Глава 3

Подумай об этом... Чтобы не думать... Менее красивым... Обо мне. И тебе... Удивительный человек... Мне нравится твой мех... Слушай, Хэнк. Ты мне нравишься. Подумай об этом... Ты… ты влюблен? В меня?... Да... Подумай об этом. Подумай об этом? Это было все, о чем он мог думать. Он сидел в своей лаборатории, крепко положив руки на колени, позволяя словам Шона заполнить его разум. А что, если это была шутка? Что-то, что Хавок подтолкнул Шона, просто ради смеха? А что, если Шон просто хотел с кем-то переспать? А что, если он ему совсем не нравился? Но тогда - что, если он все таки нравился? Что должен был сделать Хэнк? Каков был надлежащий этикет в этой ситуации? Должен ли он сказать Шону, что он ему тоже нравится? Что он любит его? Что он любил с тех пор, как они впервые начали работать над крыльями Шона вместе? Он его поцеловал? Они начнут встречаться? Шон не казался тем, кто ходит на свидания. Ему нравился автокинотеатр? Или он больше любил ужинать? Нет. Это не могло быть правдой. Было слишком много слов. Он уронил голову на скамейку, на которой сидел, и нахмурился, глядя в пол. На свои синие, мохнатые ноги, босые исключительно из соображений комфорта. Как они могли кому-то нравиться? Конечно, они были хороши в драке, они позволяли ему бежать быстрее, но чтобы они нравились? Шон, должно быть, шутил. К тому же, не говоря уже о его внешности, кем он был внутри? Настоящим придурком. Клоун. Который проводил все свое время в своей лаборатории, у которого не было никаких социальных навыков, о которых можно было бы говорить. Он вздохнул и встал, чтобы пройтись вокруг скамейки. Он как раз дошел до третьего микроскопа, когда услышал тихий стук в дверь. Он поднял глаза, и крещендо беспокойства, которое нарастало в течение последних двух часов, достигло пика. Слова Шона вернулись к нему потоком — мнеитебеподумайобэтомвлюбленвменядаудивительныйчеловекнедуматьтвоймехподумайобэтом. Он сглотнул и повернулся спиной к двери, прежде чем сказать, — Войдите, — его голос дрожал. Шон вошел в лабораторию и вздохнул. Он осторожно закрыл за собой дверь и повернулся, чтобы посмотреть на Хэнка. Воздух между ними был неподвижен. Шон заговорил едва ли не шепотом, — Хэнк? Голова Хэнка двинулась, как будто он собирался осмотреться, но резко откинулся назад, чтобы снова уставиться в пол. Шон закусил губу и медленно подошел, чтобы встать всего в нескольких футах от Хэнка. Он открыл рот, чтобы заговорить, но был прерван Хэнком. — Ты это имел в виду? Что-нибудь из этого? Расскажи мне сейчас, потому что, — Он вздохнул, — Это больно, — Его голос все еще дрожал, как и прежде. — Конечно, я имел это в виду. Зачем бы я это говорил, если бы не имел? — Он шагнул вперед и взял Хэнка за плечо, — Я никогда не причиню тебе вреда, Хэнк. Он почувствовал, как Хэнк напрягся под его рукой, прежде чем повернулся к Шону. Шон не мог прочитать его выражение лица – казалось, он был на краю обрыва. Он ждал, что Хэнк заговорит. — Шон, я... я не понимаю, — Сказал Хэнк, звуча побежденным. Шон вздохнул и сделал небольшой шаг к Хэнку, так что они стояли всего в двух ладонях друг от друга. Он сжал плечо Хэнка, на котором все еще лежала его рука. Его рука двинулась к подбородку Хэнка, и он поднял голову Хэнка, так что его взгляд встретился с его собственным. — Хэнк, ты даже не представляешь, какой ты красивый. Внутри и снаружи, — Искренне сказал он. Хэнк нахмурился и отвел взгляд от Шона, — Нет, я... Шон снова коснулся губ Хэнка пальцем, — Позволь мне объяснить, — Хэнк осторожно посмотрел на Шона. Он провел рукой по шее Хэнка, как и раньше, расчесывая мех, который там рос, каждая отдельная прядь встала дыбом. Хэнк вытянул шею, сделав ее немного длиннее, чтобы можно было погладить больше меха. Его глаза расширились, и он посмотрел на свою шею. Шон улыбнулся, — Мне это нравится. Что у тебя есть эти автоматические мелочи, которые напоминают мне, что маленькая часть тебя похожа на животное. Они не пугают меня, — Заверил он Хэнка. Он погладил небольшой участок меха, как будто гладит кошку. Потирая его взад и вперед и позволяя ему скользить между пальцами, он улыбнулся Хэнку. Хэнк по-прежнему избегал зрительного контакта, но Шон чувствовал, как он расслабляется. Он немного придвинулся ближе и позволил другой руке начать поглаживать мех на затылке Хэнка. Он почувствовал, как шея Хэнка вибрирует, прежде чем услышал ее, и ухмыльнулся, когда понял, что это за