"Змея"

      Модная иномарка припарковалась около одной из популярных галерей в Сеуле. Здание вычурно стояло чуть поодаль от шумных дорог большого города и являлось особняком в прошлом. Сейчас же оно принимало важных гостей, в его стенах проходили аукционы, званые ужины и организовывались важные деловые встречи. Все для того, чтобы потешить самолюбие богатеньких болванов, которых так любили разводить на деньги Сон Минги и его люди.              Из машины вышел Хонджун. Наклонившись к боковому зеркалу заднего вида, он поправил свою и без того идеальную укладку, плотно зачесанную с помощью укладочных средств. Хонджун не часто покидал стены своих лабораторий, но, когда покидал, всегда старался делать это с каким-то своим индивидуальным лоском. Поправив на плечах свою леопардовую шубу, он подхватил папку с бумагами и направился в сторону входа в галерею. Вбежав на невысокое крыльцо, он распахнул дверь и вошел внутрь. В нос сразу ударил запах какого-то типичного музея, с выставленными в нем картинами. Хонджун слегка поморщился и шмыгнул носом, оглядевшись по сторонам. Прямо на входе стояли баннеры с изображением младшего брата Минги — Чонхо. Он был приглашенным звездным гостем на мероприятии, которое должно было состояться на следующей неделе. Правда, теперь это уже было не точно, ведь сейчас на кону стояла репутация галереи.              — Что-то у тебя тут подозрительно тихо сегодня, — проговорил Хонджун, усмехнувшись, когда его взгляд зацепился за Ёсана, который спускался по широкой мраморной лестнице со второго этажа галереи.              — Пока не разберемся со всем, приказано было закрыться, — Ёсан не выглядел обеспокоенным или опечаленным. На его памяти это уже была не первая попытка прикрыть их незаконную деятельность, так что галерист привык и знал, что ему следовало бы делать в случае, если вдруг нагрянет полиция с обысками. — Не помню, когда видел тебя в последний раз. Все сидишь на своих складах как затворник? Хоть бы к Сонхва иногда наведывался, а то он уже начинает о тебе беспокоиться.              Подойдя ближе, Ёсан обменялся с Хонджуном рукопожатием, а после засунул руки в карманы своих модных брюк.              — Нет, со складов мы уже переехали, когда копы начали разнюхивать, — усмехнувшись, Хонджун отмахнулся, словно бы это была какая-то нелепая неприятность. Он гордился тем, что имел прикормленных полицейских в отделе по борьбе с наркотиками, а потому узнавал о грядущих рейдах очень заранее, чтобы у него было время поменять место своей дислокации. — Сонхва беспокоится обо мне или о моем члене?              Хонджун разразился забавным хохотом. Все так переживали за то, что он чаще всего проводил время наедине со своей обожаемой работой, химик мог бы даже почти растрогаться из-за этого. Что бы между ними восьмью не происходило, они все еще оставались друзьями.       Ёсан лишь усмехнулся, его позабавила реакция Хонджуна. Он мог бы сказать, что почти соскучился по этому парню, но не в слух. Пусть довольствуется тем, что имеет.              — Минги еще не приехал, но у меня есть показать ему кое-что интересное, — сменив тему разговора, Ёсан стал подниматься по лестнице вместе с Хонджуном, чтобы пройти в свой рабочий кабинет.              — Странное совпадение, у меня тоже есть парочка интересных фоток для него, — Хонджун покачал головой и продемонстрировал Ёсану папку, которую все это время химик нес с собой подмышкой. — А еще куча всяких отчетов и прочая хрень… Я думаю, он специально заставляет меня лично привозить ему все эти вещи, чтобы я просто хоть иногда покидал стены своих заводиков.              Ёсан не ответил, лишь усмехнулся, хотя и считал, что предположение Хонджуна было не беспочвенно. Минги, пусть и был суров, заботился о своих людях больше, чем кто-либо мог бы об этом подумать. Наверное, поэтому все люди были преданы ему, заранее зная, что, если не обманывать Минги, он тоже тебя никогда не обманет.              — Может быть он хочет, чтобы ты лично привозил ему отчеты просто чтобы они не попали в руки ни к кому другому, — открыв дверь в свой кабинет перед химиком, Ёсан улыбнулся, пропуская товарища вперед. — Было бы не очень приятно, если бы кто-то узнал о вашей с ним деятельности. Считай, самая опасная из того, что мы делаем.              — Не считая того, чем занимается Юнхо? — Хонджун немного посмеялся и поспешил усесться на один из кожаных диванов, тут же потянувшись к кофейному столику и оторвав ягоду винограда от грозди, что лежала на блюде. — Так что ты нашел? Было бы славно, если бы это была крыса. А то не хотелось бы не спать ночами и думать о том, как быстро нам с ребятами предстоит собираться, чтобы вовремя свалить.              — Надеюсь то, что я обнаружил, не слишком сильно расстроит Минги. Не люблю, когда у него плохое настроение, — Ёсан вздохнул и, сев за свой рабочий стол, сложил руки у себя на животе. Слова и загадочность их содержания заставили Хонджуна замереть над блюдом с виноградом, но лишь на мгновение. Пожав плечами, химик снова оторвал ягоду и закинул себе в рот.              — Лично мне все равно, — Хонджун хмыкнул и, положив папку с бумагами возле себя на диване, принялся снимать с себя свою шубу, чувствуя, как начинает сильно потеть.              Минги и его люди не заставили себя долго ждать, Хонджун даже не успел доесть весь виноград. Стоило боссу семьи войти в кабинет Ёсана, в сопровождении Юнхо и Сана, галерист поспешил встать со своего рабочего кресла, чтобы уступить его начальнику. Минги лишь небрежно остановил попытку Ёсана жестом руки, позволяя ему остаться на своем месте, сам же мужчина сел на диван, что стоял напротив того, на котором сидел Хонджун. Юнхо остался стоять около дивана, а Сан сел рядом с Хонджуном и пожал его руку в знак приветствия.              — Всегда радостно видеть тебя где-то кроме стен твоих затхлых лабораторий, — лениво проговорил Минги, окинув взглядом Хонджуна. Мужчина слегка усмехнулся, его позабавил вид химика, который выглядел не к месту помпезно. Эта рубашка с рюшами и жабо на воротнике с большим бантом. Все в стиле Хонджуна. — Все в сборе? Где Уён?              — В пути, скоро будет, — отчитался Юнхо, взглянув на свои наручные часы.              — Ладно, плевать, дела галереи его особо не касаются, так что начинай, Ёсан, — покачав головой, Минги повернул голову в сторону Ёсана.              — Полиция еще не приходила, но картины мы переместили в другое место. Один из складов Хонджуна подошел, так что за ними хорошо следят и вряд ли найдут, — Ёсан сложил руки в замок перед собой на столе, слегка выпрямив спину.              — Пока у них нет вещественных доказательств, они не имеют права приходить с обыском, но перестраховаться все равно стоило, — Сан поправил свои очки на носу и пару раз кивнул.              — По поводу доказательств, — Ёсан как-то неуверенно поерзал на стуле. Его пауза в словах заставила Минги с интересом уставиться на него, в ожидании, что галерист продолжит говорить. — В общем, естественно первым делом я опросил всех своих сотрудников на предмет подозрений в сливе информации, и только потом стал просматривать камеры из хранилища, хотя и сомневался, что смогу что-то найти.              — Никто не знает, когда именно была слита информация, не мудрено, — Минги кивнул, понимая, что имеет в виду Ёсан. Он не стал бы винить галериста в чем-то подобном, зная, что ловить крысу порой бывает сложно и муторно, не в первый раз с ними происходит подобное, и вряд ли в последний. — Ты что-то нашел?              — К своему собственному удивлению, да, — Ёсан немного поджал губы, сделав несколько кликов мышки у себя на компьютере, развернул экран в сторону собравшихся.              На видео с камеры наблюдений была запечатлена во всей своей красе жена Минги. Она, словно и не подозревая вовсе о том, что была полностью видна на записи, делала фотографии всех копий картин, которые хранились в галерее и ждали своего покупателя. Девушка так же все хорошенько осмотрела и только после того, как услышала что-то за дверью хранилища, быстро выбежала наружу.              Юнхо и Хонджун переглянулись, понимая, что говорить первыми в такой ситуации лучше не стоит. Минги и Сан внимательно всматривались в содержимое видео, которое стало заново проигрываться с самого начала.              — Вот же идиотка, — наконец проговорил Минги, прерывая тем самым всеобщее молчание. — Когда это было?              — Неделю назад, — взглянув на дату, что была написана в углу видео, ответил Ёсан.              — Когда был благотворительный ужин, — вспомнил Сан и почесал свой подбородок. — На видео видно, какие именно картины она сфотографировала?              — В целом да, но, учитывая, что она ничего не трогала, я помню какие именно картины стояли в тот день в быстром доступе, — Ёсан несколько раз кивнул, посмотрев на Сана.              — Какие-то мысли? — тут же сообразил Минги, обращаясь к Сану.              — По сути, галерея никогда не отрицала, что имела дела с подделками. Если она уже слила эти фото правоохранителям, можно просто сделать вид, что подделки были сделаны для каких-то определенных целей, а не для отмывания денег, — юрист скрестил руки на груди, призадумавшись.              — Благотворительность, например, — логично предположил Ёсан, ухватившись за эту мысль. — Допустим, мы предоставляем копии известных картин в качестве подарка для каких-то определенных проектов, с которыми имеем какие-то связи.              — Тогда мы просто можем сказать свою правду по этому вопросу и выйти сухими из воды, — продолжил Сан. — Это гораздо проще, чем пытаться скрыть истинное предназначение этих картин. Плюс, это может сыграть нам на руку. Таким образом мы повысим авторитет в глазах тех, кто уже купил у нас подделки под видом оригинала, а они не станут проверять свои картины на подлинность.              — Если не станут, — поправил Минги. Он начал постукивать уголком своего телефона по подлокотнику дивана, призадумавшись. — Идея хорошая, но шаткая. Нет никаких гарантий, что все пройдет так, как мы бы того хотели. Тем более, если об этом узнает кто-то кроме полиции…              — Пресса, — кивнул Юнхо, соглашаясь с тем, что план был не самым надежным.              Внезапно раздалась мелодия звонка на телефоне Сана, привлекая всеобщее внимание. Юрист поспешил посмотреть на имя того, кто звонил, после чего сбросил звонок.              — Кто это? — поинтересовался Минги.              — Клиент, ничего важного, — Сан отрицательно покачал головой, как-то пытаясь дать понять, что дела клана важнее всего остального.              — Клиенты это всегда важно, — протянул Минги, не отрывая взгляда от телефона юриста. — Иди, работай. Если что-то придумаем, то сообщим тебе.              Слова Минги не были просьбой, это был приказ. Наспех поднявшись со своего места, Сан поклонился всем и вышел за дверь кабинета Ёсана, на ходу перезванивая тому, кто пытался ему позвонить несколько мгновений назад.              Проводив юриста взглядом, Хонджун тут же перевел свой взгляд на Минги.              — Переезд, — словно бы совершенно не в тему разговора, проговорил химик.              — Что? — чуть нахмурившись, попытавшись понять смысл этого слова, спросил Минги.              — Ну, переезд. Всегда, когда мне нужно замести следы, я переезжаю вместе со своими лабораториями, — не удержавшись от соблазна, Хонджун снова потянулся за несколькими ягодами, оставшимися на ветке винограда. — Что, если мы сделаем так, будто хранилища никогда и не было. Сделаем там, ну не знаю, какую-нибудь подсобку. Швабры, ведра, все дела.              — Избавиться от следов хранилища? — Минги хмыкнул, находя эту идею более жизнеспособной, чем ту, что предложил Сан. — Что скажешь, Ёсан? Делаем?              — В целом, это возможно. Все зависит от того, успеем ли мы к приходу полиции, если начнем сразу же, — Ёсан призадумался, прикидывая у себя в голове, что ему потребуется для осуществления задуманного.              — Позвоню кое-кому, попрошу попридержать выдачу ордера, — Минги кивнул, тем самым одобряя затею. — Главное сделай так, будто в том помещении никогда и не было никакого хранилища.              Ёсан уверенно кивнул и посмотрел на монитор, на котором так и висело видео с женой Минги.              — А с этим, что будем делать? — спросил галерист, намекая на тот факт, что крысой оказался не кто-то, а сама госпожа Сон.              — Кстати по поводу этого, — встрепенувшись, Хонджун вдруг выпрямился, не дав Минги и секунды на раздумья. Повозившись со своей шубой, химик вынул из кармана своей верхней одежды телефон. — Меня вчера попросил Уён кинуть клич по моим дилерам, чтобы те немного присмотрели за твоей женушкой.              — Уён? — Минги приподнял одну бровь и краем глаза взглянул на Юнхо, который терпеливо ждал продолжения истории от Хонджуна.              — Да, ему показалось что-то там странным, ну в общем, сам расскажет, когда придет, — Хонджун рылся в своем телефоне, в попытке найти что-то конкретное, что требовало внимания босса. — На меня работает одна девочка, медсестра из частного медицинского центра. Что-то там связанного с женским здоровьем или типа того, не косметология, короче. У нее, кстати, одни из лучших показателей по продажам, она молодец. Так вот, сегодня утром она стала свидетелем интересной сцены и прислала мне медицинскую карту Сольми. Вообще-то это конфиденциальная информация, но, когда для нас хоть что-то было тайной.              — Сольми наблюдается в центре женского здоровья? — Ёсан приподнял одну бровь, так как вброс Хонджуна по поводу карты Сольми в медицинском центре прозвучал так, будто это было само собой разумеющееся. Минги же на это никак не отреагировал.              Хонджун улыбнулся Ёсану и протянул свой телефон Минги. Взяв в руку гаджет, Минги стал вчитываться в то, что там было написано. Казалось, что его вовсе не заботила та информация, с которой он ознакомился, но его хватка на телефоне стала подозрительно крепкой.              — Я опоздал? Видел машину Сана по дороге, — в кабинет Ёсана ворвался Уён, на которого тут же обратилось четыре пары глаз. Из-за этого и какой-то напряженной атмосферы, коллектор немного напрягся и пробежался взглядом по всем присутствующим, поправив лацканы своего расстегнутого пиджака. — Что такое? Что я сделал?              — Ну-ка проверь-ка вот это, — Минги протянул телефон Хонджуна в руки Юнхо, который тут же принялся читать то, с чем до него ознакомился его босс. — Садись Уён, рассказывай, для чего тебе нужно было следить за моей, так называемой, женой?              Плечи Уёна немного расслабились, так как он понял, что ему ничего не угрожает. Прочистив горло, коллектор занял место на диване рядом с Хонджуном, на котором до него сидел Сан, и принялся за свой рассказ. Минги внимательно слушал своего подчиненного и друга по совместительству, не перебивая и не возражая. Юнхо параллельно отправил себе с телефона Хонджуна несколько файлов и фото, а после вернул гаджет владельцу. Засунув одну руку в карман своих брюк, он так же принялся слушать слова коллектора.              — Считаешь это подозрительным? — Минги глубоко затянулся сигаретой, которую закурил, пока Уён в красках расписывал то, что ему было известно.              — Это ты доверил мне заниматься нашими деньгами. Конечно, я считаю подобное подозрительным, — коллектор немного нахмурился и откинулся на спинку дивана. — Разве ты не считаешь это странным? Все эти покупки, непонятные траты, не свойственные обычной избалованной богачке.              — Полагаю, что Уён прав. Это и правда немного странно, — Ёсан несколько раз кивнул. — И вообще поведение Сольми мне кажется в целом странным в последнее время. Слив информации, полиция, странные покупки…              — А еще звонок! — вдруг припомнил Уён. Он нервно тряс ногой, которую закинул на свое колено. — Явно ж не с тобой по телефону говорила. А я говорил, я с самого начала предупреждал, что она наебывает нас. Говорил же?              Все вдруг замолчали, ожидая хоть какой-то реакции от Минги. Пока он курил сигарету, то выглядел несколько расслабленным, словно для него это все было далеко не новостью, хотя, может быть, он просто предполагал подобный исход. Но он просто думал, разрабатывал план. Хонджун зевнул, широко раскрыв рот, не находя эту беседу для себя хоть сколько-то интересной и важной.              — Юнхо, поезжай-ка ты в эту больничку, порасспрашивай докторишку о то, что Сольми у него делала, да поподробнее. Хонджун, предупреди свою медсестричку о визите, чтобы не пугалась лишний раз. Такие хорошие работники нам нужны, — Минги наклонился к столику, что стоял между диванами и затушил сигарету в пепельнице. — Уён, узнай, где эта шлюха сейчас… Если твои слова подтвердятся, я ее собственными руками удавлю.              Уён взглянул на Юнхо, который, казалось, только и ждал, когда его босс даст ему команду «фас». Он тут же направился на выход из кабинета Ёсана, чтобы в дальнейшем выйти из здания галереи и сесть в свою машину. Подобный энтузиазм порой немного пугал. Хонджун же недовольно вздохнул и принялся писать сообщение девушке дилеру из клиники.              — Что ж, как славно, крысу мы нашли… — Минги очень недобро усмехнулся, даже скорее оскалился. Было только непонятно, он доволен тем, что ситуация, грубо говоря, разрешилась подобным образом, или же был зол. Учитывая, положение вещей, скорее всего злился, но не на Сольми, нет. На нее ему было плевать, кто бы что ни говорил. А вот на своих людей, своих близких людей, ему все равно не было. От того так обидно было переживать это премерзкое чувство предательства.                     Юнхо вышел из машины, припарковавшись около одного из высотных зданий, что находилось в дорогом районе Сеула. Ну еще бы, куда еще могла ходить жена главного криминального авторитета страны и дочь одного из самых известных чеболей. Вместе с Юнхо из машины вышли еще двое человек, его подчиненные. Отряхнув какую-то пылинку с рукава своего пальто, цепной пес Минги подошел к стеклянным дверям, которые любезно открылись перед ним. До нужного этажа Юнхо и его подчиненные добрались на лифте. В целом, если не знать Юнхо лично, то ни у кого и вопроса не возникнет, кто он такой и что делает в одном из бизнес-центров Сеула. Со стороны он выглядел просто как какой-то бизнесмен или работник какого-то офиса. Строгий костюм, черное пальто, начищенные до блеска туфли. Только вот никто вокруг даже не подозревал о том, сколько раз эти туфли ему пришлось оттирать от крови.              Выйдя на нужном этаже, Юнхо прошел за еще одни стеклянные двери офисного помещения, за которым и находилась небольшая частная клиника. Увидев трех мужчин, которые были явно неожиданными гостями в центре женского здоровья, одна из медсестер за стойкой регистрации подскочила со стула и подбежала к двери. За этой дверью находился кабинет врача. Заглянув внутрь, девушка обернулась к Юнхо, который подошел уже довольно близко.              — Доктор Ли один, можете войти, — девушка легонько поклонилась и поспешила удалиться в сторону, чтобы не мешать. Минги был прав, подобного рода работники были им ой как нужны. Эта преданность хорошо вознаграждалась в их большой семье.              — Что такое, — опешивший врач, приподнялся со своего рабочего места, растерянно оглядев Юнхо, который вошел в кабинет мужчины в сопровождении одного из своих подчиненных. Второй остался стоять за дверью, чтобы пресечь любую попытку помешать этой беседе. — Вам что-то нужно? Вы записаны на консультацию?              Нервно поправив свои очки, доктор Ли осел обратно на свой стул, когда Юнхо самоуверенно сел на место перед мужчиной, предназначенное для посетителей. Закинув ногу на ногу, цепной пес облокотился на стол врача.              — У вас наблюдается Сон Сольми, — Юнхо как-то небрежно окинул взглядом помещение кабинета, а после стал наблюдать за врачом, который все так же был растерян и, вероятно, напуган. Не часто к нему врываются в разгар рабочего дня.              — Не понимаю, о чем вы, — мужчина откровенно врал. Его выдавала дрожь в голосе. Видимо ему хорошо платили за молчание и вообще. Он знал с кем он разговаривал, от того ему и было так страшно.              Юнхо задержал на докторе Ли свой пристальный взгляд, заставляя того чувствовать себя не уютно, а после достал из внутреннего нагрудного кармана своего пальто телефон, где отыскал фото Сольми.              — Сон Сольми. Повторять не буду, вы, вроде не глупый, так? — убедившись, что доктор понимает о ком и идет речь и для чего к нему вообще пришли, Юнхо убрал свой телефон обратно. — Меня прислал ее муж. Очень уж он беспокоится за ее здоровье.              Взгляд врача забегал туда-сюда. Мало того, что его пугала гнетущая аура при разговоре с Юнхо, так его еще и настораживало нахождение в его кабинете дополнительного человека.              — По каким медицинским показаниям вы сделали ей аборт? — Юнхо внимательно смотрел на мужчину. После затяжного молчания, он щелкнул пальцами перед носом у врача, приводя его в чувства. — Сосредоточьтесь, доктор Ли. Я задал вам вопрос.              — Да-да, я просто… — мужчина несколько раз моргнул, приходя в себя. Ему вовсе не хотелось влипать в какие-либо неприятности, особенно учитывая, кто именно мог ему обеспечить эти неприятности. С одной стороны известная во всей Кореи семья, с другой стороны столь же известная преступная группировка. Стоял лишь вопрос, кто пугал врача больше. — К сожалению, я не имею права разглашать подобную информацию. Это врачебная тайна.              Юнхо ничего не сказал, лишь продолжал прожигать доктора Ли взглядом, ожидая, когда он сам поймет, что у него нет выбора, кроме как сказать все напрямую.              — Но я правда не могу. Это может плохо отразиться на моей репутации, госпожа Сон может подать на меня в суд за такое, — мужчина сцепил свои дрожащие руки в замок, перед этим поправив затейливый галстук-бабочку, что выбивался на фоне его строгого образа врача-гинеколога. — Это грубое нарушение моей профессиональной этики…              — Доктор Ли, я могу придумать массу причин подать на вас в суд просто так, и вы сможете попрощаться со своей карьерой успешного гинеколога на Каннаме быстрее, чем успеете собрать все свои бумажки с этого модного стола. Не испытывайте терпение моего господина, — Юнхо чуть сощурил глаза. — Выкладывайте все…              — Ох, ну я… — мужчина немного сгорбился, а после взглянул на подчиненного Юнхо, что сложил руки на груди, словно бы тот мог ему помочь с этой проблемой. — Показаний никаких не было. Госпожа Сон пожелала избавиться от нежелательной беременности раньше, чем о ее наличии узнает господин Сон. Я спрашивал ее об этом, уверена ли она… На что она обмолвилась, что плод все равно не от мужа, так что… Вот.              Юнхо внимательно слушал слова, сломавшегося под давлением и страхом мужчины, хотя его просьбы было сложно назвать каким-то столь уж впечатляющим давлением.              — О чем еще она говорила? — Юнхо поддался немного вперед, понимая, что мужчине есть еще о чем сообщить. — Или у вас есть самому что сказать?              — Ну, не знаю, могу ли я такое сообщать… — заламывая пальцы на руках, доктор Ли слегка ерзал на стуле. Его лоб покрылся легкой испариной, так сильно он нервничал. — Мне не показалось это странным, ведь разные бывают ситуации, но госпожа Сон оплачивала наши услуги не со счета своего мужа или отца.              — Есть ли у вас выписки об этом? Чеки? Квитанции? — Юнхо приподнял одну бровь, ему показалась эта информация очень даже ценной.              — Да, конечно! Пройдемте, девочки вам все распечатают, — доктор Ли тут же соскочил со своего места и направился вместе с Юнхо обратно в холл клиники, где их тут же встретили две пары любопытных глаз медсестер. — Девочки, распечатайте, пожалуйста, последние два документа об оплате госпожи Сон Сольми.              