ГЛАВА 5: Игрушка!

Сон прервал будильник, а не солнце и пение птиц. Тяжелый звук, давящий сильно на уши помог открыть глаза резко и быстро. Растрёпанные тёмные волосы мешали глазам, и чуть убрав чёлку, парень встал с кровати, а затем потянувшись к телефону просто выключил будильник. Голова не трещала, но оставалось странное чувство какого-то беспокойства, тянущей тревоги, и тут он вспомнил, что спал в этом доме совсем не один. Выйдя из своей комнаты навстречу к залу, перед ним предстала такая картина: девушка, которая схватила его за челюсть вчера, спокойно стояла перед открытым нараспашку окном, и выдыхала тёмные, еле видные клубы дыма. Дым, поднимаясь чуть наверх, быстро уносился свежим солнечным ветром, не давая её ноздрям втянуть ещё большую дозу табака. Кажется, проснулась она намного раньше чем он со своим будильником. Заметив его присутствие, она сделала ещё одну затяжку, и убрала сигарету с своих губ. — Доброе утро. — Доброе.. — протирая глаза сказал парень, и протяжно издал зевок. — Думаю, мне уже пора, Ретрополис ждёт. Сонливость потихоньку спадала на нет, и Эдгар просто промолчал. Пусть идёт куда хочет, он помог лишь потому, что Фэнг дружит с ней, и ничего большего не было. Девушка, держа в двух пальцах сигарету, просто открыла дверь и вышла без лишних слов. Эдгар сомневался, стоило ли вообще ей разрешать оставаться на ночь? Наверное, если бы он отказал, то вчерашний обхват челюсти зашёл бы дальше, чем нужно. Комната после неё была в порядке, за исключением того, что на столе Эдгар заметил визитку, которую никогда не видел ранее. Подойдя поближе он взял её в руки и начал рассматривать. Обычная, рекламная визитка в розовых оттенках, с какими-то неоновыми надписями, точно в стиле Ретрополиса. На визитке был написан адрес, и какая-то комбинация цифр, больше похожая на пароль, и у пароля было нарисовано кривое сердечко. Возле адреса было написано что-то ручкой, причём быстро, небрежно, и размашисто. "Предложение ещё в силе." Так было написано на визитке, и кажется, эмо понял, кем это было оставлено. Подбежав к окну, он не увидел девушку, она просто испарилась, уже успела уйти, пока он пытался оклематься после сна. Визитку хотелось выбросить, сжечь, порвать, сделать всё что угодно, лишь бы не видеть, но что-то заставило оставить её, и положив визитку в карман, эмо тяжело вздохнул. Нужно идти на работу, оставить мысли только для неё.

***

По дороге на работу ничего не произошло, разве что шарф Эдгара был не очень подвижен, и даже не пытался пообщаться со собственным владельцем. Пока они шли, эмо опускал глаза к шарфу, и даже чувствовал, о чём он может думать. — Ты же тоже запомнил тот смех? — мрачно спросил парень и позволил мурашкам пройтись по спине. Шарф ничего не ответил, и эмо понял, что его компаньону сейчас не до вопросов. Подходя к магазину, он неважно покрутил ключами в скважине, и открыв дверь, прошёл внутрь. Пришёл он раньше чем остальные, и поэтому принялся выполнять работу заранее, чтобы потом отдохнуть побольше. Колетт пришла уже спустя полчаса, а их всеми любимый босс, и по совместительству тиран, пришёл на час позже остальных. Эдгар видел, как Грифф занёс в подсобное помещение ещё пару коробок, от чего у эмо закатились глаза от недовольства. Босс подошёл к своему работнику, и показал на новые коробки с сувенирами. — Сегодня новая партия! Отклеивай ценники, и приклеивай новые, но уже по другой цене. — Зачем вообще отклеивать эти ценники? — Для баланса вселенной. Ведь где-то там, на фабрике, сидит такой же как ты, и приклеивает эти ценники, но не по той цене, которая нужна нам. — Да, я понял. Видя, что рабочий день будет намного ужаснее чем остальные, Эдгар просто молча выполнял свою работу, тогда как Колетт продолжала заполнять отчёты, которые казались легче, чем приклеивание новых ценников вместо старых. Рабочий день протекал медленно, так медленно, что до жути было