звук. — Ты мурлычешь, — прошептал он. Шум резко прекратился, и Хэнк двинулся, словно собираясь отстраниться. — Не надо. Он притянул Хэнка ближе к себе, так что их груди прижались друг к другу. Затем он приложил ухо к груди Хэнка и выдохнул, — Сделай это снова, — Снова начав гладить затылок Хэнка. Прошло несколько мгновений, прежде чем звук начался снова. Шон извивался от восторга, когда урчание распространилось на его ухо, и вздохнул. Он постепенно замедлял поглаживание шеи Хэнка, пока его рука не легла на воротник Хэнка, мурлыканье вместе с ним не исчезло. Шон посмотрел на Хэнка, улыбаясь. Хэнк закрыл глаза, и Шон мог видеть, как улыбка исчезает с его губ. Он прочистил горло, и Хэнк посмотрел ему в глаза. — Сказать тебе, что еще я люблю в тебе? — сказал Шон, еще сильнее прижимаясь к груди Хэнка. Хэнк закусил губу и замер, прежде чем застенчиво кивнуть. — Мне нравится, как твои усы… — он потянулся, чтобы коснуться тонких волосков, торчащих из щек Хэнка, — …дергаются, когда у тебя появляется хорошая идея. Они были сегодня днем, когда мы говорили о сигаретах. Ты их почти не видишь. Уголок рта Хэнка дернулся, и он быстро моргнул, прежде чем снова отвести взгляд. Шон нежно притянул лицо Хэнка к себе, — И говоря о хороших идеях – Хэнк, ты гений. Я знаю, что тебе это уже говорили. Но я не имею в виду,это хорошо для моего университета, или хвастливого родителя, я имею в виду, что у тебя есть эта искра, — Он положил руку на сердце Хэнка, — Прямо здесь. Креативность, чтобы создавать эти блестящие вещи, которые могут делать делают удивительные дела. Он не дал Хэнку ответить, но продолжил говорить, — То, что ты сделал с моими крыльями — это действительно невероятно. Ты позволил мне летать. Я всегда хотел летать. Шон улыбнулся и обнял Хэнка за шею обеими руками, — У тебя есть эта штука, когда, если Алекс называет тебя клоуном, твои уши загибаются назад, а позвоночник поднимается вверх. Это как будто тебе больно, но ты готов в любой момент ответить тем же. Это опасно, — Он наклонился к уху Хэнка и прошептал, — Это довольно сексуально, вообще-то. Ты мог бы меня защитить, — Хэнк вздрогнул и тихо зарычал, от чего Шон только сильнее сжал его шею. Он положил голову на плечо Хэнка и уткнулся носом в маленький кусочек меха, который гладил ранее, — Мне нравится, что ты такого ярко-синего оттенка. Это напоминает мне те мармеладки, которые я ел в детстве. Они были моими любимыми, потому что на вкус они были почти как само счастье, — Хэнк ухмыльнулся и слегка покачал головой. Шон поднял голову с плеча Хэнка и посмотрел ему прямо в глаза, — Хэнк – Зверь... Я люблю тебя. Я люблю тебя таким, какой ты есть, каждую частичку, — Взгляд Хэнка смягчился, и он просиял. Он открыл рот, чтобы заговорить впервые за последние десять минут. — Я даже не могу... начать... — он снова прикусил губу, пытаясь подобрать слова, — Шон, я люблю тебя. Любил с тех пор, как мы только начали работать над твоими крыльями. Я просто... я не был уверен... я не думал, что ты меня любишь, — Он обнял Шона за талию, так что они замерли, словно в медленном танце, —Ты не представляешь, как это чудесно – слышать, как ты говоришь такие вещи. Я просто... Шон переместил правую руку из-за шеи Хэнка на его щеку. Он провел большим пальцем по бакенбардам Хэнка, чтобы успокоить его, — Хэнк, я сейчас тебя поцелую, — Объявил он, прежде чем потянуться и слегка прижаться губами к губам Хэнка. Хэнк прижал Шона к себе крепче и прижался губами, почти каждый дюйм тела соприкасался. Поцелуй стал глубже, и они стояли, казалось, целую вечность, их губы двигались вместе. Наконец, Шон отстранился, — Боже, Хэнк! — вздохнул он. Хэнк усмехнулся и рассеянно провел пальцами по волосам Шона. Наступила пауза, пока они оба стояли, просто поглаживая друг друга по волосам. Затем, улыбнувшись Шону, Хэнк сказал, — Знаешь, если хочешь, ты можешь… — Поцеловать тебя снова? — прервал его Шон, ухмыляясь. Хэнк раздраженно покачал головой, прежде чем наклониться к самому Шону, и их губы снова встретились. Рука Шона скользнула, чтобы обхватить лицо Хэнка, и он погладил его синие, тонкие бакенбарды, когда Хэнк отстранился всего через мгновение. Их лица зависли всего в сантиметре друг от друга, их глаза были устремлены на губы друг друга. — Я не могу поверить, что это происходит на самом деле, — пробормотал Хэнк. Шон ухмыльнулся и пробормотал в ответ, — Я тоже, — прежде чем снова поцеловать Хэнка.