Доктор Ли боязливо ушел за стойку к медсестрам, под предлогом проконтролировать то, что в итоге распечатают его подчиненные. Он глупо улыбнулся Юнхо, когда заметил, как тот пристально на него смотрит.              — Надеюсь, что вы не станете об этом распространяться? — тихонько спросил мужчина, переводя свой запуганный взгляд с Юнхо на его парней и обратно.              — Посмотрим на ваше поведение, — протянув руку, Юнхо взял два обычных листа бумаги для печати, где была подробная информация об оплате и предоставлении медицинских услуг.              Юнхо начал внимательно вчитываться в текст, предоставленный ему. Когда его взгляд дошел до графы о счете плательщика, Юнхо сначала немного сощурился, будто старательно присматривался к написанному. Его губы непроизвольно растянулись в какой-то странной улыбке, слегка обнажающей его зубы. Написанное показалось ему до боли забавным, но таким очевидным. И почему они все сразу на него не подумали, как только Уён рассказал о том, звонке?              — Благодарю вас, доктор Ли. Вы очень мне помогли, — подняв свой взгляд на мужчину, Юнхо протянул руку и одобрительно похлопал врача по щеке, чем заставил того сначала сжаться от страха, а после удивленно опешить. — Мой начальник не забудет вашей преданности. Всего хорошего.              Доктор Ли растерянно приложил руки к своей груди и несколько раз приоткрыл рот, в попытке что-то сказать, но слова застряли у него в горле. Он проводил удивленным взглядом Юнхо и его подчиненных, которые поспешили покинуть здание и вернуться к Минги.                     Несколько машин с тонированными стеклами мчались по широкой дороге Сеула. Скоростной режим был для них лишь какой-то глупостью, не нуждающейся в соблюдении. Да и вряд ли полиция стала бы с ними что-то делать, ведь все их номера были органам правопорядка хорошо известны. Минги и его люди ехали на дело. На этот раз это было не просто какое-то пустяковое дело, как, например, избавиться от одного из членов вражеской группировки, перед этим немного помучив его на корте закрытого теннисного клуба, или отвезти злостного неплательщика в лаборатории. Нет. Это было другое. На кону сейчас стояла не их репутация в преступном мире, а их честь и достоинство в кругу своей собственной семьи. Минги сидел на заднем сидении своего авто и плотно сжимал свои челюсти, заставляя себя контролировать свой гнев. Уён гнал свою тачку впереди всей этой процессии. Он был зол, весьма зол. Но не из-за какой-то там шлюхи, нет. Из-за острого чувства предательства, которое душило его. Как же так, спросил бы он, они же ему так доверяли. Но Уён ничего не сказал, когда Юнхо приехал с новой информацией. Его молчание было громче любых слов.              Машины аккуратно выехали за город, направляясь в место, которое только начинало застраиваться. Там Минги не так уж и давно приобрел красивый и большой участок земли, на котором сейчас строился большой дом, что было принято называть загородным. Дом, который предназначался для всех, для него, членов его большой семьи Сон. Сам дом уже был готов, но вот территория вокруг была еще не полностью обустроена. Строительная техника стояла тут и там, в ожидании рабочих, что были на выходном в этот день. Как удобно.        Машины они припарковали перед домом, кто как мог. Вылетев из своей машины, Уён поспешил вбежать в дом, следом за ним на крыльцо влетел Юнхо и его люди. Минги не торопился, он вальяжно вышел из своего авто, успел осмотреться по сторонам, вдохнуть полной грудью аромат свежего воздуха, а после вошел в дом в сопровождении Хонджуна. Ёсан остался в галерее, разбирать тот бардак, который для них оставила Сольми.              Войдя в гостиную, Хонджун тут же уселся на один из диванов с дорогой обивкой. Не любил молодой человек растрачивать силы своих ног понапрасну, тем более что шоу подобного рода было интереснее всего смотреть со стороны. Минги плавно снял со своих плеч пальто и отдал его в руки одного из своих подчиненных, что бережно сложил пальто босса на спинке одного из кресел. Со второго этажа дома стали доноситься какие-то звуки возни и женские крики.              — Оставь меня в покое, ты, урод! — Сольми визжала, пока Уён грубой хваткой тащил девушку по лестнице, схватив ее за волосы и заламывая ей руку. На ней был надет лишь тонкий шелковый халат, под которым она была обнажена. — Не трогайте его! Ублюдки! Нет!!!              — Закрой свой блядский рот, шлюха, — ядовито процедил Уён и швырнул девушку на пол, прямиком к ногам Минги.              Сам же Сон Минги одарил свою жену таким взглядом, которым даже на мусор не смотрят. Недовольно цыкнув, мужчина отошел немного в сторону, дожидаясь, пока сверху притащат главного виновника сего действа.              Приподнявшись на руках, Сольми подняла свою голову на Минги.              — Об этом узнает мой отец! Знаешь, что он с тобой сделает, ты! Животное! — девушка истерично кричала, но тут же завыла, как раненая скотина, когда Уён снова схватил ее за волосы и натянул их, приставляя к ее горлу свой перочинный ножик, которым пользовался не так уж и часто. Он остался у него на память, еще с тех времен, когда не было еще никакой семьи Сон, была лишь маленькая непутевая банда.              — Замолкни, падаль, пока я еще держу себя в руках, — в глазах Уёна пылал праведный огонь. Девушка послушно замолчала, лишь осторожно предпринимая попытки вырваться из хватки обезумевшего коллектора.              С лестницы послышался какой-то грохот. Минги без особого энтузиазма обернулся, наблюдая за тем, как по лестнице прокатилось полуобнаженное тело Сана. Хонджун, сидя на диване, издал какой-то забавный смешок, находя все это до боли веселым. Юнхо вальяжно спускался со второго этажа, потирая свои запястья, за ним следовали его люди. Сан нелепо попытался подняться с пола, но почти сразу ему в бок врезался носок туфля Юнхо, что заставил юриста тут же упасть на пол.              — Смотри сучка, это все по твоей вине, — Уён грубо дернул Сольми за волосы и развернул ее в сторону происходящего. У девушки по щекам стали струиться слезы, но она боялась произнести хотя бы малейший звук, пока к ее горлу был приставлен нож.              — Тащи его сюда, — расстегнув манжеты своей рубашки, Минги отошел чуть в сторону, освобождая место для Юнхо и Сана. Босс мафии принялся закатывать рукава, готовясь к чему-то, что было, пожалуй, редкостью.              Не дожидаясь, пока Сан сможет подняться, Юнхо схватил его за волосы и потащил в центр комнаты. Избитый юрист тащился за Юнхо против воли, не скрывая своего страдания на лице.              — Я надеялся, что ты все же умен, — Минги обратился к Сану, который пыхтя пытался подняться с пола, чтобы хотя бы посмотреть в лицо своего некогда начальника. Юрист стер с губы кровь, когда встал на колени перед Минги. — А ты оказался таким же мелочным, надменным и бестолковым, как вся твоя братия…              — А я говорил, что брать в банду кого-то из чеболей плохая идея, — подметил Хонджун, не в силах убрать со своего лица довольную улыбку.              — Не трогай Сольми, она не при чем, — тяжело дыша, прохрипел Сан. Девушка тут же дернулась в сторону юриста, но Уён с силой дернул ее за волосы, заставив заскулить от боли.              — Такая же невинная, как и все вы, — подойдя ближе к Сану, Минги засунул руку в карман своих брюк. Он смотрел на Сана, пытался заглянуть ему в глаза, как того и желал сам юрист, но Сан стал прятать свой взгляд, отводить в сторону, отказавшись от былой бравады. Он знал и чувствовал, что виноват.              Юнхо стал поправлять свою рубашку и жилет, который в пылу борьбы слегка помялся. Он без стеснений наблюдал за тем, как Минги наступает, потому что знал, дальше будет красивое зрелище.              — Ты знаешь, что мы делаем с предателями, Сан. Знаешь же? — Минги достал из кармана своих брюк телефон и взглянул в его экран, проверяя время. Было одно непрочитанное сообщение от Чонхо. Ах, бедный маленький его братик. Наверняка расстроится, когда узнает, во что превратился тот, кого он считал своим другом.              Сан не ответил на вопрос, потому что и отвечать смысла уже не было. Его поймали, еще и так позорно. Он мог бы противиться, сопротивляться, все отрицать, но какой в этом был смысл. За поясом у каждого из них был пистолет, а у него оружия никогда не было.              Лишь мгновение, и первый удар пришелся Сану по голове. Потом еще и еще. Минги разбивал собственный телефон о голову и лицо Сана, словно в приступе и не найдя ничего лучше для избиения. Сольми закричала, зарыдала, умоляя Минги остановиться. Ее попытки вырваться жестко пресекались разъяренным Уёном, что со злостью и толикой сожаления наблюдал за этим актом расправы. Сан пытался закрыться от ударов руками, но сопротивляться даже не думал. А Минги все бил и бил его, пока какая-то часть гаджета не откололась от очередного сильного удара. Отдышавшись, Минги склонился над бессознательным телом Сана, чье лицо было больше похоже на фарш, чем на некогда симпатичное лицо очередного прилизанного чеболя. Глянув на свой телефон, который уже явно не подлежал восстановлению, Минги просто швырнул его об Сана и, выпрямившись, отошел в сторону.              — Нет! — закричала Сольми, захлебываясь слезами. Освободившись из хватки Уёна, который решил-таки отпустить девушку, она подползла к Сану и стала мягко его ощупывать, словно пытаясь понять, жив он или нет. — Не-е-ет! За что ты так с ним?! Ты чудовище! Проклятое чудовище!              