скучно, было желание побыстрее умереть, чем дождаться до конца этой каторги. Солнце палило на всю комнату, и ослепляясь от лучей Эдгару приходилось прикрываться рукой, чтобы увидеть хоть что-то на ценниках. Менеджер заведения поспешил уединиться в своём кабинете, на что эмо смотрел с огромным облегчением, мол, наконец-то он ушёл, слава богу. Был слышен звук колокольчиков, стоящих как знак пришествия новых посетителей, которые всегда не прочь потратить свои денюжки на бессмысленную, как думал Эдгар, хрень. Колетт узнала этих посетителей сразу, по их одежде и внешности, а также голосам, очень звонким, певучим, и также, детским. — Бонни, тебе точно нужна эта игрушка? У тебя их и так много. — ослабленно и уставше сказала старшая сестра девочки. — Ну Джанет! Их мало, я же хочу поиграться с ними, а не сидеть в пушке! — говорила девочка энергично, вспыльчиво, энергии в ней хватало сполна, в отличии от её старшей сестры Джанет, которая, видимо, устала после тяжелой сегодняшней работы. — Ух.. — выдыхала старшая сестра на мольбы младшей, и просто смирилась с этим, позволяя той прощупать все полочки и сувениры. Бонни, девочка с шлемом и миниатюрным, как её рост, костюмчиком просто бегала вдоль полок, и беря каждую интересную игрушку, трогала её, жмякала, проверяла как будто на качество. — Смотри-смотри, Спайк, тут есть Спайк! — кричала Бонни, протянув Джанет плюшевую игрушку всеми любимого кактуса, которого не только дети обожают. Джанет не интересовали игрушки, её интересовали танцы, искусство, музыка, но никак не детские игры. Присев на колено перед Бонни она разглядывала игрушку, только девушка хотела вытащить все свои деньги, как увидела огромную цену, и сразу же, моментально передумала тратиться на такое. — Нет Бонни, очень дорого. Давай лучше зайдем, когда цены будут меньше. — Но Джанет, его же уже купит кто-то до меня! А я хочу сейчас! — обидчиво, с криком проговорила девочка в шлеме, и топала недовольно ножкой. Джанет не могла ничего поделать, и поэтому, просто наблюдала за такой вспыльчивой реакцией. Пробежавшись взглядом по полкам, она сразу поняла, что цены тут не такие, какие должны быть, но, не ей судить. Посмотрев на работников, каскадёрша увидела всеми печально известную Колетт, и быстро отвела свой взгляд, лишь бы не встречаться с ней глазами. Колетт, выпрямившись, взяла бумажку со стойки, и протягивала Джанет со словами. — Из-извините, м-можете дать свой автограф? Я смотрю ваши представления, и мне бы хотелось, чтобы вы расписались.. — нервно просила фанатка, подрагивая своим телом. — Ох, милая, не могу, прости уж. — М.. Х-хорошо... — опуская лист, Колетт вернулась к отчёту, и водила ручкой по листу так беспокойно, что её руки дрожали. Джанет, видя такую картину, опустила брови и испытала какую-то неприязнь. Бонни, всё также, продолжала умолять свою сестру, но видимо тщетно. Эдгар раскладывая сувениры не мог отпустить их ни с чем, поэтому, заговорил. — А вы знаете, что наш начальник ваш фанат.. Поэтому, думаю, можно дать вам и бесплатно. — П-правда? — Бонни повернулась к своему спасителю, показывая щенячьи, светящиеся глазки. — Да, просто возьмите себе. Джанет не нравилось злоупотреблять своим статусом перед обычными людьми, но ради сестры она была готова пойти на всё, точнее, ради собственного спокойствия. Бонни подошла к Эдгару, и резко, с длинными рукавами приобняла его, обхватывая бедного Эмо, который чуть не свалился. Джанет отдёрнула Бонни, и начала тащить её на выход. — Извините, простите, нам уже пора! — Спасибо тебе! — кричала Бонни, буквально скользя по полу от хватки Джанет. Эдгар улыбнувшись просто помахал ручкой. Колетт подошла к открытому окну, и наблюдала, как звездные сёстры уходят в своём направлении. Из-за звонкого голоса Бонни она могла слышать их разговор. — Джанет, а почему ты не дала той девочке автограф? Она же красивая! — Она ненормальная, Бонни, просто