переживает из-за того, что ранил Морган, так что нужно быть с ним поосторожнее. Но два дня. Два дня он ничего от него не слышал. Никто не слышал. Тони снова посмотрел на Питера. Тот сидел, сгорбившись в кресле, отвернувшись от него как можно сильнее. Он не спал, и Тони видел, как Питер постоянно скреб большим пальцем по шву подошвы кроссовка. Если он продолжит в том же духе, подошва отделится от верха обуви. Он выглядел как беспомощная, изможденная фигура. Нет. Стоп. Не жалей его. Он заставил тебя пройти через ад. Тони вспомнил этот сумасшедший поиск. Отслеживание разбитого телефона, взлом счёта в банке. Потом взлом городских камер, которые показал его силуэт на автобусном вокзале. Точнее силуэт парня, похожего на него, с капюшоном на голове, но они не узнали, на который именно автобус он сел. Потом допрос в офисе, затем Пятница искала его на всех автобусных станциях от Нью-Йорка до Калифорнии. Пеппер хотела, чтобы он сообщил Мэй, но Тони настоял на своём. Он был почти уверен, что Мэй в этот раз точно вызвала бы полицию. Он пообещал себе, что если за два дня не будет никаких зацепок, он сам сообщит Мэй и полиции. Когда Клинт позвонил ему в три утра, его чуть не вырвало от облегчения. Напряжение спало в одно мгновение, а дышать стало легче. Питер был в порядке. Его ребёнок в порядке. Тони чувствовал себя разваленным. Последние дни он совсем не спал. Ему нужно было немного успокоиться и попытаться вздремнуть, иначе разговор, который им предстоит, превратится в настоящий кошмар. Пеппер настаивала, чтобы он подождал до возвращения домой, хотя, честно говоря, у Тони были другие мысли на этот счёт. Но теперь стало ясно, что так будет правильнее. Он достал телефон и сообщил команде и друзьям Питера, что Питер нашёлся и он в безопасности. Те сразу прислали сообщения с облегчением и вопросами, которые он решил проигнорировать. Чтобы Питер не услышал, он отправил сообщение Пятнице. — Убедись, что Питер не попытается покинуть самолет. — С какой вероятностью он попытается покинуть движущийся самолет, Босс? — С этим ребёнком не угадаешь. Тони сомневался, что Питер сможет это сделать, и, откинувшись в кресле, закрыл глаза и попытался замедлить дыхание.---
— Босс, мы прибыли в Нью‑Йорк. Посадка на Башню начнётся приблизительно через две минуты. Тони приоткрыл глаза. Ого, ладно, он не ожидал, что сможет поспать. Он протёр глаза и зевнул. Тони посмотрел в сторону Питера. Тот всё ещё сидел в той же позе, а палец по-прежнему ковырял то же место, но теперь Тони заметил пятна крови на кроссовке. Инстинкт проверить, в порядке ли он, вспыхнул, но Тони с силой подавил его. Нет, нужно быть жёстче с этим ребёнком. Нужно спокойно объяснить, что такое больше никогда не должно повториться. Он не мог снова пережить такую тревогу, честно говоря, он не был уверен, выдержит ли его сердце повторное такое испытание. Сейчас не время для нежностей. Как бы ему ни хотелось, он должен сначала донести серьёзность ситуации. Потом они должны обсудить, почему Питер решил убежать, и в конце уже объятие, после которого Тони подозревал, что никогда не захочет его отпускать. Самолёт приземлился, двери открылись, и он встал. Подойдя поближе он щёлкнул пальцами перед лицом Питера. — Идём. Питер устало последовал за ним. Они поднялись в пентхаус. — Пеп? — позвал он и услышал в ответ её и Морган. Они свернули за угол вместе, и Тони почувствовал, как Питер остановился. — О, Питер, ты в поря… — Пеппер замерла на полуслове, когда Тони резко покачал головой. Он не мог позволить ей его успокаивать. По крайней мере пока. Сначала им нужно было серьёзно поговорить. — Питер! — взвизгнула Морган. Она никогда не замечала или её попросту не заботили социальные сигналы. Она просто была счастлива, что он вернулся. Тони наблюдал, как она побежала к нему. Питер поднял взгляд и впервые с момента, как Тони его забрал, он реально увидел его лицо. Этот вид заставил его вздрогнуть. Ребёнок