Хонджун усмехнулся, глядя на эту сцену. Он знал, что Сольми глупая и тупая, убедился в этом еще когда Ёсан показал им всем видео с камер наблюдения в галерее, но, чтобы настолько. Это был талант. А может она просто уже отупела от количества выпитого алкоголя и принятых ранее наркотиков. Кто ж знал.              — Дай салфетку, — Минги обратился к одному из своих подчиненных, который тут же предоставил своему начальнику несколько влажных салфеток. Минги стал вытирать свои руки от крови и кидать использованные салфетки на пол. — Надо прибрать. Юнхо, займись.              — Сан-и, мой Сан-и, — Сольми рыдала над телом Сана, боясь притронуться к его окровавленному лицу. Стоило Юнхо только двинуться в сторону Сана, как Сольми тут же подскочила. — Нет! Не прикасайся к нему! Не смей его трогать!              — Убери ее, — Минги раздраженно махнул Уёну, чтобы тот занялся Сольми.              — Я все расскажу полиции! Слышишь, ты?! Урод! — девушка вцепилась в руку Сана, не отпуская его. — Я уже слила вас властям, скоро за вами придут. За всеми вами!              Хонджун вдруг расхохотался, раскинувшись на диване. Это заставило девушку ошарашенно и злобно посмотреть на химика. Уён тоже усмехнулся, находя эту сцену уморительной.              — А ты! Ты даже не мужик! У Сана и то член больше, чем у тебя! — почувствовав злость от унижения, Сольми обратилась к Минги, который внимательно смотрел на девушку, с долей какого-то надменного снисхождения. Так смотрят лишь на очень глупых детей, когда они ляпнут очередную глупость. — Да!!! Что?! Неприятно, да?! Мой отец об этом узнает, понял ты?!              — Блять, ты что, еще ничего так и не поняла? — Минги слегка нахмурился. Подойдя к Сольми, он присел перед ней на корточки и грубо схватил ее за лицо, с силой сжимая свои пальцы у нее на щеках. — Я не какой-то там мелкий бандит или кредитор, милая. Было бы очень глупо так считать, учитывая, в каких кругах мы варимся… Зачем тебе твое образование, знание нескольких языков и прочая ненужная в жизни хрень, если ты уродилась такой тупой безмозглой дурой?              Сольми тихо скулила, схватив Минги обеими руками за запястье, в жалкой попытке ослабить его хватку. В ее глазах клокотал страх, словно она была жертвой перед хищником, коим являлся Минги. За его отношением к ней, за теми вольностями, что Минги ей позволял, Сольми будто и вовсе забыла, что Минги не просто какой-то очередной мужчина. Он опасен, очень опасен. И с ним лучше не ссориться. Никогда.              — Твой отец у меня даже не спросит, если вдруг ты просто исчезнешь, — Минги тряхнул Сольми со всей силы. — Потому что ты просто пыль под моими ногами, такая же как и твой дражайший Сан.              С отвращением оттолкнув от себя Сольми, Минги выпрямился и стал вытирать свою руку о рубашку, будто ему было противно даже касаться этой поношенной девки.              — Но за Сана все же обидно. Он хорошо выполнял свою работы и, в отличие от тебя, паскуды, не собирался менять род своей деятельности, — жестом руки, Минги подозвал к себе одного из своих людей, беря у него сигарету и прикуривая ее. — Но оказался слабаком, который купился на твою продажную пизду. Жаль.              Уён слегка поджал губы. Минги говорил правду, за Сана и правда было обидно. Глупый, очень глупый поступок. На что вообще Сан рассчитывал, когда связывался с этой… Хонджун уже потерял интерес к происходящему. Было весело, но не настолько, чтобы это мешало ему выполнять свою работу. Он активно вел переписку с кем-то. Юнхо же послушно ждал команды, не сводя взгляда с Сольми, что захлебывалась слезами.              — Я уничтожу тебя… Я всех вас уничтожу… — тихо бормотала девушка, закрыв лицо руками. Ее тело содрогалась от тихих рыданий.              Глубоко затянувшись сигаретой, Минги выдохнул густое облако пара. Присмотревшись к Сольми, он понял для себя, что уже порядком устал от этих пустых угроз, истерик. Он был выше этого, он был куда более решителен, чем о нем могли бы подумать.              — В бетон их закатать.                     В месте, которое было предназначено для бассейна, люди Минги скинули два бессознательных тела, а после залили их раствором бетона. Как удобно, вокруг дома же шла стройка, так что, не удивительно, что подобное было прямо под рукой. Наблюдая за тем, как густая жижа серого цвета заполняет небольшой резервуар, Минги затянулся очередной сигаретой.              — Скажи Сонхва, пусть подыщем мне нового юриста, — проговорил Минги, не глядя обращаясь к Юнхо, который стоял рядом с ним.              — Слышал есть один талантливый юрист, у него свое небольшое бюро. Занимается вопросами бизнеса, но редко, больше занят как начальник. Сотрудники его тоже весьма приметные в этом деле, — Юнхо слегка склонил голову вбок, наблюдая за тем, как плавно крутилась бетономешалка.              — Чеболь?              — Нет.              — Тогда свяжись ты с ним.