Часть 1

В машине раздавались приглушенные поцелуем стоны Фредерика, которого неожиданно притянул к себе профессор. Лючино целовался жадно: слюна была размазана по губам, а змеиный язык то и дело выглядывал из-за губ. Фредерик грубо стискивал волосы на загривке своего партнера, почти до боли царапая кожу короткими ногтями. Руки ящера блуждали по талии и ниже, хватаясь за пояс белых штанов, притягивая бедра ближе к своим. Задыхаясь, Крейбург отстраняется, наклоняясь назад и задевая спиной руль, чуть не нажав на гудок. Губы были влажные и слегка приоткрыты. Лючино хотелось скорее приступить к более серьезным вещам. Прошипев, словно ящерица, он принимается расстегивать ширинку своего возлюбленного. Та уже заметно топорщилась из-за вставшего члена, а Фредерик простонал от этого резкого прикосновения. - только давай быстро... - Скомкано прозвучало из его рта - я бы не хотел быть без штанов, когда все вернутся в машину. - ты и пяти минут не продержишься, дедуля - Съязвил профессор, расправившись с его штанами. В машине стало очень душно, окна запотевали от жаркого дыхания, пот стекал по виску. Лючино снял с Фредерика куртку, не забыв пробратся под одежду руками и облапать его ребра и поясницу. Как же красиво он ее выгибает. Композитор медленно опустил свою руку к чужим штанам, с нажимом потирая выпуклость. Деруз томно простонал, уперевшись лбом в плечо беловолосого. Спустя пару движений рукой, Лючино отстранил руку партнера, схватив его за запястье. - Время поджимает - пояснил профессор, приспуская свои штаны. - Ты ведь не хотел быть замеченным? - Ехидная улыбка расцвела на его губах, а штаны с Фредерика были стянуты. ... Хлюпающие звуки раздавались по всей машине, которая, если смотреть со стороны, раскачивалась из стороны в сторону. Остановив на пару секунд движения, Крейбург приоткрывает окно, так как дышать уже было невозможно. Сев на член до упора, он выдохнул. Ноги уже начинали уставать от постоянного движения. Он чувствовал как руки Лючино от нетерпения гладят и сжимают его бедра, иногда мимолетно касаясь ноющего члена. Хотелось заставить его просить, но, может, в следующий раз. Когда будет более подходящее место. Устав ждать, профессор грубо толкается бедрами вверх, тихо постанывая от наслаждения и тепла, которое окружало его член. Он легонько царапал поясницу своего парня черными когтями, оставляя розовые зудящие полосы. Фредерик лег всем телом на Лючино, ртом находясь рядом с его ухом, от чего его стоны казались громкими. Руки тянули волосы все сильнее, от приятной боли ящер закатил глаза и выдал долгий стон. Кажется, он уже на грани. - Я уже с-с-скоро... - прошипел он в потолок, из последних сил толкаясь в Крейбурга. Тот грубо, даже немного агрессивно притянул его к своим губам, прокусывая их, продолжая двигать бедрами вверх-вниз. Прикрыв глаза, беловолосый отстранился и прикусил свою губу, начав мастурбировать себе. Ноги тряслись от усталости. Он остановил движения бедрами, гонясь за своим удовольствием и смотря на отчаянное выражение лица Лючино, который был вынужден просто смотреть. Еще пара движений и он бурно кончает, слезая с чужого члена. Вздохнув, он смотрит в умоляющие глаза и, крепко сжимая член ящера, принимается помогать ему закончить. А тому многого и не надо - образ любимого в голове и то, что он голый сидит на нем помогают кончить быстрее. Он издает громкий короткий стон и изливается в руку Фредерика. ... Поджигая сигарету, композитор свешивает руку в открытое окно, выглядывая. Они закончили очень вовремя - там как раз подходили все остальные. Первой шла Ада, которая почему-то выглядела недовольно, а Эмиль, даже не смотря в сторону машины, просто держался за ее рукав. Когда все сели по местам, Месмер заговорила. - когда в следующий раз собиретесь заниматься чем-то непристойным, пожалуйста, хоть намекайте. Мы бы закончили попозже или не пускали Эмиля погулять. - Что? - переспросил Фредерик, включая свою актерскую игру, пока Лючино, смущенно надевал солнечные очки. - Эмиль в панике пришел к нам с Ци Шии и сказал что у вас что-то странное происходит. Крейбург покосился в сторону ничего не понимающего Эмиля, а потом перевел взгляд на Аду. - Многое вы видели?... - тихо спросил он. - Достаточно, чтобы понять происходящее. - ее тон был очень твердый. - Но Эмиль же ничего не понял, да? - вмешался в разговор профессор. Ада влепила Лючино пощечину и сказала немедленно ехать дальше, вся поездка прошла в тишине, а антикварщица подозрительно щурилась.