выглядел так, словно его изнутри выпотрошили. Она протянула руки, чтобы обнять его, но он шагнул в сторону. — Прости, — пробормотал он и рванул в сторону своей комнаты. Тони пошёл за ним. Он ни за что он не даст ему так легко отделаться. Он что, думает, что после такой выходки ему будет достаточно просто извиниться и можно будет сбежать в комнату? Нет, чёрт возьми! В этот раз такое не прокатит. — Питер… Питер. — Парень даже не повернулся, когда он звал, что ещё больше взбесило его. — Сохраняй спокойствие, — мягко сказала Пеппер, когда Тони подошёл к двери. Питер рылся в шкафу. Он серьёзно думает, что он просто соберёт чемодан и уйдёт чёрт возьми? — Я не позволю тебе уйти, Питер. — Тони надеялся, что его голос звучит настолько властно, насколько ему хотелось. Он хотел, чтобы Питер понял, что у него нет выбора. Он ему почти как отец, нравится это Питеру или нет, и он будет его слушать. Рано или поздно, им придётся поговорить. Спина Питера чуть расслабилась, и он повернулся к Тони, его лицо было пустым. Через мгновение Питер оказался прямо перед ним, и Тони едва успел понять, что ему вручили, прежде чем подросток снял верх и опёрся руками о стену. Он замер в ожидании. У Тони обычно не было резких скачков настроения, но тут ему не оставили выбора. Когда он понял, что ему вручили ремень, весь гнев в мгновение ока рассеялся. Он посмотрел на мягкую кожу ремня и на худощавую спину Питера, пытаясь осознать происходящее. Местами некоторые рёбра всё ещё слегка просвечивали. Тони вспомнил ночь, когда видел ужасные следы ярости на его спине. Ребёнок хочет, чтобы он… он что, ждал этого? Он думал, что заслужил наказание за Морган? Тони отпустил ремень, и тот со звоном упал на пол. Ему даже держать его теперь было противно. Голова Питера повернулась от звука, и на лице появилась глубокая растерянность. Он отдернул руки, поднял ремень с пола и снова протянул его к Тони. Его взгляд судорожно метался от непонимания происходящего. — Я не буду тебя бить, Питер. — Голос Тони был сухим, и ребёнок показался ему ещё более растерянным. — Я причинил вред Морган, мистер Старк. У неё синяки из‑за меня. Вы… вы должны. — Голос Питера умолял, и это сжало всё внутри Тони. Что он мог сказать в ответ? Это ведь просто была случайность. Он не мог контролировать кошмар. Почему он думает, что заслужил наказание за это? Чёрт, он убежал, потому что думал, что Тони собирается его наказать, избить? Он снова не мог говорить, лишь покачал головой, не заботясь о том, что слеза упала на щёку. По какой-то причине это натолкнуло Питера на новую мысль, и он сделал полшага вперёд, сложив руки за спиной. — Я просто постою здесь, — выдохнул Питер. — Вы можете просто ударить меня и покончить с этим. Я не буду сопротивляться. Он что, всё это время был напряжён потому, что ждал момента, когда это случится? Вот зачем он пришёл сюда за ремнём. Он просто хотел быстрее всё пережить. Он вспомнил то чувство, когда его отправляли в комнату ждать отца. Он сидел в незнании, думая, будет ли на этот раз просто крик или пощёчина. Ожидание было самой мучительной частью. И что Тони сказал ему, когда Морган пострадала? Иди и жди меня в своей комнате. Он вовсе имел в виду не это, он просто хотел сначала успокоить Морган. Он не думал, что Питер мог воспринять это как… Тони поднял взгляд. Он не верил в Бога, но сейчас отчаянно желал, чтобы он помог ему. Или хотя бы ад, где нашёлся бы персональный котёл для Кевина. Я не буду сопротивляться. Слёзы лились всё сильнее, а Питер всё ещё стоял и ждал. Ждал удара. — Господи, малыш… почему я должен тебя бить? Глаза Тони распахнулись шире, когда Питер мёртвой хваткой вцепился в его футболку. Взгляд у него казался безумным. — Я причинил ей боль. Мне нужно, чтобы вы… Тони с трудом удерживал слёзы. Он думает, что заслужил это. Как я мог быть таким слепым и не заметить, насколько ему больно? Мысли резко оборвались, когда Питер толкнул его, совсем не сильно. Тони