не подходи к ней. — Ладно.. А тот мальчик в чёрном? — Давай я лучше куплю тебе мороженое, пошли уже. Дальше Колетт не смогла что-то услышать, она выглядывала из окна, буквально вытягивая голову навстречу солнечным лучам. Слыша это оскорбление, беловолосая девушка опустила глаза от обиды, от этой печали, будто, что-то внутри ёкнуло. Глаза остановились на траве, на зелёной траве, которую колышет ветерок, и гладит своими порывами бледное лицо девушки. Видя, как покупатели исчезают за горизонтом, Колетт тяжелейше вздохнула, и пока Эдгар продолжал отклеивать ценники, просто тихо, и без хныканья начала пускать слёзы навстречу ветру. Ветер, вальяжно, словно балерина крутился вокруг всего, но его внимание было приковано к плачущей девушке, и, когда появлялись очередные дорожки слёз, то из-за ветра они двигались быстрее по щекам, оставляя мокрый след. Эдгар, видя что девушка подолгу засматривается в окно, не предал этому значения, думая, что она просто засмотрелась на красоты городка снова. Прикоснувшись ладошкой к своей щеке, Колетт очень осторожно убирала подступившие слёзы пальцами, проводясь ими так неважно, что казалось бы, потеряет сознание и развалиться, но нет, она держа себя в руках, просто вытерла рукавом все накопившиеся слёзы. Приняв спокойное выражение лица, она закрыла окно, и приступив к работе, продолжила заполнять злосчастный отчёт.

***

Ещё один рабочий день закончился спокойно, в отличии от его очень напряженного начала с этими чёртовыми ценниками. Эмо, убрав все оставшиеся сувениры в ящик, просто ждал эти слова Гриффа о том что работа, наконец, закончена. Колетт, вся уже безжизненная сидела на стуле и смотрела в мёртвую точку. Грифф, открыв нараспашку дверь своего кабинета вышел из него, и поправляя свой фиолетовый деловой костюмчик, просто пошёл на выход с жестом "проваливайте, всё закончилось". Эдгар, подойдя к Колетт не мог даже уловить взгляд своей коллеги, и махая рукой перед глазами, сказал. — Ээ, рабочий день закончен. Очнувшись, девушка оживилась, и зевая встала со стула. Собрав все документы в папку, они с Эдгаром ринулись к выходу как сумасшедшие, и двинулись вместе домой. У каждого в мыслях было что-то своё. Колетт обдумывала те слова, сказанные каскадёршой, а эмо, у которого уже болят все руки после однообразных действий, просто тяжело вздыхал. Им обоим нужен был отдых, и в особенности, крепкий, спокойный сон. Уже прошло пару дней, как Эдгар не скитался по ночам у заброшенных мест городка, и в особенности, парка. Шарф же в эти дни был не очень активен, и редко показывал свои жесты своему хозяину. Когда они проходили мимо бара, то на них обрушивались воспоминания о том ужине, о том приятном ужине, который, будто, растворился как что-то невиданное, как то, что вообще не происходило, хотя и было пару дней тому назад. Колетт немного слабо улыбнувшись пыталась посмотреть своему товарищу в глаза и, немного колеблясь в своих движениях и речи, начала разговор с неловкой ноты. — Хэ-эй.. Эдгар, может, устроим сегодня ночёвку? — Повод? — М.. Ну.. — Разве это нам нужно? — Ну что ты как зануда.. А тот ужин тебе понравился, может и ночёвка понравится, разве нет? — навязчивость в тоне росла, не давая эмо настроиться на окончательный ответ. — Ах, ладно. Только смотри, без глупостей, и всяких детских игр. — Ты будешь моим первым гостем! — Вау, круто?.. — произнёс он с неуверенностью, и, сомневаясь, пошёл вместе с ней к дому. Он не любил задерживаться где попало, даже у своих близких, тех, кому он мог довериться. Колетт он знал хорошо, знал её характер и повадки, привычки, и даже, что она предположительно делает, хотя и не хотелось нырять в такие подробности. Девушка шла быстрее парня, ведь она с нетерпением торопилась дойти домой побыстрее, чтобы показать Эдгару всё то, что она любит делать, и вообще, как она живёт, ей было бы так интересно это рассказать, что она, схватив парня