Глава 3. Совершенная сделка

      Дазая очень грубо разбудил резкий лязг металла. Он уже испытывал сильную боль из-за того, что его подожгли и подстрелили, так почему они не позволили ему поспать еще немного? Какое бы снотворное Снайп ни подмешал в эти пули, оно подействовало лучше, чем ожидалось, возможно мальчику стоило подумать о том, чтобы приобрести его для личного пользования. Оглядываясь по сторонам, Дазай точно знал, где он находился — в тюрьме! Или, скорее, в изоляторе средней степени безопасности, предназначенном для допросов перед вынесением приговора. Серые стены, металлическая кровать и общая атмосфера этого места напоминали о тюрьме, но Дазай провел свое исследование и на 90% был уверен, что его и Чую отправят сюда. Профессионалам было необходимо, чтобы они были заперты где-нибудь в надежном месте, но пока ничего экстремального, поскольку им все равно нужно было привлечь полицию.       Хотя, размышлял Дазай, они могли бы быть и повежливее. Наручники сидели слишком туго и, возможно, просто нарушали кровообращение. Не говоря уже о том, что они забрали его пальто, но оставили его в остальной окровавленной и слегка обгоревшей одежде. Неужели все это плохо сказывалось на его огнестрельном ранении? Если он умрет от инфекции, то профессионалы, вероятно, обрадуются, но это тоже звучало очень болезненно, так что это явно не та идеальная смерть, на которую он надеялся.       Громкий лязг привлек его внимание к двери камеры, где охранник смотрел на него с явной ненавистью. Дазай встретил его взгляд в упор.       — Иди сюда, — потребовал охранник.       В обычный день Дазай мог бы отказаться от приказа, чтобы посмотреть, что произойдет. Возможно, охранник выгнал бы его силой? Может быть, привел бы кого-нибудь на подмогу? Или, может быть, в порыве раздражения и гнева охранник ударил бы его прямо там. Однако сегодня ему следовало сбавить его... “Дазай-ность”, как назвал бы это Чуя. Для этой миссии ему нужно было быть бедным подростком, о котором заботился только Чуя, таким грустным и подавленным, что он утратил всякую мораль, настолько опустившимся, что не видел проблемы в убийстве других людей. Но, конечно, не слишком далеко зашедшим, и это важная часть. Все в этой миссии будет заключаться в том, чтобы найти баланс между тем, чтобы быть достаточно плохим, но не слишком, и достаточно сообразительным, но не слишком хитрым. Вместо того, чтобы создавать проблемы, он встал и подошел к дверям, пассивно позволяя охраннику применить дополнительные меры предосторожности, прежде чем открыть камеру и вытащить Дазая наружу.       Они шли молча, хотя казалось, что охранник хотел что-то сказать. Но он этого не сделал, он пока молчал и позволял гневу закипеть. Должно быть, он видел прямую трансляцию, и она показалась ему особенно отвратительной. Когда они добрались до места назначения, охранник просто затолкнул Дазая внутрь, явно не решившись заговорить. Внутри помещения была типичная обстановка, которую вы могли бы увидеть по телевизору, по многим каналам с намерением создать репортаж о преступнике, которому не повезло попасться. В комнате было еще несколько охранников, один из них подтолкнул Дазая к металлическому столу. С одной стороны находились компьютерный экран и клавиатура, а также множество бумаг и ручек, с другой стороны — звено для крепления наручников. Дазай сел, позволил пристегнуть наручники и наблюдал, как другой охранник сел напротив него.       Охранник, Окумура, если судить по бейджу с именем, что-то набрал на компьютере, прежде чем сказать прямо:       — Имя.       — Дазай Осаму.       — Возраст.       — 15, — этот ответ вызвал несколько встревоженных взглядов других охранников в комнате.       — День рождения.       — 19 июня.       