вспомнил, как в подростковом возрасте делал то же самое со своим отцом, даже после того, как тот перестал поднимать на него руку. Он толкал его, провоцировал словами, заставлял отца наконец сказать вслух, чем именно Тони разочаровал его в этот день. Лишь бы убрать напряжение. — Давайте же, мистер Старк. — Питер толкнул сильнее, и это выдернуло Тони из ступора. В следующий раз, когда Питер попытался его толкнуть, Тони аккуратно поймал его за руки. Он должен был объяснить. Сказать правильные слова. — Нет. Я тебя не ударю. Никогда. Слышишь? — Он не отпустил его руки, даже когда Питер напрягся. Парень поднял глаза, полные боли и непонимания, в углах которых уже скопились слёзы. Он моргнул, и они потекли по щекам. — Пожалуйста… — Это был такой мягкий, умоляющий звук. Пропитанный отчаянием, что слушать его было почти физически больно. Тони резко притянул его к себе, прижав к груди. — Нет. Никогда, — прошептал он зная, что Питер услышит. Но Питер не остался. Он как ошпаренный отшатнулся и обхватил себя за плечи. Он казался таким маленьким, хрупким и беззащитным. — Но все, кто рядом со мной, либо страдают, либо умирают. Это я… это я всему этому причина. Мысли Тони метались. Мальчишка так глубоко застрял в ненависти к себе, что не мог понять: это был несчастный случай. Он не мог увидеть, насколько он важен. — Тебе просто ужасно не везло. А то, что случилось с Морган, это просто был несчастный случай. Она не перестала любить тебя. — Тони протянул руку, но Питер отступил. — Малыш, в тебе нет ни капли злости. Лицо Питера исказилось чем‑то похожем на гнев. — Это неправда. Бен был бы жив, если бы не я. — Что? — Что-то касалось и Бена. Тони знал, что произошло ещё до того, как взял мальчишку в команду. Он провёл обширную проверку, прочитал отчёты. Питер был рядом с ним, когда его застрелил грабитель. Тони шагнул вперёд. — Пит, ты не можешь винить себя за это… Его застрелил преступник. Глаза Питера снова вспыхнули злостью, но Тони понимал, что эта злость направлена не на него. — Он вышел из‑за того, что пошёл искать меня! Потому что у меня случилась, мать его, истерика. Я возомнил себя кем‑то особенным только потому, что у меня появились силы. Я упустил того парня, хотя мог его остановить! Мог! Но Бен… Конечно, он не остался равнодушным! А я бы не пострадал от этого выстрела. Это должен был быть я. Кевин расскажет Мэй, и она возненавидит меня. Образ того, как Питера могли застрелить, был для Тони невыносим. То, что он винит себя, было отвратительно. А то, что Кевин этим пользовался, вообще чудовищно. Он вспомнил их первый разговор. Что тогда сказал Питер? «Когда ты владеешь такой силой и не используешь её, ты всегда будешь виновен в том, что не предотвратил». Тогда это зацепило его. Но только сейчас он понял: Питер говорил буквально. Он говорил о Бене. — Не подходите ко мне. Я не могу быть рядом с вами. Вы понимаете? Вы тоже пострадаете. И я не выдержу этого снова. Мои родители, Бен… Я слышал, как ваше сердце остановилось на том поле. Я слышал, как оно остановилось, и в тот момент я понял, что сделал это снова. Что я вас проклял. — Ты не проклятие, Питер, Господи… в моих глазах ты противоположность этому. — Тони почти захлёбывался слезами. — Ты хоть понимаешь, как мало людей я пускаю в свою жизнь? В свою семью? А тебя… Тебя было впустить легче всего. Ты же знаешь, что ты теперь мой ребёнок, да? — Нет. Я просто прокляну вас, как и всех, кого люблю. Кевин был прав. Мне правда надо было остаться мёртвым. Тони будто ударило током. Его всё захватило разом: ярость, страх, боль. — Нет. Не говори так! Он схватил мальчишку и прижал к себе так крепко, что у него онемели руки. Питер обмяк и рухнул вместе с ним на пол, рыдая так сильно, что промокла вся рубашка. Он покачивал его, удерживая, словно боялся отпустить. — Я люблю тебя, Питер. Я не могу потерять тебя снова. Слышишь? Не могу и не потеряю.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!