за запястья начала ускорять темп ходьбы. Эдгар не ожидав такого просто машинально, также торопясь шёл с ней. — Эй, торопиться не куда.. — промолвил Эдгар, чувствуя себя неловко. — Мы теряем много времени, давай, не отставай, Эди! — Эди? С каких пор ты меня так называешь? Девушка не ответила, она была увлечена путём до дома. Вот уже и виднелся частный, совсем маленький домик, находящийся где-то за пределами городка, но не настолько далеко, чтобы считаться каким-то изгоем среди других жилых домов, стоящих где-то дальше. Колетт не отпускала его руку всю дорогу, и Эдгар чувствовал себя так, будто его заставляют туда идти против собственного желания. Когда они дошли до двери дома, то и рука уже была отпущена. Рука холодная, совсем не мягкая, а наоборот жёсткая, даже, как ему казалось, очень колючая. Ощущения прикосновений показались эмо странными, поэтому он, просто стоял у двери и смотрел в темноту вечера, пока Колетт, взбалмошная, пыталась найти ключи. Эта непринужденная обстановка, этот дом уже до входа в него веял чем-то причудливым, чем-то странным. Совсем белая дверь, обклеенная разными стикерами была своеобразным холстом — прямо на ней виднелись рисунки маркером. Не сказать, что дверь стала после этого испорченной и страшной, но такие рисуночки маркером показывали всю странность девушки, которая еле найдя ключи, начала открывать дверь. Эдгар снова взглянул в тьму, где-то там светил город, но огни были от него настолько слабыми, что казалось, они будто, вдалеке от цивилизации вообще. Смотря в эту тьму, он снова вспомнил парк и дождь, и тот смех, незнакомый, не понятно кем изданный смех, который как якорь, тонул, но находился в глубинках подсознания черноволосого парня. Кто же мог так громко смеяться посреди ночи? Так истошно, так заразительно, даже Колетт не может так смеяться несмотря на её энергичность и эмоциональность. Этот смех не был похож на чей-то другой, но он был точно человеческим, и Эдгар это помнил. Засунув руки в карманы, он вспомнил тот самый обрывок газеты, который он как раз таки и положил туда. Вытащив обрывок, он перечитывал эту надпись про себя несколько раз, и читал он так внимательно, что даже пытался найти деталь. Может, эта новость в газете связана с тем смехом? С момента закрытия этой компании производящей газеты прошло полгода, но этого полгода обществу хватило, чтобы забыть бумажные издания навсегда. Эдгар смотрел на клочок, шрифт, пытался найти что-нибудь, что-нибудь помимо заголовка новости, но нет, деталей никаких не было, он просто перечитывал про себя, пока это чтение не переросло вслух. — Пропал.. Пропал.. Вернись. — тихо заговорил Эдгар, смотря в темноту, думая о том, почему же так вообще случается, что кто-то может быть потерян, и что ещё хуже, забыт навсегда. Память вечна, поколения сменяются, и Эдгар подумал о том, что он единственный, кто до сих пор знает про эту новость. Дверь открылась со скрипом, и Колетт, услышав бормотание своего друга, подошла к нему поближе, и отклонив голову в его сторону, коснулась своими волосами его висков. — Ты что-то сказал? Что читаешь? Поделишься? — невинно начала расспросы девушка, касаясь белоснежными волосами его виска. — Нет, ничего, просто какая-то бумажка. — сказал Эдгар, резко опустив руки к карманам, и убрав клочок куда подальше туда. — Эди, ну чего ты такой скучный? Простых бумажек не бывает. — Не называй меня так. — отстранённо отвечал парень, чуть шагнув в сторону открытой двери, а затем, зашёл внутрь. Колетт пожала плечами, и довольно улыбаясь гадала, что же могло быть на той бумажке, которую так внимательно вычитывал её друг. В отличии от дома Эдгара, дом Колетт казался уж очень маленьким, и Эдгар думал о том, как два человека, если здесь будет жить кто-то второй, вообще смогут жить в подобной тесноте? — Так, присаживайся на диван, я кое-что приготовлю! — не дождавшись ответа, она побежала на кухню, и