Было еще несколько вопросов, скучных, на которые он почти не обратил внимания. Дазай думал, что быть арестованным гораздо интереснее, чем как сейчас, но, с другой стороны, если бы его арестовали в Йокогаме, это, скорее всего, было бы именно так. Полиция бы взбесилась, узнав, что он печально известный Демон-вундеркинд, Портовая мафия ворвалась бы туда, чтобы вызволить его обратно, не говоря уже о том, как взбесился бы Чиби. Ах, это было бы гораздо интереснее, чем отвечать на простые вопросы и снимать отпечатки пальцев. Когда его заставили подняться, чтобы сделать снимок, это, безусловно, была самая интересная часть, охранник выглядел невозмутимым, когда улыбается для фотографии, но это его не беспокоит. Может быть, если бы он достаточно вежливо попросил, они позволили бы ему забрать копии, он даже смог бы сделать также с фотографией Чуи.       Но, конечно, эта часть все равно не была главным событием. Нет, главное событие — это когда его привели в пустую комнату для допросов и оставили прикованным к столу. Чтобы получить от всего этого то, что хотел Дазай, ему нужно было убедиться, что все пройдет идеально. Сыграть роль жалкого, растраченного впустую таланта, чтобы привлечь внимание своей цели, директора UA. У директора Незу причуда интеллекта, поэтому он будет сидеть за этим односторонним зеркалом и пытаться проанализировать Дазая. Наличие кого-то, кто соответствует его собственному интеллекту, являлся важной частью плана, и это было гораздо более хлопотно, чем что-либо еще в этом плане. Незу, возможно, был единственный, кто мог бы все это предвидеть. У Дазая должно было быть несколько масок. Внешняя — жалкий и слегка ненормальный подросток, эта маска завоюет симпатии учеников 1А и преподавателей UA. Вторая должна быть достаточно хитрой, чтобы Незу подумал, что его талант пропадает впустую, когда он работает в Портовой мафии, но не настолько, чтобы вызвать подозрения. Последняя — это последняя защита, последняя маска, которая убережет его истинное “я” от провала плана. Если хоть одна из этих масок сорвется или его раскроют, миссия окажется под угрозой срыва. С другой стороны, Чуе не нужно было беспокоиться о масках и тому подобном, все, что ему нужно будет делать, это проявлять больше заботы по отношению к Дазаю. Хотя эта задача могла быть очень трудной для такого слабоумного слизняка, он был уверен, тем более что личность Чуи идеально подходила для достижения цели, которую он хотел достичь. С такими строгими моральными принципами Чиби, несомненно, быстро завоюет доверие профессионалов, что сделает Дазая более надежным партнером.       Дверь открылась, и вошло знакомое лицо. Сотриголова, также известный как Айзава Шота, уверенно прошел в угол комнаты и осторожно прислонился к стене. Желание сказать что-нибудь профессионалу о бое, в которой они оба участвовали, было очень заманчиво, но Дазай пока не хотел, чтобы кто-нибудь узнал, что он был в курсе присутствия там этого человека. Для него имело бы смысл высказать предположение, что-то вроде того, что он искал Айзаву из-за их схожих способностей к аннулированию и понял, что он, должно быть, присутствовал при падении Чуи, но это то, что можно было приберечь для более впечатляющего момента.       Следующим вошел невзрачный мужчина, полицейский или, возможно, детектив, и сел напротив Дазая. Вошел еще один мужчина, на этот раз в синей полицейской форме, и...       И у него была собачья голова.       Инстинктивно Дазай слегка отстранился, все его тело напряглось, он не сводил глаз с человека-собаки. Из всех возможных мутантов, которые могли войти в эту дверь, это было единственное животное, которое он терпеть не мог, единственное животное, которое могло разрушить его тщательно сработанные маски. Не в первый раз Дазай поймал себя на том, что мысленно проклинал Мори и его методы.       Очевидно, у него, должно быть, что-то изменилось в лице, когда он увидел человека-собаку, и тот слегка зарычал.       — У тебя какие-то проблемы с причудами мутации, малыш?       На секунду Дазай не уловил слов, все еще зацикленный на том факте, что человек-собака зарычал. Боже, в следующий раз он начнет пускать слюни?       Как только он уловил смысл слов, его поразило, насколько это был глупый вопрос, ведь он из Йокогамы. Там нет никаких причуд, и любые способности к трансформации носили временный характер, так что было вполне логично, что поначалу он испугался причуды мутанта. Впрочем, Дазая особо это не беспокоило, только чертова собачья голова.       — Нет, только с собаками.       Офицер напротив него выглядел озадаченным.       — Что?       Дазай фыркнул, не сводя глаз с человека-собаки.       — Мне не нравятся собаки, мутанты они или нет. Это нетрудно понять.       Хотя раскрытие одного из своих немногих страхов могло оказаться глупым поступком, Дазай чувствовал, что это даст ему преимущество. Страх перед такой обыденной вещью очеловечит его, если это действительно было возможно, в глазах любого наблюдателя. Это могло даже закончиться тем, что человек-собака покинет комнату, что было бы идеальным исходом. Конечно, он мог бы легко продолжить допрос в присутствии человека-собаки, но это было бы сложнее, поскольку, во-первых, он был бы больше сосредоточен на нем и не влиял бы на директора Незу.       Трое других мужчин, похоже, о чем-то тихо переговорились, прежде чем мужчина, сидящий перед Дазаем, вздохнул.       — Кайну-сан, не могли бы вы, пожалуйста, уйти? — человек-собака, кажется, был несколько недоволен этим, но ушел с легким поклоном. После этого мужчина снова заговорил, — я детектив Цукаучи Наомаса, а теперь, Дазай-кун, не мог бы ты ответить на несколько вопросов?       Дазай немного расслабился, когда человек-собака ушел, и бросил взгляд на Айзаву, просто чтобы показать, что он заметил, что мужчина не представился, прежде чем кивнуть.       — Конечно, но только если я смогу задать вопрос.       Цукаучи, кажется, колебался, но кивнул.       — Я не могу гарантировать, что смогу ответить, но ты можешь спросить.       — Как Чуя? — спросил Дазай, стараясь, чтобы его тон был одновременно расслабленным и заинтересованным. Он хотел, чтобы это прозвучало так, будто он заботится о Чиби, но пытается это скрыть. Обычно он не утруждал себя расспросами о здоровье или местонахождении Чуи, потому что в этом просто не было необходимости, никто не мог причинить Чуе боль, кроме него самого. Однако на этот раз ему нужно было казаться более обеспокоенным и надеяться, что Чуя сделает что-то подобное в своем интервью.       Цукаучи на мгновение задумывается, прежде чем ответить.       — У него все в порядке, не стоит беспокоиться. Мы проведем с ним собеседование сразу после тебя. — Опять же, он не волновался, но было приятно знать, что Слизняк не сдался слишком рано. Также было полезно знать, что Дазая будут допрашивать первым, и если Незу предложит сделку, как и планировалось, тогда Слизняку будет легче вести свой собственный допрос. Детектив не слишком долго ждал, прежде чем заговорить снова. — Как долго ты работаешь в Портовой мафии?       Хороший вопрос, чтобы вызвать жалость.       — Официально два года.       Дазай заметил, что Айзава немного напрягся в углу, вероятно, подсчитывая, что тринадцатилетний подросток присоединился к мафии. Цукаучи, похоже, тоже переживал из-за этого, возможно, он из тех, кто ставит защиту детей превыше всего, в чем-то почти как Одасаку.       Несмотря на бледное лицо, Цукаучи продолжил:       — Официально?       Дазай слегка хмыкнул, прежде чем ответить.       — За несколько лет до официального вступления в мафию парень, с которым я жил, тесно сотрудничал с ними и несколькими другими бандами, и в конце концов, когда он присоединился, я тоже присоединился, — Дазай надеялся, что кто-нибудь обратит внимание на отсутствие семейных уз, ведь сирота, которого вынудили вести преступную жизнь, гораздо более жалок, чем ребенок в депрессии, преследующий смерть. Повязки, покрывающие большую часть его тела, уже должны были их забеспокоить, а раскрытие печальной истории только добавило к этому приятных моментов.       Детектив что-то записал и, все еще выглядя слегка болезненным, задал другой вопрос:       — Зачем ему понадобилось брать тебя в мафию?       Он замолкнул на мгновение, прежде чем ответить, как будто ему нужно было подумать, зачем кому-то понадобилось, чтобы он вступил в мафию.       — Моя способность не имеет исключений для аннулирования, она довольно полезна, — Дазай слегка ухмыльнулся, как он надеялся, высокомерно. — Он также считает, что я быстро учусь. Если это правда, ну, я знаю, что я по крайней мере лучше, чем этот Чиби.       — То есть, ты мог бы сказать, что он пригласил тебя из-за твоей способности и интеллекта? — Цукаучи старался не выдать своего огорчения, но ему не удалось, что являлось отличной новостью для плана. Чем больше людей поверят в “маленького ребенка, которого заставили вступить в мафию, чтобы использовать его таланты”, тем легче все пройдет. Часть Дазая хотела бы присутствовать при моменте, когда детектив узнает о прошлом Чуи, даже исключая то время, которое он провел до Овц. Дазай был уверен, что жизнь Чиби заставит полицейского прослезиться. Дазай кивнул в ответ на вопрос, старательно делая вид, что тема его не беспокоит.       Похоже, детективу нужно было время, чтобы прийти в себя, поскольку следующий вопрос последовал только через несколько минут.       — Насчет твоей способностей, не мог бы ты рассказать нам о ней подробнее?       — Неполноценный человек аннулирует способности и их эффекты.       Подтвердив то, что они уже должны были знать, и предоставляя лишь малую толику новой информации, зная, что он невосприимчив к эффектам способностей и, как следствие, к причудам, — это было действительно очень ценное знание.       Цукаучи кивнул.       — Давай продолжим, не мог бы ты объяснить, что произошло, когда Леди Гора вошла в Йокогаму?       — Ну, она проникла внутрь и уничтожила припасы Портовой мафии. Нас с Чуей послали разобраться с ней, — его объяснение было слишком простым, но так оно и было задумано. Если Незу действительно так умен, как о нем говорят, то он, вероятно, имел представление о том, насколько высоко они с Чуей стоят в команде, а остальные профессионалы и полиция — это совсем другая история. Если изложить его историю просто, то это сделает более правдоподобным то, что он не особо важен.       Детектив, как оказалось, был умен.       — Кто вас туда послал?       Имя на самом деле не имело значения, особенно когда профессионалы ничего не знали о Портовой мафии и ее членах, но это только часть того, что было нужно детективу. Если Дазай ответит что-то вроде “Босс”, то это выдаст, что он получает прямые приказы от босса Портовой мафии, тем самым показывая, насколько он высокопоставленный человек. Это также помогло бы полиции понять, была ли смерть Леди Горы спланирована Портовой мафии или просто двое парней напали на нее сами по себе. Это была очень важная информация, которую можно было получить из простого вопроса.       — Мой начальник.       — И кто это?       — Я не могу вам этого сказать, — покачал головой Дазай.       Это был первый и, если все пойдет по плану, последний допрос, Цукаучи не должен был слишком беспокоиться о том, чтобы узнать от него подробности. Возможно, его команда сможет найти несколько имен, которые можно будет передать прессе, на будущих сессиях он будет настаивать на получении большего количества имен и информации. Опять же, эти сессии не должны будут проводиться вообще, чтобы не подвергать риску информацию, в любом случае, они ничего не смогут из него вытянуть.       А пока Цукаучи кивал, продолжая что-то записывать.       — У тебя есть какие-нибудь предположения, кто впустил ее в Йокогаму?       — Может быть, это был ваш маленький друг, — Дазай с легким удивлением наблюдал, как Цукаучи напрягся при этом вопросе. Ухмыльнувшись, он наклонился вперед на стуле и посмотрел на Айзаву. — Кто вас впустил? Я умираю от любопытства узнать, какая организация вам помогла.       Айзава встретил его пристальный взгляд с непроницаемым выражением лица.       — Откуда мне знать?       На самом деле вопрос был: “Почему ты думаешь, что я там был?”       — Я провел исследование до этого, знаете ли, — начал Дазай. — Моя способность очень похожа на вашу причуду, так что я знаю, кто вы, Сотриголова. Чуя никогда не теряет контроль над своей способностью как тогда, так что с того момента, как он упал с неба, я понял, что вы, должно быть, были где-то рядом. Теперь вы тоже здесь, так скажите, кто вас впустил?       