после этого был слышна возня с посудой и закипание чайника. Эдгар уселся на диван. Перед диваном был обычный, деревянный, маленький столик, на котором были нарисованы какие-то каракули в виде сердечек и прочей ванили, на которую эмо не обращал особого внимания. На стенах были увешаны её рисунки, и причём неплохие. На рисунках были изображены звёзды города, актриса Броуливуда Лола, а также блондинка Пайпер в костюме бабочки. Все эти рисунки не внушали особого доверия, да и расположение к себе местные звёзды у Эдгара не вызвали, ему было просто на просто наплевать, всё равно, все они подвластны смерти. С такой мыслью и смирился эмо, не видя в статусе ничего особенного, как и в деньгах. На диване были декоративные подушки разных вышивок, с рисунками, все счастливые, с улыбочками, и черноволосый просто отвёл свои глаза к окну, смотря в тьму и на деревья, которые колыхались от порывов ветерка. Достав клочок газеты и визитку, оставленную бандиткой, он держал их в обеих руках, и смотря то на одну, и на другую, тяжело вздохнул. — Разве мне что-то из этого нужно? Разве, есть нам до этого дело? — после слов хозяина, шарф наконец-то начал двигаться, и обхватив шею хозяина, просто показывал своими "кулаками" на эти две бумажки вместе взятые. — Но это не даёт и тебе покоя, ведь так? — тихо буркнул парень, и шарф, коснувшись своим кулачком клочка газеты, просто начал крутиться. — Ты прав, люди просто так не пропадают. — убирая визитку с клочком газеты сказал Эдгар, и просто откинул голову на спинку дивана. Грохот посуды закончился, и Колетт, своим крикливым голосом, начала звать парня на кухню. Придя туда, Эдгара застал запах крепкого, чёрного кофе, который пускал пар из своей чаши, привлекая запахом его вкусовые рецепторы. Колетт уже сидела напротив него, и показала жестом, чтобы тот присаживался. — Приятного кофепития! Круто звучит, да? — улыбаясь, спросила девушка, и хлюпнула кофейку. — Да, круто.. — вяло отвечал парень с шарфиком, и сел напротив неё. Эдгар не смотрел на свою собеседницу, он смотрел в окно, очень рассеянно, будто Колетт здесь и нет. Девушка смотрела что-то в телефоне и, сфотографировав чашечку кофе, начала прикреплять эту фотку во всех социальных сетях снова. Эдгар пил неохотно, но, кофе придавал бодрость уму, и заставлял мысли проходить в голове быстрее. Он пытался вспомнить голос, кем он издавался, каким был. По началу, он принял смех за взрослый, но потом, всё это сменилось подростковым, и не поймешь, издавался он мужчиной, или женщиной. Он был жутким, и давил на уши уверенно, будто слился с атмосферой парка. Может, это просто звуковая составляющая квест-комнаты? Нет, парк заброшен, такого и быть не может. Пока Эдгар копался в воспоминаниях, он умудрился внезапно пролить половину кофейка на стол, горячая смесь облилась на руки, и прошипев от боли, он поставил чашку на стол. Скроллинг соцсетей Колетт прервался, и видя это, она сразу же встала и взяв салфетки, подошла к своему товарищу, и схватив его за запястье, осторожно вытирала мокрые руки от пролитого кофе. — Хэй, будь осторожнее.. Я не смогу завтра работать без тебя. — Извини, задумался. — виновато промямлил парень, и слегка отдёрнув свои руки от неё, взял салфетку, и начал вытирать уже сам. — Тебе не больно? Можешь воспользоваться холодной водой и.. - — Всё в порядке. — задумчиво отвечал парень, не отрываясь от мыслей о смехе. Колетт посмотрела на это с беспокойством, и взяв его чашку, налила ещё чуть-чуть кофе сверху, поставив перед Эдгаром. Эмо взявшись за чашку ещё раз, продлил удовольствие с кофе. Колетт не стала дальше листать бессмысленно ленту, а просто смотрела на отстранённый вид своего друга. — Слушай Эдгар, будь осторожен, хорошо? — Не волнуйся, я и сам мо-.. — Я знаю, просто.. Будь осторожен, я волнуюсь. — девушка взяла телефон, и снова стала писать в своём блоге. Эдгар молча кивнул, и эти слова запомнились ему.