Айзава молчал, должно быть, он обдумывал, что лучше всего сказать в этой ситуации. Его ответ вскоре стал неуместным, так как дверь открылась и вошел именно тот, кого Дазай хотел видеть. Незу. Мышь-медведь уверенно вошел, и оба, Цукаучи и Айзава, поклонились ему в знак приветствия, Цукаучи даже зашел так далеко, что предложил Незу свой стул. Директор ухватился за это предложение и запрыгнул на стул, прежде чем уставиться на Дазая своими глазами-бусинками.       — Ты стал настоящим сюрпризом.       — Надеюсь, хорошим сюрпризом? — Дазай слегка наклонил голову с явно фальшивой улыбкой.       Незу слегка рассмеялся.       — Я ожидал увидеть двух высокомерных подростков, но ты кажешься немного умнее. — Мышь-медведь некоторое время наблюдал за ним, прежде чем продолжить, — мне любопытно узнать о тебе.       Вот тут-то все и стало реальным, если можно так выразиться. Незу испытывал его, пытаясь определить, насколько Дазай умен. Вот тут-то его игра стала важной. Покажет себя слишком умным, и Незу что-то заподозрит, недостаточно умным, и он потеряет интерес. Чтобы соблюсти баланс, Дазай принял более искреннее выражение лица, которое казалось немного растерянным, любопытным, даже обеспокоенным, но все же уверенным. Он был уверен в себе, и именно это побудило Незу сделать предложение, которое ему было необходимо получить, чтобы миссия увенчалась успехом.       Мгновение спустя Незу улыбнулся и кивнул, словно убедившись в чем-то.       — Очень хорошо, у меня есть предложение для тебя и твоего друга.

***

      Как и в большинство других дней, Чуя проснулся и сразу же начал проклинать Дазая. Это было нормально, но вот что было ненормально — это проснуться со сломанной рукой, огнестрельным ранением и взаперти. Какое-то мгновение он продолжал лежать на неудобной металлической кровати, просто позволяя себе поразмышлять над всем. Дазай уже сказал ему, чтобы он был помягче с профессионалами, что, в конце концов, им пришлось проиграть битву, чтобы план сработал. Это его не беспокоило, нет, это был тот факт, что глупый Дазай снова скрыл от него информацию! Если бы Чуя был проинформирован о том, что профи взяли с собой человека с аннулирующей причудой, он бы не полагался так сильно на Смутную печаль, и уж точно не использовал бы ее, чтобы взлететь, из-за чего он бы не оказался со сломанной рукой.       В течение часа или около того Чуя кипел от злости на Дазая, прерванной лишь на короткое время, когда его отвели на допрос. Весь процесс был на самом деле скучным, все вопросы были стандартными, хотя когда у него брали отпечатки пальцев, это вызвало раздражение. По какой-то причине до того как он проснулся, они забрали его пальто и шляпу, и он надеялся, что сможет их получить обратно, но они отказались вернуть ему перчатки после снятия отпечатков. Без перчаток, шляпы и Дазая рядом Чуя чувствовал жужжание Арахабаки, угрожающее взять над ним контроль. Логически он понимал, что этого не могло произойти, если бы Чуя этого не хотел, но, тем не менее, перчатки помогали ему сосредоточиться, когда других вариантов не было. К сожалению, никакие требования не заставили охранников вразумиться и вернуть ему перчатки. После этого его бросили обратно в камеру и тут же стали игнорировать.       Если план провалится, выбраться из этого места будет непросто, без способности Чуе придется полагаться на рукопашный бой. Найти Дазая было совсем другой проблемой, не говоря уже о том, что если он начнет сражаться с людьми, они могут намеренно спрятать Дазая или использовать его как ловушку. Конечно, Порча решила бы большинство основных проблем, но она же создала бы и еще более серьезную: если с течением времени появится слишком много профи, то Чуя проведет слишком много времени под Порчей. Более серьезной проблемой было бы, если бы Дазай смог добраться до него вовремя и вытащить их обоих, на что у него, вероятно, был план, но все же. И снова Скумбрия не сообщил ему ни о каком запасном плане, так что Чуе пришлось просто поверить, что у этого идиота он есть.       Охранник отвлек Чую от мыслей, и на мгновение ему показалось, что они знают, что он думает о том, каким способом было бы эффективнее всего их всех избить. Но, похоже, это было не так, поэтому Чуя немного расслабился, выполняя их команды. Как и в прошлый раз, когда его выводили из камеры, охранник надел на него дополнительные наручники и отвел в другую комнату, откуда, как и следовало ожидать, его отвели прямо в комнату для допросов. Вскоре после того, как его приковали к столу, в комнату вошли три человека, первые двое были не слишком важны для Чуи, но последний привлек его внимание. Дазай назвал директора UA “мышью-медведем”, что в то время Чуя отверг как чепуху. Глядя на это существо сейчас, он признал, что Дазай был прав, но дело было не в этом. Дело было в том, что если директор академии UA сейчас придет сюда, то сделка, скорее всего, уже заключена.       Двое из троих сели на стулья напротив подростка, Чуя обратил на них внимание, но не сводил глаз с похожего на бездомного мужчины в углу. Секунду все молчали, и Чуя решил первым нарушить тишину.       — Где Дазай?       Мужчина покачал головой.       — Мне нельзя...       — Мне все равно, что тебе позволено делать, а что нет, — оборвал его Чуя, — просто скажи мне, что вы с ним сделали.       Согласно плану Дазая, он должен был изобразить здесь отчаяние, создать впечатление, что они вдвоем против всего мира. По общему признанию, ему было легко вести себя таким образом. Этому идиоту слишком часто причиняли боль, и разбираться с этим всегда приходилось Чуе, так что, возможно, он действительно беспокоился о нем. Прямо сейчас он, вероятно, сидел в камере и ковырял свою огнестрельную рану, позволяя ей воспалиться.       Директор, Незу, если он правильно помнил, ответил за другого человека:       — У Дазая-куна все в порядке, мы только что провели с ним собеседование. Я Незу, директор академии UA, — медведь-мышь указал на себя, затем на мужчину рядом с собой, — а это детектив Цукаучи Наомаса. У детектива есть к тебе несколько вопросов, но сначала я хочу сделать предложение.       — Не знаю, верить ли вам насчет Скумбрии, — протянул Чуя, слегка откинувшись назад, — но если у вас есть предложение, я полагаю, вы сначала озвучили его Дазаю?       — Да, он вполне согласился, — кивнул Незу. — Итак, мне сказали, что ты согласишься только в том случае, если мы произнесем определенную фразу?       Ах да, кодовая фраза. Для подобных ситуаций у них были разные фразы, которые звучат достаточно невинно, но при этом передают информацию друг другу. Обычно фраза включает в себя какой-нибудь способ сказать “действуем по плану”, “добром это не кончится”, “необходима осторожность” и т.д. Если Незу скажет правильную фразу, то Чуя может быть уверен, что сделка, которую ему озвучат, будет такой же, на какую согласился Дазай.       Чуя кивает, чтобы директор продолжал, и Незу снова заговорил.       — Хороший доктор хорошо работает под давлением.       Чуя сохранял бесстрастное выражение лица, несмотря на то, что ему хотелось вздохнуть с облегчением. Было приятно слышать именно эту фразу, “хороший доктор” относилось к Мори, а “работает” означало миссию, это сочетание слов говорило Чуе, что все идет в соответствии с миссией, поставленной Мори, что все идет как надо. “Хорошо” означало, что сделка выгодна, “под давлением” подразумевало, что есть некоторые сложности. Таким образом, полностью эта фраза означала “миссия Мори проходит успешно, сделка выгодна для нас, но с некоторыми нюансами”. Тот факт, что Дазай использовал “под давлением", а не сказал “в чрезвычайных ситуациях”, показывало, что эти нюансы не являлись большой проблемой. Что-то незначительное, например, необходимость не снимать наручники или что-то в этом роде.       — Что за предложение?       Незу улыбнулся, прежде чем объяснить.       — Для смягчения приговора вы двое поедете в UA и дадите нашим студентам практический боевой опыт. Конечно, вам все равно придется отсидеть некоторое время в тюрьме.       Это… было неправильно, не так ли? Если бы Чуя придумывал фразу, он использовал бы что-то более весомое, чем “под давлением”, да черт возьми, он использовал бы совершенно другое предложение. Что-то вроде “хорошему доктору приходится нелегко в чрезвычайных ситуациях”, так что, либо Дазай по-другому оценил, хорошая ли это сделка, либо Незу предложил Чуе другую сделку. Проработав с Дазаем некоторое время, он уже знал, как думает этот парень, что он считает выгодной сделкой, а что — нет. Да нет, не настолько хорошей.       — И на это согласился Дазай? — Чуя бросил взгляд на Незу.       Мышь-медведь на мгновение стал серьезным, а затем покачал головой.       — Вовсе нет! — с ухмылкой воскликнул он. — У меня было предчувствие, что эта фраза расскажет тебе о предложении, и я решил проверить ее. И кажется, я был прав!       Если этот Незу окажется Дазаем 2.0, то Чуя сойдет с ума, общение с одним и так доставляло ему много хлопот. Подавив желание сделать какую-нибудь глупость, Чуя вздохнул.       — Так что за реальная сделка?       — А! Да, — начал Незу, — вы двое присоединитесь к UA, а именно к классу 1А. Там вы будете помогать ученикам развивать навыки ведения боя и планирования, а также защищать их, если Лига Злодеев снова нападет. Вы также будете посещать уроки нравственности и сеансы психотерапии в надежде, что это поможет вам двоим стать добропорядочными членами общества.       Это было больше похоже на сделку, на которую согласился бы Дазай, и звучало не так уж плохо. Хех, может, ему тоже доведется сразиться с кем-нибудь из этих ребят-героев, посмотрим, хороши они или нет.       — Да, звучит неплохо для меня, — с усмешкой ответил Чуя.

***

      Через десять минут у Айзавы должен быть урок в классе 1А, что обычно не вызывало беспокойства. Хотя временами они могли раздражать, его класс был способен вести себя тихо, когда ему это было нужно, и большинство из них старались это делать на уроках. Однако сегодня он не ждал этого из-за объявления, которое он должен был сделать. Как, черт возьми, он собирался сообщить новость о том, что двое убийц, которые травмировали их всего неделю назад, присоединятся к их классу? Если бы его заранее предупредили об этом, он бы потихоньку рассказал об этом классу, чтобы они привыкли к этой идее и все такое. Однако, как обычно бывает с директором Незу, Айзава впервые услышал об этом, когда Дазаю предложили сделку, после чего он загнал Незу в угол, требуя объяснений. В ответ он услышал:       — Эти двое очень интересные, и когда я думаю, что раскусил их, они делают что-то, что меняет мое мнение. Кроме того, тебе их жаль, не так ли?       Что верно, так это то, что изначально Айзава не испытывал симпатии к двум мальчикам. Затем он узнал, что Дазай присоединился к Портовой мафии в 13 лет и что до этого он много лет участвовал в бандитской деятельности. Мальчик был умен, должен был быть таким, чтобы привлечь внимание Незу, и все же им явно манипулировали, заставляя присоединиться к мафии. И ради чего? Полезные способности и интеллект? Накахара тоже был не лучше, парень не рассказал им всей истории, но Айзава мог сделать несколько предположений из того, что он услышал. У них обоих было тяжелое детство, и они не были виноваты в этом. Если бы у них было другое воспитание, были бы они такими же? Нет, они бы такими не были.       Айзава вздохнул и направился в класс. У него не будет простого способа сообщить эту новость своему классу, но он надеялся, что сможет смягчить ее. Когда он пришел в класс, все уже присутствовали и сидели на своих местах. Отлично, они могут быстро приступить к занятиям.       — Я должен сообщить вам важную новость, — начал он, и класс замолк. — Недавно я и еще четверо профессиональных героев приехали в Йокогаму и сразились с этими двумя парнями. Мы победили.       В классе поднялся шум, большая часть класса одобрительно зашумела, некоторые начали оскорблять двух мальчиков, Мидория начал бормотать, как обычно.       — Не перебивайте, это еще не все. — В классе снова воцарилась тишина. — Йокогама известна как город без причуд, и это по большей части правда. Однако небольшой процент жителей Йокогамы обладают тем, что называется особой способностью. Это способности, похожие на причуды, но в то же время они очень отличаются, — Айзава включил проектор, чтобы показать три основных факта о способностях. — Во-первых, они не являются генетическими, наличие двух родителей-эсперов не гарантирует, что их ребенок тоже станет эспером. — Снова игнорируя бормотание Мидории, он продолжил. — У способностей есть ограничения, но нет негативных недостатков, как у причуд. И наконец, способности сильнее, чем причуды, и эти три факта жизненно важны для работы с эсперами.       Как и ожидалось, не многие ученики, похоже, поверили в последнее утверждение, и меньше всего поверил Бакуго, который громко усмехнулся.       — Ха, да, конечно. Я взорву любого эспера!       Айзава с трудом подавил желание закатить глаза от высокомерия мальчика.       — Эти два мальчика являются эсперами, — еще один щелчок, и изображение на проекторе поменялось, на этот раз на нем появились фотографии двух мальчиков, а также их имена и названия способностей. — У Дазая есть способность аннулировать прикосновением, в то время как у Накахары — более мощная версия причуды Урараки. Вы узнаете более подробно в ближайшие дни. Эти двое оказали больше сопротивления трем лучшим профессионалам, чем я ожидал от кого-либо из вас в настоящее время, так что не стоит недооценивать их способности.       По классу прошелся шепот разной громкости. В конце концов, Иида поднял руку. Как только Айзава кивком дал разрешение ему говорить, мальчик поднялся.       — Учитель! Я хотел бы знать, зачем нам об этом рассказывают?       Что ж, лучшего момента, чем сейчас, не представится.       — Когда мы допрашивали этих двоих, мы обнаружили некоторые печальные факты. Очень высока вероятность того, что ими манипулировали, чтобы они присоединились к мафии в юном возрасте. Директор Незу… Ну, он проявил к ним интерес, — Айзава сделал паузу, чтобы перевести дыхание, прежде чем продолжил. — Вместо того, чтобы отправить их в тюрьму, они вдвоем присоединятся к 1А. Цель этого состоит в том, чтобы реабилитировать их, а также дать всем вам реальный опыт борьбы с сильными врагами, они также будут служить защитой, если со всеми вами что-нибудь случится.       На мгновение наступила тишина, а затем класс погрузился в хаос. Почти все сходили с ума, кто-то плакал, Бакуго снова кричал и… Это Каминари прятался под своей партой? С формирующейся головной болью, Айзава хлопнул ладонями по ближайшей твердой поверхности, чтобы привлечь внимание класса, но, к счастью, это сработало, и уровень шума значительно снизился.       — Послушайте, — начинал Айзава, — я понимаю, что это вызывает тревогу, но будьте уверены, что эти двое будут находиться под постоянным наблюдением со стороны меня или другого профессионала. Если они что-нибудь попытаются предпринять, у нас уже есть план для их обезвреживания.       Кого-то из класса это, похоже, успокоило, но большая часть все еще находилась на грани срыва.       — Если кто-то не хочет быть с ними в классе, я сделаю так, чтобы вы перешли в 1Б, когда они приедут. Кто-нибудь этого хочет? — Айзава замолк и наблюдал, как некоторые из его учеников обдумывали предложение. В конце концов, никто не поднял руку, что немного удивило Айзаву. Мысленно он сделал пометку поговорить с каждым индивидуально, прежде чем дуэт официально присоединится, просто чтобы убедиться, что всем действительно комфортно.       Теперь этот вопрос решен, Айзава просто кивнул и продолжил:       — В ближайшие пару дней Дазай и Накахара переедут в общежитие, пока вы, ребята, будете на занятиях, после чего они официально присоединятся к урокам.       — Подождите… Они будут жить с нами? — в ужасе воскликнул Каминари, и в классе снова воцарился хаос. Агрх, эти двое еще даже не здесь, а уже доставляют Айзаве самую большую головную боль, какую он когда-либо испытывал. Что он сделал, чтобы заслужить такое?